I'm not her (Russian translation)

Danielle's P.O.V.

-Она, черт возьми, ушла! Я не знаю, что я сделал, но она ушла, - закричал расстроенный на себя Зейн. Возможно, расстроенный даже на весь мир. У него началась истерика прямо перед Элеонор, парнями и мной.

Пенелопы, как я и подозревала, когда Зейн прошел через дверь Лиама, здесь не было. Лиам подумал, что было бы неплохо, всем вместе провести некоторое время, потому что скоро я начну работать в качестве танцора на шоу X Factor, а парни будут записывать новый альбом. Наше время ограничено.

Но Пенелопы здесь не было. Перри, в глазах всех остальных. Сегодня утром в кофейне она сказала, что собирается уйти. Вернуться домой и забыть все, что случилось. Я не думала, что она действительно это сделает. Тем более так скоро.

Никто не говорил. Никто не проронил ни слова. Все наши губы были застегнуты молнией. Мы смотрели на Зейна, не зная, что делать. Найл попытался успокоить его и обнять, но Зейн остановил его, сказав ему без слов, чтобы он оставил его в покое. Это был неловкий ужин.

Все, что вы могли слышать, это непрерывные звуки вилок и ножей, звенящих на пластинах. Найл жевал. Зейн всхлипывал.

Рыдания Зейна не были громкими и безрассудными, как у девочки, они были почти неслышными. Его плечи тряслись, а глаза были направлены только на его пищу.

Я хотела рассказать ему причину, почему Пенелопа ушла. Я хотела сказать ему, что девушка, в которую он влюбился, была не той девушкой, которую он считал. Она хорошая девушка, которая заслуживает того, чтоб быть той, кой она есть на самом деле.

Это, однако, не моя проблема, чтобы рассказать Зейну. Это между Перри и Пенелопой. Об этом Зейн должен узнать от них самих.

-Зейн ...- Найл попытался еще раз. Он потянулся к Зейну, чтобы похлопать его по спине, но Зейн вздрогнул. Он вздрогнул, будто Найл был вредителем, и это, очевидно, обидело ирландца.

Найл отступил назад и продолжил есть свою еду молча.

Никто не говорил.

Не было слов, чтобы сказать.

Penelope's P.O.V.

Дом.

Мне нравиться, как это слово звучит из моих уст. Я люблю сияние моего дома, приветствующий меня. Скоро я буду в моем доме, пить горячий шоколад вместе с родителями.

Я буду свободна от узлов, которыми Перри привязала меня. К сожалению, я так же буду свободна от любви.

Другая неудача, которая происходила, заключалась в том, что в Саут-Шилдсе шел дождь. Это был не легкий дождь. Оно было так сильно, что я промокла до костей и начала дрожать от холода. Мне пришлось пройти весь путь домой с автобусной остановки, и это было достаточно, чтобы простудиться.

Когда я добралась до своего дома, я уже чихала и кашляла. Свет внизу не горел, но я увидела тень моей матери внутри. Я сжала сумку ближе к телу и вздрогнула, когда услышала гром и увидела удар молнии.

Дом. Еще несколько секунд.

Я пробралась по каменной дороге и дошла до двери. Приветственный коврик на земле перед входной дверью был старым и потертым. Оно лежало здесь с тех пор, как мы с Перри родились. За эти годы деревянная дверь превратилась в выцветший коричневый цвет, и никто не пытался обновить ее.

Я позвонила в дверь и подождала.

Я услышала шаги, и папа простонал: «Кто, черт возьми, пришел в это время и в такую погоду?»

Я цокнула, желая поскорее увидеть папу.

Дверь открылась, и я увидела маму, уставшую и потиравшую глаза. Она моргнула, глядя на меня. «Пен?»

-Да, это я. Простите, это не Перри, я ...

Мама обняла меня и, казалось, не волновалась, что я промокла до костей и дрожала от холода. -Я скучала по тебе,- прошептала она.

-Уход одной из моих девочек было плохо, но уход двоих - невыносимо! - воскликнул папа.

-Почему ты такая влажная? Перри во дворе? Она привезла тебя сюда?-мама начала допрашивать меня через несколько минут после того, как я вернулась.

-Не видишь дождь во дворе? Я села на автобус из Лондона сюда, потому что Перри была занята, и я не хотела отвлекать ее,- объяснила я,- думаю, я просто пойду в свою комнату и приму горячий душ.

Мама и папа кивнули, позволяя уйти. Я знала, что мама начнет задавать мне все больше и больше вопросов о моем «пребывании» с Перри.

Я опустила сумку на землю в спальне и закрыла дверь. Все осталось так же как было, нетронутым. Мои плакаты все еще были прикреплены на стенах, и я была удивлена, что мама не разорвала их всех, так как она ненавидела их.

Мой шкаф был полон моей немодной одеждой. Ничего нового. Я включила свой телефон, который не был в течение последних пяти часов, и подключил его к зарядному устройству.

Все больше сообщений. Все больше телефонных звонков.

Я не могу описывать чувство вины, которое я испытывала. Я не могу описывать боль, которую я испытывала. Я не могу описывать, насколько я тосковала по Зейну. Насколько я хотела, чтобы он поцеловал меня. Насколько я хотела, чтобы он сказал, что любит меня ...

Я проигнорировала все эти сообщения и сняла с себя одежду. Они были влажными от дождя, поэтому я повесила их с рабочего стола, чтобы высохнуть. Я подняла температуру в ванной, так как мама и папа любили когда дом был холодным. Я дрожала, когда ждала пока душ нагреется.

Я начала сомневаться в своих действиях, когда стояла одной в ванной. Неужели мне пришлось заставить Зейна пройти через боль? Но я знаю, что он переживет боль, зная, что я не та, кем он меня считает. Будет лучше, если Перри вернется и исправит беспорядок, который она создала для себя и меня.

Я вошла в душ, позволив теплым капелькам пробежать по моей коже. Я не знаю, как долго я так простояла, но мои пальцы начали морщиться, сигнализируя, что пришло время выбраться. Я обмотала теплое полотенце вокруг моего тела и вошла в свою спальню. Мой телефон, как я и подозревала, продолжал вибрировать.

На этот раз я посмотрела.

Пятьдесят семь сообщений от Зейна.

Двое от Луи.

Шесть от Лиама.

Четыре от Гарри.

Десять о Даниэль.

Двое от Элеонор.

Затем начались телефонные звонки.

Тридцать от Зейна.

Один от Найла.

Двое от Луи.

Четыре от Лиама.

Три от Гарри.

Шесть от Даниэль.

Пять от Элеоноры.

Они заботились, я знаю, что это так. Только один из них знал правду, и это единственный человек, которому я ответила.

К кому: Дани

Прости. Я в порядке. Скажи Зейну, что мне жаль 

От Дани:

Не-а, расскажи сама

Прямо через секунду мой телефон зазвонил, и лицо Зейна появилось на экране. Нет. Я не отвечу на его звонки. Я отклонила вызов, а телефон бросила на кровать.

Я подошла к своему шкафу и переоделась в спортивные штаны и в большую футболку. В последний раз как я использовала свой шкаф было так давно, что я и забыла, насколько уродливой была моя одежда по сравнению с Перри. Я думаю, будет трудно вернуться к нормальной жизни после того, как я привыкла к роскоши Перри. Но так я жила. Это мой образ жизни.

-Пен, дорогая!- мама позвала,-ужин готов!

-Иду!-в ответ покричала я.

Мама и папа уже сидели за столом, когда я вошла в комнату. Между ними было место, зарезервированное для меня. Я скучала по дому и ужинам с родителями. Но в то же время я чувствовала себя одинокой без Зейна рядом со мной. Я чувствовала себя ... пустой.

-Я думала, тебе нравиться моя кастрюля тунца,- недоуменно сказала мама. Я только что поняла, что просто играла вилкой с едой в своей тарелке. Я еще даже не откусила.

-Мне нравиться,- сказала я с небольшой улыбкой,-я просто не так уж и голодна.

-Моя Пенелопа не голодна для домашней кулинарии!- папа воскликнул с саркастическим шоком,-во что превратился этот мир?

-Папа, - засмеялась я, - я просто не голодна. На самом деле я не чувствую себя слишком хорошо. Думаю, я рано пойду спать.

-Хорошо, сладкая, ты можешь съесть это на обед завтра. Мы с папой собираемся навестить друзей, потому что не знали о твоем возвращении,- мама сказала и поцеловала меня в лоб.

-Все в порядке, мама,-ответила я,-я вроде как вернулась без предупреждения.

-Хорошо, что ты дома, тыковка, - сказал папа. Я поцеловала его в щеку, прежде чем отправиться обратно в свою комнату. Я заметила свой телефон на кровати и выключила его звук, не желая, чтобы какие-то сообщения разбудили меня с моей первой ночи дома. Я не знаю, как Перри может долго держаться подальше от мамы и папы. Я едва протянула эти дни в Лондоне.

Я положил голову на подушку и провалилась в сон . Без сновидений.