Выдыхай меня не спеша

Утром я просыпаюсь в отличном настроении. Беспокойство, тревожащее меня на протяжении всего вчерашнего дня, сегодня полностью оставило в покое. Возможно, это из-за того, что я полностью решила поговорить с Лео после нашей групповой прогулки, а возможно, из-за того, что вчера меня многие убедили в том, что все в порядке и разговор лучше не откладывать. Я с нетерпением жду встречи, мне жутко хочется поскорее встретить ребят и отдохнуть.

Лера должна прийти ко мне за пару часов до встречи, чтобы мы успели собраться и просто поговорить. По причине того, что ее дом был заполнен детьми, мы не смогли нормально поговорить, а наша переписка состояла лишь из договоренности увидеть пораньше. Я знаю, что она наверняка поднимет тему, которую мы обсуждали по видео связи, и полностью готова к этому. Уверена, что дополнительный разговор о важной для меня теме, поможет мне еще лучше настроиться.

Мама сидит за кухонным столом, попивая кофе из маленькой чашечки. Просматривая что-то в телефоне, она поднимает на меня взгляд.

— Доброе утро! Будешь? — спрашивает, указав на кофе. Кивнув, сажусь на против нее. — Как ты себя чувствуешь? — Она ставит перед мной точно такую же чашечку и садится на место.

— Хорошо. Сегодня мы с Лео, Лерой и Алексом идем гулять, могу вернуться поздно, поэтому ложись спать, не жди меня, тебе завтра на работу.

— Двойное свидание? — с коварной улыбкой, будто мы обмениваемся какой-то тайной, интересуется мама.

Закатив глаза, беру чашку и выхожу из кухни, под ее звонкий смех. Вряд ли я когда-нибудь нарадуюсь моими отношениями с мамой. Она может и поругать меня и дать женский совет, который обязательно поможет мне. Я могу смеяться с ней над видео и плакать под мелодраму. Лера не единственный мой лучший друг, почти такие же отношения у меня с мамой, если не считать некоторых дополнений в виде воспитания.  Наверное, многие думают о том, что и мечтать не могли о лучшей матери, но иногда мне кажется, что моя особенная. После тех психологических проблем, которые мы пережили, о лучшей жизни и мечтать не посмеешь.

После того, как мама начала вылезать из-под своего панциря, мне было с ней еще тяжело, нехватка отца чувствовалась особенно сильно. Но сейчас, мама покрывает практически все мои потребности во внимании, если не считать тех, которые может решить только отец. Да, мне все еще не хватает его, однако это уже не ощущается так сильно, как раньше. Правда если не считать некоторых моментов, когда нужда в том, чтобы взять совет у папы, оказывается слишком сильной и тебя всего сжимает от желания удовлетворить ее.

В моей комнате бардак. Я забиваю на неубранную постель и на фантики от конфет, валяющиеся около кровати. Плюхнувшись на одеяло, ставлю чашку на прикроватную тумбочку и беру телефон. Мне пришло два сообщения, от Лео и Леры, и одно от неизвестного номера. Увидев текст последнего, хмурюсь, а сердце делает один чересчур сильный удар. Оно от папы. Стоило его на минуту вспомнить, как он тут напомнил о себе в реальности, будто почувствовав, что заполнил собой все мои мысли.
Он пишет, что скучает и не может дождаться моего ответа, а я и не знаю, что написать в ответ. Смотрю на приоткрытую дверь моей комнаты, размышляя над тем, стоит ли сказать о сообщении маме, затем прихожу к выводу, что ей не обязательно знать обо всех мелочах, связанных с отцом, и возвращаю взгляд на сообщение. Решаю оставить его не отвеченным. Лучше напишу, когда буду готова что-то сказать.

Л: Я могу прийти пораньше? Дети по-прежнему здесь, и это сводит меня с ума. Если бы ты знала, как они носились по квартире в семь утра. СЕМЬ УТРА, Дина! Они неадекватные, не могу больше это терпеть. Кажется, гости останутся у нас до завтра. Я не выдержу еще один день с этими маленькими чудовищами.

Сообщение Леры вызывает у меня улыбку. Не удивлюсь, если она скажет, что после этих детей, никогда не захочет собственных. Я могу представить, насколько сложно может быть с ребенком. Еще до того, как папа ушел от нас, к нам часто приезжали его друзья с женами и детьми, и те были такими же неуправляемыми, как описывает подруга. Именно из-за них у меня возник холод к детям. Порой их активность реально может свести с ума. Повезло тем, у кого дети спокойные, дай им игрушку, и они забудут обо всем.

Отвечаю ей, что она спокойно может прийти пораньше и открываю диалог с Лео. Он рассказывает о том, что ему снилось и я, читаю это, широко улыбаюсь. Мое сердце слегка замирает, когда он пишет, от этого становится и страшно, и радостно. Страшно, потому что привязываться к людям всегда опасно, это большой риск, а радостно из-за того, что присутствие человека, понимание, что он помнит о тебе, усиливает эндорфины в моем теле.
Ему снилось, что мы сидели на его заднем дворе и разговаривали обо всем на свете. Локации моментально менялись, как и мой образ, а вместе с ним и мой голос. Я бежала от него по неизвестному ему пляжу, а он не мог меня догнать, потому что передвигался слишком медленно. Его сон был слегка непонятным, достаточно нереалистичным, до достаточно хорошим, чтобы поднять настроение с утра.

Нравлюсь ли я ему так же, как он мне? Уверена, это задают себе все девочки, находящие предмет своего обожания. Вряд ли смогу задать ему этот вопрос прямо, слишком уж смущусь, язык словно высохнет и в итоге не выдавлю из себя ни одного слова. В мыслях мне легко спросить такое, а вот в реальности нет. Кто-то говорит, что это связанно с уверенностью в себе. Не знаю. Было время, когда была жутко неуверенной в себе девушкой, но сейчас это изменилось, моя неуверенность проявляется только в некоторых вещах.

Может ли человек быть полностью уверенным в себе? Часто самоуверенные люди, наоборот оказываются глубоко неуверенными в себе. Они прячут свои слабости под маской, но стоит им остаться наедине с собой, как они могут оказаться слишком хрупкими. Такой вывод я сделала благодаря своим знакомым. Они притворялись уверенными в себе, но мне хватило мало времени, чтобы раскусить их. Страшно, когда ты на самом деле не такой, каким пытаешься показаться. Люди привыкают к тебе ненастоящему, а стоит им узнать правду, как они глубоко разочаровываются. Но не всегда. Есть те, кто, узнав тебе, принимают и дорожат тем, что ты доверил им себя настоящему.

Настолько я настоящая? Точно не на сто процентов, но на девяносто восемь точно. Не все можно показать перед другими, есть то, что ты прячешь, что проявляется, только когда остаешься наедине с собой. И это нормально. Наверное, нормально. Есть некоторые вещи, которые скрываю даже от мамы.

Д: Забавно. Как настроение? Готов к прогулке?

Когда я отвечаю, Лео уже не в сети.
Лера приходит ко мне через час, мы сидим в комнате и даже через закрытую дверь слышно, как мама громко слушает свое любимое радио, возясь со стиркой. Собираться пока рано, но наш диалог состоит только из предстоящей прогулке. Лера рассказывает, насколько она рада, что нам удастся погулять вчетвером. Ребята, которые собирались присоединиться к нам, к сожалению, не смогут.

Когда я уже начинаю думать, что она не поднимет вчерашнюю тему, девушка спрашивает:

— Ну что, ты решила, что будешь делать со своими бредовыми мыслями?

Мне не очень приятно слышать, что она называет бредовыми важные для меня вещи, однако понимаю, что на самом деле она не считает их таковыми. Да, Лера думает, что я беспокоюсь о глупом, но если мне важно это глупое, то она отнесется к этому с уважением. Именно поэтому мы лучшие подруги. Именно поэтому никто не заменит ее. Я не знаю, что будет с нашей дружбой через десять лет или год, но сейчас с уверенностью могу сказать, что последую за ней куда угодно, помогу ей в любых проблемах и даже отдам что-то ради нее. Слишком долго этот человек рядом, слишком многое мы прошли вместе. Были вещи, которыми Лера жертвовала ради меня в свое время, и сейчас, в случае чего, тоже готова пожертвовать чем-то.

— Да. Сегодня я надеюсь, что у меня получится остаться наедине с Лео. Может, он захочет проводить меня до дома, и тогда я смогу поговорить с ним. Вчера я не упомянула важного фактора, это очень личная вещь. Лео не родной ребенок Альберта. Он усыновил мальчика в Америке, когда они ездили туда с его бывшей женой. Я очень много думала об этом перед сном, и пришла к выводу, что мне действительно не о чем беспокоиться. Неважно, что скажут люди, в этом ты была права. Я по-прежнему волнуюсь, боюсь, что это может изменить наше с Лео общение в худшую сторону, но мама сказала, что на важные вещи всегда подходящее время, поэтому мне не стоит тянуть.

— Если все пойдет в худшую сторону, значит, так и должно быть. Я понимаю, что он тебе нравится, что ты бы однозначно хотела, чтобы ваши отношения развивались не только в дружескую сторону, но, Дин, не всего можно избежать. Если Лео не твой человек, то ты не сможешь с этим что-то сделать. Я правда считаю, что ты зря беспокоишься по этому поводу. Я уже говорила, что этот парень не выглядит глупым. Такое ощущение, будто твоя голова соскучилась по проблемам, по страданиям, и раздула из такой мелкой случайности огромную проблему. Мир идет вперед, а ты тратишь свои психологические ресурсы на ненужные вещи.

Она права. Жаль, что полностью заверить меня в том, что все потрясающе, у нее не получится. Мало питать человека положительными мыслями, мне нужно время, чтобы ими насытиться и отпустить всю чушь. Этого времени почти не осталось, его уже можно сказать нет. Я не смогу смириться, только взять и героически решить все, другого не дано.

Пока за окном становится холоднее, по утрам срывается мелкий снег, в моей голове много ненужного. На самом деле, я люблю саморазвиваться, и считаю, что с каждым месяцем становлюсь все лучше, и все равно остаются негативные вещи, которые сложно решить саморазвитием. Они слишком глубокие, пожирающие и порой кажется, что избавиться от них не поможет даже врач. Я свято верю, что не нуждаюсь в помощи, таких негативных вещей стало значительно меньше. Пусть остаются для баланса, для того, чтобы было чем питать свою плохую сторону.
Эх, если бы я думала точно так же во время негативных мыслей. Когда они наступают, все кажется никчемным, размышляешь лишь о плохом и не осознаешь, что тебе нужен какой-то там баланс. Ты просто тонешь. А потом, когда становится все хорошо, ты забываешь о негативе, в случае, если вдруг вспоминаешь, он кажется тебе незначительным, в какой-то мере даже смешным, глуповатым. Думаешь, что паришься по пустякам. Это бесит. Все начинается с пустяков, из них вытекают самые страшны психологические проблемы. Даже эта мысль не вдохновляет меня на то, чтобы поговорить о своих пустяках с профессионалом, почему-то мне кажется, что ухудшения обойдут меня стороной, ведь по сути, я уже их пережила, и могу разбираться в своем психическом состоянии. Может, и нет.

— Я не знаю, почему зацепилась за это. Просто… — замолкаю, собираясь с мыслями. — Просто, когда тебе кто-то западает, любая мелочь, способная испортить отношения, кажется большой проблем. Я все еще считаю наш случай ироничным, мол, такая забавная случайность, правильнее посмеяться над нею с Лео, а не беспокоиться, но… Он запал мне, понимаешь?

Мои слова скомканные, сути так и не получилось объяснить, но Лера кивает, наверняка поняв, что же я все-таки хотела сказать. Сжимая в руках свитер, улыбаюсь ей и поворачиваюсь к раскрытому шкафу, продолжая выбирать вещи.

— Я кое-что принесла, чтобы добавить наши образам красоты. — Хмыкнув, подруга подходит к своей небольшой спортивной сумке и достает из-под пижамы щипцы для волос. — Немного подпалим волосы?

Она знает мое отношения ко всяким горячим укладкам. В свое время, я делала их очень часто, из-за чего мои волосы теперь ломкие, тонкие и тусклые. Последний год обхожу утюжки стороной, боясь вовсе остаться без волос. Но желание побыть красивой перед Лео оказывается сильнее, и я широко улыбаюсь, подхожу к Лере и беру гафрированный утюжок в руки.
Мой взгляд падает на часы, стоящие на письменном столе. Пора собираться.

— Кто первый в душ?

***

Шум метро бьет по ушам, старый вагон слишком сильно трясется. Я смотрю на сидящего перед собой мужчину с газетой. На заглавной странице изображен президент, но прочесть название никак не получается. Как он читает? Стоит вагону успокоиться, а глазам сконцентрироваться на буквах, как его вновь трясет с еще больше силой. Стоит нам резко затормозить на очередной станции, как вдруг телефон стоящего надо мной парня падает мне на колени.

— Извините, — говорит он. Взяв телефон, передаю ему. — Спасибо.

Лера слегка бьет меня локтем по руке, предупреждая, что следующая наша, как будто я итак не знаю. В вагоне душно, чувствую, как слегка потеет спина и подмышки, и начинаю паниковать. Меньше всего мне хочется, чтобы от меня шел легкий шлейф пота. Вряд ли это сделает меня привлекательной, точнее уничтожит все мои попытки выглядеть более сексуально.

Когда вагон снова трогается, чуть падаю на Леру. Как же хочется отсюда выйти. Час-пик еще не начался, а вагон уже почти полный, на следующей станции наверняка завалится большая часть народа. Ненавижу останавливаться на кольцевой. Я поднимаюсь, тяну за собой подругу, собираясь встать у выхода. Не хотелось бы пробираться через легкую толпу, когда мы остановимся, а с учетом того, как быстро открываются и закрываются двери, так тем более.

Покинуть душный с не самым приятным запахом вагон, становится первым самым лучшим событием за день. Посмотрев на часы, висящие при выходе из метро, понимаем, что опаздываем, и несемся на улицу с бешеной скоростью. От холодного ветра я быстро высыхаю и начинаю мерзнуть, на ходу замыкаю куртку.

— Не занимать нам пунктуальности, — раздраженно говорит Лера, угрюмо поднимаясь по бетонным ступеням наверх. — Парни наверняка заждались!

Я бы хотела сказать, что девушкам прилично опаздывать, но понимаю, что мы уж очень сильно задержались. Без малого на полчаса! Стоит нам выйти на улицу, как сеть появляется и наши телефоны заполняются оповещениями о паре пропущенных звонков и нескольких сообщений от парней. Осознание, что они нас потеряли, вызывает у нас чувство стыда. Мы быстро переглядываемся.

— Будем надеться, что они поняли, что мы в метро без сети, — в полголоса произносит Лера, приложив телефон к уху. — Алекс? Извини, мы опаздываем. В метро не было связи… — Девушка замолкает, потом кивает и, прежде чем положить трубку, отвечает: — Хорошо. — Отключившись, поднимает на меня взгляды. — Они ждали нас здесь, но потом замерзли и ушли в Макдоналдс. По их словам, он должен быть прямо за этим зданием.

Огромное светло-желтое здание, с несколькими бутиками и альфа банком на первом этаже, закрывает вид на заветную забегаловку. Оно тянется до самого дальнего входа в метро и, стоит посмотреть наверх, кружится голова оттого, насколько оно высокое. Мы вроде торопимся, идем очень быстро, но каждый шаг словно тянется целую вечность, а чувство стыда за то, что парни не просто ждали нас, а были еще и на холоде, никак не покидает.
Залетев в Макдоналдс, ищем глазами ребят и, как только находим, одновременно облегченно выдыхаем. Они еще не заметили нас, но издалека выглядят довольно счастливыми. Вряд ли их беспокоит наше опоздание больше, чем нас сами. Больше лучше так не делать. Теоретически, это могло быть второе мое опоздание перед Лео.

Поправив волосы и одежду, мы подходим к парням. Сначала нас замечает Алекс, поднявшись, он тут же валится в объятия Леры, а затем и в мои. Обнимая парня, натыкаюсь на взгляд Лео и у меня все будто переворачивается изнутри, хочется, чтобы он меня обнимал, а не парень моей лучшей подруге.

Словно прочитав мои мысли, Лео поднимается и уже через два шага сжимает меня в своих руках. Обнимает так крепко, как вчера у школы, кажется, даже крепче. Я закрываю глаза, слегка надавив пальцами на его плечи. От него пахнет молотым кофе с примесью чего-то сладкого, как обычно. Мой любимый запах. Мои щеки краснеют от осознания, насколько сильно я влипла, как же он мне нравится. И в голове снова крутится навязчивое «нравлюсь ли я так же и ему?»

Мы отстраняемся друг от друга, Лео смотрит на меня, чуть нахмурившись. Что сейчас в его мыслях? Может, от меня все еще несет потом? Я вся сжимаюсь, но, когда он улыбается и, поддавшись вперед, еще раз обнимает меня, расслабляюсь. Мне бы хотелось узнать, о чем он подумал, но вряд ли дело в поте. Иначе бы он не полез обниматься снова, верно? Черт, глупые женские проблемы!

— Почему вы приехали так поздно? — спрашивает Алекс, когда Лео подходит к терминалу, для самостоятельного заказа.

Я наблюдаю за ним, не обращая внимания на парочку, устроившуюся напротив. Лера отвечает за нас обеих, я так погружена в Лео, что слышу только ее «не рассчитали».

Сегодня нам с парнем предстоит долгий разговор, и если еще вчера я молилась, чтобы время замерло и разговор о важном оттянулся как можно дальше, сейчас уже жду этого момента. Так хочется выдохнуть. Лера права, Лео умный и вряд ли в его голове, после сказанных мною слов, всплывет подобная моей чушь. Если его и заполнять какие-то плохие мысли, наверняка они не вызовут желания бросить нашу зарождающуюся дружбу. По крайней мере я на это надеюсь.
А может случиться еще и так, что от этой ситуации мы наоборот сблизимся. Ему будет легче обсуждать со мной волнующие вещи, потому что я имею представление о его отце. Да, наша цель сделать как можно меньше диалогов об Альберте, но, когда они будут возникать, Лео сможет расслабиться полностью.
Да, такой поворот мне нравится как можно больше.

Мечтательница внутри меня вдруг задумалась, что могла бы стать одной из причин, по которой Лео и Альберт начали ладить. Да, это наивно, глупо, так мило по-детски, но это было бы потрясающее. Одна из самых потрясающих вещей в этой жизни — это когда ты меняешь человека в лучшую сторону. У меня никогда такого не было, обычно это людям удавалось меня поменять. Я, конечно, не стану причин их перемирия, но помечтать-то можно, ведь мне так хочется, чтобы у них все стало замечательно, и Лео не напоминал серый комочек тучки, среди ясного, обласканного солнцем неба.

Лео возвращается с номером и чеком, Алекс и Лера, на которых я не обращала внимания все это время, уже держатся за руки, голова подруги покоится на плече парня. Смотрю на ее парня и не могу сдержать еле заметной улыбки. С какой заботой он бросает на нее взгляд, будто откопал самое лучшее сокровище. Нет, в ближайшее время они точно не расстанутся. Каким бы реалистом я не была, это парочка должна протянуть как минимум еще полгода. Слишком влюбленные. Слишком нуждающиеся друг в друге.

И слишком не обращающие на нас внимание. От этого я закатываю глаза. Возможно, мама была права, и для них это что-то вроде двойного свидания. Как считает Лео? Когда я поворачиваюсь к Лео, натыкаюсь на взгляд, который ранее мне не доводилось видеть. Он смотрит так, будто хочет, чтобы мы были как Лера с Алексом, ну или чтобы я как минимум положила голову ему на плечо, как вчера на стадионе. Не отрицаю, что от моей глупой симпатии такое может показаться, но как же приятно, когда на тебя смотрят вот так.

— Тебе не кажется, что мы тут лишние? — подвинувшись ближе, тихо спрашиваю я.

Сначала его взгляд падает на мои губы, а после возвращается на глаза. Я резко отстраняюсь и сглатываю. Да что со мной? Почему реакция на Лео стала сильнее обычного. Даже вчера он чувствовался по-другому. Господи, я ненормальная и какая-то одержимая, что ли. Но не парнем, нет. Чем-то другим. Непонятным.

Как бы тихо я это не сказала, парочка все равно слышит и, кажется, смущается от своего проявления чувств. На самом деле, хоть я и не имею ничего против их любви, уделить время нам было бы не плохо. Они собрались нас для того, чтобы нежиться в сторонке? Думаю, это слегка некрасиво. И они, наверное, думают точно так же, потому что уже через несколько секунд, отстраняются друг от друга и выравниваются на своих стульях.

Я слышу, как Лео хмыкает от этого. Они умиляют и бесят его точно так же, как меня.

Когда приносят наш заказ, мы все замолкаем, уделяя время жирным бургерам, молочным коктейлям и совершенно не полезной картошке фри.
Проглотив кусочек, Алекс говорит:

— Совсем скоро у нас открывают новый парк отдыха, судя по описанию это будет что-то интересное. Я хочу сходить, но не один. Если к тому моменту ничего не изменится, вы со мной?

Все кивают, а после Лео меняет тему на школу.

— Скоро экзамены, а я практически не готов по некоторым предметам. На днях я смотрел университеты за границей, хочу поступить в Лос-Анджелес, вернуться на родину, попробовать построить что-то там. Для того университета, который я выбрал, нужно заработать самые высокие планы. Если вы в друг будете планировать гулять, меня можете не звать до конца года. Я и так уделяю слишком мало времени учебе. В последнее время мы с тобой слишком часто развлекаемся, — говорит он, указав на Алекса, и обхватывает губами трубочку, делая несколько глотков коктейля.

— Ты не говорил, что выбрал, куда будешь поступать, — нахмурившись, отвечает ему друг.

— А ты выбрал, куда хочешь поступать? — кивнув Алексу, спрашиваю я.

— Пока нет. Возможно, вернусь на родину, не знаю. Хотя, скорее всего да, вернусь. Родители за то, чтобы я остался здесь и учился где-нибудь поблизости от дома, но мы уже с ними обсудили его, отчасти слишком громко обсудили, да плевать. Я хочу на родину. Это, конечно, не Москва, но я смогу легко поступить туда, а потом пойти на высшее здесь, при желании.

— Почему многие дети ссорятся с родителями из-за поступления? Моя мама спрашивала, что я буду делать после школы, но никогда не настаивала на том, чтобы я куда-то поступила. Нам всегда было легко с этим. Я знаю, что в тайне она мечтала, чтобы я получила самые высокие балы на экзамене и поступила в один из лучших университетов Москвы, иногда она даже давала понять о том, что хочет этого, но все равно не настаивала. Я не знаю, чего хочу от будущего, но сделать себе нормальное образование есть в моих планах.

— Некоторым родителям нужно поступление ребенка в престижный университет для ярлыка, — предполагает Алекс. — Мол, мой ребенок умный, поступил вот сюда, будет работать вот здесь и станет моей гордостью. Каждый человек в первую очередь личность, и каждый самостоятельно строит твою жизнь. Да, родители тебя воспитали, ты жил у них на шее четверть своей жизни, но ты все еще отдельный человек, у тебя есть твои права и ты должен сам строить свою жизнь. Если тебе по кайфу жить без образования, где-то в захудалой однушке в самом неблагополучном районе — то это твое решение.

— Не все, кто никуда не поступил после школы и не получил высшее образование, живут в захудалом районе. Если троечники, в итоге развившие свой бизнес! — отвечает ему Лера.

— Я не говорю, что все, кто без образования, лузеры. Образование, конечно, играет роль, но не такую, как думают многие. Мне вообще плевать, учился человек или нет. Я говорю о восприятие родителей на отказ ребенка куда-то поступать. Каждый родитель хочет, чтобы мы были его гордостью, самыми лучшими. И поступление в какой-то престижный университет, один из поводов для их гордости. Понимаете?
Да, в его словах есть смысл. Мне нечего сказать, поэтому, кинув картошку в рот, нахмурившись, смотрю на поднос с вредной едой, размышляя о его словах. За столом тихо почти минуту, пока Лео не подхватывает тему.

— Моему отцу все равно, буду я поступать или нет, — он смотрит сначала на Алекса, потом на меня, прежде чем заполнить: — И вовсе не из-за наших отношений. Он придерживается точки, что образование играет большую роль, но никто не обязан поступать куда-то не по своему желанию. В этом он мне нравится. Мысли Алекса и отца схожи в том, что каждый человек действительно личность и вправе сам принимать решение о своем будущем.

— Наши ошибки — это только наши ошибки, — подхватывает Лера. — Если мы не сможем подняться без образования и по итогу нас будет ждать захудалая квартирка в неблагополучном районе — это будет только наша ошибка, и никто не имеет права осуждать нас за нее. Ну, я считаю это правильным, — пожимает она в конце плечом.

Мы киваем, нам нечем дополнить это. Я подписываюсь под каждым словом и задумывают над тем, сколько ошибок будет ждать меня впереди. Наверняка много. Делать ошибки в своей жизни — это нормально. Как по мне, нельзя злиться на них, ведь они могут стать большим опытом. За свою пока не долгую жизнь, я сделала не особо много ошибок, но пара из реально помогли мне стать более лучшей версией себя. Важно не повторять ошибки, а учиться на них, идти дальше и никогда к ним не возвращаться. Впереди еще их будет слишком много, чтобы тратить время на одни и те же.

Я снова смотрю на Лео, доедающего свой бургер. Он опять нахмурился, возможно, погрузившись в раздумья о теме, которую мы только обсудили? Чем дополнил он ее в своих мыслях? 

Вокруг нас много людей, кто-то из них смеется в компании, а кто-то ест в одиночестве, смотря на окружение или в телефон. У каждого свою заботы и ошибки. Кто-то повторяет одни и те же, ничего не впитав после первого раза, а кто-то делает новые, может даже прямо сейчас, за своим столом, сжимая в руке стакан с колой.

— О чем задумалась?

Я слегка подскакиваю, когда Лео шепчет мне эти слова на ухо. Поворачиваюсь к нему, он слишком близко, вижу все его маленькие дефекты на лице. Даже с ними он прекрасен. Они его не портят, а украшают, как и любого другого человека.

— О человеческих ошибках, — вполголоса отвечаю я. — Это нормально, когда ты ошибаешься, как считаешь?

— Да. Именно этим я занимаюсь каждый день, — он отвечает с улыбкой, в голосе слышится веселье, но я чувствую, как тяжело ему дается осознавать это. Даже если он и считает, что делать ошибки нормально, смириться с этим полностью Лео не сможет.

— Я просто хочу отучиться и получить нормальное будущее, — прерывает тишину Лера. — У меня есть планы, для них не нужен самый высокий бал, так что думаю, у меня получится.

Алекс кивает чему-то, но ничего не добавляет. Когда еда полностью съедена, мы обсуждаем разные мелочи, говорим о своих любимых школьных предметах и об алкоголе — кто когда попробовал впервые. Диалог идет легко, многое вызывает у меня улыбку, а часы стремительно бегут вперед. Начинаю думать о том, что вряд ли Лео проводит меня до дома, потому что мы наверняка расстанемся у метро или внутри него. Это расстраивает меня, потому что я бы хотела решить все, так сказать, здесь и сейчас. Мысли пробуждают во мне желание взять все в свои руки.

Я поворачиваюсь к Лео и спрашиваю, может ли он проводить меня до дома или сможем ли мы погулять еще немного после того, как Алекс и Лера оставят нас. Сначала подруга растерянно хлопает глазками, но затем вспоминает, с чем связана моя просьба и довольно кивает. Ей, как и мне, нравится, что не собираюсь бежать от проблем, а наоборот планирую решить их. Когда Лео соглашается, я краснею. Мне так неловко от его взгляда, который никак не могу разгадать.
Внутри меня все бурлит от эмоций. Оставшуюся часть времени, мы разговариваем о всяких мелочах, и договариваемся встретиться еще раз. Алекс и Лера покидают нас, стоит нам выйти из Макдоналдса. Они тоже не спешат разойтись по сторонам. Мы направляемся в одну сторону, а ребята, попрощавшись с нами, в другую.
Людей к вечеру стало больше, фонари освещают здания и дорогу, холодный ветер дует в лицо, остужая меня изнутри, подготавливая мои мысли и всю меня к серьезному разговору. К моменту, когда собираюсь заговорить, возвращаются все страхи, я вновь думаю о самом худшем, но в отличии от прошлого раза, сейчас это придает мне сил, как будто, ожидая самого худшего, не страшно принять любой ответ.

Лео идет рядом. Я бы даже сказала, слишком близко. Его плечо прикасается к моему практически с каждым шагом. Таким образом парень словно напоминает о себе и дает понять, что готов меня выслушать, а я смотрю перед собой, на гуляющих или спешащих куда-то детей, и не могу выдавить из себя хотя бы слово. В голове возникает соблазнительная мысль поднять другую тему, но тут же отмахиваюсь от нее. Я была настроена решительно, а значит, нельзя убегать от этого.

Дина, ты должна решить все здесь и сейчас. Шаг влево или шаг вправо — расстрел.

Мои ладони, засунутые в карманы куртки, сжимаются. Я чувствую, как они потеют, да и по спине несется капелька пота. Нервничаю. А как не нервничать? Лео не торопит меня, терпеливо идет рядом, ждет, когда буду готова. Волнуется ли он из-за моего поведения? Какой разговор он представил? На нашей стадии общения, я наверняка выгляжу странно со своим серьезным разговором, он наверняка не может понять, по какой причине я вообще собираюсь поднять ее.

Поднимаю на него взгляд, он смотрит прямо перед собой. Не нахмурен, не утомлен, не радостен. Что у него внутри? Я отвлекаюсь на такие вещи, забывая, зачем позвала прогуляться со мной.

— Я очень надеюсь, что разговор не повлияет на нашу дружбу, — с дрожью в голосе начинаю говорить. — Мне нравится общаться с тобой, я рада тому спонтанному знакомству, что произошло у нас.

Замолкаю. Лео не торопит, ждет, когда заговорю дальше. Ему не терпится узнать, что же я подготовила. Совсем необязательно говорить об этом, любому бы не терпелось. Представляет ли он, как мне страшно?

Давай, Дина, ты сможешь! Тебе нечего бояться. К чему бы не пришел разговор — важно начать его и закончить прямо здесь.

На этой улице.
Среди всех этих людей.
Для важных вещей время всегда подходящее.