Волшебный шкаф

Прошло несколько дней после описываемых событий. По крайней мере, так казалось Лавли. Погода вроде наладилась. Рич долгое время собирал Джека по кусочкам; теперь плохое время миновало, парень до сих пор был еще в отключке, но уже не на грани жизни и смерти. Просто пока ему требовалось время, чтобы элементарно отоспаться. Ричу тоже это было необходимо, но он пока что далеко и надолго не отходил от больного. Его подменяли Вова с Дикаркой, иногда Лавли.

Теперь все они вчетвером ненадолго собрались в прихожей.

– Я думаю, он уже несколько раз приходил в себя, – сказала Лавли.

– Да, – подтвердила Дикарка. – После снадобий вот этого паренька быстро поправляешься. А Джек так вообще завтра-послезавтра поправится.

– Так быстро? – проговорила Лавли. – У него же все кости были переломаны, продавлена грудь...

– Ты хочешь со мной поспорить? – даже с каким-то удивлением спросила Дикарка.

– Я вернусь в тот мир и посмотрю, как там все, – сказал Вова.

– Ладно, – сказала Дикарка. – Только побыстрее возвращайся.

– А как же Джек? – опять спросила Лавли. – Я думала, что ему еще очень плохо, за ним нужен постоянный уход.

– Уход? – переспросила Дикарка. – Ему уже хорошо. Он уже не только приходил в себя, но и по комнате расхаживал, говорил, что с ним все нормально, и что хочет вернуться домой.

– Как это? – переспросила Лавли. – Я думала он все еще в плохом состоянии.

– Он притворялся перед тобой, – сказала Дикарка. – Этот парень не любит болеть. Хотел, наверное, сбежать. Подумал, что тебя легко провести, притвориться больным, ты бы сидела, на него почти не смотрела, а он бы сбежал. Вот кстати, кто сейчас за ним смотрит.

Все переглянулись.

– Черт! – воскликнула Дикарка и кинулась в комнату. За ней все. – Так я и знала! Сбежал, подлец! Ну, попадись ты мне! – закричала она. – Шею сверну, напополам переломаю, ребра сломаю, потом опять склею и опять переломаю! Ну, что вы стоите? Его нужно найти.

Лавли и Вова переглянулись. Каждый из них подумал о своем. Вова просто не понимал, к чему такой шум. Он уже видел больного, с которым все было в порядке. И что такого, что он решил прогуляться? Лавли подумала, что ее ужасно обманули. Вот как так можно? Она за него переживала, а он просто притворялся больным. Это жестоко. Но в любом случае все отправились на его поиски.

Дикарка волновалась даже больше, чем сам доктор Рич. Он подозревал о какой-нибудь такой выходке со стороны Джека. Он привык к этому. Но все равно, парнишка еще не до конца поправился, а уже сбегает. Это было нехорошо. Нужно было его разыскать и вернуть. И разыскать раньше, чем Дикарка. Потому что она точно могла открутить Джеку голову за такие выходки. В этом вопросе она была очень строга... Как поняла Лавли, Вова и не собирался искать Джека. Он знал, что тот, скорее всего, сам к нему придет, потому что в свой дом он уж точно не доберется. И Лавли пришлось вместе со звездочкой искать сбежавшего больного. Она шла по дороге, сама не зная куда, и ругалась, при этом высказывая все свои эмоции Искорке. Хотя, наверное, это было лишнее, потому что Искорка чувствовала то же самое, и подтверждала каждое слово Лавелины.

Подружки и сами не заметили, как начали идти в гору. Они шли и шли, говорили и говорили, когда вдруг Лавли замерла в изумлении. Она стояла на вершине какой-то скалы, и перед ней был виден весь остров. Красивые горные пейзажи, гигантские водопады, обломки древнего замка, разноцветные птицы, чудные звери внизу. Лавли не могла оторвать от всего этого восхищенный взор.

– Правда, здесь красиво? – услышала она знакомый голос.

Лавли обернулась. Рядом с ней в двух шагах находился Джек. Он расположился полулежа на сочно-зеленой траве. На нем была другая одежда, нежели раньше. Какие-то светлые брюки, белая рубашка, под которой были заметны бинты, перетягивающие его грудь. Да, и выглядел нездорово. Опухшие веки, бледная кожа, слипшиеся волосы. Только на лице сияла та же веселая и добрая улыбка и сверкали голубые глаза (может быть, они сверкают от жара?).

– Джек! – воскликнула радостно Искорка, забыв, что говорила минуту назад.– Мы так рады, что нашли тебя.

Джек взглянул на Лавли. Она нахмурилась.

– Не говори за всех, Искорка, – произнесла, как можно мягче она. – Ты почему убежал?

– Надоели они мне все, – сказал он, заложив руки за голову, взглянул на облака и прищурился. – «Не ходи – тебе нельзя еще. Не ешь так быстро. Вот тебе супчик. Не бери сам стул – у тебя швы разойдутся». Надоели. Особенно Дикарка. Ей нужно завести ребенка, чтобы о нем так заботиться. А я не могу все время в одном месте находиться, без движения, без дела. Это не весело.

– А сейчас что ты делаешь? – спросила Лавли сердито.

– Ну, я все-таки не до конца поправился, – засмеялся он. – Я сначала к Вовке пришел – его нет. А потом еще в одно место, а там Дикарка уже искала, вот и пришлось поторопиться и удрать от нее. Устал, отдыхаю.

– А почему притворялся? – сказала Лавли. – Притворялся, что до сих пор без сознания!

– Я ведь перед Дикаркой, – ответил он. – Наверное, тебя с ней спутал. Она бывает иногда такой... А ты что, не знала, что я очнулся? Тебе никто не сказал?

– Никто, – ответила она. Ее уже бесило имя «Дикарка». Лавли все еще злилась, но сама того не заметив, присела рядом с Джеком. – Признайся честно: ты же знал, что так закончится.

Джек сурово на нее взглянул.

– Откуда я мог знать? – сказал он. – Я же не провидец.

– Ты во сне это видел, – сказала Лавли.

– По словам Рича, это ты видела во сне мою смерть, – сказал он.

– Нет, до этого, – сказала Лавли. – Когда мы все пришли к тебе. Ты задыхался во сне и все повторял: «кровь, кровь...».

– Ах, ты об этом, – произнес Джек задумчиво и взглянул вниз. – Да. Ты права. Я всегда предчувствую опасность. Такой навык развивается, когда живешь сотни лет...

– Сотни лет... Так. Почему ты тогда пошел туда? – вскрикнула Лавли, вскочив на ноги. Искорка испуганно покосилась на нее.

– А разве я мог иначе, – ответил Джек, не шелохнувшись. Он замолчал. Она тоже молчала. Потом Джек продолжил. – Я ведь вначале даже побеждал его, все те первые три месяца. Он вел войну со своей каменной армией против этих смешных ребят. Я решил им помочь, потому что я лучше его знаю. Пришел к ним, они сначала подумали, что я один из тех... Ну, это логично. Такой же высокий, лицо человеческое, волос... белый вместо колючек. А потом мы начали... – он взглянул на нее. – Ну, в общем, мы бы победили. Я ведь даже выяснил, где находился Стоун. Нужно было отнять у него звезду, тогда бы все закончилось.

– Ты и про звезду знал? – со злобой прошипела Лавли.

– Да, – будто не заметив ее злость, ответил Джек. – Операция была. Но я сам виноват. Точнее не я, случай. Головой ударился, то есть что-то в голову прилетело, то ли камень, то ли еще что. В общем, так получилось. Просто совпадение.

– Которого можно было избежать, – сказала Лавли. – И никого с собой не взял. Знал же, что что-то плохое случится, и все равно отправился один. Подожди... Три месяца? Как это? Прошел же тогда только один день...

– Время относительно, – ответил он.

– Если для тебя прошло три месяца, а для нас день, то это, значит, что ты еще был в порядке, когда мне снился сон?

– А какое это имеет значение? – сказал Джек.

Они опять замолчали. Лавли опять села рядом с Джеком.

– Не боишься, что сюда придет Дикарка? – сказала Лавли, наконец. – Она обещалась тебе голову открутить.

– Не-а, – ответил Джек. Он встал на ноги, хоть и с небольшим трудом, и взглянул на остров, как глядела на него Лавли пять минут назад. – Это волшебное место, мое особое.

– То Особое место? – спросила Лавли.

– То Особое место, – подтвердил Джек. – Всегда прихожу сюда, когда хочется побыть одному. Редко, правда, такое бывает. Обычно дела... Но здесь прекрасно. Ты видишь весь мир, а он тебя – нет. Смешно, правда? – Джек улыбнулся. Лавли встала. Они посмотрели друг другу в глаза. Он вновь взглянул на остров. – И никто его не мог найти. Не знаю почему. И природа здесь такая, что тебя не видно. И волшебство особенное – никто не обнаружит. Даже Дикарка, что весь остров перерыла, не смогла меня здесь найти. Это приятно на самом деле.

– А я как смогла найти? – Лавли сделала несколько шагов от него в непонимании.

– А ты хитрюшка. Еще разыгрывает удивление, – рассмеялся Джек. – Так звезда же вела тебя. Думаешь, звезды могут подсказать неверный путь?!

Опять молчание... Но какое-то другое молчание, когда хочется молчать, когда это не раздражает, а дает какое-то неповторимое чувство счастья и спокойствия. Но оно длилось недолго. Лавли заметила во взгляде Джека беспокойство.

– Что случилось? – спросила она.

– Что здесь было, когда я был без сознания? – спросил он.

– Что было? – переспросила она. – Вроде погода плохая была. Точно. Женька и Аделька говорили, что бушевал шторм. Но, а что?

– А какой был шторм? Какого цвета?

– Цвета? – переспросила она. – Это же не логично.

– Облака какого цвета?

– Вроде, они говорили, что фиолетовые, – ответила она. – А что? Что?

– Смотри туда, – сказал Джек и развернул ее в сторону, указав пальцем в нужное место. Там она увидела море, острые скалы возле берега, а в них торчал корабль.

– Он из другого мира, – произнес Джек. – Это шторм его принес. Нужно там все проверить. Пошли к Владимиру.

Он схватил ее за руку и опять побежал, только на этот раз вниз. А у Лавли в голове крутился лишь один вопрос: «Как можно так быстро бегать с переломанными ребрами?».

Вскоре они были на месте. Надо сказать, что Владимир неплохо устроился на этом острове. Около большого дерева стоял самолет. Его внутренность давно была переделана под дом. Там стояла кровать, уютные кресла, стол, много ящиков с посудой и другими вещами. Но пульт управления, рычаги, кресло летчика – все это осталось. Также осталось и оружие. Многое было переделано с помощью магии, чтобы, так сказать, подстроить его под волшебные миры. Сам Владимир отдыхал. Он мирно лежал в гамаке, и какое-то устройство, состоящее из двух больших листов, веревки, палки, крутилось, как вентилятор, освежая его. Иногда он попивал коктейль. Рядом бегал Ханс. Он играл со штурвалом, разными ружьями, теми, что были не заряжены. Он увидел Джека и Лавли и тут же бросился к ним.

– Ты живой! – вскричал он и обнял Джека.

– Полегче, парень! – сказал Джек, съежившись от боли.

– Лавли! – сказал мальчуган и тоже ее обнял. – А я тут играю в солдата. Пуффи опять ушел куда-то, а мне с Женькой и Аделькой скучно. Они все время только друг с другом общаются. То музыку слушают, то болтают, и совсем не хотят играть. И еще они, – он поморщился, – целуются.

– Целуются! – чуть не вскрикнула Лавелина. – Вот они...

Тут их заметил Владимир, он встал со своего места и подошел к ним.

– Что, все-таки тебя нашли? – спросил он, зевая.

– Да, – ответил Джек. – Так ты проверил ежиков? С ними все в порядке?

– Да, – ответил он. – Только что оттуда. С ними-то все хорошо. Они уже и город начали восстанавливать. Только знаешь, они ведь подумали, что я – это очередной каменноголовый. Сколько я им объяснял, что это не так, и что я с тобой. А еще, представляешь, когда они все, наконец, поняли, то сказали, что мы все, мол, люди на одно лицо. Представляешь, эти ежики так сказали. А у самих-то все рожи одинаковые. Только разве их по размерам можно различить... А я смотрю, Лавелина тебя нашла.

Тут они услышали крик Ханса. Они переглянулись. Его не было рядом. Они скорее побежали на крик. И вот что видят: Ханс лежит на земле, а на нем сидит какая-та девчонка, она его буквально скрутила. А девчонка-то меньше Ханса ростом, но, скорее всего, того же возраста, волосы светло-русые в косичке, которую она, судя по всему, не расплетала уже несколько дней. И тут же они видят еще одну девчонку, точнее, девушку. Ей лет девятнадцать, она слегка испуганно, но быстро хватает мелкую девчонку, оттаскивает ее от Ханса. Ханс тут же встает, забыв обо всех своих игрушках (пистолетах и мечах), и бросается за спину Джека. А девчонка, видимо, поэтому на него бросилась: хотела пистолеты отобрать, и теперь у нее в руках один из них. Теперь две эти девчонки сидели на земле и смотрели на людей, стоящих перед ними. Наши герои тоже уставились на них удивленно.

Девчонки были похожи. У старшей лицо чем-то напоминало лицо младшей, глаза тоже были карие, только волосы другого цвета. Они были каштановые, с рыжеватым оттенком. Прическа была каре, только немного подлиннее, а челка покороче обычного. И одеты они были, на удивление, тоже похоже: белые рубашки, красные шорты и кроссовки. Только старшая девчонка выглядела более ухоженной, и маникюр у нее был, и косметика.

Старшая вдруг сорвалась с места и бросилась на руки к первому стоящему к ней человеку – Владимиру. Он отшатнулся от неожиданности, но удержал ее. Она спрыгнула с него.

– Люди! – закричала она, и еще раз обняла его. – Цивилизация! Ой, а какие у вас руки сильные, – произнесла она, даже как-то задыхаясь от волнения. Она, обняв Владимира, глядела на него снизу-вверх, любуясь и не в силах оторваться. И взглядом своим буквально его пожирала. Потом девушка, наконец, нашла в себе силы оторваться от парня и подскочила к Лавелине, тоже обняла ее. – Здесь еще и девушки есть! – воскликнула она и тут же подскочила к Джеку, тоже хотела его обнять. – И ты, красавчик, – но он отступил на пару шагов назад. Если бы сейчас она на него так же запрыгнула, то все его кости, наверное, опять бы сломались.

– Ты с того корабля? – спросил Джек.

– Да! – воскликнула девушка и улыбнулась. Ее улыбка сверкала от блеска для губ.

«Лисица, – вдруг проговорила про себя Лавелина. – Смотрит на парней, как лиса на масло, чуть не облизывается». И, правда, девушка очень напоминала лисицу. Эти пожирающие глаза, хитрая улыбка, даже рыжевато-каштановые волосы, и нижняя часть лица у нее была треугольная. Она действительно напоминала лисицу, очень. Тут же к ней подбежала вторая девчонка Она была таким же лисенком в своем роде.

– А вы? – спросила девушка.

– Мы не с того корабля, – усмехнулся Джек. – Мы живем на этом острове.

– Ясно, – протянула она. – А вы русские, или только говорите на русском?

– Что? – не понял ее Джек и переглянулся с Лавелиной. Она тоже не поняла девушку.

– Я из России, – вдруг, сам не веря своей радости сказал Вова и подошел к девушке, взяв ее за руки. – Я Владимир, то есть Вова... Да.

– А я Алиса, – сказала девушка. «Ну, точно лисица» – подумала Лавелина. – А это Юлька, – небрежно произнесла Алиса, показывая на девочку. – Моя сестра. Точно! – встрепенулась она. – Здесь творится какая-та чертовщина, вы должны мне помочь, – она потянула Вову за собой дальше в лес.

Джек с Лавли еще раз переглянулись и последовали за ними. А Ханс все еще прятался за спиной у Джека от маленькой Юленьки. Девчушка же посмотрела на испуганного мальчика и сделала жест двумя пальцам «Я за тобой слежу». Ханс со звуком сглотнул. А Алиса все продолжала говорить:

– Это вообще какая-та бешеная история! Нас четверо у родителей. Я, Юлька и братья-близнецы, гаденыши.

– А сколько им лет? – спросила Лавли.

– Шестнадцать, – ответила Алиса.

– Не повезло, – вспомнив о своем брате, сказала Лавли.

– Знаю, – сказала Алиса. – Васька и Ванька. Близнецы. Постоянно над всеми смеются и не дают жизни мне. Ну, в общем, у нас многодетная семья. И папе дали бесплатные путевки вот на этот корабль. Мы всей семьей отправились туда. А там такое началось... Погода должна была быть хорошей, но, как всегда, эти метеорологи-синоптики все напутали. И был ужасный шторм. И корабль каким-то образом врезался в айсберг... Откуда там взялся айсберг? Жарко же. Людей эвакуировали. Нас должны были тоже забрать. Я, естественно, рванула в каюту – собирать вещи. Не могла же я допустить, чтобы мои вещи затонули. Там же у меня все было: и лучшие наряды, и телефон с планшетом, и косметичка. Юлька куда-то убежала. Папа нашел меня и силком потащил из каюты. Но его сбил с ног какой-то мальчишка. Я, воспользовавшись моментом, опять ускользнула в комнату. Тогда я уже вместе с папой поднялась наверх. Мама нашла Юльку. А мальчишек нет. Опять спустились вниз. Встретились с ними в коридоре. Представляете, они, оказывается, были все это время в кладовке. Еще до непогоды я познакомилась с одним парнем, а они над ними решили подшутить: подушку-пердушку подсунули, а он их за это в кладовке закрыл. Корабль вдруг встряхнуло. Сначала не сильно, но потом сильнее и сильнее. Было это так странно и так страшно. Его воротило из стороны в сторону, вокруг ничего не видно, вдруг все лодки оборвались и попадали в воду. Корабль вдруг словно что-то подхватило, какая-та неведомая сила. Творилось черт знает что! Все закрутилось, завертелось. Мы схватились за все, за что только можно было. Нас прямо-таки уносило в сторону. Я закрыла глаза. Действительно, сейчас было такое чувство, что корабль – это игрушка маленького ребенка, которую он то поднимает над водой, то пытается утопить. Вдруг появилось чувство, что все мы находимся на большой карусели или нет – на американских горках, где на больших скоростях тележки с людьми катятся то вверх, то вниз. Только вот у этих горок не было никаких ремней безопасности... На один миг я почувствовала, что все прекратилось. Я открыла глаза, и что увидела? Уже не было дождя, а небо... кажется, и неба не было. Корабль словно сам был в облаке, только в необычном. Облако было фиолетового цвета, и вокруг парили ярко-желтые звездочки. Вот. А потом он рухнул на скалы. Думаете, я сумасшедшая? Но именно так и было.

– Мы не думаем, что ты сумасшедшая, – сказал Джек. – Обычное дело.

– Обычное? – Алиса остановилась и взглянула на него то ли с удивлением, то ли с опаской. И тут она заметила Искорку. Глаза у нее в мгновение стали круглые, она чуть не закричала. – Это?.. Это?

– Это Искорка, – ответила Лавелина. – Звезда.

– Звезда? – испуганно сказала она. – Как это? Звезды ведь большие огненные шары в космосе, и они... Я будто бы в сказке оказалась, – все еще ничего не понимая, сказала она. – А я еще вам рассказывала, думала, что за сумасшедшую примете. А вы сами тут... Черт! Волшебная страна. И часто к вам так корабли выбрасывает?

– Да, постоянно сюда кого-нибудь заносит, – ответил Джек. – Вот ее сюда занесло недавно, Владимира – лет сто назад.

– Лет сто назад, ага, – проговорила Алиса. – Сто назад. Прости, не знаю, как тебя там по имени...

– Джек.

– Джек, – повторила Алиса. – Значит, тебе сто лет, и ему сто лет? А как вы не стареете?

– Волшебство, – ответил лишь Джек. – Для справки, мне больше, чем сто.

– Я-ясно, – опять протянула она слово «ясно». – Значит, волшебство, волшебники. А ты, Вова? Ты тоже колдун?

– Нет, я обычный солдат. Во Второй мировой участвовал...

– Ты участвовал во Второй мировой? – будто бы в каком-то трансе произнесла Алиса. – Значит, тебе сейчас должно быть лет восемьдесят?

– Здесь же время по-другому идет.

– Ты ведь должен быть сейчас старичком, весь в медалях, пример подросткам показывать, – произнесла она задумчиво.

– Я не дошел до конца войны, – произнес он даже с сожалением. – В сорок третьем сюда рухнул.

– А вернуться? Вернуться не пробовал?

– Пробовал. Вернулся, – ответил он. – Где-то в девяностые годы.

– Ауч, – произнесла она. – И где хуже?

Алиса вновь остановилась. Ей нужно было все переварить.

– А мои братья, – сказала она. – Они увидели мостик. Такой красивый, деревянный, резной мостик. Стали там прикалываться, играть. Они увидели в воде свое отражение. И она было какое-то странное, как живое. А потом они стали камнями кидаться в рыбок. И тут из отражения выплыли две девчонки. Тоже близняшки. Такие в желтых коротеньких платьицах, два тоненьких хвостика наверху. Волосы я имею в виду. И они взяли и схватили их, и утащили под воду, как русалки. Мы в это время вдалеке стояли. Рванули к ним. Но ни девчонок, ни мальчишек нет. При этом самое смешное, что не могли они под воду их утащить, потому что там вообще не глубоко – только пятки помочить, и всё. И где мальчики? Или это похищение, или они так разыграли нас просто. Вообще непонятно.

– Это золотые рыбки, – сказал Джек. – Скорее. За мной. Я знаю короткий путь туда.

И уже вскоре все герои оказались на этом резном мосту.

– Эти рыбки, – проговорил Джек, – умеют превращаться в людей, но живут они в своем особом мире. А этот мост и речка – портал. Я его сейчас открою. А после мы все в него зайдем.

Джек поднял руки вверх, потом сделал еще что-то быстро, задул ветер, что-то ярко засветилось, в воде появилась воронка. И все прыгнули туда.

Первое, что увидела Алиса, была каменная статуя человека. Но была она страшноватая. Был это мужчина или женщина – не понятно, но ЭТО плакало, и было очень уродливо. Алиса чуть не вскрикнула.

– Вот, как они относятся к непрошенным гостям! – сказала она, отойдя от статуи.

Как эти ни странно, но никто не промок после водной воронки. Они лишь оказались в каком-то странном месте. Был тот же мостик, деревья, песок, каменная статуя, но было очень много озер, причем маленьких озер, размером, скажем, в одну комнату. Алиса очумела еще больше. А Юльке, кажется, было наплевать на все это волшебство, она не удивлялась, она была в восторге. Тут из воды, из ближнего озерца стали появляться головки девочек. Им было лет по четырнадцать, все в желтых коротких платьицах; и, что самое удивительное – их светлые волосы, разделенные на два высоких хвоста на голове, длинные и тоненькие, были совсем не мокрыми. А поднимались они так, будто бы их что-то вытаскивает из воды, и сама сила гравитации на них не действует. И вот на воде уже стоит десяток совершенно одинаковых девчонок в желтых платьицах, они улыбаются и смотрят на своих гостей.

– Здра...

– ...ствуй...

– ...те...

Они говорили по очереди, каждая девочка-рыбка по слогу, иногда по целому слову. Иначе они не могли.

– Привет, – сказал Джек, улыбнувшись. Он вышел вперед, заложив руки за спину и покачиваясь на пятках. – Как поживаете?

– Близнецов же не может быть так много. Это голограмма. Скажи мне, что это голограмма! – шептала Алиса.

Тут одна девочка-рыбка как бы подлетела быстро и резко к Алисе, чем сильно напугала ее. Ноги у нее были босые, кстати.

– Потрогай меня, – сказала девочка. – Я настоящая.

Алиса испуганно тронула девочку-рыбку. Та, действительно, была настоящей. Когда же Лавли увидела вблизи этих рыбок, она чуть не онемела: она знала их, лица казались ей знакомыми, аж до дрожи. Рыбка опять вернулась на свое прежнее место.

– Зачем вы пришли? – опять произнесли рыбки тем же способом, что и раньше.

– Мы пришли, чтобы забрать двух мальчишек, которые у вас тут затерялись, – ответил Джек и еще шире улыбнулся.

– Каких мальчишек? – спросили рыбки.

– Тех, что вы держите вон в том озерце, – и Джек указал на одно дальнее озеро, которое вообще-то ничем не отличалось от остальных.

– Там только рыбки, – ответили девочки.

– Правда, что ли? – удивился Джек. – Давайте проверим! – воскликнул он.

И как рванет к тому озерцу. Но, когда он пробегал мимо каждого нового озерца, оттуда появлялись опять те же девочки-рыбки и пытались поймать его. Но где уж им! Они были почти одинаковыми, целая армия, двигающаяся, говорящая одинаково. Различались они разве что цветом платья, но это было иногда. Наконец, он прибежал к тому самому озерцу. Маленькие золотые рыбки (на этот раз реально в обличии рыбок) толпились там, не давая ему пройти. Но Джек вдруг топнул ногой так, что водная гладь содрогнулась. И внезапно все увидели, как из воды поднялись двое мальчишек. Они были так похожи друг на друга, светло-русые, как и маленькая Юленька, с треугольной нижней частью лица, как у Алисы, глаза, правда, серые. Одеты они были в ярко-зеленые футболки и красные штаны. Глаза у них были закрыты, вид спокойный. Они спали.

В тот же момент сами рыбки всплыли наверх, окружили мальчиков, закрыли глаза и вдруг приняли вид тех же самых близнецов.

– О, Господи! – вскричала Алиса. – А я думала – нет ничего хуже, чем иметь двух одинаковых вредных братьев, а тут их столько... Вова, если я упаду в обморок, ты меня подхватишь?!

– Верните их! – продолжал Джек.

– Нет, – произнесли рыбки. – Мы не можем. Таковы правила. Они пытались причинить нам вред, пытались закидать нас камнями. Теперь мы не можем их отпустить.

– И всего-то? Так дайте им сдачу – киньте в них камни. И вы в расчете. Сможете отпустить их! – сказал Джек.

– Нет. Такие правила. Мы не можем менять правила, – упорствовали рыбки.

– Черт. Ну и зачем они вам? Что, вечно будете держать их под водой в сонном состоянии?

– Надеюсь, не для того чтобы превращать в статуи, – шепнула Алиса Вове. Он ничего не ответил.

– Мы будем держать их здесь, пока они не переродятся и не станут такими же, как мы. Это наши правила, – сказали рыбки.

– Нет. А здесь уж я не согласна, – сказала Алиса. – Чтобы они стали такими же сумасшедшими, как вы? И еще девчонками?

– Они станут рыбками, а не девчонками, – сказали рыбки.

– Это классно, – сказала Юлька. Она находилась уже возле одного озерца и дергала за волосы одну рыбку. – Я тоже хочу быть рыбкой.

– Отойди оттуда! Утащат! – вскричала Алиса, подскочила, схватила Юльку и оттащила в сторону. А девочка брыкалась, хотела опять к рыбкам.

– Ты не сможешь побороть наше волшебство, – говорили рыбки, окружая Джека. – Ты в нашем мире. Мальчики не уйдут отсюда. А, если вы от нас не уйдете, то мы и вас заточим в то же состояние.

– Вы серьезно? – сказал Джек. – Правила же нужны, чтобы их нарушать. Я всю жизнь находил во всех правилах, договорах подковырки. И здесь, я уверен, можно найти какое-то исключение.

– Правила нельзя менять, – продолжали говорить рыбки.

– Да почему же? Кто их вообще придумал? – вскричал Джек.

– Их придумывают королевы, – ответили рыбки.

– А, если королева прикажет, то вы отпустите мальчишек? – спросил с лукавством он.

– Да, отпустим, – сказали рыбки.

– Отлично. Где ваша королева?

– Она ушла уже давно, – ответили рыбки.

– Ну, а как ее зовут? – он уже начинал злиться.

– Принцесса Луна, – ответили они.

– Серьезно? – даже сначала не поверил Джек, а потом медленно перевел взгляд на Лавли и уверенными шагами пошел к ней. – И всего-то? Почему сразу нельзя было об этом сказать? Итак, Лавли, приказывай, – он остановился возле нее, взяв ее руки в свои.

– В смысле? – спросила она. – С чего это я должна приказывать им?

– Ты – Принцесса Луна.

– Я не Принцесса, и не Луна.

– Вот сейчас ты еще со мной спорить будешь? – сказал он недовольным голосом. Рыбки его явно бесили, и он поскорее хотел от них отделаться. – Искорка, скажи мне, пожалуйста (ты ведь знаешь, Лавли, – звезды не врут). Итак, Искорка, скажи мне: как ее зовут?

– Принцесса Луна, – ответила звенящим голоском Искорка.

– Убедилась? – сказал Джек.

– Но как? – переспросила Лавли.

– Откуда я знаю? Гены, рок, судьба. Сама решай. Ты в пять лет сама сюда пришла и заявила: Я – Принцесса Луна. Так что за свои слова отвечай. Давай уже, приказывай.

Он быстро развернул ее лицом ко всем эти рыбкам, и держал сзади за руки. И вот она уже лицом к лицу к многотысячной толпе девочек-рыбок, все они выплыли, чтобы приветствовать свою королеву. А Лавли стояла там, как раньше, в школе, когда стоишь на сцене перед всеми людьми, и вроде знаешь, что говорить, что ненужно бояться, но все равно страшно, и как-то даже удивительно.

– Я приказываю, – проговорила Лавелина и сама удивилась своему голосу. Он так теперь напоминал трепетный голосок Искорки. Она, наконец, набралась храбрости и начала говорить.

– Я, Принцесса Луна, приказываю своему народу золотых рыбок немедленно освободить двух мальчиком и проводить всех нас обратно на остров.

Она думала, что это вообще не сработает. Но на ее удивление... Вот уже мальчишек подводят к ним. Юлька бежит обнимать братьев, хотя, скорее, – задушить. Вот рыбки из одного озерца уже провожают их к выходу. И она последний раз смотрит на них всех, и видит то, чего просто не могла ожидать увидеть. Она видит в них... себя. Одни рыбки выглядели так, как она выглядела в четырнадцать лет, другие – так, как она выглядит сейчас, а третьи – так, как она выглядела в пять.

Итак, они вновь оказались на острове. Рыбки попрощались с ними и исчезли. Послышался смех. Все переглянулись. Это смеялись Алиса и Лавли.

– Что с вами? – спросил Вова.

– Сегодня я узнала, что меня, оказывается, зовут Принцесса Луна, что я была на этом острове в пять лет. А я об этом не помню. Плюс к тому, эти рыбешки считают меня своей королевой, которая ушла. А еще. Искорка знала, что меня так зовут, и еще об этом знал Джек, но ничего мне об этом не сказал. И вообще... Предсказание будущего во снах. Я сойду с ума!

– И не говори! – произнесла Алиса. – Сначала волшебным образом корабль в шторм отправляется в другой мир, где вполне реальна магия. Никто ей не удивляется. Чокнутые девчонки считают себя рыбами, и все вокруг считают их рыбками, и никого это не удивляет. А еще я видела маленькую живую звезду, как в мультике. И видела десяток своих братьев. И прошла сквозь водный портал, как в Witch. А еще познакомилась с вами, и понятия не имею, кто вы такие: колдуны, феи, рыцари, друзья или враги. Мне ничего не понятно! Вообще.

– Есть выпить? – сказала вдруг Лавли.

Близняшки тот час же завыли: «Ууу».

– На корабле есть. Но, если мы пойдем туда, придется опять объяснять про магию и волшебство. Лучше где-нибудь в другом месте взять.

– Джек, – протянула Лавли.

– В зале, на полке, в книге «Физика», – быстро ответил он.

– Я всегда знала, что физику без бутылки понять нельзя, – воскликнула Алиса. – Веди меня к моей любимой физике.

– Пошли, – сказала Лавли.

– Пошли, – повторила Алиса. И они схватились друг за друга и, слегка шатаясь, пошли по дорожке. Они уже были, как пьяные. Уж слишком все для них это было странно.

– Итак, – Джек развернулся к парням. – Я Джек, это мой друг Вова. А вас Алиса представила, как Ваську и Ваньку. И кто из вас кто?

На Вову и Джека глядели двое довольно высоких мальчишек, светловолосых, сероглазых и таких одинаковых, будто бы кто-то на компьютере нажал клавиши CTRL+C , потом CTRL+V и сделал дубликат. И главное, взгляд ведь у них был тоже хитрющий, лисий. Этому взгляду нельзя было доверять. Они всегда что-то затевали.

– Я Ванька, – ответил один.

– Эй. Вообще-то я хотел быть Ванькой. Ну, ok, я Васька, – сказал другой.

– Да, только мы всегда врем, – ответил тот, что представился, как Ванька. – Но не волнуйтесь, сейчас мы сказали вам правду.

– Да, – ответил Васька. – Это была точно правда.

– Ну, мы пошли, – сказал Ванька.

И оба брата быстрым шагом направились в сторону.

– Джек, – протянул Вова. – Они нас обшарили.

Оба друга переглянулись.

– Видно, начинается у нас веселая жизнь, – сказал Джек.

И они рванули за близняшками. Теперь Ханс и маленькая Юленька стояли одни у этого мостика. Юленька достала пистолет, сделала невидимый выстрел со словами: «Пуф, пуф». Ханс испуганно отшагнул назад и побежал с криками: «Спасите!». Юлька рассмеялась и побежала за ним.