45.
— Джереми просил не спешить, и я оттягивал эту поездку до последнего. Люк же, напротив, старался собрать нас, хоть и стеснялся рассказать, что хочет посетить его могилу. Каждый раз, когда он говорил о Джереми, когда что-то вспоминал, я держался, чтобы не рассказать всё заранее, чувствуя себя мелким пацаном, который вдруг услышал во дворе сплетню.
Я пила кофе, сидя на краю кровати в мотеле, пока Джошуа что-то активно листал в телефоне. Утро было слишком ранним, чтобы идти и будить Люка и Сьюзи, и мне до сих пор казалось, что я не проснулась, но на деле я очнулась от того, что Спейрс обнял меня слишком сильно, настолько, что заныла поясница.
За окном едва слышно стрекотали птицы, солнце выливалось в номер редкими лучами, так что я не спешила. Никуда больше не спешила.
— Что будет дальше, Джош? — эта мысль не покидала меня с тех самых минут, как я узнала о Джереми, — Мы вернёмся... вы будете развивать охранную фирму, Люк переедет к Сьюзи.
— Ты хочешь дальше жить... с матерью? — Спейрс, присев рядом, слабо ухмыльнулся, — Я не заставляю тебя принимать решение прямо сейчас, но ты вполне можешь поселиться и у меня. И можешь даже не работать. Или работать, если станет скучно или непривычно.
— Чем ты вообще планируешь заниматься дальше? Кроме работы.
Он откинул голову, становясь каким-то... мечтательным? Прикрыл глаза, затем открыл их. Мы оба были сонные и слишком умиротворённые после ночи, проведённой вместе, но всё ещё не до конца осознавали реальность, прямо как подростки.
— Будем выбираться с ребятами на пикники, местные фестивали. Раз в полгода будем собираться и ездить на отдых к океану. Я хочу пожить немного для себя и... для тебя, разумеется. На службу я не вернусь.
— Я рада это слышать.
В дверь постучали, неловко, даже тихо, но я поднялась и открыла Люку дверь. Он стоял передо мной хмурый:
— Джош, навигатор сбился.
— Не сбился, — Спейрс тут же подскочил, мягко меня отодвигая, — Нужно сначала заехать по адресу, который я вбил.
— Когда ты успел? — теперь Люк расслабился, но в его глазах всё ещё плескалось волнение, — Ладно, как скажешь...
Джош перед выходом погладил меня по плечу, а потом повернул голову и едва заметно подмигнул. Я не удержалась от смущённой улыбки, и не захотела оставаться одна в номере. Собрав вещи и закинув всё в рюкзак, я замкнула дверь и передала ключи.
У машины меня ждала Сьюзи, и уж она выглядела куда более позитивной, чем все мы! Она даже умудрилась сделать лёгкий приятный макияж и завязать волосы в небрежный пучок.
— Ты прямо сияешь! — подметила я, — Как дела?
— Всё отлично! Мне кажется, у меня предчувствие, что всё будет шикарно! — я была удивлена её тотальному позитиву, хотя у меня для этого было куда больше причин.
Я знала, что с Джереми... по крайней мере частично всё хорошо. В голове всё ещё проигрывались слова Люка о том, что бедный парень лишился ног, но представить этой картины не выходило, не хотелось. Мне было страшно, потому что на его месте мог быть кто угодно. Даже Люк. Или Джош.
Эта мысль прочно засела в мыслях.
— Нужно выезжать! — сказал Люк всё тем же задумчивым голосом, но Сьюзи, быстро чмокнувшая его в губы, заставила его выдохнуть.
Я заняла уже привычное место сзади и постаралась унять нарастающую в груди тревогу. Как это будет? И всё же, несмотря на то, что я всё узнала, как мне реагировать? В любом случае я буду в ступоре.
Выставленный Спейрсом адрес был, вероятнее всего, домом Джереми в одном из небольших и приятных районов такого же неприметного городка в округе. Я смотрела на экран навигатора, с ужасом подмечая, как быстро улетают мили. Их становится всё меньше, а меня не успокаивает даже музыка по радио: я едва могла разобрать слова песни.
Сьюзи рассматривала рисунки в моём альбоме по второму кругу, сцена в машине будто повторялась, но теперь я не знала, куда себя деть. В какой-то момент Джош протянул мне руку, раскрыв дверь, и я непонимающе на него посмотрела:
— Что?
— Приехали. — тихо сказал он, самостоятельно подхватывая мою ладонь, — Нужно зайди поздороваться.
— Ни черта не понимаю, Джош! Кто ты говоришь тут живёт? — Люк закрыл в салоне все окна и, придержав Сьюзи за талию, подошёл к нам, — Нам остаться в машине?
Я поплотнее взялась за пальцы Спейрса, почти впиваясь в его руку ногтями. Сердце бешено колотилось, и мне казалось, что я вот-вот грохнусь прямо на разогретый утренним солнцем асфальт.
— Ребята, привет! — из одноэтажного, но лаконичного коттеджа, открыв украшенную цветочным венком дверь, выглянула милая низенькая брюнетка, — Идите сюда! Вас уже заждались!
Взгляд, которым Люк обдал Джошуа, сначала показался мне уничтожающим. Люк настолько сильно хотел отдать дань другу, что и не подозревал, что его ждёт. Я пошла первой, за мной побежала Сьюзи, а мужчины остались за нашими спинами.
Мне казалось, что впереди должен идти Джош. Однако, когда я рядом с ним остановилась, то он щёлкнул пальцем по зажатому в моих руках альбому с рисунками. Я должна идти? Почему я?
Вдруг вспомнился тот момент из гаража, когда Люк, охваченный истерикой после выпитого, просил привезти именно меня. Ему было так тяжело, что пришлось вовлекать ребёнка, чтобы унять ту боль, которой он был пропитан.
От тяжести мне хотелось согнуться, но я держалась ровно. Улыбнувшись девушке, кажется, её звали Энн, я неуверенно вытянула одну из рук для приветственных объятий.
— Добро пожаловать!
— Алекс, — я представилась, но Энн только задорно улыбнулась, будто уже всё знала, — Заходите, нечего на улице париться!
В их доме пахло по-особенному. Каждый дом пахнет по-своему, но даже свежим воздухом я почти захлебнулась, а руки подрагивали. Энн выглядела совершенно спокойной, а Сьюзи рядом со мной непонимающе осматривалась, растеряв всякий запал.
Джош остановил Люка, и тогда я застыла и сама, но уже наступив на мягкий ковролин большой гостиной.
Мужчина в инвалидной коляске выглядел точно так же, как и на фотографии, разве что отличалась длина волос: он был коротко стрижен, неровная рыжая чёлка торчала во все стороны, но лицо оставалось таким... серьёзным, хоть и глаза просто сияли.
Я раскрыла рот, но от страха не смогла произнести совершенно ничего. Энн подошла к нему сзади, положив руки на плечи. Он был одет в простую клетчатую рубашку и... я с трудом смогла опустить взгляд вниз.
У него были протезы. Их строение отслеживалось неровными изгибами джинсовой ткани. Сьюзи схватила меня за запястье, и боль от впившихся длинных ногтей заставила меня дёрнуться.
— Алекс, проходи, — мягко сказал Джереми, — Не бойся. Не призрак видишь.
Господи!
Последнее, что я услышала, это громкий, сорванный выдох от собственного родного брата. Он оказался рядом с Джереми так быстро, что меня будто выбросило из жизни, и я оказалась в детстве, а потом и в гараже, а следом и в моменты, когда Люк ругался с мамой из-за армии.
Сьюзи прикрыла рот руками. Я отошла, но толкнулась спиной в грудь Джоша. Он обнял меня сзади, не давая никуда уйти.
Повисла тишина, но она всё чаще прерывалась всхлипами. Мой брат плакал, сдавленно дыша и сидя перед коляской Джереми. Он положил голову на его неживые колени и... мир куда-то пропал.
Руки Джошуа ощущались гранитной стеной между мной и тем кошмаром, который всё это время испытывали все мы, сами того не подозревая, находясь рядом с Люком. От неверия он не мог сойти с места, и в конце концов, накрыв покрасневшее лицо ладонями, затрясся сильнее.
— Боже мой, — к нам подошла Энн, и её глаза также были наполнены горькими слезами, которые она не успевала утирать, — Я думала, что будет проще, но ошибалась...
Я оторвалась от них, оставляя наедине. Джереми что-то тихо рассказывал, держа трясущуюся ладонь на плече Люка, и тот кивал, кивал, кивал, будто всё понимал уже слишком давно, но верил в совершенно другое. Я не могла ничего разобрать, но и не хотела вмешиваться.
Энн молча вывела нас в обеденную зону, где мы расселись по местам и долго молчали, пока она разливала в стаканы газированную воду с лимоном:
— Проголодались? — она сама присела напротив, вся заплаканная, и протянула мне коробочку с салфетками.
Я вытерла лицо. Джош сел подальше, но смотрел на всех поочерёдно. Я вновь видела в нём именно того Джоша, которого встретила на награждении — непроницаемого, совершенно без эмоций, но сдержанного. Он единственный не проронил ни слова.
— Нет, спасибо, — сдавленно выдала Сьюзи, натягивая улыбку, — Но от водички не откажусь...
Бедная Сью выпила целый стакан, а я дождалась Люка, который появился из гостиной с опущенной головой и встал в проходе, осматривая нас. Я не могла разглядеть в нём ни тотального счастья, ни кромешного ужаса.
Это было... умиротворение.