часть 5.
утро было пасмурным. дождь ещё не начинался, но воздух будто был насквозь влажный, серый, тяжелый. эмма вошла в здание универа, чуть поёживаясь в своём оверсайз-свитшоте, с термосом кофе в руках и мешками под глазами. кудрявые волосы запутаны, ресницы даже не накрашены. она явно встала минут тридцать назад, и всё ещё не отошла от сна.
но главное — это не недосып.
а то, что она до сих пор не может забыть, как дженна её держала. царапала. кусала.
и теперь каждое движение — даже лёгкий наклон — напоминал.
у неё на шее был тонкий фиолетовый след, еле прикрытый воротником. на бедре — целая полоса укусов. грудь — до сих пор болезненно откликалась даже на ткань.
она зашла в коридор и чуть не выронила термос, когда увидела её.
дженна стояла у окна, одна, как обычно. в чёрной водолазке, джинсах, с капюшоном куртки, свисавшим на плечи. волосы были распущены, взгляд — отстранённый. она держала телефон в руке, вторую засунула в карман.
и всё равно выглядела как персонаж, которого нарисовали отдельно от всех остальных. неприкасаемая. недоступная. чужая.
эмма замерла.
и повернула голову в сторону.
просто не могла смотреть ей в глаза. не после того, как… ну… после всего.
она прошла мимо, быстро, будто спешит. сердце колотилось где-то в животе.
но даже не видя — она чувствовала её взгляд.
спокойный. ровный. изучающий.
и дженна действительно посмотрела. взгляд у неё был тяжёлый, прямой, почти равнодушный — если бы не чуть дёрнувшийся уголок губ, когда она заметила синяк на шее эммы, почти спрятанный под тканью.
на улице было прохладно, воздух тянул сыростью, и эмма, поёживаясь, прижалась к стене корпуса. она достала пачку чапмана, щёлкнула зажигалкой, затянулась и прикрыла глаза.
дым щекотал горло, пальцы дрожали, и не от холода.
сердце всё ещё било тревогу.
особенно когда в голове всплывали картинки — как дженна склонялась над ней, как прижимала к стене, как хватала за талию, как шептала гадости в ухо.
и теперь каждый раз, когда кто-то смотрел в её сторону, казалось, что всё написано на лице.
она нервно скинула пепел и не сразу заметила, что дверь сзади открылась.
на улицу вышла дженна.
всё в том же чёрном, волосы распущены, глаза прищурены от света.
она не сразу заметила эмму — но когда увидела, на секунду замерла.
и всё-таки подошла ближе.
эмма напряглась, чуть опустила взгляд, затянулась снова.
— э… привет… — выдохнула неловко, не поворачивая головы.
дженна ничего не ответила, только кивнула, она встала рядом.
не вплотную — но и не слишком далеко.
пара секунд молчания, только дым и шум проезжающей мимо машины.
дженна бросила взгляд на неё — спокойный, холодный.
и заметила то, что было видно только при определённом наклоне — фиолетоватый след на шее, выглядывающий из-под свитшота.
эмма тоже это поняла. она чуть дёрнулась, опустила руку, будто хотела закрыть.
но дженна оказалась быстрее.
молча, одним движением, подняла ворот свитшота эммы повыше, прикрывая след, как будто это само собой разумеющееся.
пальцы дженны на мгновение коснулись её ключицы.
ни слова.
только взгляд — быстрый, прямой.
и снова — ровное лицо.
эмма онемела.
внутри всё стукнуло, подкосилось.
она лишь слабо кивнула, затушила сигарету и попыталась не смотреть в её сторону.
а дженна достала свою, закурила, и, не глядя на неё, бросила:
— не кури так много.
и затянулась.
эмма шла чуть позади, уже докурив, и при этом двигалась как-то неуверенно, будто в теле что-то не так тянуло. по лицу у неё было видно: ей не очень. не болела, не заболела — просто дженна ей там конкретно всё разорвала.
две ночи прошло, а она до сих пор чувствовала каждый сантиметр. особенно когда садилась. или поднималась по лестнице.
и ещё эти синяки — на шее, на груди, на бёдрах. она старалась не обращать внимания, но тело подсказывало: всё было реально жёстко.
они стояли у входа в корпус. дженна докуривала, смотрела на неё искоса, и даже если лицо оставалось холодным, взгляд её был внимательный. слишком внимательный.
она заметила, как эмма чуть прикусила губу, когда потянулась, и как при шаге она скривилась на долю секунды.
— тебе хуёво, да? — произнесла дженна без всякой жалости, просто констатируя.
эмма вспыхнула, как всегда.
— н-нет… ну… просто… всё нормально, — пробормотала она, явно пытаясь сохранить лицо, хотя видно было — ни хрена не нормально.
и тут — неожиданно, совершенно не в духе дженны — она просто сделала шаг ближе и обняла её.
не за плечи, не неловко. по-настоящему. одной рукой за спину, другой прижала к себе за талию.
нежно. но с таким спокойствием, как будто это что-то привычное.
как будто она это делала каждое утро.
эмма тут же вся покраснела до ушей, чуть не задохнулась, и, не зная, куда деть руки, просто прижалась щекой к груди дженны, уткнулась в куртку и стояла в шоке.
внутри всё сгорело, всё плавилось.
она даже не знала, засмеяться ей, заплакать или умереть.
а дженна прошептала:
— говори, если что-то не так. я не специально.
эмма стояла в обнимку с дженной, вся горячая, как будто кровь внезапно стала кипятком. в груди щекотало, в горле пересохло, а руки тряслись, но она всё равно медленно, будто боялась сделать что-то не так, обняла дженну в ответ. прижалась щекой к её ключице, руки обвила вокруг талии, аккуратно, нежно, даже немного неуверенно.
она не хотела отпускать.
и не хотела, чтобы дженна её отпустила.
она чуть выдохнула, проглотила волнение и, совсем тихо, с дрожащим голосом спросила:
— дженна… а мы же с тобой… подруги, да?..
глупый вопрос. особенно после того, как та её трахала так, что ходить больно.
но эмма не знала, как иначе спросить: я тебе хоть чуть-чуть нужна? хоть на что-то?
дженна чуть отстранилась, посмотрела на неё спокойно. в её лице не дрогнуло ни мышцы.
она не стала ничего говорить.
просто кивнула. один раз. коротко. уверенно.
и этого эмме хватило.
она едва не расплылась в улыбке, но сдержалась.
в голове было только одно: мы подруги. я для неё хоть кто-то. хоть немного… но кто-то.
в груди — сразу потеплело, как будто внутри разожгли костёр.
она прижалась сильнее, совсем на секунду, потом медленно отпустила дженну, снова покраснев.
и сделала вид, что всё в порядке.
как будто этот момент не был самым счастливым за последние недели.
дженна выдохнула, бросила окурок в урну и глянула на эмму. взгляд всё ещё немного напряжённый, но уже не такой отстранённый, как раньше. теперь в нём была тень чего-то другого. может, даже заботы.
— иди на пару. опоздаешь, — сказала она сухо, без всяких нежностей, но голос прозвучал мягче, чем обычно.
эмма тут же кивнула, как будто это был приказ.
— угу… да, хорошо, — пробормотала она, опуская глаза и поправляя лямку рюкзака.
она сделала шаг назад, посмотрела на дженну ещё раз — быстро, будто украдкой — и пошла в сторону корпуса. шла быстро, стараясь не оглядываться, но не могла не улыбаться.
внутри всё горело.
от этих слов, от того, как дженна подняла воротник, от того, что назвала её подругой, от того, что вообще обратила на неё внимание так просто, по-человечески.
дженна смотрела ей вслед пару секунд, потом отвернулась и направилась в другую сторону — к старшему корпусу. всё-таки она была четвёрокурсницей. с другими предметами. с другими людьми.
вечер наступил быстро. холодный октябрь с каждой минутой будто становился всё злее — ветер обдувал до костей, солнце почти исчезло, и фонари на улице уже мерцали жёлтым светом. эмма вышла из корпуса вместе с подругой лией, посмеялись, обнялись на прощание, и та ушла первой.
эмма осталась одна на крыльце. она поёжилась — под свитшотом ничего, кроме лифа, джинсы широкие, продувает на раз-два. пальцы рук заледенели, даже держать телефон было неприятно.
и тут она заметила дженну.
та сидела одна на лавочке во дворе, ближе к деревьям, почти в тени, как всегда — отдельно от всех. в тёплой куртке, чёрной, плотной, с поднятым воротом, с сигаретой в пальцах. короткие волосы чуть развевались от ветра, глаза опущены вниз, ноги скрещены. она будто растворялась в этом сером фоне, вся в себе, отстранённая, молчаливая, как всегда.
эмма замедлила шаг. потом всё-таки собралась с духом и неуверенно подошла.
— эй… привет… — тихо, почти на выдохе.
дженна подняла на неё взгляд.
медленно кивнула.
— садись.
эмма аккуратно опустилась рядом, стараясь не дрожать слишком явно, но это было сложно — холод пробирался под одежду, через поясницу, между лопатками, даже на груди ощущалось как будто ледяной воздух внутри. зубы почти стучали.
дженна косо посмотрела на неё. долго, молча. и не говоря ни слова, расстегнула свою куртку и перекинула её на плечи эммы. просто вот так, буднично, спокойно, как будто это не было чем-то особенным.
эмма замерла, глаза распахнулись, она вжалась в эту куртку, сразу почувствовав тепло, её запах, мягкую подкладку, и просто вся залилась краской.
— спасибо… — пробормотала она смущённо, опуская голову.
внутри всё горело, и совсем не от температуры.
просто… дженна. рядом. рядом и тёплая.
а дженна продолжила курить. будто ничего не произошло.
только взгляд её задержался на щеке эммы чуть дольше, чем нужно было.
ветер всё ещё был резким, но под курткой дженны стало заметно теплее. эмма сидела, прижавшись плечом к спинке лавки, стараясь не смотреть прямо на неё, но боковым зрением ловила каждый жест, каждое движение — как дженна держит сигарету, как чуть щурится от дыма, как поправляет волосы.
в какой-то момент дженна вытянула из пачки вишнёвый чапман и повернулась к эмме.
— будешь? — спросила спокойно, глядя прямо.
эмма тут же закивала.
— ага…
дженна коротко хмыкнула, зажала сигарету губами, щёлкнула зажигалкой, подкурила.
потом вынула её, повернулась к эмме и, не спрашивая больше ничего, протянула прямо к её лицу, вложила между её губ.
пальцы дженны коснулись подбородка эммы — быстро, уверенно.
на фильтре остался след вишнёвой помады, тёплый, мягкий.
эмма чуть не задохнулась — не от дыма, а от самой дженны.
у неё всё внутри сжалось. сердце стучало где-то в ушах.
эта сигарета казалась интимнее поцелуя.
в её голове было только: она же сама мне вложила… губами держала…
от этой мысли она буквально таяла. глаза чуть прикрылись, щёки покраснели, дыхание сбилось.
и даже табак с вишнёвым привкусом казался вкуснее обычного.
она повернулась к дженне, с сигаретой в губах, и посмотрела на неё снизу вверх — смущённо, с благодарностью, с каким-то внутренним трепетом.
а дженна просто смотрела вперёд, курила, будто ничего такого не случилось.
но уголок её губ чуть дёрнулся.
чуть-чуть.
они докурили почти одновременно. ветер уже не был таким ледяным — возможно, из-за сигарет, возможно, из-за этой общей тишины между ними.
дженна выбросила окурок, посмотрела на эмму и вдруг, будто между делом, сказала:
— пойдём ко мне?
замолчала на секунду, добавила:
— с арчи познакомлю, если хочешь.
эмма чуть не поперхнулась воздухом.
— ч-чего?..
но сразу же кивнула, не успев даже подумать.
— конечно!
они пошли в сторону центра, через пару кварталов, без особых разговоров.
дженна шла чуть впереди, руки в карманах, шаг уверенный. эмма — немного сбоку, чуть позади, всё время бросая на неё взгляды. сердце билось от волнения: она зовёт меня к себе. домой. меня. эмму. к себе домой.
поднялись на третий этаж по старой, скрипучей лестнице.
панелька, облупленные стены, тусклый свет в подъезде.
дженна достала ключи, вставила в замок, открыла дверь и, не говоря ни слова, пригласила её внутрь жестом. эмма прошла первой, снимая кеды, и неловко вернула ей куртку, как что-то святое, почти с поклоном.
квартира была совсем не такой, как эмма ожидала.
никакой мрачности — наоборот, уютная, с тёплым светом, книжные полки, мягкий диван, серые стены, комнатные растения. тихая крепость интроверта.
всё пахло чем-то древесным и едва уловимым женским ароматом.
и тут из соседней комнаты вылетел огромный доберман.
он подбежал, залаял глухо, поднял уши и радостно заскулил, увидев дженну. дженна сразу присела на корточки, гладила его за ушами, и тот почти прыгал от радости.
эмма же, увидев этого пса, вскинулась, вжалась в стену и испуганно спряталась за дженну, глядя на добермана как на зверя-убийцу.
— боже, он огромный… — пробормотала она.
дженна усмехнулась и бросила через плечо:
— не бойся. он добрый. просто сначала всех пугает.
доберман посмотрел на эмму, как будто оценивая.
напряжение висело в воздухе секунду, две — и вот он медленно подошёл, протянул морду и ткнулся носом в её ладонь, эмма аж замерла.
а потом — тихо, осторожно — погладила его между ушей.
арчи фыркнул и сразу облизал её руку.
эмма хихикнула, чуть расслабившись.
— ну всё… мы с ним теперь друзья, да?
дженна только кивнула, усаживаясь на диван.
— повезло тебе. он не всех сразу принимает.
эмма смущённо улыбнулась и погладила пса по его гладкой шерсти.
дженна кивнула в сторону коридора:
— проходи.
эмма нервно сглотнула, стянула с себя рюкзак, аккуратно поставила к стене и, будто в чужом сне, пошла вперёд.
вместо кухни или зала — дженна резко свернула в спальню.
эмма встала как вкопанная у двери, глаза распахнулись:
блядь, спальня?! серьёзно?! прямо вот так?!
комната была в тёплых тонах, с мягким серым пледом, наволочками и идеально заправленной постелью. минимализм, чистота, та же энергия, что и во всей квартире — тихо, уютно, но по-взрослому.
эмма слегка округлила глаза и пробормотала, сама не веря:
— эээ… мы… сюда?..
внутри у неё паника: ну всё. опять трахаться? я только-только отходить начала. может, она думает, я какая-то лёгкая?! или я просто удобная?!
она села на край кровати, не зная, куда деть руки.
и тут арчи, будто чувствовал обстановку, с разбегу прыгнул на кровать и развалился поперёк подушек, вытянув лапы.
дженна усмехнулась, пожала плечами:
— он первый, как всегда.
сама села рядом, достала телефон, чуть подвинулась и, включив экран, просто сказала:
— ложись. тикток будем смотреть.
эмма выпала на секунду.
всё? никакого секса? просто… тикток? в кровати?..
но послушно улеглась рядом, плечом касаясь дженны, и прижалась спиной к горячему боку арчи.
на экране заиграла тупая нарезка с мемами и кринжовыми танцами.
дженна не смеялась. просто листала.
эмма — лежала молча, глядя то на телефон, то на неё.