Глава 15. Испытание на прочность
Решимость зрела в ней весь день. Когда Валера вернулся вечером, она встретила его у двери не с робкой улыбкой, а с твёрдым взглядом.
— Мне нужно выйти, — сказала она просто.
Он остановился, снимая куртку. Его голубые глаза сузились.
— Куда?
— В парк. Просто пройтись. На полчаса. Одной.
— Нельзя, — его ответ был мгновенным и категоричным. — Ты же знаешь, что говорят по районам.
— Знаю, — кивнула Амелия. — И поэтому не могу прятаться всю жизнь. Я не хочу, чтобы моя дочь росла, думая, что мир — это эта квартира.
Между ними повисло напряжённое молчание. Валера смотрел на неё, и в его взгляде боролись страх за неё и уважение к её решимости.
— Это опасно, — произнёс он уже тише.
— Жить — опасно, — парировала она. — Сидеть в четырёх стенах — медленно умирать. Я уже пробовала.
Он отвернулся, подошёл к окну. Смотрел на огни города, который был его королевством и его тюрьмой одновременно.
— Полчаса, — наконец сказал он, не оборачиваясь. — Ровно. И не одна. С тобой пойдёт Вахит. Ненавязчиво.
Это была не капитуляция, а компромисс. Военная операция, а не простая прогулка.
— Хорошо, — согласилась Амелия. Это была её победа.
На следующий день она впервые за неделю вышла на улицу. Вахит шёл на почтительном расстоянии, растворяясь в толпе, но она чувствовала его присутствие. Воздух пах весной, свобода и страх смешивались в одном коктейле. Она шла по парку, и ей казалось, что на неё смотрят все. Но ничего не происходило. Просто люди, просто солнце.
Именно в этот момент она увидела его. Фарид стоял у входа в парк, прислонившись к фонарному столбу. Он не смотрел на неё, но она знала — он ждал. Сердце её упало. Она резко развернулась, стараясь не бежать, и пошла в сторону дома. Она почувствовала, как Вахит сомкнул дистанцию, идя теперь почти рядом.
Фарид не последовал за ней. Он просто стоял и смотрел ей вслед. Это было послание. Мол, «я здесь. Я тебя вижу».
Вернувшись в квартиру, Амелия была бледна. Валера сразу всё понял. Он не стал спрашивать. Он посмотрел на её испуганное лицо, потом на Малику, мирно спящую в кроватке. Его собственные голубые глаза стали холодными, как сталь.
— Всё, — тихо сказал он. — Игры кончились.