Колье потерянной любви

Когда Ариэль зашла в кухню, в нос ударил резкий, но очень приятный запах какой-то выпечки. Она села за круглый стол, где Жасмин, встретившая ее улыбкой, накладывала порции пудинга, а Роман нетерпеливо ждал, любуясь трепетной девушкой. Ариэль даже и не заметила, как украдкой начала наблюдать за игривыми взглядами возлюбленных, которые смутились, когда увидели улыбку гостьи. Ариэль была рада за Романа, который нашел настоящую любовь. Видеть его счастливым было прекрасно.

— Я надеюсь, что вам понравится, мисс Бекер, — прощебетала светловолосая Жасмин, смущенно заправив локон за ухо, и поставила кусочек пудинга, который, отметила Ариэль, выглядел более чем аппетитно. Девушка явно умела готовить.

— Выглядит очень вкусно. Правда, такую порцию мне не съесть... В церкви был большой пирог, — добавила Ариэль и поджала губы, пытаясь выразить сожаление.

— Да что вы! — возразила Жасмин, махнув рукой. — Я ни в коем разе не хочу вас обременять, мисс Бекер. В любом случае, завтрак тоже на моих плечах, поэтому я могу приготовить еще... Это меньшее, что я могу сделать за пребывание в этом прекрасном доме!

Ариэль перевела взгляд на Романа, взгляд которого был прикован к Жасмин. Да, он восхищался ей не просто как девушкой, а как человеком. И это было видно, потому что Роман рядом с Жасмин становился открытой книгой.

— Я с удовольствием отведаю пудинга, — согласилась Ариэль и взяла в руки маленькую ложку, когда Жасмин, с довольным лицом, положила еще две порции на стол — для себя и Романа.

Хоть Ариэль и не была слишком голодна, — хотя вторую часть свадьбы она просто сидела и не притронулась даже к вину, — но с удовольствием съела почти весь кусок на тарелке, оставив лишь непреодолимую часть его. Трапеза и вправду удалась, и новая возлюбленная друга все больше нравилась Ариэль.

На протяжении ужина Роман и Жасмин то и дело щебетали как влюбленные голубки. Девушка постоянно смущалась нелепым шуткам мужчины, который нес такую несуразицу, что порою даже Ариэль закрывала глаза от смущения, — видимо, выпитый алкоголь ударил в голову. Жасмин же рассказывала, как прошел ее день, постоянно интересуясь, удался ли пудинг.

— Кстати, Роман говорил про вашу гувернантку, — обратилась к Ариэль Жасмин, которая в это время мыла посуду. — Я не видела ее с вами... Она приедет сюда?

— Да, мисс Шелтон прибудет завтра.

— Почему не сегодня? — встрял в разговор Роман, крутя в руках белую салфетку, которую потом с силой сжал и выкинул.

— Она перед свадьбой оповестила меня, что собирается приехать лишь завтра, где-то к обеду, потому что хочет убедиться, что мои родители остались довольны и не имеют сомнений.

— Разумно.

Ариэль кивнула и выпрямила ноги, почувствовав блаженное расслабление. Она вдруг ощутила, как за целый день устало ее тело. Поэтому, пожелав Жасмин и Роману спокойной ночи, пошла в свою комнату.

Она огляделась и вдруг ощутила несвойственное ей чувство комфорта. Обычно в новых местах Ариэль чувствовала себя не в своей тарелке, будто каждое место мира отвергало ее присутствие, но эти каменные стены, большие окна и деревянный пол словно только ее и ждали. Ариэль села на кровать и повернула голову в сторону окна, вид которого будоражил ее. Эта атмосфера угнетала, но, как ни странно, в хорошем смысле — теперь ее не душили ванильные надежды и реальность. Со временем она начинала понимать, что, возможно, не все ее мечты сбудутся и что придется выживать, только зная свое имя. Но это уже не пугало Ариэль, ведь все самое страшное было позади. Свобода — это лучшее, чего она могла пожелать.

Ее кидало в дрожь лишь от пляжа, который был пугающе похож на пляж из жуткого сна. Она боялась, что это что-то значило, но не хотела даже думать об этом, ведь пугать себя было худшим, что она могла сделать. Поэтому Ариэль принялась раскладывать вещи из сундуков и чемоданов. На удивление, их оказалось не так много, ведь больше всего места занимали наряды и аксессуары, которые положила миссис Бекер, напрасно надеясь, что ее дочь будет самой прекрасной в брачную ночь. Но Ариэль лишь сложила их в отдельный сундук, чтобы потом выкинуть или сбросить с обрыва, который очень даже располагал к этому.

После девушка решила принять горячую ванну, чтобы смыть запах сегодняшнего вечера и, наконец, расслабиться, не думая ни о чем. Но только спустя целых полчаса девушка смогла принять ванну, ведь ждала, пока нагреется вода, так как нежиться в прохладной она наотрез отказалась, потому что так бы ее настроение пропало вовсе.

После та завернулась в полотенце и принялась таскать воду ведрами, чтобы вылить ее на улицу, вместе с Жасмин, которая с удовольствием помогла девушке. Ариэль поблагодарила ее и ушла в свою комнату, переодевшись, чтобы лечь спать.

Пока девушка лежала в кровати и пыталась заснуть, слышала громкий хохот Романа и «чш-ш!» Жасмин, после которого мужчина замолкал, но спустя какое-то время вновь забывал о том, что они были в домике не одни.

И вправду, подумала Ариэль, в доме были только трое, ведь прислугу Роман распустил, чтобы те не услышали и не увидели ничего лишнего. Но, как не удивительно, Ариэль было комфортно здесь и она не переживала, ведь Роман всегда ее защитит. Поэтому она, зевнув, закрыла глаза и погрузилась в сон...

Ариэль снова чувствует этот колючий песок под ногами, который до невозможности холодный, будто это раскрошенный лед. Ее волосы взлохмачены и лезут в лицо из-за сильного ветра, — такого же холодного. Ариэль ужасается.

«Почему я снова здесь?»

Она не знает ответа на этот вопрос, да и не хочет.

От страха та закрывает глаза и, присев и зажмурившись, обнимает колени. Она хочет проснуться. Хочет, чтобы этот ужасный сон закончился. Но девушка продолжает слышать свист ветра и где-то вдалеке звук бьющихся о скалы волн. Что ей делать?

Ариэль начинает плакать, но почему-то слезы обжигают ее, отчего она открывает глаза и понимает, что что-то изменилось. Или она стала другой... Встав с песка и войдя в ледяную воду, Ариэль понимает, что теперь она не чувствует холода так, как раньше. Теперь ледяная вода не заставляет кожу Ариэль покрываться мурашками. Будто она сама стала льдом.

Девушка хочет закричать, но по иронии судьбы не может, поэтому начинает идти все дальше, больше погружаясь в воду. Она делает это от отчаяния, так как не верит в то, что стала такой ледяной. Что перестала ощущать холод. Ариэль чувствует, что уже по горло в воде, но не думает останавливаться.

Волны все усиливаются, но будто обходят девушку, которая через силу идет вперед, переставая ощущать дно под ногами.

И в тот момент, когда ноги Ариэль больше не чувствуют песчаного дна, девушку что-то тянет вниз, и та погружается в воду, совсем не набрав перед этим воздуха, отчего готова сделать вздох, но держится, терпя боль в легких. Но вдруг, когда Ариэль пытается всплыть на поверхность, ее горло что-то сжимает настолько, что девушка готова кричать от боли. Она идет ко дну, хватаясь за горло, и уже не может терпеть, отчего делает вдох. Но все перед глазами закрывает белая вспышка, заставляющая проснуться...

Ариэль резко открыла глаза, глубоко дыша, и инстинктивно схватилась за горло. Ее тело было в холодном поту, и девушка почувствовала страх в груди. Она глубоко вздохнула, будто воздуха до этого не хватало.

Ариэль ужаснулась, когда вспомнила те страшные картинки из ее сна. Что это значило?.. Девушка не могла понять, почему ей приснилось подобное. Если до этого она не хотела придавать этому значение, то сейчас ужасно боялась, ведь это были уже не просто случайности, — и Ариэль пугало то, что могли пророчить эти «случайности». Но ее мысли прервал тихий стук за дверью, из-за которой вылезло смущенное лицо Жасмин.

— Доброе утро, мисс Бекер, — прощебетала та, войдя в комнату.

— Доброе... Жасмин, пожалуйста, называй меня Ариэль, — произнесла девушка, уставшая от формальностей. В конце концов, возлюбленная ее лучшего друга — ее подруга.

— С радостью, Ариэль!.. Я не хотела тебя будить, но уже почти полдень. Мы с Романом подумали, что у тебя нет желания проваляться весь день в кровати. К тому же, как ты помнишь, скоро прибудет мисс Шелтон.

От такой тирады у Ариэль заболела голова, но она поняла, что и вправду не желала бездельничать половину дня, да и урчание живота проигнорировать не могла. Видимо, вчерашний день так вымотал ее, что девушка была готова поспать еще несколько часов, если бы не страшный сон.

— Я сейчас подам обед, ну для тебя завтрак, — словно прочитав мысли Ариэль, произнесла Жасмин.

— Через пару минут я выйду, — кивнула Ариэль, после чего девушка с лучезарной улыбкой вышла из комнаты.

Ариэль встала с кровати и почувствовала, как ломилось тело, словно это она вчера целый день танцевала веселые пляски. На секунду та подумала, что могла еще поваляться и пропустить обед, но собрала силу, которой с утра была маловато, в кулак и переоделась в домашнюю одежду.

Она не могла не думать о сне, который так волновал ее. Искала нитки, которые могли связывать реальность с ее сновидениями. Пыталась вспомнить больше деталей, способных помочь ей. Но каждая мысль и гипотеза Ариэль не имела смысла, поэтому вскоре девушка сошлась на том, что это просто глупые совпадения, хотя сама в это не верила. Но пусть лучше так, чем ничего.

После Ариэль спустилась вниз и пошла в кухню, где ворковали Жасмин и Роман. Они сидели напротив друг друга и что-то бурно обсуждали, так, что даже не заметили вошедшую Ариэль, которая подавляла смущенные смешки.

— Эй, о чем спор? — внезапно крикнула девушка, желая раззадорить приятелей.

Как Ариэль и ожидала, Роман дернулся, приложив руку к сердцу, а напуганная Жасмин еле слышно вскрикнула.

— Господи, Ариэль! — возмутился Роман. — Ты что, с ума сошла?

Ариэль задорно засмеялась, не в силах остановиться. Напуганные бедные друзья смотрели на нее то ли со злостью, то ли с обидой, но спустя несколько секунд оба улыбнулись, представив себя со стороны.

— Достаточно, мой живот сейчас будет кричать, словно белуга, — произнесла Ариэль, сев на стул. — Может, давайте пообедаем? Что нам посчастливиться трапезничать сегодня? — заинтересованно спросила Ариэль, глядя на Жасмин.

— Сегодня я приготовила суп с морковкой и курицей, — торжественно объявила та, будто наготовила на целый стол. — Наша семья любит этот суп, поэтому, я уверяю, вам он тоже понравится.

— Не сомневаюсь, — произнес Роман, и Жасмин тепло улыбнулась ему.

После довольная Жасмин поставила на круглый стол три тарелки с супом, от которых шел пар. У Ариэль потекли слюнки, ведь от супа исходил очень приятный запах, поэтому, как только Жасмин положила на стол ложку, девушка самая первая начала есть. И она не разочаровалась, почувствовав мягкий вкус морковки и куриного бульона. Ариэль съела все и хотела попросить добавки, но поняла, что не осилит, ведь ее желудок был уже полон.

— Жасмин, ты потрясающе готовишь, — похвалила Ариэль девушку.

Та засмущалась и ответила:

— Спасибо, Ариэль. Я рада, что могу угодить. — После недолго паузы она продолжила: — И да, если у тебя есть желание приготовить что-то самой, то скажи мне, и я с радостью покажу, что и где лежит.

Ариэль застенчиво отвела взгляд и прикусила губу, вспомнив, что почти никогда не готовила.

— Ну, на самом деле я мало готовлю, потому что слуги в нашем поместье делали все за меня. Ты прекрасный повар, поэтому я не смею забирать у тебя место.

Жасмин кивнула и продолжила есть, иногда поглядывая на Романа, который с удовольствием уплетал вторую порцию. А его возлюбленная ела настолько медленно, что суп уже успел остыть, судя по тому, что пара от него уже не было.

— Нужно следить за въездом, ведь скоро приедет мисс Шелтон, — напомнила Ариэль перед тем, как уйти.

— Да, — как-то грустно сказал Роман, и девушка остановилась, нахмурив брови.

— Что-то случилось?

Роман отодвинул пустую тарелку и сложил ладони вместе, словно о чем-то думал. Жасмин, похоже, знала о чем, ведь грустно смотрела на меня.

— Просто... Что ты собираешься делать? Ведь практически все сделано... Тебе уже ничто не мешает покинуть нас вместе с Клинтоном.

Ариэль поняла причину его грусти. Он не хотел терять ее, как и Ариэль не хотела покидать своего друга. Но насколько бы не была сильна ее любовь к нему, она не могла остаться здесь, и это понимал каждый из присутствующих, но не хотел осознавать. По крайней мере, пока Ариэль была рядом.

— Роман... Я дам письмо мисс Шелтон и она при первой же возможности отправит его. Но все зависит от Клинтона — сможет ли он сейчас покинуть семью. Я не хочу делать поспешных выводов, поэтому ничего не буду говорить. К тому же я сама пока ничего не знаю... Самое главное, что сейчас я могу жить для себя. И я все равно не задержусь здесь — выход в любом случае найду.

— Ладно, — выдавил из себя Роман, и Ариэль вернулась в свою комнату, сдерживая слезы.

Она любила Романа больше жизни. Он был ей верным другом и мудрым соратником. Она могла доверить ему все свои секреты и сопереживания. Ариэль даже думать не хотела о том, как будет переживать разлуку с ним, — а еще больше не желала представлять, как будет мучиться Роман. Она надеялась, что Жасмин поможет ему, ведь девушка и вправду любила его. Но, к сожалению, ее милый друг жил в мире, где нет места Ариэль, которая желала свободы, но была не в силах получить ее здесь. Она не могла остаться, поэтому ей придется пожертвовать многим...

До возвращения мисс Шелтон Ариэль лежала с пустой головой, даже не желая спускаться вниз, боясь напомнить себе о том, что скоро наступит то время, когда она больше не услышит голос Романа. Казалось, ей следовало больше времени проводить с ним, чтобы запомнить таким, каким он есть, но это больше походило на прощание, которое Ариэль все оттягивала. Поэтому она просто слушала звонкий смех Жасмин и улыбалась, словно сумасшедшая.

— Ариэль, там карета приехала! Наверняка мисс Шелтон, — ворвалась запыхавшаяся Жасмин в комнату Ариэль, тем самым немного напугав ту.

После девушка вскочила и побежала вниз, накинув пальто на плечи. И вправду, на улице Роман помогал мисс Шелтон с вещами. Ариэль широко улыбнулась и, несколько раз споткнувшись, побежала в объятия гувернантки, которая встретила ту с такой же теплой улыбкой.

— Мисс Шелтон! — радостно закричала Ариэль. — Вы хорошо доехали?

— Да, милая, все в порядке, — сказала гувернантка, прервав объятия.

После, спровадив кучера, все пошли в дом, попутно слушая бурчание Романа, который жаловался на слишком тяжелый сундук. На это Ариэль и мисс Шелтон лишь хихикали.

Войдя в дом, гувернантка познакомилась с Жасмин, которая тоже очень понравилась женщине своей скромностью и миловидным личиком. Она отметила, что пышные формы придавали девушке некую статность, что очень ценится. И гувернантка произнесла это вслух, отчего почти каждый присутствующий засмущался, но Жасмин поблагодарила женщину, ведь та совсем не хотела обидеть ее.

После мисс Шелтон расположилась в комнате, которая была меньше комнаты Ариэль, но зато находилась рядом, — так захотела девушка, а мисс Шелтон не стала возражать.

Ариэль не стала терять времени и достала свое откровенное письмо из-под подушки и направилась к мисс Шелтон, которая разбирала свой скромный, но тяжелый сундук. Девушка хотела как можно скорей оповестить Клинтона и получить его ответ, потому что теперь она была готова.

— Мисс Шелтон, я написала письмо, — произнесла Ариэль, протянув гувернантке конверт. — Только не вскрывай! Ты должна как можно скорее отправить это Клинтону, хорошо?

Мисс Шелтон почему-то помедлила с ответом, словно в чем-то сомневалась, но, спрятав письмо в карман своего платья, твердо сказала:

— Да, милая, завтра же найду того шустрого мальчика. Он, хоть и не за бесплатно, но доставит письмо по адресу без лишних глаз.

Ариэль благодарно кивнула мисс Шелтон и ушла в свою комнату, думая о том, как же все-таки хорошо быть любимой.

Спустя некоторое время гувернантка и Ариэль решили прогуляться по окрестностям. На улице было прохладно, но ветер уже успел утихнуть, поэтому распущенные темные волосы Ариэль не лезли той в глаза. Вдыхая прохладный воздух, легкие освежались, благодаря чему девушка чувствовала легкость. Сегодняшняя погода ей приходилась по душе, хотя та все равно вспоминала тот слякотный день, когда дождь омывал ее милое лицо. Странно, почему она стала чаще вспоминать о той погоде, к которой ранее испытывала отвращение? Ариэль все больше задавалась этим вопросом, но ответить на него не могла.

Когда девушка вновь подошла к тому обрыву, она почувствовала укол в сердце. Почему-то в этот раз, смотря на угнетающую высоту и огромное пространство под ногами, заполненное красивыми, но мрачными елями, Ариэль испытывала больший страх, чем когда увидела это в первый раз. Теперь она не могла назвать это место красивым, словно за день что-то поменялось. И посмотрев на серый пляж, где даже птицы не осмеливались гулять, Ариэль поняла, что же ее так пугало...

Она смотрела в одну точку около десяти минут, прокручивая в голове тот ужасный сон. Пыталась понять, такой ли колючий этот песок, каким она его ощущала во сне. И был ли он таким холодным? Может, это Ариэль сходила с ума и, сама того не осознавая, пыталась найти сходства между своим сном и пляжем внизу? Возможно. Она смотрела на сине-голубое полотно, от которого веяло холодом, ведь то было Северным морем... Волны звали Ариэль, словно были сиренами с прекрасным голосом. Она думала, что сейчас из морской пены выплывут прекрасные девушки с золотыми хвостами, которые будут манить ее, призывать руками, причесывая длинные темные волосы. Но девушка даже не хотела и на шаг приближаться к этому месту, боясь удостовериться в своих домыслах.

Поэтому мисс Шелтон с девушкой пошли в лес, где было намного спокойней и красивей. Ели не слушались осень, оставляя себе зеленый наряд, но в тоже время не позволяя дотронуться до него. Порой на пути попадались лесные жители, но они сразу же убегали.

— Мисс Шелтон, что говорит матушка? — спросила Ариэль, перелезая через упавшее дерево.

— Не беспокойся, милая, она ничего не заподозрила! — Ариэль облегченно вздохнула. — Правда она хотела приехать к тебе, навестить, но я отговорила ее. Сказала, что тебе с Романом будет не до разговоров с ней, — усмехнулась мисс Шелтон.

— Разве она не поинтересовалась, почему ты осталась в поместье?

— Я придумала гипотезу, ой! — неожиданно закричала мисс Шелтон, остановившись. Она закрыла рот рукой и присела.

— Что случилось? — прошептала Ариэль.

Гувернантка пальцем показала куда-то вперед, после чего Ариэль увидела оленя, который расхаживал и, видимо, искал пищу. Он был большим, с массивными рогами, а его плавной походке можно было только позавидовать. Олень был таким величественным, что девушка испугалась и тоже присела. Хоть это и травоядное животное, но его габариты заставляли самосохранению проявить себя. Олень еще походил, а потом растворился в гуще голых деревьев.

— Господи, кто знал, что здесь такая живность есть, — выдохнула мисс Шелтон, по-прежнему держа руку на сердце.

Ариэль пожала плечами и пошла дальше, даже не боясь встретить еще кого-нибудь. А мисс Шелтон противилась, ведь чем дальше в лес — тем больше загадок, и не всегда приятных. Но девушка решила уберечь от инфаркта гувернантку, пойдя ей навстречу, поэтому они пошли обратно к домику, — да и к тому же Ариэль почувствовала, как ноги начали мерзнуть.

— Ну так вот, — продолжила мисс Шелтон, — сначала она, конечно, задумалась, но я сказала, что у Романа в домике много слуг и мое присутствие необязательно. Потом добавила, что мои вещи в карету не влезли, поэтому пришлось ехать в поместье. Вроде поверила, — заключила гувернантка.

Остальной путь прошел в молчании. И дойдя до домика, Ариэль даже не взглянула в сторону пляжа, занятая мыслями о том, когда же она увидит Клинтона...

Два дня спустя

Два дня пролетели слишком быстро для Ариэль. Все это время она проводила со своими друзьями и гувернанткой, которая охотно помогала девушке в быту, так как та совсем не привыкла хозяйничать, но уже училась этому, ведь знала — Клинтону будет не до готовки и уборки. Девушка чувствовала себя как дома, в настоящем доме, где тебя любят и ценят. Там, куда ты хочешь возвращаться. Странно, но загородный домик Романа стал для Ариэль настоящим пристанищем всего за несколько жалких дней. Но они успокаивали ее, укрепляли надежды на то, что все будет хорошо — это ей и вправду помогало. Каждый раз когда Ариэль делилась страхами, ее не упрекали, как принято было делать в поместье Бекер, а наоборот, слушали и подбадривали.

Хоть и основные бытовые задания выполняла мисс Шелтон, другие тоже помогали ей. Например, Жасмин учила ее готовить некоторые блюда, Ариэль старалась тщательно мыть полы и вытирать пыль, а Роман не позволял гувернантке таскать тяжести. Они чувствовали себя командой и самое прекрасное, что так и было — каждый помогал искренне, без доли эгоизма. Ариэль чувствовала себя так комфортно, что не хотела покидать это место, хоть и понимала, что если не она, то сам домик покинет ее... Но воспоминания девушка сохранила в надежном сейфе — в своем сердце. И теперь они грели ее.

Все сидели на кухне за круглым столом и бурно обсуждали всякую чепуху, пока мисс Шелтон, иногда вставляя свои заумные реплики, готовила какой-то обед.

— Да я здесь волка видел! Они бродят здесь по ночам! — кричал Роман, бурно жестикулируя.

— Да ты врешь! — отказывалась верить Жасмин. В ее глазах показался страх, хотя она по-прежнему звонко смеялась.

Ариэль почти не участвовала в этом споре, лишь подхватывала смех друзей и порою советовалась с мисс Шелтон по поводу обеда. На самом деле Ариэль хотела есть. Ее аппетит увеличился, когда кухня пропиталась приятным запахом, от которого текли слюнки.

В последнее время девушка заметила, что она стала поправляться. Хотя за такой срок почти нереально увидеть изменения, но Ариэль была уверена, что ее слишком худой живот немного увеличился. Хотя, возможно, она просто хотела в это верить.

Обед был уже на подходе, и все собирались трапезничать, но в дверь кто-то постучал...

Все замерли, кто-то даже перестал дышать от страха. Ариэль и Роман переглянулись, и в их головах засела одна и та же мысль, но верить в нее они не хотели, хотя приезд миссис Бекер был бы не таким страшным. Но девушка почему-то напряглась так, словно за дверью стояла сама смерть. Она сразу почуяла неладное.

Без лишних слов Роман встал из-за стола и, окинув всех присутствующих беспристрастным взглядом, растворился в дверях. Повисла такая давящая пауза, что Ариэль чуть ли не задохнулась, потому что только потом поняла, что именно она не дышала.

— Добрый день... — послышался голос Романа. Такой удивленный, даже шокированный.

И потом Ариэль услышала тот самый тембр, который хранился в ее сердце. Который она узнала бы из тысячи.

— Добрый. Вы Роман Флэтчер?

Дальше девушка была словно в тумане. Она перестала чувствовать ноги, потеряла контроль над разумом — слышала лишь учащенное биение своего трепетного сердца, которое хотело выскочить из груди, опередив тело. Ариэль мгновенно встала и побежала в коридор, не ощущая под ногами пола — она словно летала на крыльях, которые выросли буквально за секунду. Она бежала, надеясь на то, что это не сон. Что это не плод ее воображения и что она не сошла с ума. Хотя, возможно, так и было, потому что разум стал неподвластен Ариэль, когда она увидела Клинтона...

Он стоял с сумкой в руках, в смешной черной шапке и свободных штанах, словно собирался впопыхах. Его волосы небрежно торчали из головного убора, а руки были в перчатках. На лице Клинтона не было улыбки, но когда его томный голубоглазый взгляд упал на милую Ариэль, он расцвел, словно бутон цветка. Его до этого печальные глаза стали такими счастливыми, что Ариэль не поверила им. Разве может человек быть таким счастливым? Девушка усмехнулась этим мыслям, ведь наверняка она выглядела еще глупее. Хотя можно ли назвать счастье глупостью? Возможно, но не сейчас...

Ариэль словно сумасшедшая, не видя на пути Романа, побежала в объятия Клинтона. Она не верила, что обнимала свою любовь. Обнимала Клинтона, который стал для нее непостижимой мечтой. Ариэль почувствовала горячие слезы и зарыдала еще сильней, прислоняясь щекой к колючей щеке Клинтона. Его же руки стискивали Ариэль с такой силой, что девушке было сложно дышать. Но даже если бы он и задушил ее, она не была против, ведь умерла бы в его сладких объятиях.

Он посмеялся и посмотрел Ариэль в глаза. О боже, эти голубые глаза, в которых хотелось утонуть, забрав себе самые красивые камушки со дна! Они были пристанищем для Ариэль. Там она могла найти и любовь, и поддержку... Его лицо такое родное, но стало чужим за столь долгий период времени. Ариэль заметила, что выступили синяки под глазами, морщинки стали заметней и в целом лицо стало измученным... Хотя голубые глаза все равно были прежними.

— Господи, милая Ариэль! Моя любовь, — прошептал Клинтон, прислонившись ко лбу Ариэль. Он сдерживал слезы, ведь был так счастлив видеть свою ненаглядную, о которой были его сны. Которая в кошмарах спасала его от монстров.

— Клинтон! — простонала Ариэль, пытаясь разглядеть черты мужчины сквозь слезы, которые размывали все вокруг.

Это был самый счастливый момент за все это время. Ариэль рыдала, потому что не верила, что он здесь. Что она обнимала Клинтона, а не свою заплаканную подушку. Ее тело желало раствориться в мужчине, чтобы никогда не отдаляться от него. Жаль, что это было нереально... Но Клинтон обнимал ее так крепко, что Ариэль решила остаться в своем теле, потому что знала, как тот будет скучать по ее тонким кистям и бледному лицу.

Они не хотели прерывать объятия даже спустя несколько минут. Они боялись, что снова потеряются и не смогут найти друг друга. Какая мука все-таки не видеть свою любовь. И они не хотели переживать это снова, ведь кто знает, смогли бы...

Их нельзя было назвать одержимыми, ведь они различали реальность и мираж. Но в этот момент они позабыли все на свете, видя перед собой только любимого. Только свою жизнь...

— Я так боялся, что не успею, — прошептал Клинтон, сжав руку девушки.

— Но мы вместе...

Ариэль запоминала запах Клинтона, его черты лица и атмосферу, которая становилась такой теплой и приятной вокруг него. Они простояли так, пока не подошел Роман:

— Я... Не хочу вас отвлекать, но, — замялся тот, испытывая неловкость, — как ты здесь оказался? В смысле, это очень радостное событие, Ариэль ждала тебя, но как ты объяснишь столь внезапное появление? — спросил Роман, смотря на Ариэль, которая никого не слышала и светилась от счастья.

— Я получил письмо Ариэль и понял, что медлить больше нельзя. Взял вещи, — Клинтон кивнул на сумку, по-прежнему обнимая любимую, как бедного щеночка, — и пришел сюда.

— Но как ты нашел этот домик?

— Мальчишка, который принес мне письмо, объяснил, куда идти...

— Но семья? Ты же говорил?.. — встрепенулась Ариэль.

— Не беспокойся, — перебил Клинтон, — моя семья в полном порядке. Матушке предложили работу переводчика. Мистер Леман сполна заплатит им, и я уже...

— Что? — округлил глаза Роман. — Мистер Леман? Джозеф Леман?!

Клинтон медленно кивнул, искренне не понимая причину удивления мужчины. Собственно, Ариэль тоже была в недоумении.

— Джозеф Леман отец Жасмин... Правда, она с ним не общается, — грустно заключил Роман.

— Почему же?

— История схожа с историей Ариэль. Он хотел выдать ее замуж, но она посмела перечить отцу, поэтому живет там, где ее приютили.

Ариэль даже удивилась, ведь знала про девушку слишком мало. Хотя ведая теперь такими грустными аспектами ее жизни, Ариэль со стыдом призналась, что не хотела знать подробности, чтобы не переживать лишний раз и не питать негатив — все-таки ей стоило сохранять лишь оптимизм, которого знатно прибавилось, когда появился Клинтон.

— Пойдемте в дом, — махнул рукой Роман, и Клинтон, подхватив сумку, в которой что-то брякнуло, с Ариэль пошли в дом, не желая держать какую-либо дистанцию — они и так слишком много времени провели в разлуке.