Лиза проигрывала
— Девушки, мы собрали вас сегодня здесь для того, чтобы назвать тему недели — совместная работа. На этой неделе вы будете работать в паре друг с другом, пытаясь наладить ваши натянутые взаимоотношения. Итак...— далее последовал список пар. Он был не особо интересен Кире, которая сегодня пребывала в отвратительнейшем расположении духа, впрочем, как и в последние дни.
Лиза всё реже и реже стала появляться в поле зрения Медведевой, что порядком раздражало. А когда та всё же появлялась, то её было просто не узнать — она стала пустой и скупой на проявление абсолютно любых чувств, будь то даже злость или агрессия. Её состояние усугубило ещё то, что следом за Юлей ушла Мишель... Кира понимала, что дело швах — Лиза вот-вот отправится вслед за «подружками», потому что она все меньше и меньше интересует зрительский взор.
Медведевой хотелось взять девушку в охапку и потрясти сильно-сильно, так чтобы у неё закружилась голова, а мозги встали на место, собрались в единый узор пазла. Девушку хотелось разбудить и растормошить, но Киру не подпускала к ней гордость и прочно закрытая дверь комнаты... Скорее второе...
— Кира будет с Елизаветой. — громкий голос оглушил и полностью перебил все мысли девушки. Медведева опешила, не веря своим ушам и разуму, думая, что это совершенно не смешная шутка её сознания. Но чёрные волосы колыхнулись, тонкая шея повернулась и два чёрных глаза уставились на Киру, давая понять, что это абсолютная реальность и что она тоже это слышала.
И тут Медведева вдруг поняла, что это не такой уж и плохой день или по крайней мере утро. Ведь их ждёт так много совместных испытаний на которых Лиза отделаться от неё не сможет... Их ждёт... И от этого тепло приятно растекается по телу, хотя Кира его не особо то и любит, но расплывается в слегка уловимой улыбке.
Сразу же после утренней встречи с преподавателями, девушки отправились на новую локацию.
Как только Кира и другие пацанки зашли в тёмное помещение и их взгляд наткнулся на множество подвесных груш, матов и пустой ринг, все сразу поняли, что же за задание их сегодня ждёт...
Кира нервно теребила губу, периодически посматривая на отвёрнутую от неё девушку. С первого взгляда, казалось, что она абсолютно расслаблена, но её спина была напряжённо выпрямлена и Кира готова была поклясться, что за всё это время она не двинулась не на секунду. Ты что так не хочешь меня видеть, Лизонька?
Когда голые стопы коснулись холодного мата, а её глаза на удивление спокойно и безэмоцианально посмотрели прямо на Киру, та была готова уже сдаться, так как дыхание спёрло, будто её ударили прямо в солнечное сплетение...
Лиза упорно делала вид, будто не замечает ни рук на её талии, ни ног, обвивающих её худые бёдра, ни пристального взгляда, победившей её соперницы, которая самоуверенно ухмылялась совершенно не тому, что она победила, опустив девушку на лопатки, а тому, что у той на щеках играл багряный румянец. Что такое, Лиза?
***
Лиза проигрывала снова и снова, ставя запятую за запятой. Она всё чаще позволяла себе смотреть, буквально краем глаза, вскользь, на такую красивую фигуру по которой, честно говоря, она скучала всё больше.
Она проиграла тогда, когда позволила себе вновь пустить её в свои мысли, вместе с холодными пальцами, опускающимися под резинку белья. Она проиграла, часто дыша, извиваясь в приятных судорогах, подходя к долгожданной развязке...
И ей нравилось, как жизнь медленно возвращается с каждой репликой, адресованной прямо ей, слегка хриплым голосом.
— Боишься? — её дыхание прямо над ухом, а тон издевательски щекочет остатки эго.
Залезть в ванну с мадагаскарскими тараканам? Конечно же нет... Разве что чуть-чуть... До дрожи в теле и темноты в глазах.
Но она лезет, ведь Лиза не позволит того, чтобы на грудь Киры прикрепили позорную чернь броши из-за её страха.
Голые ноги неприятно щекочет бурное движение усатых тварей, сердце заходится в асфиксии, а из глаз вот-вот брызнут слёзы, но она держится, хватается за протянутую руку, которая хоть немного останавливает дрожь. Ещё немного, Лиза... Ты справишься. Проговаривает, словно мантру её уста или же другие... Успокаивают хоть немного, побеждают, ломают корки льда, рассыпая осколки, раня руки, не щадя костяшек пальцев...
Когда они уже отчаялись и смирились с проигрышем в парных гонках, как прямо перед красной лентой финиша, бежавшая впереди пара упала, барахтаясь в попытках встать.
«Ещё чуть чуть, слышишь?» — И вновь её голос щекочет покрасневшее ухо, а сильная рука крепко держит её за предплечье, тянет вперёд. И они приходят первыми, побеждают, но Лиза испытывает противоположные чувства, наблюдая за взглядом карих глаз, которые осматривают её фигуру, немного опирающуюся на широкое плечо.
У Лизы совершенно нет сил на то чтобы думать о том, что это неправильно, но она ничего не может сделать, ощущая, как ладонь Киры касается её спины, где-то между лопаток, придерживая, не давая упасть. Бег точно не для неё...
Всю неделю Кира побеждала её каждый день, пока конечное испытание готовило свои когти...
***
— Кира, ты должна позвонить своей матери и поговорить с ней, попробовать простить. — голос психолога разрезает барабанные перепонки, а жилы натягиваются, разрывая сосуды.
Никогда. Она машет головой, резко поднимаясь, уходит прямо по тропинке заднего двора особняка, а за ней множество операторов, а за ней она.
Слёзы не льются, практически, как и руки не трусятся, вытирая позорные капли. Всё катится к чёрту. Все победы и радости. Она не выполнит задание, предав её...
— Ты слышишь меня? — тихий голос немного отрезвляет, а ледяные руки тянутся к её лицу, берут его в свои оковы, приподнимают.
Она смотрит. Глаза в глаза. Совсем недолгую вечность, а потом снова говорит:
— Кира... Я прошу тебя — успокойся! — её глаза смотрят по новому — в них плескается океан тревоги и сожаления. — Тебя никто не заставляет выполнять это задание. Никто. — тонкие пальчики вытирают слезинку, скатывающуюся по горячей щеке. — Сделай это для себя. Для бабушки с дедушкой, ты же их очень любишь, да? — она ласково смотрит, немного растягивая губы. — Сделай это для неё — для твоей будущей любви, которая будет счастлива и которая никогда не будет знать тебя старую. Она не будет знать боли от твоих рук и слов. Я прошу тебя, не закапывай свой прогресс. Я верю в тебя. — и тогда слеза уже скатывается из чёрной пучины её глаз, до сих пор смотрящих на неё. Совсем открыто, обнажая душу и сердце. Ещё бьющееся сердце.
— Не плачь... — только и смогла произнести Кира, смахивая прозрачную каплю с её щеки.
Медведева смотрит на неё ещё, моргает, будто бы просыпаясь, приходя в себя, а её холодные руки отпускают лицо и быстрый шаг длинных ног уносит девушку обратно. Кира идёт следом, не обращая внимания на любопытные объективы камер, которые определённо успели всё это заснять.
Она сделает это ради неё. Докажет, что не слабачка. Изменится.
А поэтому она молча подходит к телефонному аппарату и говорит — «Алло»...