Ненавижу тебя, придурок! [18+]

Pov: Яна.

Руки Миши бродили по моей оголенной спине, а грудь терлась об его.
Его губы постоянно ловили мои соски, покусывал, засасывая их, и стон срывался с моих губ.

В какой-то момент я чувствую себя грязной, потому что ради долбаной идеи, которую мы планируем с Ромой и Ликой – мне сейчас нужно скакать на члене Миши.

Этот придурок Рома даже не мог своей «хорошей» идеей самостоятельно попасть в кандидатов на финал. Только зря слил информацию, которая помогла только им, но никак не нам.

Разница в нашем возрасте была всего в 5 лет, что я узнала совсем недавно. Я гладила его взъерошенные каштановые волосы, которые вовсе отличались от волос Димы.
Влас всегда останется лучше всех парней, что были в моем округе.

Изначально я встретила Мишу в клубе, который принадлежит ему, а после на самих гонках то и дело крутясь возле него. Естественно он заметил меня, и даже не первый раз. Первый раз он заметил меня в клубе когда я пролила на него коктель. А после обрадовался, увидев меня на гонках.

Сейчас Миша целовал мою шею, думая, что я без ума от него, как и все девушки, что были в этой постели.
Я легонько отстранилась смотря в его дерзкий, полным искушения взгляд.

– Ты великолепный, Миша, – мягко сказала я, поглаживая его обнаженную грудь. В отличие от Димы – у Миши не было ни единой татуировки. – Мне нужна твоя помощь.

– Ты поэтому со мной трахнешься? – посмеялся Миша, хмурясь густыми темными бровями, но ухмылка с его губ никак не сходила.

– Вовсе нет, просто ты единственный, кто может мне сейчас помочь. – шептала я, выдавливая жалость в голосе, хоть такому как Мише все равно на подобное, это вызывает у него только очередной смех.

Миша отстранился, встал и подошел к панорамному окну своей квартиры, которая была вся в темных тонах: стены, полы из темного дуба. Постельное белье было в бордовом оттенке как и шторы. Единственный свет здесь был от ламп.

Эта квартира словно олицетворяло душу Миши, она была такой же темной, как и он.

Он стоял, закуривая сигарету, и задумчиво смотрел в темные улицы центра города.

– Что ты хочешь, Яна? – его голос был безжизненным, как и его душа, что просто существовала.

– Мой близкий друг Мэл должен присутствовать на финале. Хотя-бы на килл стрите, – очередной смех сорвался с губ Миши, только теперь в нем ощущалось разочаровывание. – Пожалуйста. Позволь ему поучаствовать!

– Он твой парень? – дерзко, вскинув бровь спросил Миша, идя к шкафу надевая рубашку.

– Нет. Он мой близкий...друг. Ближе его у меня никого нет! – жалостливо доказывала я.

Холодные карие глаза Миши устремились на меня, оценивая, или думая: верить или послать меня куда подальше.

Я закрылась одеялом, опуская глаза в пол. Почему именно мне нужно делать это работу? Чертовски сильно страшно и очень рискованно. Я не привыкла подкрадываться, а говорила всегда прямо. И меня удивило, что Миша оценил это:

– Хорошо. Я дам ему шанс, – сказал Миша выходя из комнаты, оставляя меня здесь одну.

Еле заметная дрожь в теле пропала, а вместо страха наступило спокойствие и удовлетворение.
Выдохнув, я взяла телефон и набрала Лику:

– Он согласился, – тихо сказала я, боясь, что он может слышать.

– Серьезно? Я думала, что тебе предстоит долгий путь охмурить его. Кажется, ты знатно оттрахала его, – в шутку посмеялась подруга, а я сжала губы.

Миша был первый, с кем я имела контакт после Димы, и из-за этого я обречено закрывала глаза, принимая этот факт.
Нет. Мои чувства к Диме все такие же сильные, и ради долбаного плана, я переспала с долбанным психом, что строит из себя холодного и одновременно высокомерного мужика.

– Завтра килл стрит, Лика. Я на самом деле не чувствую никакой радости. У меня плохое предчувствие, я боюсь за тебя! – воскликнула я, волнующе.

– Яна, все будет отлично. План то, что надо. Димка будет твоим, а девчонка эта уйдет с твоего пути. Радуйся, – С ноткой веселея сказала подруга, но тяжесть на сердце все никак не уходила.

Шестое чувство подсказывало мне, что все это закончится плохо. План очень опасный, ведь за него можем пострадать мы все.

Сходив в душ, меня все никак не отпускало. Оказывается Миша давно ушел, оставив меня одну, и меня это радовало.
Если я больше не увижу Мишу, то это будет для меня самим счастьем.

Рома тоже получил известие, что завтра он может готовиться к килл стриту.
У нас с ним было только одно общее – месть.
Он жаждал мести Мирославе, которая изменила ему с его же врагом.
Меня даже этот факт порой веселит, что эта сука нагадила не только мне, но и Роме, который только за обе руки был «за»отомстить.

На часах 22:22, что должно что-то значить, но я никогда не предаю этому особого значения.
До килл стрита осталось 21 час.
И я почти у своей цели.