Часть 4: Опасные преступники в России. Глава 1: Перформанс
Всё-таки самая большая проблема в России — это дороги. Здесь исторически не умеют класть асфальт. Никогда не знаешь, вот эта лужа — она сантиметр глубиной или полметра? Этот вопрос может показаться неважным. Но только не тогда, когда дорога перед тобой затоплена.
Тим осторожно сделал шаг, потом ещё один и ещё. Обувь и не думала промокать. Ноги едва касались мутной жижи.
«Я иду по воде, — подумал юноша. — Неужели и я Иисус, прямо как Вика?»
И тут он как провалился по колено под воду! Ледяная вода полностью залила кроссовок. Права была та израильтянка: не каждый, кто считает себя Иисусом, на самом деле Иисус.
Тим прилетел в Россию, несмотря на то, что для этого ему пришлось взять две тысячи шекелей в кредит. Деньги его больше не волновали — никто ничего не отнимет, потому что отнимать нечего. Его волновало, что Вика сейчас мучается в неволе. Её оболгали, оклеветали недруги. Что им нужно было от невинной сумасшедшей? Что нужно было от Тима тому, что заказывал клевету в СМИ? Эти существа обладали поистине извращённым и беспричинным садизмом. Ни актёр, ни его невеста не имели отношения к политике. Они просто любили друг друга, хотели пожениться...
Но одно Тим знал точно: во всех проблемах виноват Путин. Во всех.
Вика приехала в Россию, и её посадили в тюрьму. Последний кусочек паззла встал на своё место... Всё это было нужно кому-то! Тому, кто стоит за большинством мировых заговоров. Тому, кому нужна неограниченная власть. Тому, что всё время составляет План, замышляет что-то! Кто это может быть? Путин. А как же иначе? Всё это — часть его тщательно проработанного плана по захвату мира.
***
С началом специальной военной операции к проблемам с дорогами также прибавилась проблема с косметикой. Ведущие фирмы отказались поставлять продукцию в Россию. Пройдясь по «Л'этуалю» и попробовав чёрные подводки, Тим убедился, что все они сотрутся часа за два. В конце концов, он выбрал самую дорогую и прошёл на кассу.
— Длё дёвушка? — мило улыбнулась ему продавщица.
Тим решительно ответил:
— Нет. Для себя.
***
В свете мигающей лампы можно было разглядеть нечто общее между людьми, заполнившими сырой подвал типичного жилого дома. Все они явно были бедны, говорили со странным резким акцентом, у многих в одежде, обуви прослеживались жёлтые и синие цвета.
Когда Тим зашёл, все замолкли и уставились на него. Казалось, никто не мог поверить, что это он. Прекрасный юноша с глубоким интеллектуальным взглядом, игравший во многих американских фильмах, устроил встречу с фанатами в этом странном месте. И, что важно, все фанаты до спецоперации жили на Украине.
Молчание могло длиться вечно, но вдруг парень, стоящий близко к двери, лопнул пузырь из жвачки.
— Ненавижу русских, — выдал он. — Они меня в чате укронацистом называют!
И тут подвал заполнился голосами.
— Да где они взяли своих долбаных фашистов?! Сами фашисты поганые!
— Мой сосед орал: «москаляку — на гиляку», но он был просто идиот. У них самих мало идиотов?
— Мы жили мирно. Какая нам разница, что там было на Донбассе?
Всех этих людей постигло несчастье. Какие бы термины ни изобретали в России, для украинцев это была настоящая война.
— Отобрали у нас Крым!
— Я гей, я хочу в ЕС!
— Всего пара митингов! Никто не собирался на них нападать!
— Послушайте меня, пожалуйста! — воскликнул Тим.
Голоса умолкли. Актёр обвёл собравшихся тяжёлым взглядом.
— Я хочу призвать Путина к миру, — объявил он.
***
Они долго разговаривали. Истории фанатов с Украины оказались одна драматичнее другой. Люди были вынуждены оставить свои дома и переехать в другую страну, где их никто особо не ждал. Жильё приходилось снимать. Кто-то с трудом нашёл работу, кто-то, как и Тим, залез в долги.
— Я был уверен, что потерять игровой аккаунт с тысячей золотых монет — это проблема, — замотал головой лохматый парень. — А это оказалась не проблема...
— У меня там остался парень, — плакала девушка лет пятнадцати. — Что теперь с ним будет?
Тяжело было слушать, как у кого-то погибли родственники под завалами. У одной женщины мать с началом войны скончалась от инфаркта. Но самой драматичной оказалась история Васи Бойко, который из-за войны больше никогда не сможет заниматься сексом.
С юных лет Вася мечтал быть похожим на деда, который гнал немцев до Берлина в составе советской армии. С этой целью подросток набил у себя на груди свастику, как это делали его друзья. О том, что её использовали фашисты, он узнал от русской девушки, с которой остался наедине. Она увидела татушку и завизжала.
— Я всего лишь хотел демократию! — рыдал Вася. — Я хотел, чтобы у нас было равенство, как в Советском Союзе! Прямо как сейчас в Америке!
Теперь Вася опасался вступать с кем-либо в половой акт. Не дай бог, узнают и набьют морду! У русских с фашистами короткий разговор. Лучше обходиться воздержанием.
***
И вот настал час икс. На следующий день Тим сделал красивую причёску — ему предстояли съёмки. Он помыл голову, завил волосы и полюбовался собой, красавцем, в зеркале.
Он взял чёрную подводку и принялся рисовать. Это было несложно, ведь юноша преследовал благородную цель. Вырисовывая у себя на щеке вражеский знак, он чувствовал унижение. Это было испытание, которое предстояло пройти, чтобы спасти любимую.
Закончив, Тим почувствовал себя легко. С души будто тяжкий груз свалился! Он был плохим человеком, и наконец признался в этом себе и другим. Он взял на себя все грехи человечества. Он всё-таки Иисус, как и Вика.
***
Нацепив медицинскую маску, Тим вышел на улицу. Вчерашний дождь сменился солнечной погодой, волосы трепал приятный ветерок. Юноше было весело и страшно.
Гостиница находилась на той же ветке метро, что и Красная площадь. Время поджимало, и Тим сбежал по эскалатору. Вдруг ему в голову стукнуло, что кто-то его заподозрит и попросит снять маску; у рамок он покашлял, пытаясь притвориться больным. Всё прошло гладко.
Он вышел на Охотном Ряду и увидел Кремль. Древнее здание пережило десятки войн. Оно было во много раз меньше небоскрёба, но привлекало внимание своими яркими красными стенами, золотыми куполами. Оно завораживало.
Тим содрогнулся при мысли о том, что ему предстояло.
Он прошёл в арку и оказался на Красной площади. Пройдясь по неровной каменной кладке, выискал глазами украинцев, стоявших по два-три человека и державших в руках мобильные телефоны с камерами. Оставалось семь минут до назначенного времени.
Время текло... Текло...
И вот куранты на башне пробили: бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Бам.
Тим почувствовал, что на него направлены десятки камер. Эта новость будет во всех украинских и американских СМИ. Потрясающий перформанс. Американский актёр вышел на Красную площадь, чтобы призвать российские власти к миру.
Он снял маску, обнажая вражеский знак, и открыл рот:
— Отве...
Голос не слушался. Вместо крика из горла вырывался невнятный хрип. Тим представил себя на сцене.
— ОТВЕДИТЕ МЕНЯ К ПУТИНУ!!! — раздался мощный крик.
Он сам от себя не ожидал такого. Головы незнакомцев синхронно повернулись к юноше. Он был в центре внимания, ему хотелось сбежать подальше, но он сделал шаг вперёд и закричал снова:
— Отведите меня к Путину!!!
Не прошло и десяти секунд, как на площади появились стражи порядка. Они грозно приближались, и страх превратился в панику, но путь назад был отрезан.
— Пройдёмте с нами, молодой человек! — сказал внушительный дядя в форме.
— Вы должны отвести меня к Путину! — отрезал Тим.
Тогда его попытались схватить. Сначала за руку, но Тим увернулся. Он был вёртким, знаете ли, и закалённым в бою с террористом. Поэтому увидел в кольце полицейских просвет и нырнул туда.
— Отведите меня к Путину!!! — орал он, проносясь мимо толпы.
Вдруг раздался выстрел. Боль разодрала плечо.
— Ау! — заорал Тим.
Посмотрев вниз, он понял, что крови нет. Пули оказались резиновыми, но били больно. А полицейские тем временем наступали ему на пятки.
Деваться было некуда. Тим развернулся.
— Стойте! — крикнул он. — Отведите меня к Путину, и я пойду с вами! Но только в этом случае!
И тут грянуло сразу несколько выстрелов. В Тима летело пять пуль. Он прогнулся назад... Только одна мысль:
«Получилось! Я увернулся от пуль, как Нео из "Матрицы"»!
Всё закончилось логично: он ударился головой об асфальт. Тут его и повязали.