Бездна

В Сан-Марино мне не понравилось. Как только мы пересекли границу, я почувствовал что-то неладное с этой маленькой страной, что-то нагнетающее и тягучее словно с неба на мир капал засахарившийся мёд, заставляя всех двигаться медленнее, вальяжнее. Да, я расслабился, но Дамоклов меч упорно не хотел сходить с небосвода.
Мы вышли с поезда рано утром. Станция отчего-то находилась возле берега моря, которое я так привык видеть серым и безжизненным. Здесь всё было по-другому, абсолютно всё.
Друзья выглядели сонными, они проспали всю ночь и теперь с улыбкой на лице радостно потягивались, щурясь на ярком апельсиновом рассвете. Они выглядели довольными, даже можно сказать счастливыми. Но тревога не покидала меня. Нужно выпить, подумал я, тогда проблемы забудутся.
Нам дали машину, чтобы отвезти нас в дом, который Дэни снял ещё до того, как мы выехали из Германии. От водителя он вежливо отказался, решил вести сам. Как только погрузили вещи в багажник и расселись по своим местам, содержатель «убежища» вдавил педаль газа, и машина с рёвом понеслась по ровному сухому асфальту. Мы все переоделись в более менее открытую одежду, даже с утра было невероятно жарко, хоть с моря и дул прохладный бриз, хоть как-то остужающий уже разгорячённую землю. В небе я не заметил ни облачка, так что ждать дождя не приходилось.
Дом оказался где-то у чёрта на рогах. Большая двухэтажная вилла тонула в зелени и пении птиц. Во дворе оказался небольшой бассейн с прозрачной хлорированной водой. Я удивился такому решению, ведь дом был в трёх минутах ходьбы от побережья, где было красивое, чистое, тихое море, что так манило своей непривычной безмятежностью.
– Да, не пальцем деланы тут люди, раз такое строят, – присвистнул Людвиг, вальяжно прохаживаясь в коротких бриджах по траве. Ботинки он решил снять и ходить босиком.
– Я дерьмо снимать бы не стал, – улыбнулся Дэни, плюхнувшись в шезлонг с бокалом виски. – Радуйтесь, наслаждайтесь, отдыхайте.
– Спасибо огромное за отдых, зайка! – пропищала Ингрид, присев рядом с ним на соседнем лежаке, и крепко обняла так, что тот чуть не разлил виски.
– Аккуратнее, – отстранил он её и поцеловал в щёку. – Ещё успеешь пообжиматься.
– Когда мы пойдём купаться? – спросила она.
– Скоро, скоро...
– Я хочу сейчас!
– Дай перевести дыхание, мы же только с поезда.
– Ты разве не спал?
– Спал, но усталость осталась.
– Может, я одна сбегаю, посмотрю, что там да как?
– Валяй.
Ингрид встала и, одёрнув короткое платье мятного цвета, вышла прочь со двора.
– Надеюсь, не заблудится, – усмехнулся Дэни, подливая в бокал ещё виски, посмотрел на нас. – Будете?
– Конечно, – ответили мы хором и взяли по бокалу. Я опустился на мягкую траву, Людвиг сел на освободившийся шезлонг. Солнце вставало неспешно, длинные тени постепенно укорачивались, небо из ярко-розового становилось всё более скучно-синим. Ветер был уже не такой прохладный, но здесь, в тени раскидистых деревьев, он и не нужен – и так прохладно.
– Ну что, друзья, за отдых! – воскликнул Дэни.
– За отдых!
Мы опустошили свои бокалы, закурили импортные кубинские сигары, которые привёз с собой Людвиг.
– Где ты это достал? Их же днём с огнём не сыщешь, – сказал я, рассматривая толстую коричневую сигару. От неё пахло качественным табаком, почти что пробивался запах полыни, который я сам себе надумал.
– Связи, – только и ответил парень, отгрызая кончик.
– Да, в этом мире без этого никуда, – мечтательно вздохнул Шиллер.
– И без денег, – добавил я.
– И без этого тоже.
Я допил третий бокал виски и понял, что мне на время этого хватит. Конечно, я пьянел не так быстро, как раньше, но напиваться вусмерть мне тоже не хотелось, тем более в таком шикарном месте. Что обо мне подумают люди? Всё-таки не на помойку приехали, хоть это место и не давало мне покоя. Оно как-то неприятно давило своей беспощадной статью и умиротворением – тем, что я редко видел и ощущал в своей жизни. Наверное, поэтому мне и было нехорошо. Просто адаптация к новой местности.
– Сколько дней у нас есть? – спросил Людвиг. – Надеюсь, как можно больше?
– Всего неделя, но нам и этого с головой хватит.
– Я бы здесь остался навсегда.
– Не дури, со скуки уже через месяц на стенку полезешь. Уж я по себе знаю, – парировал Дэни. – Помню, как-то приехал с другой женщиной, ей лет было чуть больше, чем мне, но она была прекрасна... Так, о чём это я? А, так вот, приехали мы значит во Францию, расположились в пригороде Парижа, всё было просто замечательно. Мы отдыхали как могли! И вечеринки у незнакомцев, и море выпивки, и красивые девочки вокруг. Француженки, знаете... у них такой взгляд... кокетливый, словно зовут куда-то, чертовки... Опять отвлёкся, – Дэни на секунду замолчал, прочистив горло и закурив «Кэмэл». – Но уже через две недели этих бесконечных развлечений я возненавидел и Париж, и Францию. Всё плохое вскрывается обычно только тогда, когда поживёшь там больше недели. Там и постоянно шумно, и люди постоянно, я серьёзно, постоянно пьют! Нигде я ещё не видел таких пьющих, как во Франции, у меня уже сил не было ходить к ним в гости. Хотя, конечно, той женщине со мной, Лорен, кажется, всё это было только в радость. Так и ушла от меня к какому-то французу, который цветочный магазин держал, деньги зарабатывал, и много. Узнал потом, что они поженились, развелись через полгода «счастливой» семейной жизни. Бил он её нещадно. Даже немного жаль, такая красотка была. Теперь одни шрамы на лице и нос перекошен.
– Наверное, она ненавидит тебя, – усмехнулся Людвиг.
– Я бы так не сказал. Она потом писала мне письма любовные, просила, чтобы я вновь принял её. Но куда она мне уже? Не в погреб же я её засуну! Я же тогда встретил другую, зачем мне ещё одна, тем более страшная, как сама смерть!
Смерть, пронеслось у меня в голове, она повсюду. Я вдруг подумал о том, есть ли такое и здесь, в этом маленьком беспокойном раю. Неужели эти монстры обсиживают и здешние крыши, ждут своих жертв днями и ночами, ожидая момента, когда они смогут утащить их мелкие души в Бездну. Бездна ведь это место, где всё началось и где всё и закончится. Огромное ничто, терпеливо ожидающее нашей смерти, преклонения, жертвоприношений, подаяний, молитв и вечного страха. Но я смерти не боюсь. Не боюсь, потому что она неизбежна.
Вернулась Ингрид. Она сияла от радости, на её бронзовой коже блестели капли воды.
– Вода тёплая, можно купаться хоть сейчас, – сказала она и села рядом со мной на траву. – Мы же пойдём?
– Конечно, вечером, сходим понежится в водичке, – ласковым голосом ответил Дэни. – Но сначала мы съездим в центр, посмотрим музей, в магазины забежим ненадолго. Давно хотел себе новую рубашку, зелёную.
– Я пойду тогда переодеваться! Мальчики, вы тоже не сидите, приведите себя в порядок, всё-таки в люди выходим! Надо выглядеть подобающе.
Мы сели в кабриолет «Кадиллак» пятьдесят шестого года, взятый Дэни напрокат, и понеслись по прибрежной дороге, обдуваемые ветром, чувствуя, как запах солей приятно щекочет нос. Все распивали спиртное, даже наш бравый водитель-содержатель-убежищ опрокинул несколько рюмок. Я боялся, что вдруг он не справится с управлением, бросит нас всех кювет да так мы там всей компанией и умрём. Однако вёл он машину довольно уверенно, руки не дрожали, а взгляд не мутнел. Да, ему стало веселее, но ничего критичного так и не произошло за всё то время, пока мы ехали в центр города.
Однако Дэни совершенно не умел объяснять, где мы всё-таки оказались. Я совершенно смутился, когда мы остановил возле большого КПП, где на вышках гордо развевались итальянские флаги. Машина остановилась возле ворот, все сидели, затаив дыхание. Тогда мы не понимали, что происходит, ждали чего-то ужасного, и только тогда я осознал, что меня так тревожило. Наверное, интуиция предсказывала мне именно это.
К нам подошёл мужчина в форме, остановился возле водительского окна. Дэни опустил стекло, начал с ним разговор на чистом итальянском.
– Buon giorno. Sii gentile, di esibire i documenti, – сказал военный приятным, спокойным баритоном.
– Si, si, aspetta un minuto, – ответил Дэни и начал рыться в своей сумке, затем посмотрел на нас. – Паспорта доставайте, мы на границе Сан-Марино.
– То есть как это? – тихо взвизгнула Ингрид. – А где мы тогда были?
– Потом объясню. Паспорт достань лучше.
Дэни отдал свой документ первым, затем отдали и мы. Военный внимательно посмотрел на нас через стёкла, сверился с фотографиями, отдал из обратно, и крикнул:
– Mi mancano! Ari il cancello!
Ворота с грохотом распахнулись, и военный, улыбнувшись нам и даже помахав рукой на прощание, отошёл к своему посту. Дэни вдавил педаль газа, и мы въехали на территорию Сан-Марино.
Сначала мы все сидели в тишине, не понимая, что только что произошло. Затем, я всё-таки решился разрушить этот купол и спросил:
– Что значит «на границе Сан-Марино»?
– Ну... – замялся Дэни. – Ну как что, то и значит. Мы были в Италии, теперь в Сан-Марино.
– То есть мы отдыхаем в Италии, но ездим развлекаться в соседнюю страну?
– Это страна в стране, тут не очень далеко, – ответил Шиллер серьёзно. – Скоро приедем в город, будем развлекаться и искать приключений.
Весь остальной путь мы ехали в тишине.

Мы добрались до Серравалле – столицы Сан-Марино – за десять минут. Остановили машину на одной из стоянок, побродили по городу. Улочки тут узкие, тихие, людей – всего ничего, но зато какое спокойствие! Такого я никогда не чувствовал. И хоть это и было другое государство, абсолютно всё здесь было на итальянском языке и люди тоже были похожи на коренных итальянцев.
Мы зашли в небольшой бар, выпили по огромному бокалу пива. Дэни поспрашивал у местных, куда можно сходить и развлечься. Они разговаривали довольно долго, учитывая, какой Шиллер был болтун. Наконец, мы вновь вернулись в машину.
– Теперь я знаю, куда мы можем поехать, – радостно сказал он, поворачиваясь к нам. – Итак, тут в десяти минутах есть большая крепость на горе, я так понял, крепость Гави. Посмотрим, походим, может, там даже экскурсии проводят. Потом поедем обратно, то есть сюда и найдём какой-нибудь приличный ресторанчик, пообедаем и поедем развлекаться дальше. Сойдёт такой план?
– Неплохо, – сказал Людвиг. – Мне нравится. Только где пить-то будем? В крепости-то нам вряд ли разрешат устроить вечеринку.
– Найдём что-нибудь, – махнул рукой Дэни и завёл двигатель. Тот легко зарычал – мощно и раскатисто. Мы снова двинулись в путь.

В крепости было нечем заняться. Дэни, Людвиг и Ингрид куда-то ушли, кажется, в подвалы, а я остался на открытом пространстве в поисках чего-то интересного. Увидел группу иностранных туристов. Мне повезло: женщина, сопровождающая их, говорила на немецком. С итальянским акцентом, но мне было уже всё равно. Я подошёл к толпе и стал вслушиваться, о чём говорила экскурсовод.
– Легендарное основание Сан-Марино относится к началу IV века. Согласно легенде, в триста первом году член одной из первых христианских общин с острова Раб в Адриатическом море каменотёс Марин с друзьями нашёл убежище на Апеннинах, на вершине горы Монте-Титано. Он открыл в горе каменоломни, а затем, ища уединения, построил себе маленькую келью на её вершине и удалился от мира. Слава его святой жизни привлекала к нему толпы богомольцев, и скоро около его кельи образовался небольшой монастырь. Этот монастырь, названный по имени своего основателя, святого Марина, несомненно, существовал уже в конце VI века и жил самостоятельной жизнью, не завися в политическом отношении ни от кого из соседей. Формально...
Дальше слушать я не стал. Просто отошёл и начал бродить по стенам крепости, рассматривая прекрасный пейзаж, который открывался мне. На мгновение я даже почувствовал в себе силы жить дальше, без всяких тяжёлых мыслей и чувств, которые так часто тяготили меня. Привязанности тащили на дно с завидным упорством, хоть я и сопротивлялся. Сопротивлялся, как ещё никогда в своей жизни. И всё же это не помогало. Я начинал понимать, что действительно, сердцу не прикажешь – кого оно выберет, с тем тебе и страдать. И теперь каждый день я ожидал встречи с новыми людьми, боясь, что вскоре привяжусь и к ним. А это будет ещё один нашейный камень, тащащий меня в Бездну.
Через час я всё же смог найти своих друзей – они бродили по нижним этажам крепости. Там было темно и очень пыльно, пыль буквально забивалась в лёгкие.
Мы вышли из крепости немного разочарованные – ожидали большего. Сели в машину и приготовились возвращаться в город.
– Заедем в какой-нибудь бар? – улыбнулся Дэни.
– Мы вроде в ресторан собирались, нет? – спросила в ответ Ингрид. – Я ужасно голодная! Слона бы съела, честное слово!
– Ладно, ладно, поехали обратно в город. Найдём какое-нибудь заведение. Кстати, Адам, пока тебя не было, мы в подвалах встретили очень интересных людей.
– Кого? – спросил я.
– Расскажу, когда приедем.
В ресторан я ехал, как на иголках, очень уж хотел узнать, что решили остальные и кого нашли в подвалах. Наверное, подумал я, нас всё-таки ждёт довольно интересное путешествие.
Перед нами открывался шикарный вид Сан-Марино. Мы ехали навстречу приключениям.