Угроза демонницы. Глава 9.
Тигнарман Сага, сотрясаясь от сильного кашля, смотрела, как из тела умершего альва вылетело пламя души, а следом за ним еще несколько огоньков. Души покинули остывающее тело. Кружась в воздухе, огоньки гасли на глазах, оставляя после себя лишь танцующие искры. Лазарет наполнился серебристым свечением.
- Что... что случилось? Где я?
- У вас были судороги от переизбытка темной силы, тигнарман Сага. - лекарь Биргер нетерпеливо постукивал пальцами, перебирая лекарства и травы. - В судорогах вы словно вышли из себя, стали неуправляемой, всё время говорили, что Один покарает всех за наши грехи. Мне не стоило забывать, что я лекарь, а не чудотворец. В следующий раз богиня смерти Хель может забрать вашу душу. Вы выжили после той ночи, можете говорить, двигаться, но не понимаете, как дорога ваша жизнь. Я пошел у вас на поводу, это моя вина. Если и дальше пичкать вас тьмой, вы знаете, чем это кончится.
- Лекарь Биргер, если так суждено, я готова. Но терпеть эту разрывающую, душевную боль? Нет, умоляю.
- Вы просили рассказать вам правду? Хорошо. Я долго не решался применять запрещенные методы лечения, но после стольких смертей конунг Вилмар снял этот запрет.
Я не хочу обращаться с вами так, как когда-то другие поступили с Нанной. - поджал губы Биргер и поднес к губам Саги горький отвар, но она стала сопротивляться, и часть расплескалась.
- Что с ней делали и кто она? Уберите... - задыхаясь, воскликнула Сага.
- Это успокоительное, после него вам станет легче... Голова перестанет кружиться. Пейте, пейте... Перед тем, как вашего брата объявили единственным наследником трона Альвхейма, нашли много тел. - Биргер развернулся и указал на соседние койки. - Здесь лежали придворные, которые так же отчаянно боролись за жизнь. Некоторые из них так и не очнулись. Главный лекарь Калн сошел с ума после смерти дочери. Она была служанкой и слегла, как вы. Калн использовал запрещенные методы, включая темную магию. Прежде чем лечить дочь, он ставил опыты на других. Я видел, как многие из них таяли на глазах. Его стремления можно понять, но сколько жизней он загубил... не счесть. Одна жизнь не стоит сотни других, не такой ценой. Некоторые его способы действительно поднимали эльфов на ноги, но дочь так и не открыла глаза. Кална казнили почти пять лет назад за то, что он плохо выполнял свою работу. Он нарушал приказы конунга. Если бы не это, может, его дочь осталась бы жива. Леварисс была бы жива...
- К чему... вы клоните?
- Я прошу вас довериться мне. Прошу вернуть мне долг.
- Это из-за Леварисс, да? Иначе бы вы не стали о ней говорить. - отодвинулась эльфийка от лекаря. - Так кто же такая Нанна?
- Вы можете помочь мне воскресить мою избранную! Послушайте! В вас, Сага... скрыта такая сила, какая другим эльфам и не снилась. Вы несете в себе две противоположные... - приблизившись к Саге, он вдохнул ее запах и блаженно прикрыл глаза.
- О какой силе вы говорите? Воскрешение?! Биргер, нет... вы точно безумны! Я не буду в этом участвовать! Одумайтесь! Нельзя воскресить того, кто умер давным-давно!
- Для вас уговор ничего не значит? Послушайте, я не хочу вас заставлять. Именно поэтому я лично скрылл часть вашей силы от тех, кто мог бы вам навредить. Помогите мне вернуть Леварисс!
- Для вас я - тигнарман Сага! Уберите руки! Вы ужасны! За дверью хранители земель, и если я прикажу им схватить вас, они немедленно бросят вас в северную башню, где вы будете гнить вместе с плачущими тварями!
- Плачущие твари? Неужели вы подслушиваете чужие разговоры? Хотя куда вам еще, больным-то отсюда не выйти. Если сделаете эту ошибку, вас ждет сама Хель. Сага, юная тигнарман, вы теперь пропитаны тьмой. Если я не буду контролировать вашу потребность в темной силе и снабжать вас ею в тез количествах, в которых нужно, вы умрете в мучениях, а может и станетк как твари из северной башни. Всех придворных отправляют туда. - улыбнулся он.
- Вы безумны, как и Калн! Та девушка умерла из-за вас, как и многие другие эльфы! Если бы вы не заставляли их проходить эти испытания... Если бы не вливали в них запретную магию ничего бы этого не было! Те, кого вы вылечили, уже наполовину мертвы... Я мертва... Я совершила ошибку!
Лекарь навис над женщиной, схватил ее за подбородок и с силой сжал, не давая пошевелиться.
- Леварисс была моей парой! Вы смеете напоминать мне о смерти жены? Мне нужно знать способ остановить эту заразу, и я не хочу повторять ошибок Кална! Вы не мертвы, вы живы! - его обычно спокойное лицо исказил звериный оскал. Биргер прижал голову Саги к резьбе кровати, вглядываясь в ее лицо. - И Леварисс могла бы жить, если бы главный лекарь Калн не наделал ошибок наперечив Бальдру!
Прежде разумный взгляд лекаря помутнел, внушая ужас. Блеск его глаз напоминал временное пристанище для детей Хель.
- Ты поможешь мне! Поможешь, хочешь ты того или нет! Я почти не использую запрещенную магию, поэтому ты обязана отплатить мне за то, что ты еще дышишь и твоей силой не могут пользоваться другие. Неупокоенные души эльфов отдали бы всё за глоток свежего воздуха. Они скитаются без покоя, им холодно, они хотят домой. Так будь благодарна за то, что у тебя есть жизнь! Будь благодарна мне! Я оберегал тебя после расправы над Калном! Ставил защиту, чтобы твой брат тайно не высасывал из тебя силы, неблагодарная девка!
- Хрании...
- Заткнись! - лекарь сдавил горло тигнарман, но тут же обернулся на шорох. От резкой головной боли его лицо перекосилось, но он продолжал держать Сагу за горло.
Наступила тишина, которую неожиданно нарушил храп одного из мертвецов, из которого недавно вылетела душа.
- Что это...?
- Бирге-ер...
- Прости. Ты будешь делать то, что нужно. Я хочу воскресить Леварисс. В тебе такая сила... Это меньшее, чем ты можешь отплатить мне за то, что другие до сих пор не поняли, кто ты. Если бы ты только знала, маленькая хранительница... Если бы знала... Я столько пережил, столько лет поднимал тебя на ноги! И ради чего? Я не могу отступить, не сейчас, когда пройден такой долгий путь!
Захрапевший эльф, наполнив легкие воздухом, не моргая наблюдал за происходящим. Он встал и направился к дверям. Его хромота выглядела нелепо, а действия удивляли Сагу.
Как мертвец может ожить?
- Хранители. - хриплый голос испугал до дрожи. Глаза мертвеца залила чернота, а его измученное тело с грохотом рухнуло на пол, напоследок взглянув на обернувшегося лекаря.
В тот же миг хранители, замерев, уставились на почерневшее тело. Неприкрытый страх застилал разум. Они не верили своим глазам.
В спешке они бросились к Саге и заметили, что ее лицо начало синеть.
Отшвырнув лекаря, стражи разделились. Одни держали Биргера, у которого из головы после удара текла кровь, другие отчаянно пытались привести в сознание сестру конунга.
На место происшествия сбегалось всё больше лекарей. Они суетились, надеясь сохранить свои головы и должности. Но своим отсутствием они уже подписали себе смертный приговор.
Лазарет заполняли придворные. Некоторые из проснувшихся больных эльфов в ужасе вскакивали с лежанок, не понимая, что происходит. Другие, обессиленные, ползли к выходу.
- Спокойно, вам ничего не грозит. - голос Вилмара заставил всех замолчать и замереть на месте. - Что с тигнарман Сагой?! Докладывайте! - осмотрев главного лекаря Биргера и выкрикнул Вилмар, требуя немедленного ответа. - Кара настигнет всех, кого не было рядом! Вы пренебрегли своим долгом, отродье!
- Великий конунг, мы выполняли приказы главного целителя Биргера! Казните нас, если это наша вина! - эльфы упали на колени и смиренно ждали, пока кто-то сообщит о состоянии женщины из династии.
- Т-тиг-нарман Сага жж-жива. Когда очнется, просто испытает шок, в-возможна потеря п-памяти. В-вашей сестре нужен п-покой. - заикающийся адепт валялся в ногах правителя, надеясь на милость.
Сталь, не тронутая долгие годы, лязгнула... так, что звон застыл в ушах. Лазарет наполнился криками лекарей, молящих о пощаде.
Точно так же, как много лет назад, пролитая кровь лекарей окрасила пространство былой тьмой. Придворные закрывали глаза детям, пока расправа продолжалась, заставляя всех дрожать от жутких воспоминаний. Взрослые отворачивались, рыдали, но не смели произнести ни слова, чтобы сохранить свои жизни.
Вилмар вырвал тигельный меч из рук хранителя и его слабые руки нацелились прямо в адепта, вжавшегося в пол. Мимо.
Лекарь вцепился в одежды Вилмара, дергал их, непрерывно крича о милости, но жгучая боль пронзила тело, заставив вскрикнуть.
Дыхание адепта прерывалось хрипами. Захлебываясь собственной кровью, он царапал каменный пол ногтями, пытаясь уползти от конунга. Мужчина перестал чувствовать тело, когда клинок раз за разом вонзался ему в шею.
Зеленые огни душ собрались в столпы, освещая лазарет мягким светом и затмевая пламя факелов.
- Так будет с каждым! Кто посмеет... - покачнулся конунг и шагнул в сторону, наступая на руки мертвеца. В его глазах потемнело. - Кто допустит предательство, все они... виновны! Они не выполнили свой долг! - открыв глаза, эльфы вынужденно смотрели на разливающиеся реки крови. - Это станет для вас уроком, как нельзя поступать с отцом Альвхейма. Предательства не прощаются! Только кара! Только Хельхейм! - отбросив клинок в сторону, Вилмар на негнущихся ногах направился к аркам. - Тигнарман Сагу перенести в ее старые покои! Лазарет не место для альвы, пришедшей в сознание!
Как напоминание об утерянных жизнях, огни душ медленно растворялись в северных ветрах, унося с собой живительный свет факелов.
- Давно такого не было. - Бальдр громко рассуждал, ступая по окровавленным полам. Кровь, точно россыпь драгоценных камней, поблескивала в остатках света погасших душ.
Луна, словно почувствовав произошедшее, выглянула из-за темных туч, освещая испачканные лица, в глазах которых застыли страх, отчаяние и смирение.
- В Северную башню предателя Альвхейма! Главный лекарь Биргер будет мертв! Все его сообщники будут найдены! - твердо прозвучал голос Вилмара, разбавив общий плач.
В темнице стоял тяжелый дух, окутывая легкие зловонной гнилью. Варанги, задыхаясь от кашля, волокли лекаря по камням, измазанным в нечистотах. Глаза стражей слезились, дорога застилалась пеленой, из-за чего они делали резкие и порывистые движения. Избитый лекарь получал новые ушибы, и даже в бессознательном состоянии из него вырывались стоны. Каждый удар эхом разносился по каменным стенам.
- Ч-что это? - прикрыв голову, сказал цверг. Его низкий голос дрожал. - Это те, кто глотку д-д-дерут?
- Их только эльфы видели до объединения со Свартальфахеймом. Диковинка, не правда ли? Да не бойся ты...не тронет... Вон цепь крепкая, удержит.
Крики боли гибридных эльфов, искаженных темной силой, хлестко били по стенам башни Темпера. Твари орали, вцепляясь зубами в решетки, пытались выдирать камни, ломали свои обглоданные пальцы в слизи.
Тело лекаря, разрываемое болью, стало непослушным. Не в силах поднять голову, Биргер размытым зрением улавливал движение ног. Бальдр управлял им, точно марионеткой.
- Какого йотуна, Биргер?! - кричал Вилмар, схватив лекаря за подбородок. Главный лекарь временами терял сознание. - Если ты не скажешь, что делал с Сагой, я убью твою внебрачную дочь. Для начала она будет жить в муках, а? Как тебе такое?!
- Можешь убить ее, если велит душа... Этот ребенок всё равно всегда был камнем преткновения между мной и Леварисс... А-а-а! - закричал лекарь от нестерпимой боли, когда Вилмар стал оставлять ожоги у него на лице. Беспокойство за дочь отразилось на лице лекаря, выдав его ложь.
- И что, ты готов умереть, так и не увидев ее? Или хочешь встретиться с Лотой на том свете? Отвечай! Нет... тебе не всё равно. Не просто так ты пытался сохранить ей жизнь. Гэндр убил бы её еще ребенком, но ты просил за неё. Отплати или умри вместе со своим выродком!
- Его сын, Балэйн, не позволит навредить Лоте. Он нашел её в таверне «Красная чайка»...
- Он может сколько угодно думать, что Лота его сестра, но если я скажу хоть слово, отдам приказ - она тут же умрет, и юный эльф Балэйн не сможет её защитить. Ты бесполезен в этой игре. Я тебя сломаю. Ты мне всё расскажешь!
- Не трогай мою дочь... Прошу! - сдался и взвыл Биргер. - Не трогай детей, что ты творишь?! Одумайся... - каждый его новый крик заставлял тварей в клетках бушевать еще сильнее.
Крики обезумевших эльфов просачивались сквозь каменные стены. Варанги снаружи снимали шлемы и затыкали уши.
- А знаешь? Я придумал. Со временем она примет участие в наших планах.
- Не трогай мою дочь, конунг Вилмар, это несправедливо! У нас был уговор, я свою часть выполнил! Слышишь?!
- Ты будешь гнить рядом с плачущими тварями, Биргер. Не я совершил эту ошибку. Прими ответственность за свои действия. Теперь я не знаю, что будет с тигнарман, как и Бальдр. Ты ведь не хочешь говорить? Я заберу тело Леварисс из родового склепа, она будет гнить под землей.
- Что?! Нет... нееет! Не трогай мою женщину! Я ничего не сделал с тигнарман! А если и сделал, то не больше, чем вы! Вы тоже пичкаете её тьмой! И даже Вилмар позволяет себе выкачивать из её запаса...
- Что я делаю? - усмехнувшись, конунг наносил главному лекарю удар за ударом.
- Вилмар, значит, вы продолжаете делать то, что я запретил? - вдруг заинтересовалось светлое божество.
- Это не то, что... - конунг не успел договорить, как в его лицо прилетел кулак.
- Если это повторится, я могу отказаться быть рядом с вами, конунг Вилмар.
- Всё погибнет... Всё, что творите вы, одаренные тьмой, разрушит этот мир!
- И что с того? - заливаясь смехом, сказал Вилмар.
- Конунг, ты понятия не имеешь, с какой силой связываешься! Тигнарман неприкосновенна. Используя её, ты всё погубишь...
- Сила в ней - это то, что может изменить весь мир. - Вилмар пнул лекаря в живот. - Что ты делал с ней столько лет?! Ты её трогал? Я тебе доверился! Доверился, а ты так низко пал в моих глазах...
- Моя голова... Я не в порядке, я схожу с ума. Еще немного, и моя мания воскресить Леварисс могла бы навредить всем, в первую очередь Саге. Я не должен был пытаться использовать её. Пусть боги простят меня, но лучше бы твоя сестра умерла, чем ей пришлось бы всю жизнь обороняться и скрываться, чтобы такие, как я и как ты, конунг Вилмар, её не использовали. Сага не должна применять свою силу для воскрешения, иначе всё погибнет, и она уже не сможет быть прежней... Это к лучшему, что моя жизнь оборвется здесь. Но я не произнесу ни слова, что может навредить ей сейчас. Пусть я совершил много ошибок, но это мой последний шанс очистить душу. Надеюсь, и она... найдет этот выход. - Тяжело дыша, прерывисто сказал Биргер. - Ты не положишь мир к своим ногам... безумец.
- Очищение? Даже то, что ты спасал чужие души и тела, не поможет тебе отмолить грехи, верующий. Тьма в твоем теле поглотила тебя. - рассмеявшись, Вилмар плюнул лекарю в лицо.
- С тебя хватит. - тихое приближение Бальдра осталось незамеченным в темноте, разгоняемой светом факела, пока он не подал голос. - Конунг Вилмар, вам нужно остановиться.
Вслед за Бальдром показалась группа эльфов из совета конунга.
- Ярл Бальдр? Он не хочет говорить. Я не оставлю его в покое. Главный лекарь должен подчиниться своему правителю.
- Из него не вытянуть ни слова, если убить его здесь и сейчас. Оставьте его мне и совету, конунг Вилмар.
Вилмар встрепенулся, пытаясь отогнать гнев, засевший в теле. Кости ломило от нехватки силы Саги.
- Главный лекарь едва не убил тигнарман Сагу. В конце концов, он не остановился перед проведением темных ритуалов над ней. Нельзя оставлять в живых того, кто чуть не убил ближнего. И это даже не просто запрещенная магия! Это нарушение священных писаний! Разрешено лишь наполняться тьмой, чтобы приглушить душевную боль, а не перкптлнять! Беспредел! - прокричал один из эльфов.
- А если бы он убил её? Ведь душил! - поднялся гвалт в темнице. - Он безумен! Его нужно предать хеймниру! Требуем правосудия!!!
- Требуем! Требуем! Требуем! - в один голос закричали альвы.
- Молчать! - рявкнул конунг Вилмар.
- Да лучше пусть она умрет, чем будет игрушкой в руках конунга. Он хуже, чем я. - проговорил Биргер, после чего совет взорвался громким смехом. - Я заслужил хеймнир, покончите со мной.
- Игрушкой?! - в удивлении воскликнул альв из тинга. - В руках конунга Вилмара?! Что это значит?!
- Никто не должен качать из женщины силы и закачивать обратно, а уж тем более использовать её дар, как это было с Нанной! История повторяется! Вы все увидите, к чему это приведет, глупцы! Защитите тигнарман!
- Нанна была наивна! Её использовали Солнечные земли, глупец! Не смей больше произносить это священное имя, отродье! - эльф из тинга замахнулся на лекаря. - Не оскверняй имя нашего конунга и священной девы! Это всё сделали люди!
- Насилие над ближними - не выход. - проговорил один из совета, останавливая альва. - Ты не должен совершать хеймнир, Хёдвиг, убери руки... Сбереги свою душу.
- Всё и так прогнило насквозь, как эта башня! - рявкнул рыжий эльф Хёдвиг.
Пересуды эльфов разрывали место заточения. Споры переросли в драку, отчего у Вилмара заболело в висках. Держась за голову, конунг истошно завопил.
- Прочь!
Беспокойные тени в темноте, казалось, кружили вокруг мужчины. Тонкими силуэтами они проскакивали сквозь тело, выбивая воздух из легких. Жмурясь, Вилмар чувствовал, как глаза наполняются слезами от ускользающего света огня.
- Прочь... Все прочь! Не трогайте меня!
- Конунг Вилмар!?
- Убирайтесь!
- Конунг Вилмар примет решение, что делать с главным лекарем. Выйдите из темницы. Стража должны остаться снаружи. Никого сюда не пускать. - рассматривая лицо заключенного, Бальдр отдал приказ.
- Какие темные ритуалы ты проводил над женщиной, а, Биргер? Она рассказала, когда пришла в себя. Но знаешь что? Ей стало хуже... Ты ответишь мне рано или поздно. Я хуже, чем конунг. Зря ты поднял шум. Теперь его бдительность и покой покинут Альвхейм. Можно сказать, он даже процветал по сравнению с тем, что будет дальше. Раз ты не хотел, чтобы он довел эти земли до смуты и резни, раз ты хотел уберечь Сагу, мог бы не совершать непоправимых ошибок, глупец. Всегда... всегда нужно продумывать каждый свой шаг. Теперь ты здесь. - тихий шепот Бальдра резал слух, был жестче пощечины.
- Наш с вами уговор...
- Лота? Я его исполню. Только твоя жизнь от меня не зависит. Так что ты делал с тигнарман? Ответь, и твоя дочь точно останется в живых. Я так и быть перевезу её в Альвхейм и представлю как дочь благородного ярла Гэндра.
- Сага покинет вас. Не будет никакого орудия в ваших руках. Её смерть будет долгой и мучительной, но женщина избавится от конунга раз и навсегда. Всё, что я сделал, поможет ей закрыть от вас свой резерв. Лучше смерть, чем то, что вы можете с ней сделать. Вы не сможете пользоваться её силой в полной мере.
- Как ты закрывал резерв? Что ты использовал на женщине?! Отвечай же!
- Бальдр?! - закричал Вилмар. - Ты просчитался?! Доверился йотунову лекарю? За всё надо платить, Бальдр! Как ты это допустил?! Откуда он знает?! Ты подорвал мое доверие! Как ты смеешь?! В сговоре с ним?! - крик разрывал подземелье. Замахнувшись, Вилмар ударил Бальдра. - Узнай! Узнай всё, что он с ней делал, иначе будешь скулить всю свою оставшуюся ничтожную жизнь, как эти твари! За каждым твоим шагом, за каждым твоим вздохом будут следить преданные варанги! Никто! Кроме тебя никто не мог знать о резерве! - его крик сотрясал башню. От звонкой пощечины у Бальдра загорелась щека.
Капля крови стекла по губам Бальдра. Он чувствовал, как внутри закипает гнев, удушающе захватывая разум, призывая схватить конунга за торчащие ребра и разорвать его.
- Да, правитель. - опомнившись вмиг, Бальдр склонился к лекарю.
- Вы могли бы исцелить тварей в башне, они же были эльфами, но вы не станете этого делать, верно? Всё повторяется, конунг Вилмар. Только в этот раз вы порочите женщину династии Альвхейма, а не династию Мидгарда. Прикончите меня прямо сейчас. Я не скажу ни слова.
- Ты будешь гнить в северной части башни, пока не расскажешь всё, что делал с Сагой. - рассмеялся Вилмар. - Тени! Нет... уберите их голоса из моей головы!!! - споткнувшись, конунг пополз по льду.
- Конунг Вилмар, вставайте. - Бальдр схватил Вилмара за руку и вытащил из смрадной жижи, в которой испачкались его роскошные ушитые сапфирами и кружевом одежды.
- Что это?
- Плачущие твари гадят так часто и много, что всё расплылось по лабиринтам северной части. Едва успевает покрываться коркой льда.
- Разве это не грязь от сырости?
Оглянувшись, Бальдр указал на решетки. Там уже не эльфийские руки, подрагивая, бились о прутья. Зубы бывшей альвы, острые как копья, выпирали наружу.
- Вот, оттуда и течет. Зараза не распространяется, и на этом спасибо.
- Эльфы совсем одичали. Им нужна помощь. Сага может помочь, сама того не зная. Её сила очистит их, но вы этого не позволите! Вы ввергаете всё во мрак... Услышьте! - призывал Биргер, пытаясь привлечь внимание.
- Когда чего-то хочешь, нужно идти на жертвы.
- Власть погубила вас, тигнарман Вилмар.
- Я конунг! - заверещал Вилмар.
- Нет, настоящий конунг Альвхейма не был бы таким подлым. Тэяра - истинный правитель, да упокоится её душа.
- Как ты и сказал, тигнарман - орудие в руках своего брата, безумный адепт Кална. Ты глуп. Не существует способа всё исправить. Они давно потеряли разум. Всё, что они умеют - убивать. - Бальдр продолжал избивать лекаря. - Всё, что ты знаешь, унесешь с собой в могилу, безумец.
Вопль разорвал темницу. Конунг и ярл прикрыли головы и сползли на пол, проламывая лед, загребая руками экскременты одичавших существ, что прежде были альвами.
- Заберите меня! Заберите!!! - от крика из длинных ушей лекаря потекла кровь.
- Ты предпочел молчать о том, что использовал, чтобы резерв Саги был для нас наполовину закрыт. Принимай свой выбор. - кряхтя, Бальдр поднял Вилмара с пола.
Бальдр торопливо выталкивал конунга из темницы, пока тот разглядывал свои испачканные руки.
- Вам нужно навестить тигнарман.
- Голоса... Бальдр, я слышу их. Сейчас же не ночь, как так?
- Научитесь не обращать внимания на подобное. Это делает вас слабее, конунг Вилмар. Заглушите совесть, что мучает вас почти десять лет.
Бальдр продолжал подталкивать Вилмара к выходу из башни Темпера.
- Ну же, конунг Вилмар!
- Почему это происходит? - Вилмар, как завороженный, продолжал мять месиво в руках.
- Твари всегда орут. Если бы вы интересовались пострадавшими, то знали бы.
Холод пронизывал тело Биргера, а из ушей от вопля тварей непрерывно текла кровь. Вопль лекаря пронзал пространство болью и страданиями.
Холодный пот стекал со лба, попадал в глаза. Измученный, повиснув в кандалах, мужчина потерял сознание.
«Вы чувствуете ко мне ненависть?» - хотел было спросить Биргер, очнувшись, но только склонил голову. Шею передавливали кандалы, оставляя синие ссадины, которые превращались в раны. Кровь из них мгновенно замерзала на морозе.
- Хранительница двух сил, вы чувствуете ко мне ненависть? - свет ударил в глаза. Расплывчатым зрением он заставил себя смотреть на женщину. Из её груди струился искристый огонь, наполняя пространство бесконечным светом в своей тихой и гармоничной простоте. Это вызывало восхищение, доходящее до поклонения. - Тигнарман Сага. - стараясь протянуть руки в кандалах, сказал мужчина. Из его глаз непрерывно текли слезы раскаяния и жалости.
- Я всё-таки допустил вашу смерть. Не надо было пытаться использовать вашу силу. Нужно было полностью закрыть резерв любым способом и не позволять другим вас использовать. Нужно было заковать ваш дар... Мне не стоило принимать тьму, даже если моя душа болела после смерти избранной.
- Тшшш, дитя, тебе холодно?
- Я всего лишь хотел вернуть её... Вы пострадали от моих рук...
- Я освобожу тебя, пойдем за мной, там тепло... Леварисс ждет тебя.
- Хранительница, но как же? Она жива? Вы воскресили мою женщину?
- Ничего не говори больше. Пойдем? Времени мало, а у вас оно тянется бесконечно.
- Юная хранительница, неужели вы не ненавидите меня? Я же, поддавшись тьме, чуть не заставил вас страдать... - с надеждой и неверием спросил Биргер.
- Дитя, всё позади... Впереди только свет. Посмотри, твоя душа очищается. Это мой дар тебе.
- Д-дар? - лицо лекаря исказилось в непонимании. - Я не уберег вас, принес страданий, как и все остальные. Я не достоин благосклонности.
- Дар, лекарь, ты не ослышался... Твоя душа всё время страдала, но влияние тьмы не очернило её. Вынося жизненные уроки, мы каемся за свои поступки и ошибки. Даже если кажется, что уже поздно. Будь спокоен, ты имеешь право на второй шанс, дитя. - заслоняя свет, женшина в обраще Саги потянулась к кандалам. Оковы упали, открыв кровоподтеки.
Мужчина протянул руки к переливающемуся свету. Почувствовав тепло, он резко подался вперед. Первые шаги дались ему с трудом.
Искристое сияние обволакивало его, сливалось с телом, поглощало в свои глубины, растворяя его суть в свете.
- Что меня ждет?
- Тебя унесет в скалистые края, туда, где холмы и поля неувядающих трав приносят облегчение. Душа, прошедшая через муки Хель, будет весело играть с другими огнями. Все дети природы очистятся, и ты вернешься... Твоя душа вернется к Иггдрасилю.
Бездыханное тело эльфа повисло на цепях. Последние крупицы огня его души уносились сквозь разрушенные стены. Порывы ветра вновь нещадно окутывали башню Темпера, бросая в лица плачущим тварям жесткие порывы стужи.
Сага металась от кошмарных снов. Тяжело дыша, она обливалась потом, отчего выскальзывала из рук тощих трэллов.
Изо рта вырывались крики, лицо искажала гримаса боли. Тело словно пронзали насквозь, вводя в предсмертное состояние. Она чувствовала ужасы терзаний вместе с безликой и выла от скитаний души с белым сиянием в тихой мгле.
Чья-то душа, блуждая в недрах самой тьмы, тускнела. Скулеж этого зеленого огонька разлетался по узкому ущелью у каньона, где блеск ночного неба укрывал водную гладь.
- Лети сюда. - ласково позвала незнакомка, завидев мерцание в тумане.
Женщина восседала в густой тьме на троне и шипами ядовитого плюща. Ее тихий плач резко перерос в громогласные рыдания. Срывая одежды в порыве гнева, она билась об шипы своего трона.
- Лети к остальным. Я дарую тебе покой у древа. - по щекам неизвестной потекли слезы. - Снова началось кровопролитие... Жатва для Одина... - продолжая заливаться слезами, в припадке рассмеялась безликая.
- Правительница Хель, что с вами? Прошу, прекратите! То, что случилось, - не повод вредить себе! Вы не виноваты!
- Души прибывают ко мне! Нанна, они прилетели в тумане боли, понимаешь? Это означает насильственную смерть! Снова мрак сгущается. Ни одна душа не обретет покоя... Они и так приходили каждый день, а теперь что? Будут толпами страдать во мгле? Я могу отпустить всех целителей. А если прилетят другие? Ведь я не могу отпускать всех!
- Правительница, с вашей помощью Иггдрасиль принял их... Души не страдают, они быстро переродятся. - тихо сказала светловолосая эльфийка, опустившись к ногам безликой. - Пока нет новых жертв, не загадывайте наперед, прошу... Не мучайте себя.
- Чистые и невинные! Потерявшие жизни из-за безумия гнусного мальчишки-правителя! - от бешенства взревела плачущая. - Почему ты решила остаться здесь, а не переродиться заново? Почему выбрала эти страдания?! Ты могла убраться из земель страданий, как и целители! Ты имела на это право, дочь Одина!
- Правительница, ведь ты мне как мать...
- Мать не стала бы потакать своему ребенку и не позволила бы ему оставаться в таком месте, как Хельхейм.
- Но это мой выбор, правительница мертвых земель. Даже если ты думаешь, что я страдаю здесь. Я сама выбираю свой путь. И это не изменить, если только это не по доброй воле или из-за долгих убеждений в своей правоте.
Сгустившийся туман перекрывал дыхание, горло чесалось изнутри. Раздирая шею, Сага пыталась ухватить хоть глоток прохлады.
Обрывистый сон разрывал чувствительную душу, заставлял морщиться от страданий. Боль чужой, безликой женщины, как своя собственная, засела внутри надолго и глубоко.
Танец огня беспощадно бил по глазам, умоляя проснуться как можно скорее.
- Земля мертвых... - закашлявшись, Сага вынырнула из грез.
- Земля мертвых? Сага?
Ошарашенный Вилмар подлетел к сестре. Его дрожащие руки обхватили её плечи.
- Объяснись!
- Мне больно, Вилмар! Это просто сон... полный страданий. В нем нет никакого смысла. Просто грезы... - рассматривая серебряный трельяж в своей комнате, тигнарман притихла.
- Не волнуйся, никто тебя не тронет. Расскажи мне, что еще тебе говорил главный целитель?
- Это всё еще важно? Теперь уже нет смысла об этом говорить. Лучше скажи, где сейчас Биргер?
- Зачем тебе это? И о чем ты хочешь с ним говорить? Он получил по заслугам.
- Правда? Мой конунг, вы... Верно, неправильно меня понимаете. Но я настаиваю. Неужели вам жаль для сестры одного разговора с тем, кто хотел её убить?
- Вовсе нет. - омраченно сказал безумный конунг. - Только он сейчас в башне Темпера, как один из нарушителей. Он совершил преступление. Когда твари совсем одичают, они снова сорвутся с цепей и начнут глодать его тонкие кости.
- Что он делает в башне Темпера, если там держат эльфов, переборщивших с тьмой?
- Ты же помнишь, раньше её использовали для узников. Потом решили отправлять предателей к этим плачущим тварям. Так у них быстрее развязываются языки. Но Биргер оказался слишком молчаливым! Только... откуда ты знаешь о том, что эльфы, питаются тьмой?
Повеяло знакомым холодом. Лицо брата исказил гнев.
- Что ты хотела от него узнать?Какую тайну он тебе поведал и сколько лжи наговорил пятная мою честь...?
- Ложь? Стой, о чем ты...? Целитель Биргер просто сошел с ума от тьмы, я так думаю. Он не сказал ничего про тебя.- сказала Сага.
Был ли лекарь безумен? Безусловно - да. Ведь он хотел воскресить мертвую женщину. Но как-то не верилось, что все его слова о Вилмаре - чистая ложь... И все же, конунг внушал Саге всепоглощающий страх, от которого кожа бледнела, как снег. Потому, она решила соврать.
- О чем ты думаешь, сестра? Что тебя тревожит?- пристально глядя на сестру, конунг заметил, что она унеслась мыслями далеко.
- Ты когда-нибудь видел безликую? Величественная фигура, сотканная из нежности и плавных изгибов, как богиня Скади, посещает меня. Я видела лишь очертания. - успела сказать женщина, прежде чем подумала.
- Безликая? Женщина?
Стараясь скрыть напряженный взгляд и повышенный интерес, мужчина рассмеялся. Его руки медленно потянулись к Саге. Словно хищник на охоте, Вилмар изучал свою жертву.
- А что ты еще видела? - поглаживая сестру по голове, Вилмар придвинулся.
- Это всё.
- Правда? Жаль. Рукопись грез могла бы пополниться.
- Рукопись грез? Это же...
- Да, она самая. Ты помнишь?
- Туманная мгла поглощала яркие, зеленые огни, но безликая была к ним милосердна и освободила от настоящих мук... Там, где есть смерть, зарождается новая жизнь и отпускаются самые страшные грехи... Я больше не в лазарете. Почему?
«Мало кого из прощенных удостоили той благосклонности, что проявила мертвая, жалостливая, старая Хель». - подумал про себя Вилмар и сжал руки сестры до хруста.
- Вилмар! Что ты делаешь?! - от боли воскликнула тигнарман, и он ослабил хватку.
- Прости, сестра. Ты что-то спросила?
- Скажи мне, что случилось в лазарете?
- Грядут большие, кровавые битвы с темными силами, сестра. Те лекари были нашими врагами, служили Хёду, потому и поплатились жизнями. Твой сон - это знак свыше, что придется искать предателей среди приближенных и отправлять их в Хельхейм. - заключил Вилмар, и в его голосе чувствовалось лукавство.
- Вилмар!? Но у них же были семьи... К тому же, та женщина оплакивала их смерть и не хотела, чтобы они оставались в туманах забвения. Она отправила их к Иггдрасилю для перерождения! Грешных не допускают к перерождению!
- Справедливости ради, их детей и женщин уже отослали на окраины.
- Что их там ждет?! Там же холода! Ближайшие торговцы добираются до окраин несколько дней! Ответь мне! Безликая - кто она? Не верю, что это просто сны.
- Я и говорю: то, что ты видела, сулит нам потери. Здесь собралось слишком много тех, кто может ввергнуть Альвхейм в смуту, и за ними явно стоит женщина. Как же я был слеп... Нужно было следить за всем внимательнее...
- Потери, говоришь? Они уже случились, и виной тому - твои безжалостные поступки! Зачем нужно было убивать своих?! Зачем?! Твоя ошибка лишь в том, что ты слеп! Ты нарушил священные писания древности, которым нас учили с детства! Многие эльфы были ни в чем не виноваты. Ты мог решить всё мирно, но выбрал другой путь! - кричала сестра Вилмара, а в её взгляде полыхал неприкрытый гнев.
- Ты забываешься! Конунг на этих землях - я! Не тебе напоминать мне о дани древности! Богов и наказания не существует! Все, кого казнили, были недостойны сделать и вздоха! Они предали династию! Предали меня своим отсутствием!
Погибшие по приказу конунга были адептами главного лекаря. Когда-то и Биргер был адептом, а Калн рассказывал ему все тайны, в которые был посвящен.
Поэтому конунг и кипел. Внутри него поселилась паранойя, и тогда приказы отдавались под влиянием собственного страха.
Вилмар цеплялся за свою правоту, хотя до сих пор чувствовал муки совести каждый раз, когда нарушал писания. Все его поступки оставались безнаказанными, а руки развязанными. Эмоции закипали, несмотря на усталость. Сводящие с ума мысли и голоса неустанно вторили одно и то же.
- Многое скрыто. И даже стоя на краю боевого корабля, плывущего в Вальгаллу, ты не вымолвишь и слова, которое заставило бы меня пойти против тебя. Ясно, что правды от тебя не добиться. Ты даже не можешь быть честным насчет безликой. Зачем ты спрашиваешь о ней? Ты задаешь мне странные вопросы, конунг Вилмар. Я устала повторять. Невинные эльфы не должны были страдать. Зачем ты сеешь страх? Думаешь, тебя будут уважать и любить? Правда, мой брат? Я ничего о тебе не помню, но точно знаю: ты еще можешь поплатиться за свои поступки. Так не принято. Эльфы всегда несли свет, а теперь что - питаются тьмой?
- Ты молода и неопытна, раз думаешь, что нужно соблюдать порядки богов, введенные неизвестно кем. Кто их писал?! Сколько раз их переписывали?! - словно пытаясь убедить себя самого, истерично прокричал Вилмар.
- Порядки созданы, чтобы соблюдать чистоту и баланс во всем. А что остается после убийства? Хаос? Твои намерения нечисты, и я не собираюсь слушать, что ты лепечешь!
- Ты должна быть на моей стороне, Сага! Ты моя сестра!
- Должна?! То есть, в любой момент моего непослушания или несогласия с тобой ты убьешь меня так же, как лекарей? Так ты поступаешь с другими неугодными тебе эльфами. Я не помню, что происходило после пиршества, но смею предположмть, что ты истребил династию. Ты питаешься тьмой, здесь все ею пропитаны, я поняла.
- Нет, пожалуйста... нет! - тихий шепот в голове взорвался рыданиями. - Замолчите! Нет! Это ты виновата, ты! Я их слышу! Я слышу их! Тьма поглотит тебя, замолчи, тигнарман Сага! Это всё ты! - перестав закрывать уши, Вилмар резко оказался рядом с женщиной. Неконтролируемая сила конунга вырвалась наружу.
Схватив её за волосы, он ударил её об изголовье лежанки. Тихий стон был последним, что Вилмар услышал от Саги. Перед глазами всё расплывалось, виднелся лишь его возвышающийся силуэт. Женщина неподвижно лежала под ногами безумного отца оскверненных земель.
- Да, ты права в своих высказываниях! Я убью любого, кто встанет между мной и властью. Наш отец долго страдал, дорогая. Он заслужил то, что с ним сделали. - смеясь, Вилмар от злости перестал контролировать свою силу. Крики сестры просачивались сквозь стены её покоев.
-Так надо! Это для блага! Вы не понимаете! Прекра-аа-тите! - из ушей конунг текла кровь.
Распахнулись двери, и в покои ворвалась стража. Расталкивая их, вперед вышла златовласая женщина. Она мгновенно оказалась рядом с конунгом.
- Что с тобой? Ты трогал её? - обрадовавшись, женщина неземной красоты взглянула на Сагу. - Она не мертва... - поникшим, тонким голосом отметила правительница Альвхейма, взглянув в глаза сестры конунга. - Ты должен был.
- Нет, её сила! Мы говорили об этом, демонская дочь!
Цвергинка кюна Каиса рассмеялась, глядя на конунга.
- Теперь ты будешь меня так называть? Я жду момента, когда ты разберешься с ней. - наклонившись, женщина заботливо вытерла кровь, стекающую со рта тигнарман.
- Ка-а-иса! Не трогай то, что по праву принадлежит мне!
- О нет... Ты снова чувствуешь чужую боль в сознании? Бедненький... Хватит уже быть таким мягким! Ты чувствуешь её почти пять лет! И почти пять лет тебя мучают все те же неупокоенные души! Мне казалось, у тебя совесть должна была сдохнуть после убийства моего отца, династии и после того, как ты, заключив со мной союз, отобрал мои земли. - разъяренно прокричала златовласая, и её невинная красота мгновенно померкла. - Мог бы хотя бы не орать! Меня не интересует ничья боль, кроме моей собственной! Уши режет!
- Отойди от моего источника силы! - прошипел конунг, превозмогая боль.
- Эта альва умрет на месте, если ты не позволишь воскресить отца с её помощью!
Каиса протянула ледяные, тонкие руки к шее тигнарман и, словно насмехаясь над избранником, обернулась. - Выбирай, Вилмар! Пора бы запомнить: каждый твой шаг не останется для меня незамеченным.
- Воскресить твоего воняющего карликового, папашу?! Каиса, не провоцируй меня, этого не случится. То, что мертво, воскреснуть не может. - справляясь с болью, конунг оттащил избранницу от женщины из династии.
- Кажется вы все не в своем уме, в который раз ыопторюсь, что воскрешать умеют лишь в сказках... - прохрипела Сага.
- В тебе есть и темная, и светлая сила. Хочешь ты того или нет, но будешь мне подчиняться. Ты всегда будешь на моей стороне, ведь в любой удобный момент я могу стереть тебя с земель Альвхейма. Никто и не вспомнит, что ты когда-то существовала, любимая сестра. А теперь возьми себя в руки. - схватив Сагу за плечи, прокричал ей в лицо Вилмар. - Я говорил, предупреждал! До этого момента, с твоими отговорками и лишними расспросами, я бы никогда не посмел тебя тронуть! Но ты выбрала непослушание... Посмела меня расспрашивать и обвинять...
Каиса торжествующе рассмеялась, подходя к выходу. Её золотистые волосы переливались в свете огня, а задорные огоньки в глазах вмиг погасли, не оставляя и следа прежнего веселья.
- Расспросы? Всего-то? Она просто начала тебя расспрашивать?! Кажется, твое самообладание стало слабее. Жалко выглядишь, мой избранный. Запомни: ты не пошел мне навстречу, не исправил свою ошибку, а значит, я могу пойти против тебя. И я добьюсь, чтобы мой отец воскрес. А от развлечения с этой зверушкой не откажусь. - мечтательно указав на Сагу, сказала она. - А то плачущие твари надоели. Эта хоть разговаривать умеет, а не только орать. Раскаленная сталь и ледяные прутья... Какая прелесть! - мечтательно протянула цвергинка.
- Твой отец был мерзким, карликовым цвергом. Он не будет дышать.
- Правда? Посмотри на себя. Хуже тебя еще поискать. Всё в хаос погрузил! Скука смертная, даже птицы не поют! Отрывал бы по перышку, а потом и на кости перешел...
- В твоем подземелье не было птиц.
- Свартальфахейм хоть и под землей, но это не подземелье, глупец. Я могла выходить наружу. И да, я видела птиц. - оскалившись, сказала она, собираясь выходить. - Разговор не окончен, Вилмар. Когда напитаешь её тьмой, чтобы стереть память, приди в мои покои. Я жду.
Тьма проникала в комнату. Ночь, казавшаяся тихой, подарила покой. Сегодня не звучали громогласные рыдания, разрывая дворец на части. И только бесконечная ночь да снежные бури напоминали о том, что это не сон, не видения и даже не фантазия эльфийки.
- На улице вечная тьма... - как в тумане, Сага перевернулась на бок и посмотрела в глаза задумчивому Вилмару.
- Сага? Ты очнулась! - воскликнул конунг.
- Вилмар..?
- Ты потеряла память?! - подсел Вилмар к сестре, обнял её и погладил по голове. Из темноты показался силуэт, которому мужчина кивнул, прикрывая глаза. - Я рядом. Ну-ну, я всегда рядом и могу напомнить тебе всё, что было.
- Ты ответишь? - отодвигаясь от него, она пыталась унять внутреннее чувство опасности.
Теперь он вел себя иначе, чем тогда, когда она вывела его из себя вопросами.
- Пять?
- Пять?! Нет... нет, не подходи... Ты оставишь меня?
- Что-то не так? Я ведь желаю тебе только лучшего, сестра.
Глоссарий:
*Плачущие твари - гибридные животные, которые появилтсь после темной ночи.
*Хеймнир - провинившейся жертве отрезают конечности и органы, казнь.
Трэлл - слуга, раб.
Тира - служанка, рабыня.