24
– Адель, надень мой пиджак, – сказал он, его голос был обеспокоенным, заметив, что я зябну. Он быстро накинул его мне на плечи. Пиджак был огромен.
Через некоторое время я поняла, что родители слишком давят на Егора, да и время поджимало.
– Егор, нам уже пора, – обхватываю его руку. – Вику нужно забрать из сада.
–да, – он посмотрел на наручные часы. – действительно пора.
Мы попрощались с родителями и направились прямиком в сад. Вика была очень рада, что Егор снова пришел со мной. За достаточно короткий срок дочь привязалась к Егору. И Егор тоже.
Дома нас уже ждал Макс. Егор поставил Вику на пол, и она тут же бросилась обнимать Макса, рассказывая о своем дне. Я почувствовала, как на душе становится спокойно. Эта картина – Егор, Макс, Вика, я – была такой правильной, такой естественной. Моя новая семья.
За ужином Макс, воодушевленный присутствием Егора и такой уютной атмосферой, начал говорить о своих планах.
– Пап, я тут подумал… – начал Макс, – я бы хотел поехать летом в США. Поучиться там на летних курсах по IT. Есть одна крутая программа. Но это дорого, и… ну, сам понимаешь.
Егор внимательно слушал, кивая. – Это отличная идея, Макс. Я поддержу. У меня есть связи в Кремниевой долине, могу помочь с рекомендациями. Это будет полезный опыт для твоего будущего. Ты достоин лучшего.
Макс расцвел. Его глаза сияли от счастья и гордости. Я видела, как он восхищается отцом. Егор был тем, кто всегда помогал ему, кто давал ему лучшее.
Мы перешли в гостиную. Вика сидела на полу, увлеченно играя с новой игрушкой, а Макс, присев рядом с Егором, внезапно нахмурился.
– Пап, – начал он, его голос стал чуть тише, осторожнее. – А знаешь… мама мне звонила. Карина.
Я почувствовала, как сердце сжалось. Карина. Ее имя прозвучало, как холодный нож в эту уютную атмосферу. Егор тут же напрягся, его челюсти сжались. В его глазах появилась та жесткость, которую я уже знала.
– И что она хотела? – Голос Егора был холодным, безэмоциональным.
– Она… она сказала, что не хочет, чтобы я здесь жил, – Макс переводил взгляд с отца на меня, словно ища поддержки. – Что ты плохой отец, потому что… потому что тут Деля и Вика. И она требует, чтобы я жил у нее. Или… – Макс запнулся, видимо, не решаясь произнести дальше.
Егор вопросительно поднял бровь. – Или что?
– Или она будет… жить здесь, – тихо договорил Макс, и в его голосе слышалось отвращение. – Вместе со мной. Она сказала, что это ее право, как моей матери, требовать, чтобы я был с ней, и если я хочу жить здесь, то и она будет здесь жить.
Мое сердце сжалось. Карина. Ее наглость не знала границ. Эта женщина, которая устроила скандал, которая орала при детях, которая предала Егора… она требовала жить в ЭТОМ доме? В моем новом доме? В нашем с Егором доме?
– Чего?! – вырвалось у меня. Я даже не успела подумать, прежде чем слова сорвались с губ. – Карина здесь? Никогда!
Я почувствовала, как во мне поднимается волна возмущения. Мой голос дрожал от негодования.