9
Я проснулась в мягких объятиях, чувствуя тепло Егора. Первые секунды были чистым, абсолютным блаженством. Солнечный луч пробивался сквозь шторы дорогого отеля, лаская кожу. Запах его тела, его одеколона – такой чистый, такой мужественный, такой… мой. Впервые за долгое время я почувствовала себя по-настоящему в безопасности. Забыла о синяках, о страхе, о ненависти.
Но эту идиллию резко разрушил вибрирующий на прикроватной тумбочке телефон. Резкий, навязчивый звук. Я судорожно схватила его. СМС. От Алексея.
"Не жди меня ночью. Вика, наверное, все еще в саду. Твои проблемы."
Мир рухнул. В одно мгновение. Ледяной холод пронзил меня от макушки до пят. Сердце провалилось куда-то в желудок, а потом бешено заколотилось. Вика. Моя маленькая Вика. Одна. В саду. Все это время, пока я… пока я здесь… с Егором. Я почувствовала, как по вискам ударила пульсация, а потом по всему телу разлилась холодная испарина.
Я резко села в постели, задыхаясь от паники и ужаса. Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки.
Егор тут же проснулся. Он сел, его лицо было сонным, но мгновенно стало напряженным, когда он увидел меня.
– Адель? Что случилось? – его голос был хриплым после сна, но в нем уже звучала тревога.
Я не могла говорить. Только дрожащей рукой показала на телефон. Он взял его, быстро прочитал сообщение. Его глаза, только что нежные, вновь потемнели, в них вспыхнула та самая ярость, которую я видела вчера. Но теперь она была направлена не на меня, а на Алексея.
– Этот ублюдок, – прорычал он сквозь зубы. – Ненавижу его.
Он отшвырнул телефон. – Одевайся. Немедленно. Мы едем за ней.
Его голос был спокойным, но безапелляционным. Он не задавал лишних вопросов, не упрекал. Просто действовал. Я дрожащими руками натягивала одежду, не веря, что это происходит. Как я могла забыть о ней? Как Алексей мог быть таким… чудовищем?
Мы спустились в лобби, где уже ждала машина. Поездка до детского сада казалась вечностью. Мои руки дрожали, я кусала губы, чтобы не зарыдать. Егор держал руль крепко, его взгляд был сосредоточен на дороге. Иногда его сильная рука ложилась на мое колено, едва ощутимо поглаживая, словно пытаясь передать мне часть своей уверенности.
Когда мы подъехали к саду, солнце уже поднялось достаточно высоко. На площадке было пусто. Мы выскочили из машины и вместе направились к дверям.
Внутри нас встретили две встревоженные воспитательницы. Их лица тут же расслабились, когда они увидели меня, но затем сменились возмущением, когда они увидели Егора рядом со мной. Они начали громко жаловаться: "Адель Дмитриевна, вы понимаете, что это такое? Ребенок остался на ночь! Мы пытались дозвониться! Ее отец не отвечал!"
Егор не дал им закончить. Его голос, низкий и властный, мгновенно успокоил их. – Я Егор Кораблин, – представился он, и это имя, кажется, подействовало лучше любого успокоительного. – Korablin Capital Group. Все формальности будут улажены. Прошу прощения за неудобство. Сейчас нам нужно забрать ребенка.
Он вошел в группу, я за ним. Вика сидела одна за столиком, обнимая плюшевого медведя. Ее глаза были заплаканными и испуганными.
– Вика! – вырвалось у меня. Я бросилась к ней, обнимая дочку крепко-крепко, вдыхая ее родной запах. Чувство вины и облегчения захлестнуло меня одновременно.
Егор опустился на колени рядом с нами.
– Привет, Вика, – его голос был мягким, совсем не таким, как когда он говорил о бизнесе. – Меня зовут Егор. Ты очень храбрая девочка.
Он протянул ей небольшую, ярко-красную куклу с белыми волосами – видимо, он успел заехать в круглосуточный магазин по пути. Вика удивленно моргнула, потом робко потянулась и взяла игрушку. Ее маленькое личико впервые за утро озарилось улыбкой.
Когда мы уже выходили из сада, Вика крепко держала мою руку, а я – Егора. Он посмотрел на меня.
– Куда теперь? – спросил он, его взгляд был серьезным.
Я вздохнула. – Мне не с кем ее оставить, Егор. Муж… – я запнулась. Не могла сказать ему, что Алексей просто не заберет ее. Что ему все равно. –