похоронная свадьба в малиновке
Шанс впивался вилкой в котлету по-киевскому, масло брызгало на грязную скатерть. Напротив Эллиот, скривившись, потягивал мятный чай – бледная жижа, достойная только больных старух.
— Чувствую, Мафиозо сегодня взведён как курок, – Эллиот швырнул на стол смятый окурок. – Нас опять в какое-то дерьмо втянут.
Шанс хрустнул хрящом в котлете, обнажив зубы в усмешке:
— Ты че, слепой? Сегодня у цыганского барона Бабиджона свадьба. Особняк, шампанское рекой, а нам – как всегда, роль говночистов.
Свадьба. Ещё один повод нажраться в хлам и пострелять по живым мишеням. Обычный рабочий день, если бы не одно "но" – на этот раз Мафиозо явно затеял не просто разборку. Бабиджон – цыганский барон, грязь под ногтями местного криминала. Раньше они с Мафиозо делили город по-тихому, как два паука в одной банке. Но теперь... Теперь кто-то перешёл черту. И этим "кем-то" оказался сам Бабиджон. Последняя капля. Последнее предупреждение.
Эллиот скривился:
— Опять подарки и клоуны по вызову?
— Не только. – Шанс достал из кармана обойму, ловко вщёлкнул в пистолет. – Барон нашёл последнюю каплю терпения у Мафиозо.
Тут к их столу подвалил Советник – тень с катаной за спиной. Шлёпнул перед ними фотку: девчонка в норковой шубе, голубые волосы до поясницы, взгляд пустой и тяжёлый.
— Эту снежную королеву– живой. Без царапин, – прошипел он. – Просрёте – станете удобрением для моих роз.
Эллиот поднял бровь:
— Это кто, блядь, такая?
Советник плюнул им под ноги:
— Баба Мафиозо. Месяц назад её сцапали, теперь выкуп требуют. Не вернёте – ваши кишки кролик доедать будет.
Парни переглянулись. Шанс первым рванул в смех:
— У этого уёбка БАБА есть?!
Тут же над ними нависла тень. Мафиозо. Белый кролик на плече, глаза – две чёрные пули.
— Эй, пидоры в юбках, – голос как скрип ножа по кости. – К вечеру быть у табора. Одевайтесь как люди, а не как бомжи. Задание знаете. – Он наклонился, запах дорогого одеколона смешался с вонью крови. – Стреляйте, режьте, жгите. Но моего АНГЕЛА – мне в руки. ЖИВУЮ.
По его лицу ползла тень – не злости, а чего-то страшнее. Шанс резко встал, щёлкнул затвором:
— Будет сделано, шеф. Нужно было подготовиться
Сев в копейку, Эллиот молча рванул к своей конуре на окраине — той самой, где Шанс ночевал уже второй год, "временно", как он говорил. Временность затянулась настолько, что его зубная щётка мирно соседствовала с Эллиотовой, а носки давно перемешались в одном ящике.
Шанс молча достал чупачупс и посмотрел на наряженного Эллиота
—Не ссы, уже не раз пулю ловили. Да и свадьба, все бухие будут
—Я за тебя переживаю мудень, ты по любому в покер проиграешь последние штаны или я тебе эти пули буду из жопы доставать.
—Ну и ну, Элик. Все обойдется, заберём мы эту снежную королеву, а то и лично Барона прирежем.
Они подъехали к дому и сразу же забежали в подъезд, переступая тело очередного соседа алкаша
Они ввалились в свою раздолбанную коммуналку – Эллиот сразу сдернул с себя вонючую гавайку, Шанс пнул ботинки в угол, где те присоединились к горе пустых бутылок и мятой одежды.
— Бля, воняешь, как бомж после дебоша, — бросил Шанс, расстёгивая рубашку.
— А ты как вылитый алкаш с похмелья, — огрызнулся Эллиот, уже дергая застрявшую молнию на джинсах.
Они запихнули друг друга в тесную ванну, где ржавая лейка выдавала то кипяток, то ледяную струю.
— Отодвинься, пидор, мне места нет!—Шанс толкает Эллиота к стенке прижимая
— Да ты вообще тут лишний! — Эллиот бросает в него мылом
— Эй, сука, не лей кипяток! — завопил Шанс, когда Эллиот небрежно крутанул кран.
— Зато быстро отмоешься, — Эллиот выдавил на мочалку что-то, что когда-то могло быть мылом, и с остервенением принялся драить Шансу спину, словно чистил ржавый ствол.
Они быстро закончили, по крайней мере уже не воняют и славно.
Эллиот, капая на пол, вытащил из шкафа единственный приличный костюм — черный, слегка помятый, но без видимых дыр.
— Ты выглядишь, как гангстер на похоронах своей совести, — прокомментировал Шанс
— Хули, мне идёт, — Эллиот покрутился перед зеркалом, но затем растерянно накинул на себя чёрный галстук — А как его завязывать?
Шанс вздохнул, подошёл и начал мучительно вязать узел, будто душил не галстук, а саму судьбу.
— Ты же взрослый мужик! Как ты, блять, до сих пор не научился?
— А зачем, если ты всегда рядом?— Эллиот ухмыльнулся, намеренно запрокидывая голову, чтобы его шея оказалась ближе к пальцам Шанса.
— Вот и научился. — Шанс дёрнул галстук, затягивая узел так, что Эллиот хрипло закашлял.
Тот покосился на него с преувеличенным разочарованием:
— Я думал, ты засосёшь меня, как в подсобке когда-то ~.
Шанс замер, потом резко отпустил галстук, швырнул в Эллиота пистолет и развернулся к выходу:
— Если бы я хотел тебя засосать, я бы начал с твоих мозгов. Но, увы, их не существует.
Эллиот рассмеялся, поправил галстук и сунул пистолет за пояс. Они переглянулись и вышли из квартиры, захлопнув дверь и пошли во двор. Чувство надвигающегося пиздеца их не покидало, но они старались держаться на плаву.
***
Дым от мангала смешивался с запахом свежей крови, когда на подъезд к ферме вломились три чёрные иномарки с тонировкой такой тёмной, что казалось - из них вот-вот вывалятся гробы.
1x1x1x1 только успел выйти из своей ржавой "Волги", как его окружили. Первым из машины вышел Мафиозо - его белый кролик нервно дёргал ушами, а глаза блестели холоднее лезвия топора.
За ним, словно тени, выскользнула вся его шайка:
- Солдат с автоматом на груди, лицо в шрамах
- Режим в тёмных очках, щёлкая затвором пистолета
- Контрактник, перебрасывающий с руки на руку гранату
- Советник, нервно теребящий рукоять катаны
Шедлетский стоял на крыльце, опираясь на окровавленный топор. Его широкая спина напряглась, когда он медленно провёл языком по зубам:
— Ну и хуйню ты, блядь, привёз...
Кулкид, вытирая руки о засаленный фартук, с любопытством выглянул из-за спины дяди:
— Шед, а это кто?
Шедлетский хрипло рассмеялся:
— Это, пиздюк, называется "визит вежливости". Только вежливость у них в стволах.
Мафиозо сделал шаг вперёд, и его кролик внезапно замер, уставившись свирепыми глазами на Кулкида.
— Мы поговорим внутри, — произнёс Мафиозо, и это прозвучало как приговор.
Шедлетский тяжко вздохнул, размахнулся и вогнал топор в чурбан у крыльца:
— Ну что ж... Проходите, "друзья". Только блядь без стрельбы - свиней пугаете.
Шедлетский развалился за кухонным столом, положив сапоги на доску, которая когда-то была столешницей. Перед ним бутылка самогона, три гранёных стакана и окровавленный нож для разделки мяса.
1x1x1x1 сидел напротив, методично чистя ногти тем самым ножом. Кулкид юркнул в подвал - "проверить запасы", но все знали - парнишка прячет там свой самодельный арбалет.
Мафиозо стоял у печи, гладя кролика. Его люди расселись по углам, создавая идеальные огневые сектора.
— Ну и нахуя ты, сопляк, притащил ко мне всю свою ораву? — Шедлетский налил самогон, плеснув мимо стакана. — Думаешь, я тебе бабу искать буду?
Мафиозо резко развернулся. Его пальцы вцепились в шерсть кролика:
— Это не просто баба. Это Энион.
В кухне повисло молчание. Даже Контрактник перестал крутить гранату.
1x1x1x1 медленно поднял глаза:
— Та самая, что...
— Та самая, — Мафиозо ударил кулаком по печи, сбивая ржавчину. — Которая знает всю мою поднаготную.
Его голос дрогнул. Советник нервно кашлянул.
Шедлетский свистнул:
— Охуеть. Значит правда - даже у тебя есть сердце.
Кролик внезапно вырвался и запрыгнул на стол, опрокинув стакан.
— Она в таборе у Бабиджона, — прошипел Мафиозо. — И если эти ублюдки заставят её говорить...
Шедлетский прищурился, взгляд скользнул по Мафиозо, будто пытаясь разглядеть слабину.
— Когда она пропала? — спросил он, ставя стакан на стол с глухим стуком, — И вообще, ты её раньше искал? Или этот цыган такой лютый, что у тебя из-под носа умыкнул?
Мафиозо замер, его пальцы сжались на спинке стула так, что дерево затрещало.
— Ты думаешь, я бы сидел сложа руки, если б знал, где она? — голос его был тихим, но в нём дрожала сталь. — Она исчезла месяц назад. Ни записки, ни следа. А потом…
Шедлетский хмыкнул, разливая самогон по стаканам:
— Месяц? Да ты, блядь, романтик. Настоящие мужики баб теряют на три дня максимум. Либо находишь, либо новую заводишь.
—Потом этот ублюдок Бабиджон прислал мне её сережку в конверте. С каплей крови.
— Значит, твоя киска сама сбежала к цыганам?
Хруст костей. Мафиозо в ярости раздавил стакан в руке. Алкоголь смешался с кровью.
— Она не сбежала. Её выкрали. В тот же день, когда из моего сейфа исчезли документы на все схроны.
Шедлетский присвистнул, поддевая ножом фотку:
— Ну и театральный уёбок этот Бабиджон. Настоящую бабу изводит, а доказательства как в плохом сериале.
— Я иду на свадьбу. Прикинусь ментовским крышевателем. Скажу, что пришёл поздравить от шефа. — 1х1х1х1 прикуривает и смотрит на бедного Мафиозо
— Они тебя сразу раскусят.— Мафиозо стискивает зубы
— Ну и хуй с ними. Главное — шум поднять.
Шедлетский ухмыляется:
— А я в это время зайду с тыла. Прикинусь, что привез мясо, а после изнутри устрою поножовщину.
Кулкид высовывается из-за подвала:
— А я?
Все хором:
— Сидишь дома.
Мафиозо встаёт, поправляет перчатки:
— Мои люди перекроют дороги. Ни одна цыганская мразь не уйдёт.
1x1x1x1 поправляет обрез под пальто:
— А саму Энион....мы вытащим через хуй. Если надо — через её, если надо — через мой. Главное — живой.
— Ну ты, блядь, поэт!— Шедлетский хрипло заржал — Ладно, ебальники набьём, бабу спасать — святое. Только чур, если она окажется шлюхой — я её сам пристрелю.
Мафиозо вздрогнул, его кролик зашипел, как змея.
— Ты тронешь её — я тебе кишки на галстук намотаю.
Тишина. Даже Кулкид притих за печкой, затаив дыхание.
1x1x1x1 медленно поднялся, разминая плечи.
— Ну что, пацаны...— он щёлкнул затвором. — Поехали на свадьбу. Жениху — свинец в лоб, невесте — наручники на грудь. А цыганам — бесплатный урок анатомии.
Все вышли во двор и по машинам. Кулкид остался дома приглядывать за фермой, а взрослые кости ломать.
— По машинам, мрази. Кто не влезет — бежит за нами пешком.— 1x1x1x1 плюет под колеса своей «Волги», поправляя обрез за поясом.
Шедлетский сразу вваливается в машину на переднее сиденье, его широкая спина занимает пол салона, локтем невзначай задевая 1x1x1x1 в живот.
—Ты мне все печень передавил — хрипит 1x1x1x1, отодвигаясь к двери.
—Зато теперь у тебя есть оправдание, почему ты такой жалкий — огрызается Шедлетский, намеренно толкаясь плечом.
1x1x1x1 в ответ тычет ему обрезом в бок:
—Ещё раз толкнёшь — проверю, насколько твой череп пуленепробиваемый
—Попробуй, сопляк, — Шедлетский хватает его за запястье, сжимая до хруста костей. Их лица теперь в сантиметрах друг от друга, дыхание смешивается с запахом табака и крови
Внезапно Шедлетский резко отпускает руку, хрипло смеётся:
—Ладно, мразь, береги печень. Ещё пригодишься.
1x1x1x1 отплёвывается, но уголки его губ дёргаются в намёке на ухмылку.
Три чёрных иномарки стоят в ряд, двигатели работают на холостых, будто разъярённые звери перед прыжком.
Мафиозо подходит первым. Его белый кролик сидит на плече, розовые глаза сверкают в темноте. Он открывает дверь, но перед тем как сесть, бросает взгляд на Советника:
— Ты везешь оружие? —Советник молча приподнимает полу пальто, показывая рукоять катаны и два пистолета за поясом. — Глупый вопрос.
Мафиозо хмыкает и садится за руль. Кролик перебирается на приборную панель, уши торчком, будто сканируя дорогу.
Солдат грузит в багажник ящик с гранатами и длинными магазинами. Режим уже сидит внутри, протирая очки.
— Опять эти долбанные тарантайки — ворчит Контрактник, закидывая в салон доску с гвоздями. — Как в них вообще можно ездить?
— Как в цинке, — отвечает Солдат хлопая его по плечу. — Только быстрее.
Двери захлопываются. Мафиозо даёт газ, и машина рычит, как голодный зверь.
— Напомни мне, почему ты опять везешь этих психов? — Советник бросает взгляд в зеркало на 1x1x1x1 и Шедлетского, которые уже начинают очередную перепалку в машине
— Потому что они — идеальное прикрытие, — Мафиозо холодно улыбается. — Кто будет искать нас, когда они устроят такой пиздец, что весь город сгорит?
Кролик урчит, будто соглашается.
— Ну что, пацаны, — Мафиозо включает передачу. — Поехали на свадьбу.
Колонна чёрных машин выезжает в ночь, оставляя за собой только пыль и предчувствие крови. Где-то впереди — особняк Бабиджона, невеста в цепях и будущий ад, достойный их репутации. Где-то уже едут Эллиот и Шанс предвкушая что украдут ящик шампанского. А пока — тишина. Только рёв моторов. Только блеск оружия. И белый кролик на приборной панели, который уже предвкушает пир.
***
Вечернее небо над особняком Бабиджона окрасилось в грязно-розовые тона, будто кто-то размазал по горизонту дешёвую помаду. "Копейка" с выбитой фарой и поцарапанными дверями медленно проползла через ржавые ворота, скрипя тормозами на разбитой плитке подъездной аллеи.
—Смотри-ка, - Эллиот высунулся в окно, сжимая в зубах потрёпанную сигарету. —Настоящий цыганский шик.
— Ну и помойка, — сказал Шанс, разглядывая убогое богатство цыганского табора.
Особняк Бабиджона представлял собой странный гибрид табора и борделя. Позолоченные люстры с перегоревшими лампочками, вместо которых торчали гильзы от "Калашникова". Персидские ковры, испачканные вином и кровью. Столы ломились от яств: холодец в эмалированных тазиках, горы шашлыка на ржавых шампурах, чёрная икра, аккуратно разложенная в банки. Цыганский оркестр, состоящий из трёх слепых стариков и одного пьяного подростка, выводил "Смуглянку" на расстроенных скрипках. Гости, уже изрядно набравшиеся, орали "Горько!" и палили в потолок из травматиков.
Зал был полон цыганями в бархатных пиджаках, но в засаленных трениках. Молодые братки с золотыми цепями толщиной в палец, но в стоптанных "адидасах". Бабы в блёстках и пайетках, с сигаретами в зубах и стволами в лифчиках.
Шанс, притворившись пьяным, подслушал разговор двух охранников. Невесту - ту самую Энион - держали в подвале. "Не для гостей," - хрипел один, поправляя ствол за поясом.
Эллиот тем временем узнал, что Бабиджон ждёт Мафиозо. "Заманит и прирежет, как барана," - шептала пьяная цыганка, цепляясь за его черный пиджак.
—Ну что, пидор, - шепнул Шанс, оттаскивая Эллиота в угол, - предупредим своих?
Нет, - хрипел Эллиот, - сначала найдём шампанское. Потом предупредим.
Где-то на дороге уже ревели двигатели. Чёрные иномарки с тонировкой неслись к особняку. Скоро начнётся настоящий ад.
Дядя Бабиджона, старый цыган с лицом, похожим на смятый пергамент, пустил очередь из автомата в потолок. Люстра закачалась, осыпая гостей осколками хрусталя и пылью.
—За любовь! За деньги! И чтобы все мусора сдохли! — прокричал Бабиджон, поднимая бокал.
Гости дружно заорали, стреляя в воздух. Одна из люстр не выдержала и рухнула прямо на пьяного гостя. Внезапно веселье прекратилось.
1x1x1x1 ворвался в зал, как ураган в милицейской фуражке. Его обрез грохнул в потолок, осыпая гостей штукатуркой.
— ЭТО ОБЛАВА! ПРОВЕРЯЕМ НЕЗАКОННЫЕ ПОСТРОЙКИ И РОЗЫСК ПЕДОФИЛОВ! — орал он, тыча стволом в живот ближайшему охраннику.
Тот замер, его золотая цепь с криво выгравированной надписью "ma lov fack childrens" болталась, как петля.
— ЙО, блядь! — охранник попытался прикрыть цепь ладонью.
1x1x1x1 схватил его за шиворот:
— Ты чё, уёбок, детей любишь?!
— Нет! Это подарок! Я не знал, что там написано!
Гости замерли. Даже оркестр перестал играть.
Бабиджон медленно поднялся, его белый смокинг уже был забрызган вином:
— Ты... ты кто такой?!
1x1x1x1 ухмыльнулся:
— Я? Я — твой худший кошмар. Инспектор пожарной безопасности. А у тебя тут, я смотрю, люстры не соответствуют нормам. И эвакуационные выходы завалены. И...— он ткнул пальцем в охранника, — этот урод вообще без документов!
Пока 1x1x1x1 орал про "нарушение норм пожарной безопасности", Шанс вдруг оторвался от общего безумия и подошёл к оркестру
Трое слепых стариков и пьяный подросток со скрипкой замерли, когда он швырнул на их стол две смятые купюры, выловленные из-под ног у пьяных гостей.
— Бля, сыграйте 'Седую ночь'!— потребовал Шанс, поправляя очки.
Скрипач-подросток, у которого из носа текла кровь, видимо, от предыдущего выступления, тупо уставился:
— Мы не знаем 'Седую ночь'...
— Как это не знаете?! Это же классика! — возмутился Шанс.
Один из стариков, с лицом, похожим на высохшую грушу, хрипло прошипел:
— Мы цыганский оркестр, сука. Мы играем 'Чёрного ворона' и 'Смуглянку'. А эту херню — нет.
Шанс нахмурился, достал пистолет и положил его рядом с купюрами:
— Теперь знаете?
Музыканты переглянулись.
И через секунду "Седая ночь" зазвучала в исполнении цыганского оркестра — на три темпа быстрее, с аккордеоном и дикими пассажами на скрипке.
Тем временем кухня превратилась в мясокомбинат после бомбёжки. Шедлетский впился пальцами в лицо цыгану-повару, вырвал у него мачете из рук и размахнулся так, что воздух завыл.
Первый удар – и голова повара отлетела в кастрюлю с борщом. Кровь хлестнула фонтаном, заляпав стены и потолок.
— Ну что, суки, кто следующий?! – заревел Шедлетский, запрыгивая на разделочный стол.
Повар с мясницким тесаком бросился на Шедлетского – тот парировал с помощью мачете, перерубил тесак пополам и всадил лезвие в живот противнику. Два кухонных работника схватили сковородки и пошли в атаку. Шедлетский отпрыгнул, сбил одного ударом ноги в лицо, а второму разрубил плечо – тот упал, захлёбываясь кровью.Третий цыган выхватил нож для разделки туш и бросился в спину. Но Шедлетский развернулся, перехватил руку и заставил его самого перерезать себе горло
Последний выживший повар стал финальным аккордом – толстый мужик с окладистой бородой – попытался задушить Шедлетского полотенцем. Тот разозлился, схватил его за бороду, прижал к плите и включил газ.
— Гори, блядь!
Борода вспыхнула мгновенно. Повар завопил, замахав руками, но Шедлетский добил его – воткнул мачете в грудь и пригвоздил к двери.
Шедлетский вытер мачете об фартук, плюнул в сторону трупов и вышел в зал, где 1x1x1x1 всё ещё "проверял документы", а Эллиот с Шансом. грабили бар.
Стеклянные двери особняка разлетелись вдребезги от удара плечом. Мафиозо вошел, методично застегивая перчатку на правой руке. Его белый кролик сидел на плече, розовые глаза сверкали в полумраке.
—Бабиджон! - голос Мафиозо прокатился по залу, заглушая музыку. Ты взял то, что мне принадлежит.
Оркестр замолк. Гости замерли. В воздухе повисло напряжение, густое, как дым от сигарет.
Бабиджон не вскакивает в панике – медленно поднимается из-за стола, вытирая рот салфеткой.
— Мафиозо... Ну нахуй?— голос барона – как скрежет железа по бетону
Когда за спиной началась стрельба, Солдат даже не сдвинулся с места. Он прислонился к колонне, достал ПКМ потому что пистолеты – для слабаков и открыл огонь длинными очередями.
Первая очередь снесла рояль, за которым прятались трое гостей. Вторая очередь прошила барную стойку, превратив её в решето. Третья очередь отрезала путь отступления группе охранников.
— Кто, блядь, вообще таскает пулемёт на свадьбу?! — Бабиджон закричал
— Я. — Сказал Солдат хрипло рассмеялся, перезаряжая ленту
Мафиозо думает, что это быстрая работа. Но Бабиджон показывает, что ещё не кончил и резко опрокидывает 200кг дубовый стол наполненный едой. Достаёт двустволку из-под стола – выстрел в Солдата. Тот падает, но быстро вскакивает, бронежилет спас.
Пока все бегали и стреляли, Режим спокойно занял позицию на втором этаже. Его СВД лежала на подоконнике, дуло прикрыто тряпкой, чтобы не блестело.
Первый выстрел – охранник на вышке падает с дырой в голове. Второй выстрел – музыкант с обрезом получает пулю в колено. Третий выстрел – Бабиджону сносит шляпу, не смотря что этот мешок с дерьмом прячется за столом
— Шеф, у тебя слева три цели. Прикрываю. — сказал Режим спокойно в рацию
Мафиозо даже не оглянулся – он знал, что Режим не промахивается.
Пока все стреляли, Контрактник пошёл врукопашную. Первая жертва– цыган с ножом. Удар в горло, хруст, труп. Вторая – охранник с битой. Захват, бросок, перелом позвоночника. Третья– повар с тесаком. Уклон, удар коленом в пах, добивание каблуком в лицо.
Шедлетский крикнул ему:
—Эй, ты там один весь спецназ переиграл!
Контрактник лишь ухмыльнулся, вытирая кровь с костяшек.
Бабиджон внезапно оказывается в метре от Мафиозо, не смотря на вес.Удар головой и Мафиозо летит на пол, нос хрустит и хлынула кровь. Кролик прыгает Бабиджону в лицо – тот хватает его и швыряет в стену.
Барон прижимает Мафиозо к полу, дыхание хриплое, капли пота со лба падают на лицо противника
— Ты думал, я просто жирный уёбок? Я 10 лет в зоне качал железо, резал ментов и держал общак. Ты мне не соперник.
Но Мафиозо ухмыляется с перебитым носом:
— Зато у меня... Кролик.
Из-за спины Бабиджона раздаётся визг.Белый кролик теперь с окровавленной мордой прыгает ему на спину и впивается зубами в шею. Бабиджон орёт, пытаясь стряхнуть его, но Мафиозо достаёт нож и тыкает ему в бок
— Вот теперь ты просто жирный уёбок.
Тем временем Советник вынул катану и пошёл тихо, как тень. Первый удар – тот самый охранник любителей детей. Даже не успел крикнуть. Голова упала на пол, тело – через секунду. Второй удар две руки с пистолетами отлетели в сторону.
Пока все стреляли, палили без разбора, а белый мраморный пол превратился в красный, то Эллиот и Шанс не теряют времени, они в другой стороне дома с набитыми карманами бутылок с алкоголем.
Эллиот прижал цыгана к стене, засунув ствол ему в рот.
— Брат, у тебя два варианта: либо ты ведёшь нас в подвал, либо я проверю, поместится ли твоя голова в жопу. Выбирай.
Цыган захрипел, кивнул. Шанс поправляя очки, достал из кармана чупа-чупс:
— И если ты нас поведёшь куда-то не туда — я тебя этим задушу. Понял?
Цыган посмотрел на леденец, потом на Шанса, и ещё раз на леденец.
— Ты... это серьёзно?
Эллиот вздохнул, достал кастет:
— Ладно, тогда без вариантов.
Цыган замотал головой и побежал к лестнице ведущей в подвал, а парни за ним.
Подвал пах сыростью, кровью и дорогим табаком. Шанс ткнул цыгана в спину:
— Где девчонка?
Тот дрожащей рукой указал на массивную дверь с замком.
— Там... но вас убьют...
Цыган-проводник дрожал, как осиновый лист, пока вёл Эллиота и Шанса по узкой лестнице. Внизу пахло сыростью, плесенью и чем-то металлическим – кровью или ржавчиной.
— Вот тут... — прохрипел он, указывая на массивную дверь с засовом.
Эллиот пнул его в спину:
— Открывай, мудила.
Дверь скрипнула, открыв мрачное помещение, освещённое одной тусклой лампочкой. В углу, на грязном матрасе, сидела Энион – та самая "снежная королева" Мафиозо. Голубые волосы, фата и белое свадебное платье, но взгляд – ледяной, без страха, уже давно сломлен
— О, новые идиоты, — она хрипло рассмеялась. — Бабиджон вас прислал? Или Мафиозо?
Шанс свистнул, осматривая её наручники, прикованные к трубе, после взял палочку от чупа чупса и стал как отмычкой наручники ломать.
— Бля, да ты огонь. Нас Мафиозо прислал.
Как только оковы спали, то Эллиот сразу взял принцессу на руки и побежал прочь с Шансом
Всё вокруг горело, стреляло и падало.
1x1x1x1, прикрываясь трупом, палил из обреза в толпу охранников. Шедлетский тем временем размазывал по стенам оставшихся, используя сковородку как кастет.
А Эллиот и Шанс уже дотащили Энион до окна второго этажа.
— Ты серьёзно хочешь прыгать? — Энион посмотрела вниз. Там была куча битого стекла, горящий мусорный бак и пара перепуганных лошадей.
— Альтернатива – остаться и стать шашлыком, — Эллиот схватил её за талию. — Поехали!
Они прыгнули. Эллиот грациозно, как пьяная пантера, приземлился на лошадь, которая взвилась и понесла его прочь. Энион упала прямо в мусорный бак, но тут же вылезла.
Шансу не повезло. Бабиджон, истекая кровью, высунулся из окна и долбанул из обреза наугад, но тут же его по башке огрел Мафиозо и тот свалился на пол.
Пуля прилетела Шансу прямо в жопу.
— АААА, БЛЯЯЯТЬ!– завопил он, кувыркаясь в воздухе и шлёпнувшись лицом в лужу.
— Ты... живой? — Эллиот осторожно подошёл.
Шанс, стиснув зубы, поднял голову:
— Нет, блядь, я призрак! Конечно живой!*
Энион, невозмутимо заметила:
— Пуля застряла в заднице. Поздравляю.
Тем временем в особняке 1x1x1x1 и Шедлетский, увидев, что "пидорасы" свалили, переглянулись.
— Ну и хуйня... — пробормотал Шед.
— Зато весело, — 1x1x1x1 перезарядил обрез. — Давай добивать этих уродов.
Бабиджон, весь в крови и поту, пытался залезть в окно, но его живот застрял в раме.
— Блядь! — орал он, дрыгая ногами. — Вытащите меня, суки!
Мафиозо подошел сзади, достал свинцовую кастетку и со всего размаху вмазал Бабиджону по затылку.
ХРУСТ.
Бабиджон обмяк, как мешок с дерьмом.
— Тащите его в машину, — приказал Мафиозо, поправляя перчатки.
Солдат и Контрактник подхватили тушу Бабиджона.
— Бля, шеф, — кряхтел Солдат, — он весит как три свиньи вместе взятые!
— Заткнись и тащи, — Мафиозо бросил взгляд на горящий особняк. — Мы его свиньям скормим.
Режим, тем временем, методично собирал золотые зубы с трупов охранников.
— Шеф, — крикнул он, — тут один с бриллиантом в переднем!
— Молодец, — кивнул Мафиозо. — Теперь у нас есть новый бизнес-план.
Тело вынесли, и все покинули этот проклятый особняк, что горел ясным пламенем сжигая кучу трупов.
— Ну и мрази, — усмехнулся Шед.
— Зато предприимчивые, — 1x1x1x1 достал из кармана золотую цепь с надписью "ma lov fack childrens". — Сувенир.
1x1x1x1 и Шедлетский стояли среди руин, наблюдая, как банда Мафиозо волокла бесчувственную тушу Бабиджона к машине. Дым от горящего особняка застилал луну, а где-то вдалеке слышались редкие выстрелы - добивали оставшихся.
Внезапно Шедлетский тяжело вздохнул и приобнял 1x1x1x1, положив свою здоровенную лапищу ему на плечо.
— Ну что, сопляк... — хрипло проговорил он, глядя на пожар. — Опять влипли по уши, да?
1x1x1x1 нахмурился, но не стал отталкивать руку:
— Ты, старый урод, опять за сантименты?
Шед хрипло рассмеялся, сжимая плечо так, что кости затрещали:
— Да пошёл ты. Просто... не плохо сегодня поработали.
1x1x1x1 усмехнулся, доставая из кармана помятую пачку сигарет:
— Это ты про то, как ты кухню в фарш превратил? Или как я половину охраны через унитаз пропустил?
— Блядь, да! — Шед тряхнул его, как медведь медвежонка. — Вот за это и люблю, сука.
На секунду воцарилась тишина, если не считать треск горящего здания и матерщину Контрактника, который никак не мог затолкать Бабиджона в багажник.
1x1x1x1 неожиданно ответил на объятия, коротко прижавшись плечом:
— Да иди ты...
Шед отпустил его, шлёпнув по спине так, что тот кашлянул:
— Ладно, мразь, поехали. А то этот кролик-мутант опять на меня смотреть начал...
Белый кролик действительно сидел на капоте и смотрел на них своим розовым безумным взглядом.
— Ага, — 1x1x1x1 поспешно зашагал к выходу. — Я с ним после прошлого раза договорился больше не пересекаться.
Шед, идя следом, неожиданно добавил:
— Кстати... Если сдохнешь — я тебя свиньям не отдам.
1x1x1x1 обернулся, подняв бровь:
— Это типа комплимент?
— Нет, — Шед ухмыльнулся. — Просто мясо будет невкусное.
Они вышли во двор, где "Копейка" Эллиота и Шанса уже исчезла, оставив лишь следы шин и кровь на асфальте от пули в жопе
Тем временем на поле за особняком Бабиджона.
Темнота, только зарево пожара освещает три фигуры, бегущие через высокую траву. Шанс хромает, держится за жопу, из которой торчит пуля. Лицо перекошено от боли. Эллиот тащит Энион за руку, а она бежит, не отставая, но смотрит назад – не гонится ли кто.
— Бляяя, как же больно!— Шанс спотыкается, хватает Эллиота за плечо.
— Не ной, пидор! – Эллиот дёргает его вперёд. – Беги, а то эти уроды догонят!
Внезапно из темноты выскакивает цыганский ребёнок лет 10, с ножом.
— ААА, СУКА! – Шанс отпрыгивает, но пуля в жопе не даёт ему двигаться быстро.
Энион резко бьёт ребёнка туфлей в лицо. Тот падает.
— Вот блядь... – Эллиот смотрит на потерянный нож. – Могли бы прихватить...
— БЕЖИМ, ДЕБИЛЫ! – Энион дёргает их обоих.
Они бегут дальше. Шанс спотыкается о кротовину, падает лицом в грязь.
— Всё, я умер...– он лежит, раскинув руки.
Эллиот хватает его за шиворот, тащит как мешок:
— Вставай, тварь! Мы почти у машины!
Энион вдруг резко останавливается.
— Чё? – Эллиот налетает на неё.
— Собаки...– она указывает вперёд.
Из темноты выскакивают три овчарки. Лают, зубы блестят в лунном свете.
— Ну бляяяяяять... – Шанс медленно поднимается, хватается за жопу.
Эллиот достаёт из кармана бутылку водки, откупоривает зубами.
— Ну, пиздец...– Шанс понимает, что он задумал.
Эллиот плескает водку в сторону собак, затем достаёт зажигалку.
—ГОРИ, МРАЗЬ!
Он поджигает алкоголь и собаки разбегаются в страхе.
— Гений... – Шанс смотрит на Эллиота с новым уважением.
— Нет, просто алкаш, – поправляет Энион.
Три фигуры вываливаются из высокой травы прямо к ржавой "Копейке", припаркованной у обочины.
Шанс – хромает, держится за жопу, из которой торчит пуля, Эллиот подбегает к машине и судорожно ищет ключи чтобы открыть машину.
Тут Энион подходит к машине и пинает заднее колесо
—Оно спущено.
Из-под днища выползает маленький цыганёнок с гаечным ключом
— Это вам за дядю Бабия! – орёт он и убегает в темноту.
— Ну и пиздец... – Шанс медленно сползает по двери на землю.
— Садитесь, дебилы.– Энион залезает на заднее сиденье, на ней же Шанс и ему пришлось лечь попой к верху, а голова у неё на коленях
Эллиот сразу же сел за руль и завел двигатель. "Копейка" дёргается, едет, но спущенное колесо бьёт об асфальт, как пьяный по бордюру.
— БЛЯЯЯТЬ, ОНА ЖЕ РАЗВАЛИТСЯ! – орёт Шанс, при каждом ударе подпрыгивая на сиденье и хватаясь за жопу.
— НЕ НОЙ, МЫ ЖЕ НА СОВЕТСКОМ МЕТАЛЛЕ! – Энион бьёт кулаком по торпеде. – ЭТА ХУЙНЯ И НА ТРЁХ КОЛЁСАХ ДОЕДЕТ!
Эллиот молчит, стиснув зубы, крутит руль, который трясётся, как эпилептик в припадке. Заднее правое колено уже не просто спущено – оно слетает с диска, но "Копейка" продолжает ехать, потому что:
1. Она советская.
2. Ей похуй.
3. Все пьяны кроме Энион.
Сзади – цыгане с фонарями, машут руками, кричат:
— ВЕРНИТЕ НАШУ БАБУ!
— КАКАЯ БАБА?! – Эллиот высовывается в окно. – ЭТО НАША БАБА ТЕПЕРЬ!
Энион бьёт его по голове:
— ЗАТКНИСЬ И ВОДИ!
"Копейка" въезжает в лужу. Вода летит во все стороны, колесо окончательно слетает и теперь они едут на трёх колёсах и одном ободе, который высекает искры.
— ОХУЕТЬ, КАК В АМЕРИКАНСКОМ КИНО!– Эллиот радостно орёт.
— Я УМРУ... – Шанс закрывает лицо руками.
Копейка" несётся по просёлку, виляя, как пьяный дед на пенсии. Три колеса, один обод, искры во тьму.Эллиот за рулём, стиснув зубы, крутит баранку, которая люфтит, как дверь в сортире вокзала. Энион, сидящая на пассажирском сиденье, уже достала нож
— Держи его.— кивает на Шанса, который корчится на заднем сиденье, держась за жопу.
— Я ЖЕ ЗА РУЛЁМ, БЛЯТЬ!— орёт Эллиот, выворачивая руль, чтобы объехать труп коровы на дороге.
Энион вздыхает, снимает штаны Шансу
— Вот блядь...— Шанс понимает, что сейчас будет.
ХРЯСЬ.
Нож входит в мякоть. Шанс вопит так, что в соседней деревне просыпаются петухи. Эллиот, не отрывая глаз от дороги, даёт по тормозам, чтобы Энион не вылетела в лобовое. Энион выковыривает пулю, швыряет её в лицо Эллиоту, тот ловит ртом.
— Фу, блядь! — выплёвывает свинец в окно.
Энион тут же рвёт подол платья, заматывает Шансу жопу, затягивает узлом и поливает водкой.
— Всё. Теперь не сдохнешь.
Шанс лежит, дышит, как паровоз:
— Я вас ненавижу...
Эллиот даёт по газам. "Копейка" рычит, искры из-под обода летят во тьму, а сзади тропа цыганских детишек барона бежит и орет "отдайте бабу" и кидает камни.
На рассвете чёрные иномарки Мафиозо плавно останавливаются у ворот. Белый кролик важно сидит на крыше, наблюдая, как Шед и 1x1x1x1 вываливаются из "Волги", потрёпанные, но довольные.
— Ну, блядь, неплохо поработали, — Шед потягивается, хрустя позвонками.
— Особенно ты, — 1x1x1x1 кивает на его
окровавленный топор. — Кухня теперь выглядит как фарш.
Но мирный момент прерывается.
РЁВ МОТОРА.
Из-за поворота на всей скорости вылетает "Копейка", дымит, искрит, несётся прямо на калитку.
— БЛЯЯЯТЬ! — Шед отпрыгивает.
Калитка летит в сторону, "Копейка" въезжает во двор на двух с половиной колёсах, разворачивается на 180 градусов с дрифтом и встаёт как вкопанная.
Дверь распахивается, Шанс вываливается на четвереньках, с перевязанной жопой
— ВСЁ, Я БОЛЬШЕ НИКУДА С ВАМИ НЕ ПОЕДУ!
Эллиот вылезает с водительского места,пытается почесать голову, но забывает, что в руке нож
— Ой, бля. — Смотрит на порез. — Ну ладно.
Энион выходит последней, поправляет растрёпанные волосы, осматривает уничтоженную калитку и говорит:
— Я не плачу за это.
Шед и 1x1x1x1 переглядываются.
— Ну и хуйня... — вздыхает Шед.
— Зато весело, — 1x1x1x1 достаёт сигарету.
Разбитая "Копейка" дымится посреди двора. Шан лежит лицом в грязи, Эллиот нервно курит, Энион осматривает своё порванное платье
Шедлетский подходит к разбитой калитке, пинает её сапогом:
— Ну кто теперь будет новую ставить?
— Пусть Бабиджон платит— сказал 1х1х1х1 допивая украденную чекушку коньяка
— Он же мёртв.
— Ну значит, не заплатит.
Мафиозо молча наблюдает за этим бардаком, его белый кролик жуёт окровавленную тряпку с жопы Шанса. Но тут к нему подходит Энион и суёт в лицо документы
—Держи мудила! — она всучила ему смятую бумагу. — твои настоящие документы никто не видел кроме меня.
Мафиозо удивлённо посмотрел и тут же не сдерживаясь обнял пропавшую.
—Я знал, что могу тебе доверять.
Шанс поднимает голову наблюдая за этой слащавой картиной, пока шайка Мафиозо молча наблюдала:
— А мою жопу кто-то будет лечить?
1x1x1x1 осматривает "повязку":
— Да нормальная у тебя жопа. Походишь так.
Шедлетский вдруг вспоминает:
— А где, блядь, Кулкид?
Из кустов вылезает Кулкид с самодельным арбалетом и тушей вороны:
— я тут.
— Где ты был?!
— Дичь стрелял.Пока вы по цыганам стреляли, я ужин добывал.
1x1x1x1 гордо кивает:
— Мальчик растёт.
Через час все сидят за столом, едят шашлык, пьют украденный коньяк, Шанс сидит на подушке уже с зашитой жопой, Шедлетский постарался, а Энион сидит рядом с Мафиозо, обнимая за руку, пока тот гладит кролика
— Ну что, на новую операцию когда едем?— сказал Мафиозо, но с явным сарказмом
Все дружно стонут. А где-то на фоне кряхтит Бабиджон, которого должны были допросить. Да нахер он кому-то сейчас сдался, про него благополучно забыл
и, а через день его уже скормит Шедлетский свиньям.