Глава 19
Ночь окутала Бейкон-Хиллз. Ветер гонял сухие листья по асфальту, а где-то вдали слышался лай собак. Всё казалось слишком тихим, будто сам город затаил дыхание, ожидая развязки.
Зоя стояла на пустой дороге, освещённой тусклым светом фонаря. На ней была простая тёмная куртка и джинсы — ничего, что выдало бы подготовку. Она глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках.
Рядом с ней, в тени старого дуба, стояли Рики, Эли, Амелия и Азат. Сабрина и Кэтрин спрятались чуть дальше, готовые в любой момент активировать защитный круг. Питер и Рональд скрывались ещё дальше, словно хищники, ожидающие сигнала к прыжку. Шэлдон был рядом с отцом, готовый рвануться в бой.
— Ты уверена?
Рики тихо наклонился к Зое. Его глаза светились золотым, он был готов защищать её ценой собственной жизни.
Зоя посмотрела на него и кивнула.
— Если мы ничего не сделаем, они убьют маму и Джима. Я не могу просто сидеть.
Рики хотел возразить, но слова застряли в горле. Он лишь крепко сжал её руку, задержал взгляд чуть дольше, чем нужно, и отошёл в тень.
Зоя осталась одна под фонарём. Она чувствовала, как сердце колотится, будто готово выпрыгнуть из груди. Внутри шептали голоса — тихие, еле различимые. Они предупреждали, предостерегали, и от этого становилось ещё страшнее.
Вдруг из темноты показались силуэты. Пятеро охотников шагали по дороге, их глаза в свете фонаря блеснули алым — все они были бетами. Впереди шёл высокий мужчина с резкими чертами лица. Его походка была уверенной, даже надменной.
Маттиас Штумпф.
— Какая неожиданная встреча.
Произнёс он, его голос разнёсся эхом в ночи.
— Банши сама решила прийти ко мне.
Зоя выпрямилась, пытаясь скрыть страх.
— Ты хотел меня — вот я. Отпусти мою маму и моего друга.
Маттиас остановился перед ней, и его губы изогнулись в довольной усмешке.
— Дерзкая. В этом ты пошла в свою настоящую мать.
Он почти шепнул, наклоняясь ближе.
— Лидия тоже всегда любила бросать вызов.
Имя ударило в сердце, как нож. Зоя едва не дрогнула, но выдержала взгляд.
— Я не игрушка, чтобы тобой играть.
Маттиас рассмеялся.
— О, ты ещё не поняла. Ты — ключ. С помощью твоего крика я смогу заглянуть в свою смерть. И остановить её.
В его глазах вспыхнуло безумие. Он протянул руку, чтобы коснуться её лица, но в этот миг Зоя услышала в голове отчаянный крик. Он был таким сильным, что её ноги подкосились.
Она закричала.
Крик разорвал ночь. Звук был не человеческим — он исходил из самой глубины души, пронзительный, как сама смерть.
Охотники-волки дернулись, схватившись за головы. Маттиас на секунду пошатнулся, но тут же выпрямился, его глаза вспыхнули алым ещё ярче.
— Вот она, сила банши.
Прошипел он.
— Моё сокровище.
В этот момент из тени выскочили Рики и Азат, бросившись на двух ближайших бет. Эли и Шэлдон напали с другой стороны. Амелия обернулась в зверя, её глаза светились огненно-красным, когти сверкнули в темноте.
Сабрина и Кэтрин активировали круг из соли и начертаний — вспыхнул свет, и двое охотников оказались в ловушке. Их тела бились в агонии, когда магия жгла их.
Маттиас же остался неподвижен. Он спокойно наблюдал за хаосом вокруг, словно всё шло по его плану. Его взгляд снова упал на Зою.
— Даже если твои друзья умрут здесь и сейчас?
Сказал он, шагнув вперёд.
— Ты всё равно останешься моей.
Питер вышел из тени, глаза горели ледяным синим.
— Попробуй, ублюдок.
И ночь взорвалась боем.
Ночь раскололась на осколки криков, рычания и вспышек магии. На пустыре, где раньше царила тишина, теперь бушевала настоящая война.
Рики сражался с одним из бетов, их когти сталкивались с глухим звуком, словно металл по камню. Каждый удар отзывался эхом, каждый прыжок был наполнен смертельной яростью. Его глаза светились золотым, а дыхание рвалось на хрип, но он не сдавался.
Эли разорвал горло одному охотнику, но тут же получил удар в спину и взревел от боли. Шэлдон кинулся на помощь, отбрасывая врага. Азат, весь в крови, держал двоих сразу, и Сабрина где-то в стороне едва удерживала защитный круг.
Маттиас стоял в центре хаоса, наблюдая, как его беты падают один за другим. Он не вмешивался. Ему не нужно было — его спокойствие пугало сильнее любого рыка. Он ждал.
А в это время, глубже в лесу, Сабрина и Кэтрин, укрытые чарами, проскользнули мимо сражающихся охотников. Их лица были сосредоточены, руки сплетались в магических жестах.
Они нашли небольшую хижину у края поляны. Дверь была закрыта цепями, но Кэтрин только коснулась их пальцами, прошептала заклинание — и металл раскалился докрасна, падая с глухим звоном.
Внутри было темно.
— Миссис Миллер!
Сабрина вскинула руку, зажгла в воздухе огонёк.
В углу, связанные по рукам и ногам, сидели двое. Женщина с усталыми, но полными ярости глазами. И парень, испуганный, но старающийся держаться.
— Миссис Миллер!
Кэтрин бросилась к ней, разрезая верёвки.
— Мы пришли за вами.
Меган стиснула зубы, но не заплакала, лишь коротко кивнула.
— Я знала, что вы придёте.
Джим моргнул, растирая онемевшие запястья, и поспешил к девушкам.
— Вы… вы ведьмы?
Спросил он, с восхищением и страхом.
— Это… чертовски круто.
Сабрина закатила глаза.
— Можешь восторгаться позже, сейчас надо бежать.
Снаружи донёсся рык и треск деревьев. Девушки переглянулись и вывели Меган и Джима из хижины, стараясь быть как можно тише.
А на поле тем временем Зоя стояла за спинами Амелии и Киры.
Кира — женщина с глазами огня, мать Рики, старая и опытная Кицунэ — защищала Зою так, будто она была её собственной дочерью. Её движения были точными, смертельными. Каждый раз, когда кто-то из охотников приближался, она одним прыжком оказывалась перед ним и ломала кости.
Амелия же, наоборот, была яростным ураганом. Её глаза горели алым пламенем, когти рвали плоть, она двигалась с такой скоростью, что казалась тенью.
— Держись за нами.
Приказала Кира, не отрывая взгляда от врагов.
Зоя стояла, сжимая руки в кулаки, в груди бурлило. Она знала: если сорвётся, если крик вырвется — может погибнуть каждый. Но сидеть и ждать было невыносимо.
— Они не смогут вечно…
Пробормотала она, глядя, как Амелия отбрасывает очередного бета.
В этот момент из леса вышли Сабрина и Кэтрин, ведя за собой Меган и Джима. Сердце Зои вздрогнуло, она бросилась вперёд.
— Мам!
Крикнула она, слёзы блеснули в глазах.
Меган, хромая, но живая, протянула руки.
— Зоя!
Они обнялись, на секунду забыв обо всём вокруг. Джим тоже подбежал ближе, ошарашенно глядя на поле битвы.
— Чёрт возьми… это реально…
Он зажал рот рукой, но глаза сияли от ужаса и восторга.
Маттиас наконец-то двинулся. Его шаги были медленными, спокойными, будто он вышел на сцену театра.
— Ах, какая трогательная встреча.
Нго голос пробрал до костей.
— Но всё это — иллюзия. Никто из вас не уйдёт отсюда живым.
Кира рыкнула, встав перед Зоей.
— Ты не тронешь её.
Амелия тоже оскалилась.
— Попробуй пройти через нас.
Зоя прижалась к матери и Джиму. Её глаза наполнились слезами и страхом. Но в груди рождалось нечто другое — решимость. Она знала: Маттиас не остановится. Даже если все погибнут здесь.
И именно поэтому она должна была стать приманкой до конца.
Воздух вокруг поляны сгустился. Казалось, даже ночь задержала дыхание, глядя на то, как Маттиас шагнул вперёд. Его глаза вспыхнули холодным стальным светом, а улыбка была настолько спокойной, что от неё пробежал мороз по коже.
— Вы действительно думаете, что сможете защитить её?
Произнёс он, смотря на Амелию и Киру, словно на случайные препятствия, а не на смертельных врагов.
— Вы ничто перед тем, что я стал.
Кира издала низкий рык и первой рванула вперёд. Её катану рассекла воздух, целясь в горло Маттиаса. Но в следующий миг он исчез с её линии атаки. Не увернулся, а именно исчез — и появился у неё за спиной.
Его ладонь легла на её плечо, и Кицунэ почувствовала, как что-то сжимает её изнутри. Её глаза расширились — не от боли, а от ужаса: он словно прикасался не к телу, а к самой сущности.
Амелия взревела и бросилась на него, её глаза горели алым, клыки блеснули. Она ударила его когтями в грудь, и на миг показалось, что это сработало — ткань его одежды разорвалась, на коже проступили следы. Но вместо крови выступила тьма — чёрная, густая, как дым, и она тут же затянула раны.
— Милое старание.
Усмехнулся Маттиас, отбрасывая её одним движением руки. Амелия пролетела несколько метров и с хрустом ударилась о ствол дерева.
Зоя вскрикнула:
— Амелия!
Меган сжала её за руку, пытаясь удержать.
— Не смей!
Голос матери был полон страха.
— Ты не должна вмешиваться!
Но Зоя уже не могла отвести взгляд. Внутри неё снова начал звучать голос — холодный, женский, будто из другого мира. Голос банши. Он шептал:
— «Встань. Кричи. Спаси».
Кира, несмотря на тяжесть давления, рванулась на Маттиаса снова. Она била яростно, отчаянно, но он двигался так, будто всё это было замедленной сценой. Одним поворотом корпуса он схватил её за горло и поднял над землёй.
— МАМА!
Закричал Рики, бросаясь вперёд. Эли и Шэлдон тоже рванулись к Маттиасу, но беты перегородили им путь, и поле снова заволокло хаосом схватки.
Амелия поднялась, сплюнув кровь, и глаза её снова вспыхнули алым. Она зарычала, превращаясь в бурю когтей и клыков, и ударила Маттиаса в бок, заставив его отпустить Киру.
— Вот так.
Прошипела она.
— Попробуй теперь!
Маттиас даже не рассердился. Он посмотрел на Амелию, как на любопытную игрушку.
— Ах, дитя тьмы, кровь тасманского дьявола… Тебе стоит быть на моей стороне.
— Никогда!
Процедила Амелия, вновь атакуя.
Зоя смотрела, как её друзья и союзники отчаянно сопротивляются. Она чувствовала, что что-то должно произойти. Голос в голове становился всё громче, превращаясь в невыносимый звон.
— «Ты должна. Кричи. Кричи сейчас».
Зоя сжала виски, её дыхание сбилось. Она знала — если крик вырвется, он станет оружием. Но сможет ли она контролировать, кого он убьёт? Или унесёт жизни всех сразу?
Меган обняла её за плечи.
— Зоя, прошу… не делай этого.
Но в глазах девушки уже отражалась решимость. Она видела, как Кира едва держится на ногах, как Амелия снова падает, как Рики и Азат сражаются на пределе, а Маттиас будто даже не устал.
— Если я ничего не сделаю… — прошептала Зоя. — Они погибнут.
Голос банши в её голове ударил, как гром:
— «Кричи!»
И Зоя раскрыла рот.