- 10 -
Моё новое сердце будет любить тебя так же как и старое
У Чимина болит голова. У Чимина плохое настроение. Чимину в принципе плохо.
Он просыпается по будильнику, не в силах открыть глаза. Вчера он до поздней ночи делал домашнюю работу, лёг ближе к рассвету, поэтому проспал не больше двух часов.
Пак поворачивает голову, моргая — не может сфокусировать зрение, — и кое-как разглядывает силуэт посапывающей Теи на краю кровати.
В квартире холодно. Он ощущает неприятные мурашки, находясь под одеялом. Боится представить, что будет, встань ему и откинь ткань, сохранившую его тепло.
Собирается с силами и выползает с кровати, забегая на кухню, чтобы налить себе воды. Мин ждёт, пока она нагреется и можно будет уталить жажду, завести организм – хотя бы на пол дня.
Кофе он не пьёт, энергетики тоже. А утро начинать с этого ещё больше не намерен. Пьёт воду, громко кладя её в раковину.
Тёплый душ согревает и не даёт проснуться и внести ясность. Но Чимин постарается сделать это на протяжении дня.
Собравшись, выходит с квартиры. Пытается одержать вверх над желанием вернуться обратно и найти пуховик – настолько холодно.
Пак хочет начать идти, чтобы побыстрее попасть в школу, но останавливается на полу-шаге, видя знакомую машину возле подъезда.
И не ошибается – затонированное окно открывается, давая лицезреть довольную рожу Чонгука, который машет ладонью Мину.
Второй поднимает бровь, но покорно идёт к автомобилю, вспоминая, что там, где Чон – там тепло. Потому что у него в салоне есть печка.
Подходит к окну, всматриваясь в лицо Гука, который продолжает улыбаться, подперев щеку ладонью.
— Привет, — растягивая губы в улыбке, говорит.
— Утро доброе, — здоровается Чимин. — Какими судьбами? — поднимает бровь.
— К тебе, — отвечает младший, прикусывая большой палец. Он перевозбуждён.
— Ты в мои личные водители записался? Сколько стоишь? — язвит Пак, терпя собачий холод.
— Всего лишь твоей дружбы, — пожимает плечами.
— Печка включена?
— Как только выехал, — отвечает Чонгук и смотрит как Мин огибает машину, садясь на пассажирское сиденье. — Специально для тебя, хён, — тянет тот, видя недовольное лицо старшего.
— Поехали уже, — откидываясь на спинку, говорит Чимин, перед этим положив портфель на заднее сиденье.
— Слушаюсь, босс.
Машина тронулась.
Чон водит аккуратно, что давно заметил Пак – это похвально, поэтому даёт себе расслабиться в мягком кресле, получая максимальное тепло от печки.
Они останавливаются на светофоре и Гук тяжело вздыхает. Он не выспался потому что делал уроки всю ночь, поэтому хотел бы оказаться на месте Мина, который разложился на спинке, укутавшись в ветровку и прикрыл глаза.
Чонгук немного зависает осматривая лицо старшего. Заметил, что чёрная краска смывается, а сами волосы уже немного отросли. Кожа Чимина бледная, он почти что просвечивается: это не выглядит страшно – совсем нет, – Паку красиво. Чону просто жаль, что оттенок губ Мина уже не такой розовый как раньше.
— Может поедем уже? — открывая один глаз, говорит Чимин.
Гук немного тушуется, смотря на светофор, что только что показал зелёный. Он заводит машину и они едут дальше.
— Чонгу-у-к, — тянет Пак.
— Что? — с секунду смотрит на парня, а после возвращает свой взор дороге.
— Ты пялился на меня, — улыбается тот.
Глаза Чона расширяются, а руки сжимают руль сильнее, чем надо было. Он в мгновенье поворачивает голову к Мину, а после густо краснеет.
Чимин двигается близко-близко к Гуку, не сводя улыбки, и облокачивается локтями на подлокотник.
— Красивый? — смотрит на мягкую щеку Чонгука, отмечая то, что младший знатно залился краской.
Второй опускает глаза на секунду и закусывает губу, незаметно кивая.
— Да, хён, — вновь с мгновенье смотрит. — Красивый.
Пак застывает, всё также смотря на Чона, и садится на место, улыбаясь. Он протягивает руку к лицу младшего и мягко тянет его щеку.
— Милашка, — немного посмеивается и вновь отстраняется, услышав звук входящего сообщения.
Будь оно проклято.
Только и крутится в голове Гука, который неприятно поджимает губы.
А у Чимина наоборот сердце падает в пятки, когда видит, кто ему написал.
Тэ
Встретимся сегодня после школы?
Он печатает короткое «хорошо» и закрывает переписку, закусывая косточку большого пальца. Пак смотрит в окно и видит, что они почти приехали. Оборачивается на Чонгука, который подъезжает к парковке. Мест всегда много, потому что на машинах никто не ездит из-за несовершеннолетнего возраста, а Чону недавно исполнилось восемнадцать, и ещё потому, что пошёл поздно в школу.
Выходят из машины, закидывая рюкзаки на плечи и направляются к воротам. Гук пристраивается ближе к Чимину и засовывает одну кисть в карман.
— Хён, — говорит, — а кто тебе писал? — смотрит на старшего.
Пак хмурится, не понимая, почему это так заинтересовало Чонгука, второй, видя это, сразу говорит:
— Просто ты так отреагировал. Не знаю, — мнётся. — Может, что-то важное? Я могу чем-то помочь?
Мин немного не понимает реакции младшего,
поэтому зачёсывает волосы назад, чтобы отвлечь руки.
— Нет, — пожимает плечами.
Чон ответом не удовлетворён, а внутри проскальзывает некое подобие обиды. Он кивает и идёт дальше, проходя в саму школу.
Заходя внутрь, они почти на пороге видят друзей Гука. Те встречают его, похлопывая по плечу и что-то говорят – Чимин не разобрал. Все они останавливаются, в том числе и Пак. Он смотрит на то как двое оживлённо о чём-то рассказывают Чонгуку, который не проявляет такой же отдачи.
Мин отдёргивается, собираясь развернуться. Напоследок говорит: «спасибо, что подвёз» и планирует свершить задуманное, как его останавливает голос Чона.
— Хён, — Чимин разворачивается и смотрит на Гука. Его глаза такие большие сейчас, бегают по фигуре Паке, а тот стоит и ждёт речи Чонгука. — Встретимся сегодня после школы? — он спрашивает это с такой надеждой во взгляде, что сердце Мина неприятно сжимается, понимая, что Тэхён для него важнее.
— Прости, я буду занят, — сдержанно улыбается и уходит, оставляя тройку наедине.
Чон опускает голову и хмурится. Обида распирает его изнутри. Он не думал, что завоевать внимание старшего будет настолько сложно.
Хосок с Юнги непонимающе переглядываются, не понимая ситуации, только что произошедшей. Они переводят взгляд на понурого Гука и чуть ли не одновременно спрашивают:
— Что сейчас было? — Юнги поднимает бровь, не разделяя выбора Чонгука тягаться с таким, вроде Пак Чимина.
— Чувак, что тебе в голову ударило? Ты после того случая сам не свой, — поддерживает Чон.
Гук закатывает глаза и раздражённо отдёргивает плечо, бросая, перед тем, как уйти:
— Сам разберусь, — и переходит на быстрый шаг, потому что видит силуэт Пака, который не спеша направляется к лестнице.
— Встретимся завтра? — предлагает Бомин.
— Хорошая идея! Кто может? — спрашивает Сокджин, осматривая компанию.
— Да все можем. Скажите куда только, — смеётся Намджун.
— Чонгук? Есть идеи? — спрашивает Бомин.
— В боулинг, — улыбается младший. — Давайте туда?
— Хорошая идея, Чонгук-и, — треплет по волосам Чона, Чимин. — Спорим, я выиграю тебя?
— А у тебя разве дел нет? — спрашивает Гук, явно намекая на нежелание присутствия там Пака.
— Да нет, вроде, — пожимает плечами Мин и опускает голову вниз, задумываясь.
Может, ему и вправду не идти?
— Блин, ну как ты это делаешь? — страдльчески стонет Сокджин. — Чонгук, мне надоело проигрывать.
— Наслаждайся своей участью, хён. Такова жизнь, — улыбается Чон и забрасывается новый шар, который сбивает все кегли.
— А где Чимин? — вдруг спрашивает Джин, не слыша привычного смеха. — Он любит боулинг. Странно, что он ещё ни разу не играл. Обычно всё наоборот.
— Он сказал, что у него дела ещё когда мы с зала выходили. Вы разве не помните? — говорит Бомин и пьёт какой-то сомнительный напиток.
— А-а, — тянет Сокджин. — Понял.
Гук хмурится, над чем-то задумываясь, но после приступает к игре.
Пак бы выиграл его на раз-два. Но этот хён всегда поддаётся своему любимому донсену и от этих мыслей, Чон трясёт головой, как бы избавляясь от них.
К чёрту. Мин всё испортит.
Чонгук лежит на парте, — точнее на тетрадке, — он прикрывает глаза от неприятных воспоминаний. Приподнимает голову, переводя свой взгляд на первую парту и уставшую фигуру Чимина.
Он подпирает кулаком голову и что-то рисует в тетрадке. Чон тоже ставит подбородок на кисть и смотрит на брюнета.
Пак что-то рисует в тетрадке, сгорбившись над листком. Волосы полностью закрывают глаза, но Мину это будто не мешает, и даже не пытается поправить или сдуть чёлку.
Сейчас урок литературы и в классе довольно тихо и спокойно. Учительница тоже не обращает особого внимания на детей, в начале сказав, что они могут заниматься своими делами, при условии, если не будут шуметь. Все единогласно поддержали эту идею.
Гук обводит взглядом класс, наконец оторвавшись от Чимина и замечает, что почти все спят. На улице пасмурно и в классе стоит полумрак, поэтому всех клонит в сон. Пак не исключение.
Слыша звук, закрывающейся тетради и стука карандаша о парту, Чонгук смотрит на старшего: тот удосужился зачесать пятернёй волосы и перевести взгляд в сторону окна – ближе к стороне Чона.
На другой стороне парты посапывает Юнги, а Пак сидит один. Гук подумал, что будет хорошей идеей составить компанию скучающему Мину.
Он тихо встаёт с парты, видя, что у учительницы нет возражений по этому поводу и тихо шагает к первой парте возле двери.
Чимин сразу заметил младшего и следил за его передвижением весь путь. Второй садится по другую сторону и улыбается, спрашивая, не против ли Пак его компании.
Мин двигает свои вещи, чтобы Чонгуку было удобнее и заостряет сонный взор на парне.
— Я хочу подстричь себе сегодня волосы, — начинает Чон. — И вновь начать отращивать.
Чимин незаметно поднимает бровь и кивает.
— А я хочу перекраситься в коричневый, — смотрит на Гука.
Чонгук немного мнётся и решает спросить то, для чего сюда собственно и пришёл.
— Хён, — начинает. — Почему мы не можем встретиться? — смотрит на старшего.
Пак заглядывает в глаза Чона и вновь понимает, что красивее этих он ещё не видел.
— Я сделал что-то не так? — вновь спрашивает.
— Чонгук, — Мин вздыхает. — Всё так. Просто я правда занят.
Гук опускает голову из-за неловкости и почёсывает затылок. А Чимин, видя это, достаёт тетрадку и касается Чонгука локтем. Второй реагирует и смотрит как Пак листает страницы и, находя заветную, открывает. На ней много рисунков, сделанных простым карандашом. Видно, что Пак старался, а его мастерство отточено.
Он показывает на рисунок в правом углу и говорит:
— Вот это моя кошка, — переводит на середину, — это ты.
Чон удивлённо смотрит на профиль старшего, а после переводит взгляд на листок.
— Ты играл мне на гитаре здесь, — поджимает губы. — Твой голос такой... — задумывается. — Волшебный.
Гук застенчиво улыбается и благодарит Мина за это.
— Не за что, — улыбается старший. — Надеюсь, я когда-то снова его услышу.
Как жаль, что Чонгуку просто не хватает сил сказать, что именно Чимин волшебный.