Не покидай меня

Я до сих пор не могу поверить. Эрагон сделал мне предложение — и я согласилась... Когда наши чувства достигли этой невероятной высоты? В какой миг тихая искра превратилась в неукротимое пламя, способное осветить даже самые тёмные уголки моего сердца?
Об этом я рассказала лишь Мими, Ади и Сэми. Друзья восторженно пообещали помочь с подготовкой свадьбы. Мы с Эрагоном решили не откладывать: времени и без того оставалось катастрофически мало. Уже через полдня весть разлетелась по всей школе. Ученики украшали залы, мастерили гирлянды из светящихся кристаллов, шили наряды — всё вокруг наполнилось предвкушением чуда. Казалось, сама атмосфера пропиталась надеждой. Особенно трогало то, как воодушевились все из‑за предстоящего союза с таким значимым ангелом, как Эрагон.
Мы по‑прежнему жили в разных комнатах. Он неизменно повторял:
— До свадьбы я не прикоснусь к тебе. Не потому, что не хочу... А потому, что уважаю тебя и твоё пространство. Даю шанс передумать.
Но мне не нужен был этот шанс. Я знала — мой выбор сделан душой и сердцем.
Сейчас я сидела в своей комнате, перебирая наряды. Завтра... уже завтра я стану женой Серафима. Моего ангела.
Внезапно раздался стук в дверь.
— Войдите! — воскликнула я, не оборачиваясь.
На пороге появилась Реббека. Её силуэт вырисовывался в полумраке, а голос, тихий, но с привычной стальной ноткой, пронзил тишину:
— Вики, мы можем поговорить?
Я едва сдержала вздох. Мы не общались с тех пор, как она запретила мне иметь дело с Эрагоном. Но любопытство взяло верх — что она скажет теперь?
— Давай поговорим. Проходи. Поможешь мне с платьем.
Её взгляд скользнул по нарядам, висящим на вешалках, — словно оценивал каждую деталь, каждую нить, вплетённую в мою судьбу. Затем она заговорила:
— Зачем тебе эта свадьба, Вики? Ты уверена, что любишь его настолько, чтобы связать с ним жизнь?
Я прервала её одним словом — твёрдым, как скала:
— Уверена.
Мой голос не дрогнул. Я продолжила, глядя ей прямо в глаза:
— Это не твоё дело, с кем и как я строю свою жизнь. Я уже просила тебя услышать меня, но ты не захотела. Займись своей судьбой. Забудь про меня — как делала всё это время.
Она замерла. В её взгляде промелькнуло что‑то неуловимое — возможно, осознание. Она вдруг поняла: давно потеряла влияние на меня. Потеряла дочь. Теперь перед ней стояла не послушная девочка пяти лет, а девушка, которая сама вершит свою судьбу. Ей не нужна была мать — тем более такая, как Реббека.
Молча кивнув, она вышла из комнаты, не произнеся больше ни слова.
Я опустилась на край кровати. Внутри словно оборвалась последняя нить, что ещё связывала меня с ней. Тишина давила, но в этой тишине я наконец‑то ощутила свободу — горькую, но настоящую.
Вечер того же дня
Я вышла на крышу — вдохнуть прохладный воздух, остудить мысли. Просидела там около часа, погружённая в сумеречные раздумья, пока за спиной не раздались тихие шаги.
Винчесто приблизился, но остановился в паре шагов. Его голос прозвучал мягко, почти нежно:
— Милая, могу я присесть рядом?
Я улыбнулась и едва заметно кивнула. Он опустился рядом, и мы замерли в безмолвии, устремив взгляды в бездонное, чёрное небо. Спустя какое‑то время он нарушил тишину:
— Брак — это прекрасно, дорогая. Я искренне рад, что ты нашла свою половину. Вы с Эрагоном — как две стороны одной медали: взрывная демоница и хладнокровный ангел. Идеальный баланс.
Я едва заметно усмехнулась, но улыбка тут же растаяла.
— Мать иного мнения, Винчесто. Она была против наших отношений, теперь — против брака. Иногда мне кажется, что я не могу быть дочерью такой женщины, как она.
Он молчал, лишь положил руку на моё плечо, по‑отечески поглаживая. Затем, с тёплой улыбкой, произнёс:
— Хочешь... я провожу тебя к алтарю завтра? Я, конечно, не твой отец и не имею на это права, но...
Я не дала ему закончить:
— Конечно, Винчесто! Для меня это невероятно важный день, и идти под руку с тобой... — мысль на миг сбилась, но я тут же собрала её воедино. — Мне было бы невероятно приятно, если ты согласишься.
Я обернула всё так, будто это была моя идея. Потому что в этот момент я действительно нуждалась в нём.
Он лишь кивнул и притянул меня в объятия — тёплые, почти отцовские. Я всегда мечтала, что к алтарю меня проведёт отец, но этим мечтам не суждено было сбыться...
Винчесто поднялся, поправил одежду и, уже уходя, тихо бросил:
— Не сиди тут долго, замёрзнешь. Лучше отдохни. К свадьбе всё готово — кроме нашей невесты.
Я кивнула, смахнув слезу, пробившуюся сквозь броню спокойствия.
Уже собираясь уйти, я вдруг услышала снизу голос Эрагона:
— Вики? Давно ты там сидишь?
Я тепло улыбнулась и спрыгнула с крыши — без крыльев, просто прыжок. Не успела ощутить даже порыва ветра, как оказалась в его руках.
— Ты поймал меня, — произнесла я не как вопрос, а как утверждение. И речь была не о падении.
Он улыбнулся и тихо прошептал на ухо:
— Я всегда поймаю тебя. Всегда буду рядом. Можешь не бояться пустоты и прыгать сколько угодно.
Он опустил меня на землю, осторожно поцеловал — так, словно я была самой хрупкой драгоценностью во всём мире, — и, не отрывая взгляда, добавил:
— Уже завтра я назову тебя своей женой. А пока беги в свою комнату и отдохни, милая.
Я прижалась лбом к его и повторила:
— Уже завтра...
Затем быстро чмокнула его в губы и скрылась в лабиринте школьных коридоров.
Утро
Я проснулась от музыки, разливавшейся по школе с первого этажа. Всё было готово к празднику. Но не я.
Сидя на кровати, я смотрела на выбранное платье. Нет, я не сомневалась — я боялась. До назначенного Матерью дня оставалось всего три дня. А мы... затеяли праздник. Свадьбу. Как будто у нас есть будущее.
Отбросив мрачные мысли, я начала собираться. Пышное белоснежное платье, изящные локоны, аккуратный макияж — всё было идеально. Я готова.
В дверь постучали. Мими ворвалась в комнату и замерла на пороге:
— Малышка, ты такая красивая! Поверить не могу, что все же погуляю на твоей свадьбе. Готова стать женой советника?
Я тепло улыбнулась:
— Кажется, да. Готова.
Мы вылетели на остров Амор. Я видела его впервые. Он был прекрасен — словно война, всадники и даже сама Матерь не смогли коснуться этого уголка. Красные розы, буйная зелень, изысканные украшения — я оказалась в настоящей сказке.
Ко мне подошёл Дино. Мы не особо общались после расставания, но сейчас он нарушил долгое молчание:
— Вики, знаю, у нас не сложилось. Но я искренне рад за тебя. Надеюсь, ты обретёшь счастье, которого действительно заслуживаешь.
Я ответила тёплой улыбкой, храня в сердце воспоминания о прошлом, но глядя в будущее:
— Спасибо, Дино. Надеюсь, ты тоже найдёшь своё счастье.
Он кивнул с лёгкой улыбкой и отошёл к другим гостям.
Вскоре ко мне приблизился Винчесто, протянул букет нежных лилий и тихо произнёс:
— Жених ждёт тебя, милая. Пора.
Я глубоко вздохнула, собираясь с силами.
— Пора.
Винчесто взял меня под руку и медленно повёл к алтарю. Гости сидели на своих местах — кто‑то улыбался, у кого‑то на глазах блестели слёзы, но тёплые, искренние.
Я смотрела вперёд и видела его: Эрагона в изысканном белом костюме, контрастирующем с аркой из кроваво‑красных роз. Его глаза, ледяного голубого оттенка, сияли теплом при виде меня.
Винчесто передал мою руку Эрагону, напоследок нежно погладив пальцы в знак поддержки. Я обернулась — место матери пустовало. Видимо, она решила не омрачать этот день своим холодом и безразличием.
Эрагон осторожно приложил мои пальцы к своим губам и прошептал:
— Ещё мгновение — и ты станешь моей женой.
К арке подошёл невысокий амур.

Началась официальная часть.
Мы следовали всем указаниям, и вот настал момент первого поцелуя.
Он ощущался иначе — теплее, роднее.
Пришло время первого танца. Мы вышли на площадку. Зазвучала музыка — скрипка, пианино и арфа сливались в нежном аккорде. Но мы не замечали ничего вокруг — двигались так, как велело сердце.
Эрагон склонился к моему уху и прошептал:
— Ты — маленькая демоница, подарившая покой и счастье моему сердцу. Луч света в моей бесконечной бессмертной жизни. Я так люблю тебя.
Он закружил меня в танце, и, когда наклонил, я ответила, шепча прямо в губы:
— Это не я спасла тебя, Эрагон. Это ты спас меня из лап бесконечной боли и отчаяния. Ты подарил мне новую жизнь, в которой есть место не только страху, а настоящему светлому чувству, и я так люблю тебя.
Он нежно, осторожно поцеловал меня. Мы продолжили танец.

Вечер тянулся приятно долго, но впервые за длительное время он был наполнен не страхом и болью, а счастьем, смехом и радостью.
Словно сама судьба кричала нам со всех сторон:
Надежда ещё есть.