Глава 10
27 ноября.
Матч Реала против Ливерпуля Виани включила почти машинально, как включают что-то фоновое, хотя на самом деле она знала, что не сможет смотреть его равнодушно. Экран освещал комнату холодным светом, и на этом фоне белая форма мадридцев казалась почти чужой, будто она смотрела на жизнь, к которой больше не принадлежала полностью. Реал проигрывал, и с каждой минутой это ощущалось всё сильнее, словно напряжение накапливалось не только на поле, но и внутри неё самой. Она следила за движениями игроков, за тем, как ломается ритм, как Ливерпуль навязывает темп, как Реал не успевает перестраиваться.
— Давай... — тихо сказала Виани, сама не понимая, кому именно.
На экране мелькнул Вини. Она машинально выпрямилась, будто он мог её увидеть.
— Не злись, — пробормотала она, когда атака сорвалась. — Ты всегда злишься.
Звонок в дверь прозвучал в самый неподходящий момент.
— Ну конечно, — выдохнула она и пошла открывать.
Фермин стоял на пороге с коробкой пиццы.
— Я спасаю тебя, — сказал он. — Или мешаю?
— И то и то, — Усмехнулась девушка. — Что у тебя там?
Фермин окинул взглядом квартиру, перебираясь с ноги на ногу и возвращаясь к ее глазами и вопросительному выражению лица.
— Пицца «Четыре сыра». Я рисковал.
Девушка приподняла брови
— Облажался. Я люблю пепперони, — Рассмеялась Виани, разводя руками, но отступила, пропуская Лопеса, — Заходи.
Он прошёл внутрь, бросил взгляд на экран.
— Реал?
— Да.
— Ты за них болеешь?
Она пожала плечами.
— Нет, смотрю ради интереса.
Они сели рядом. Фермин открыл коробку, запах пиццы мгновенно заполнил комнату.
— Они выглядят уставшими, — сказал он, наблюдая за игрой. — Ливерпуль слишком быстро перестраивается.
Виани насторожилась.
— В смысле?
— Ну, смотри, — он наклонился ближе к экрану. — Реал выходит через фланг, а Ливерпуль сразу сжимает пространство. Если не успеваешь — всё, мяч потерян.
Она кивнула, делая вид, что просто соглашается.
— А у вас как сейчас с прессингом? — спросила она как бы между прочим.
Фермин пожал плечами.
— Работаем. Но не всегда получается синхронно. Иногда кто-то запаздывает, и линия ломается. С высокой линией обороны всегда надо быть аккуратнее, если кто-то ошибется, то..избежать гола трудно.
Виани взяла телефон.
— Ты против, если я отвечу на сообщение?
— Конечно нет.
Пальцы быстро напечатали текст:
«Реал тяжело выходит из-под быстрого давления. Барса всё ещё не всегда синхронна при прессинге, есть разрывы при перестроении и опасные моменты с высокой линией обороны»
Руки задрожали, когда в голове вспыхнули воспоминания недавней прогулки с Гави. Он не особо писал. Даже не писал, скорее. И она, возможно, немного ждала его сообщения. Немного скучала.
Пальцы сами начали стирать написанные строки, но она опомнилась.
— Так. Все. Надо помочь Вини.
***
Матч завершился проигрышем Мадрида и Виани уже сжимала в руках телефон, зная, что первый делом брат позвонит ей, высказывать свое недовольство или что-то такое.
В отличие от Фермина она тогда выглядела слишком направленной, что не ушло от любопытного взгляда футболиста.
— Что с тобой? Расстроилась? — Посмеялся он, слегка толкая ее плечом. Виани замерла, а затем не придумала ничего лучше, чем отшутиться.
— Никакого соперничества, Барса будет абсолютным чемпионом лиги. — Брюнетка подняла руки вверх в знак капитуляции, провожая друга к двери, когда ее телефон уже начал разрываться звонками.
Виани поспешно выпроводила Фермина за дверь и кинулась к телефону.
— Прежде чем ты что-то успеешь сказать, лишь хочу напомнить что я отправила новую информацию по Барселоне. — Судорожно выдохнула девушка, перебирая покрывало на кровати чтобы успокоиться.
— Этого мало! — Практически прорычал в трубку брат. — Барселона до сих пор создает слишком много проблем. Какого черта ты еще не сделала ничего дельного?!
«Как же ты мне уже надоел. Будто я виновата, что у вас сплоченности никакой» — Пронеслось в ее голове. Секунда слабости, да которую она себя тут же наругала.
Вини сбросил трубку. Ну, хоть что-то хорошее за последние пару минут.
***
Матч с Лас-Пальмасом Виани смотрела не как зритель — она стояла у самой бровки, чувствуя вибрацию стадиона ногами, слыша дыхание игроков, обрывки фраз, резкие выкрики скамейки. Здесь нельзя было спрятаться за экраном или сделать вид, что тебе всё равно. Здесь всё проживалось телом.
Она держала руки сцепленными перед собой и старалась смотреть на поле профессионально, как человек, который находится здесь по работе. Но взгляд всё равно срывался. Неосознанно. Почти против воли.
Гави был слишком близко.
Он пробегал мимо неё снова и снова — быстрый, резкий, с напряжёнными плечами и сжатой челюстью. В какой-то момент он остановился совсем рядом, наклонился, переводя дыхание, и Виани почувствовала, как внутри что-то дёрнулось, будто её поймали на запрещённой мысли. Она тут же отвела взгляд, уставившись в поле, делая вид, что что-то отмечает у себя в голове, хотя на самом деле просто не хотела, чтобы он заметил, как она смотрит.
— Давай быстрее, — крикнул он кому-то, резко взмахнув рукой.
Она вздрогнула от его голоса, слишком знакомого за последние дни.
Когда Барселона пропустила первый гол, стадион загудел, и Виани на секунду почувствовала странное облегчение. Оно было таким коротким, таким почти незаметным, что она испугалась его не сразу. Только через мгновение до неё дошло, что это чувство — радость. Слабая, тихая, почти стыдливая. Она пробежала в ее голове, а затем спустилась по телу, венам. От этих чувств ее затошнило, стало мерзко от самой себя.
Но Вини будет доволен.
Да?
Гави резко развернулся после неудачного эпизода, ударил ладонью по бедру и выругался себе под нос. Виани подняла глаза и встретилась с его взглядом. Он смотрел мимо, но на секунду ей показалось, что он видит её. Не как сотрудника клуба. Не как часть фона. А просто — её.
Она первой отвела взгляд.
Когда Барселона сравняла счёт, вокруг взорвались крики, и она машинально выдохнула вместе со всеми, позволив себе крошечную улыбку. Но радость не задержалась. И когда Лас-Пальмас забил снова, внутри снова мелькнуло то самое чувство — неправильное, неудобное. Она сжала пальцы так сильно, что ногти впились в кожу.
Финальный свисток прозвучал резко, почти жестоко.
1:2.
Игроки шли к скамейке усталые, злые, кто-то молчал, кто-то резко бросал бутылку с водой. Виани осталась на месте, не зная, куда деть руки и взгляд.
Гави прошёл мимо неё, не сразу заметив. Потом вдруг замедлился.
— Тяжёлый матч, — сказала она тихо, не глядя прямо на него.
Он остановился.
— Да, — ответил он после паузы. — Мы должны были лучше.
Она кивнула.
— Вы ещё возьмёте своё.
Он посмотрел на неё внимательнее, чем обычно.
— Ты правда так думаешь?
Она подняла глаза.
— Да.
Каталонец коротко кивнул.
— Спасибо.
Она подняла глаза, но он уже уходил.
И ей стало неожиданно пусто от того, что разговор закончился, так и не начавшись.
Вечер тянулся медленно. Она долго не могла уснуть, прокручивая в голове моменты матча, отдельные кадры, взгляды, интонации, будто пыталась понять, где именно всё начало идти не так. Не на поле — в ней самой.