Глава 6
Но все полученные Мией деньги не помешали солдатам Намджуна конфисковать замок и изгнать его владельцев. Её отец был уже при смерти. Когда солдаты выгнали его из дома, он скончался в карете, не успела она проехать до конца аллеи.
В маленьком неудобном доме, который нашёлся для них на краю поместья, и самой Миe не пришлось остаться надолго. Теперь там всё пришло в упадок: замок пустует и разрушается, сад зарос, поля не возделываются. Они глубоко любили свою землю и всегда считали, что, если только им удастся дождаться окончания власти Намджуна, всё, что было ими утрачено, вернут, и семья снова будет процветать.
Вскоре она в сопровождении горничной уехала к двоюродной бабке в Сеул.
— Я понимаю ваши чувства, — отозвался Тэхён, — именно поэтому мне хотелось бы, чтобы тётя Рози согласилась мне помочь. Если бы король признал меня четвёртым маркизом замка и объявил законным владельцем всех поместий маркизата, я бы вернул их в то состояние, в каком они находились во времена вашего отца — и моего.
— А откуда ты возьмёшь на это деньги? — спросила графиня, Тэхён лишь пожал плечами.
— Деньги появятся, как только меня признают законным наследником титула.
— А ты так уверен в том, что ты законный наследник? — осведомилась старая женщина.
— Совершенно уверен, — отозвался Тэхён.
— А как же Чимин? — наступило неловкое молчание.
— Чимина никто не видел и не слышал уже много лет. Один раз его имя появилось в списке тех, кто был арестован за роялистские настроения. О его казни не сообщалось, но, если бы он остался жив, он давно бы уже объявился.
— Не знаю, почему ты в этом так уверен, — заметила графиня, Мия переводила взгляд с бабки на кузена.
— Кто такой Чимин? — спросила она, — это имя мне почему-то знакомо. Он тоже наш кузен?
— Да, конечно! Он твой четвероюродный дядя, как и Тэхён, — ответила графиня.
— Значит, кузен Чимин, если он жив, должен стать четвёртым маркизом, — отозвалась Мия.
Она подалась вперёд, внимательно слушая объяснения своей двоюродной бабки. Глядя на неё, Тэхён подумал, что никогда не видел подобной красоты. В ней было нечто необыкновенное, одухотворённое. А её нежная кожа казалась почти прозрачной, так что он снова подумал, как при первом взгляде на неё, что она похожа на нимфу.
— Да, Чимин должен унаследовать титул маркиза и поместья, — подтвердила графиня.
— Но он умер! — вмешался Тэхён, — и, следовательно, вы должны признать, тётя Рози, что следующий наследник — я.
— Это так. Но не может быть и речи о том, чтобы ты получил титул, пока мы не уверены, что Чимин умер, не оставив наследника.
— Он умер, я в этом уверен, — упрямо повторил Тэхён.
— Интересно, почему ты в этом так уверен? — задумчиво проговорила старушка, — до меня доходили слухи, довольно неточные, надо признать, и ничем не подкреплённые, что, когда за Чимином начали охотиться отряды Намджуна, он, как многие роялисты, вышел на большую дорогу и жил как мог.
— Я тоже слышал, что Чимин вышел на большую дорогу, — мрачно согласился Тэхён, — но это было много лет назад. С тех пор он наверняка кончил жизнь на виселице или умер в придорожной канаве.
— О чём вы говорите? — спросила Мия, — что делал кузен Чимин? Я не понимаю.
— Ходили слухи, что он стал разбойником, — объяснил ей Тэхён, — это были всего лишь слухи, и я бы им не доверял. Джентльмен не мог опуститься до такого.
— Если на человека охотятся, словно на дикого зверя, он может совершать самые странные поступки, — возразила графиня, — я любила Чимина и могу утверждать одно: он никогда не стал бы делать ничего бесчестного, в каком бы трудном положении не оказался.
— Это зависит от того, что называть бесчестным, тётя Рози, — возразил Тэхён, — некоторые люди невысокого мнения о грабителях, не важно, верховых или пеших.
— Джентльмен может, и став разбойником, сохранять верность традициям и идеалам, — заявила старушка, — а вот женщина, которая продаёт своё тело, пусть даже королю, остаётся потаскушкой, сколько бы звонких титулов ей ни давали.
Язвительные слова графини заставили Тэхёна чуть покраснеть, но почти сразу же он умоляюще проговорил:
— Помогите мне, тётя Рози! Помогите ради поместья. Замок приходит в упадок. Вы когда-то там жили и любили его. Там был дом Мии. Мы можем снова сделать его процветающим, таким, чтобы семья могла им гордиться.
Мия вдруг быстро отошла к окну и остановилась там, глядя на свинцовые воды реки, а потом она тихо спросила:
— А каким был Чимин?
— Ну, внешность у него была ничем не примечательная, — ответил Тэхён.
— Не правда, он был очень хорош собой! — возразила графиня, — он был примерно одного с тобой роста, Тэхён, может ниже, но тоньше и двигался изящнее. Он ездил верхом так, словно сливался с конём в одно целое, и я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь дурно о нём отзывался. В нём были какой-то идеализм и доброта, и я опасалась, что когда-нибудь у него будут из-за этого неприятности, но он всегда оставался настоящим мужчиной. Мужчиной, на которого женщина может положиться, который сможет беречь и защищать её.
***
Горничная занималась платьем, а Мия взяла гребень и провела им по своим тёмным локонам.
— Лин, а ты когда-нибудь слышала о господине Пак Чимине? — вдруг спросила она, — это ещё один мой родственник.
В зеркале она видела, как лицо Лин, которая в этот момент развязывала шнуровку у неё на спине, вдруг побледнело и застыло, а в глазах её мелькнул безумный страх.
После короткой паузы горничная ответила:
— Кажется, слышала, госпожа...
— Расскажи мне о нём. Расскажи всё, что ты знаешь! — приказала Мия.
Девушка колебалась, явно напуганная.
— Я ничего не знаю, госпожа, — выговорила она наконец, — совсем ничего! Право, я бы даже и имени его называть не стала!
— Но, Лин, ты вся дрожишь! — изумлённо заметила Мия, — в чём дело? Что тебя так расстроило?
— Ничего. Это пустяки. Право, госпожа.
— Ты говоришь не правду, Лин, — возразила юная госпожа, — ну же, не пытайся меня обмануть: я слишком давно тебя знаю. Лин, ты ведь чего-то боишься! Чем я могла тебя испугать? Мы только говорили о Пак Чимине, моём дальнем родственнике. Говорят, он умер. Почему же его имя так тебя взволновало?
Лин словно собралась что-то сказать, но тут же передумала. Она побледнела, руки у неё дрожали. Не решаясь поднять глаза, девушка теребила край фартучка.
— Расскажи мне всё, Лин, — ласково попросила Мия, — пожалуйста, скажи, что ты знаешь.
— Не могу, госпожа, не могу! Не смею.
— Значит, ты действительно что-то знаешь. Значит, есть что знать. Ах, Лин, доверься мне! Что бы ты ни сказала мне, это никому не повредит. Пожалуйста, расскажи мне всё!
— Что вы хотите узнать, госпожа? — спросила наконец служанка.
— Я слышала, Лин, что мой кузен Чимин — разбойник. Это правда?
Лин вздрогнула, судорожно смяла край фартучка.
— Может быть. Я о таком слышала, — прошептала еле слышно горничная.
— А под каким именем, Лин? Как его называют? Я ведь знаю, что он не мог пользоваться своим настоящим именем!
Девушка судорожно сглотнула и промолчала.
— Скажи мне, пожалуйста! — взмолилась Мия, — это же никому не повредит! Я никому больше не скажу, обещаю!
Лин ещё раз сглотнула.
— Слышала я, госпожа... — с трудом выдавила она из себя, — слышала я, будто его зовут Белокурым.
Мия стиснула руки, с трудом подавляя крик, который рвался из её груди. Она знала, она была уверена в этом почти с самого начала. Конечно, её спас именно Чимин! Кто же ещё это мог быть?