Глава 14. Равновесие
Жизнь в одной квартире с Валерой оказалась не тюрьмой, а неожиданным раем. Первые несколько дней Амелия жила в состоянии повышенной готовности, прислушиваясь к каждому звуку за дверью, вздрагивая от скрипа половиц. Но скоро она поняла, что эта бетонная коробка на шестнадцатом этаже — самое безопасное место на земле.
Главным чудом стал сон. Впервые за долгие месяцы, а может, и годы, она смогла выспаться. Потому что по утрам, ещё до рассвета, Валера собирался на «базу» — приводить в порядок дела района. И прежде чем уйти, он совершал странный, трогательный ритуал. Он заходил в комнату, где спали она и Малика, и если девочка уже просыпалась и начинала ворчать, он брал её на руки.
Амелия, притворяясь спящей, сквозь ресницы наблюдала за ними. Этот грозный парень, чье имя заставляло трепетать бандитов, неуклюже, но с невероятной нежностью качал на руках младенца. Он водил пальцем по её крошечной ладошке, что-то тихо бормоча. И Малика затихала, уставившись на него своими огромными, ясными глазами.
Именно тогда Амелия заметила нечто, от чего у неё защемило сердце. Глаза Малики были не в мать. У Амелии они были карие, тёплые. Глаза дочери были кристально-голубыми, как зимнее небо. И в них читалась та же глубокая, спокойная серьезность, что и во взгляде Валерия. Холодная голубизна, которая на самом деле была не холодом, а бездонной верностью и силой. Две пары голубых «бусин», принадлежащих людям, ставшим друг для друга всем миром.
На «базе» тем временем Турбо решал вопросы. Инцидент с собаками был не случайностью. Выяснилось, что пацаны-«шавки» с соседней, неконтролируемой территории, решили «пошутить» таким изуверским способом, проверяя границы. Валерий действовал жёстко и быстро. Виновных нашли и «воспитали» по всем понятиям, да так, что желание травить собак на детей отпало у них надолго, если не навсегда. Он наводил порядок. Ради спокойствия своих. Ради того, чтобы там, на шестнадцатом этаже, царил тот самый хрупкий мир.
Но для Амелии этот мир через неделю начал напоминать золотую клетку. Она была благодарна, счастлива даже, но стены квартиры, пусть и безопасные, начали давить. Ей не хватало воздуха, простого выхода в магазин, звука улицы. Однажды, глядя, как Валера играет с Маликой, поднимая её в воздух и вызывая счастливый смех, она поняла: она не может позволить страху снова запереть её в четырёх стенах. Она выжила, чтобы жить, а не существовать.