Чудоземье: Зов Древа

Тьма опустилась внезапно. Лиана стояла в лесу, полном аромата и света. Дышать было легко, даже слишком, как будто воздух сам вливался в лёгкие. Всё вокруг сияло: густая трава цвета изумруда ласкала щиколотки, цветы с тонкими лепестками тянулись к её ногам, переливались розовым и сиреневым. Птицы в высоких кронах выводили звуки, похожие не на пение, а на живые переливы. Было.. красиво. Неправдоподобно красиво. Сказочно, почти как в снах детства, где не существует боли.

Вдали она увидела дерево. Огромное, величественное, чья крона пронзала небо, растворяясь где-то в белизне. Сердце дрогнуло – неужели это было оно? То, о чём говорили с уважением. То, о чём она читала в древних залах и слышала на уроках. Древо Жизни.

Она стала двигаться к нему – шаг за шагом, по мягкой траве. Мимо цветов, мимо блестящих капель росы, в которых отражалось небо. Лес оставался ласковым, но с каждым шагом что-то менялось, почти незаметно. Сначала птицы замолкли, затем цветы перестали качаться. Трава потемнела, запах исчез. Остался лишь сухой привкус в воздухе, как от заброшенного чердака.

Лиана остановилась. Позади было светло, а впереди – тьма. Словно кто-то смыл краски, оставив только серый, выцветший мир. Дерево всё ещё стояло, но теперь его ствол казался не живым, а мёртвым, листья серыми, крона молчаливой.

Она обернулась – леса позади не было, остался только сухой мрак. Всё вокруг выцвело. Животные исчезли, ветки не шевелились. Ни ветра, ни звука, ни света. И только одно.. Под ногами, сквозь полупрозрачную землю, светились корни. Тонкие, изломанные, уходящие глубоко вглубь, но пульсирующие серебром. Они мерцали, будто звали.

Она двинулась дальше, уже не решая, как будто ноги сами шли, ведомые этой подземной сетью. Страх рос, но он не мог остановить. Как будто кто-то вложил в неё путь, который нужно пройти, несмотря ни на что.
Эльфийка подошла почти вплотную к стволу. Взгляд поднялся вверх, выше, выше – туда, где уже не было видно конца. Дерево больше не выглядело святым. Оно было древним, больным, огромным, слепым и.. голодным.

И тогда, где-то внутри, не словами, не звуком, а чем-то гораздо глубже, она услышала: помоги мне..

Лиана замерла, с трудом оторвав взгляд от кроны. Прошептала в пустоту:
— Как? Что с тобой? Как я могу помочь?

Ответа не было. Точнее, был. Но другой.
Корни зашевелились. Не те, что светились под землёй, а другие – чёрные, изломанные, как пальцы. Они вздрогнули, дёрнулись вперёд и обхватили её за лодыжку.

Она вскрикнула, отшатнулась, но поздно.

...впитать тебя. вернуть себя.

Голос был хриплым, гулким. Не просто в голове – он будто тянул изнутри, разрывая. Лиана попыталась вырваться, но корни уже скользнули вверх. За руку, за талию.

— Нет! — закричала она, падая на спину. — Нет, не надо! Отпусти! Пожалуйста! Я не могу тебе помочь! ОТПУСТИ!

— Прости, Лиана, — прошептал Каэль. — Я не могу отпустить тебя. Не сейчас. Всё скоро закончится..

— Пожалуйста.. — её голос дрогнул, уже громче, уже с отчаянием. — Прошу, отпусти меня.. хватит.. нет.. не тронь.. я не могу тебе помочь.. Пожалуйста.. отпусти!

И вдруг – тишина. Её тело обмякло, словно струны оборвались. Изо рта вырвался странный, глухой стон. Каэль и Аэнар замерли, переглянулись.

Кассандра, стоявшая у стола, резко побледнела. Её лицо вытянулось.
— Древо побери.. — прошептала она, потом резко повернулась к полкам. — Мне срочно нужен синий мешочек. На нём звезда. Слышите?! Синяя ткань, метка звезды! Быстро!

Все вскочили.
Аэнар метнулся к нижним ящикам. Каэль развернулся к другому шкафу. Шуршание, перестукивание, дыхание, паника. Даже Элари, всё ещё дрожащая, взлетела и заметалась по верхним полкам, отодвигая склянки, коробки, стопки листьев, стараясь ничего не уронить.
— Нашла! — вслух наконец выкрикнула она. — Вот он!
Мешочек слетел в руки Кассандре, она тут же разорвала завязки, достала оттуда кусок чего-то сухого, серо-синего, с почти прозрачными волокнами. Смолола его, не дожидаясь ступки, прямо на дощечке, быстрыми движениями.

Каэль спросил, с трудом удерживая голос:
— Что происходит?

Аэнар, опустив пальцы к её шее, вдруг замер. Его глаза расширились.
— Пульса нет..

Кассандра молола быстрее, яростнее. Закончив, она метнулась к Лиане, всыпала порошок ей в рот.
— Вода! Быстро!

Каэль бросился к столу, схватил ближайший кувшин, налил в чашу, передал. Кассандра залила воду прямо в горло, эльфийка не сглатывала.
— Проглоти! — шептала Кассандра, — давай же, давай..

Аэнар начал дышать резко, отрывисто, взгляд метался. Каэль стоял сжимая пальцы, как будто весь сам сгорбился в ожидании.
— Что с ней? — выдохнул он.
— Тсс! — прошипела Кассандра, приложив ухо к её губам. Проверила пульс, дыхание. Ничего. Снова бросилась к полке, достала банку – внутри сушёные травы, резкий запах. Открыла, поднесла к носу Лианы.
— Ну же, вдыхай! Вдыхай.. — пробормотала она сквозь зубы.

Аэнар оттолкнул её не резко, но решительно. Поднял голову эльфийки, осторожно, но крепко. Другой рукой подвёл банку ближе к её лицу.
— Принцесса.. — прошептал он так мягко, что голос казался почти чужим. — Очнитесь!

Элари подлетела ближе, лицо её было белее обычного. Она дрожала, глядя на Лиану. Зельеварщица стояла в напряжении, как натянутая струна.

И вдруг, спустя мгновение, вдох. Слабый, короткий, но настоящий. Все замерли. И снова – вдох, чуть глубже.
Каэль прикрыл глаза, Аэнар сделал судорожный выдох. Он поднёс банку ещё ближе, но Лиана дёрнулась, закашлялась, нос сморщился от резкого запаха. Она почти вывернулась от него.

— Всё, — сказала Кассандра быстро, вырывая банку из его рук. — Хватит. Этого достаточно.

Она закрутила крышку, поставила на полку обратно. Аэнар осторожно опустил голову Лианы на подушку. На миг воцарилась тишина. Никто не шевелился. В этот момент эльфийка резко поднялась, наклонилась вперёд, а затем её вырвало. Прямо в ведро, уже готово стоявшее рядом. Каэль инстинктивно шагнул ближе, поддерживая её за плечи. Элари зажала рот крыльями, как будто и сама почувствовала волну тошноты. Аэнар опустил глаза, тяжело дыша.

Зельеварщица выпрямилась, отступила назад и наконец заговорила:
— Самое ужасное позади.

Лиана слабо откинулась обратно на подушку. Плечи её дрожали, кожа на лице стала багровой – от напряжения, от слабости, от всего, что только что прошло через неё. На губах оставался вкус горечи. Она сделала вдох – глубокий, сбивчивый – и снова наклонилась вперёд. Из горла вырвался последний тяжёлый поток. Остатки. После него она замерла, почти обессиленная. Глаза расширились, взгляд метнулся на окружающих – Каэля, Аэнара, Элари. И сразу же закрылся. Не от спокойствия – от истощения.

Кассандра, не торопясь, вынула тонкую иглу, сняла шприц, тут же прижала к вене мягкую, свернутую ткань.
— Всё, — произнесла она, отступая на полшага. — Раствор запущен. Остальное сделает её тело. Будет рвать, возможно не один раз. Будет бредить. Температура поднимется – на день, на два. Но потом станет легче.

Каэль продолжал смотреть на эльфийку. Её дыхание стало хоть и неровным, но более ритмичным. В какой-то момент он перевёл взгляд на Кассандру, и голос его прозвучал тише, чем обычно:
— Спасибо.. Спасибо тебе.

Зельеварщица на мгновение прикрыла глаза, затем чуть вскинула брови, едва заметно кивнула. Слов не сказала, но в лице читалось: она услышала, приняла благодарность.

Аэнар тоже взглянул на неё. Его голос был низким, сдержанным:
— Прошу простить меня за резкость. Я.. обязан тебе жизнью. Её жизнью.

Кассандра задержала на нём взгляд. В её глазах не было осуждения – скорее.. понимание. Как будто она уже не раз сталкивалась с подобной яростью, вырывающейся у тех, кто не может выносить страх за близких.

Она молча отвернулась и начала наводить порядок. Склянки, сбитые в спешке, возвращались на место. Банки, толчённые травы, пузырьки – всё вставало обратно, как в затвердевшую систему. Ящики тихо задвигались. Стол очищался от пыли, сухих крошек и остаточных хлопьев вещества.
Закончив, Кассандра вышла из комнаты. Прошла в соседнюю – низкую, чуть темнее, с каменными стенами и полками, уставленными сухими травами, банками с солью, крупами, кореньями, старой посудой. То была кухня. Она взяла котелок, поставила воду кипятиться, затем достала с полки несколько овощей и принялась их очищать. Всё было привычно, отточенно. Нож мягко входил в кожицу моркови, капли воды шипели на горячем металле.

Элари колебалась. Она несколько раз бросила взгляды то на дверь, то на принцессу, затем, сжавшись, полетела на кухню.

Зельеварщица как раз опустила в воду лавровый лист и чеснок. Фея пролетела ближе, зависла над столом.
«Я могу помочь?» — прозвучал в голове мягкий голос.

Кассандра слегка обернулась, в её лице впервые появилась настоящая улыбка. Она на мгновение задержала взгляд на крыльях, потом кивнула.
— Конечно. Тебя Элари зовут, так ведь?
«Всё верно!» — гордо ответила фея, будто впервые за день смогла выпрямиться.
— Очень милое имя, — сказала Кассандра. — Да и ты сама.

Элари вспыхнула, замахала крылышками чуть быстрее.
«Ох.. спасибо! Это..взаимно.»

Наступила тишина. Только шум огня, медленное, ровное кипение воды и стук ножа, разделяющего уже кабачок. В этой тишине не было неловкости, просто ритм.

«Спасибо тебе, Кассандра», — вдруг сказала Элари, тише, но искренне. «Спасибо, что спасла нас. Что по-прежнему спасаешь. Я не знаю, что бы мы делали без тебя.»

Зельеварщица не ответила сразу. Она докладывала в котёл картофель, потом посыпала смесью сушёных трав. Только через несколько мгновений произнесла:
— Я просто делаю то, что умею.

Элари уселась на край полки, болтая ножками.
«Знаешь..», — сказала она задумчиво, «я ведь не раз представляла, как ты выглядишь. Честно? Думала, что ты пожилая, сгорбленная, опасная. Такая.. угрюмая ведьма. А ты светлая. И красивая. Что же ты забыла в этом лесу?»

Кассандра слегка усмехнулась, не поднимая взгляда.
— А ты?
«Что?»
— Что ты забыла с ними в этом лесу?
«А, ну.. я проводила их сюда.»
— И давно знаешь, как здесь ориентироваться?

Элари закусила губу, чуть поёжилась.
«Ну-у-у.. Я бывала тут не раз.»

Кассандра приподняла бровь, бросив на неё выразительный взгляд.

«Знаешь ту семью, которой ты раньше отправляла записки с ингредиентами?» — добавила Элари, торопливо.
— Помню.
«Так вот. Это я тебе их приносила. Иногда.»

Кассандра удивлённо приподняла бровь.
— Ты из рода.. Эсстейн?
«Хах, да..» — кивнула фея. «Прабабушка часто повторяла, что мы близки к земле и корням, даже если парим в воздухе.»

Кассандра задумчиво кивнула:
— Тогда понятно, почему лес вас впустил. Запомнил тебя, судя по всему.

Повисла пауза. Зельеварщица, подойдя к полке, потянулась вверх.
— Подай мне, пожалуйста, с верхней полки кусочек лимона.
«Сейчас!»

Элари ловко взмыла, нашла запрошенное, передала в ладонь.
— Спасибо, — коротко сказала Кассандра.

В котле зашипело. Аромат стал насыщеннее – лук, лавр, корень сельдерея. Они оба молча продолжали готовку, пока Элари, пролетая мимо, случайно влетела в Кассандру. Лёгкий плащ, что был на ней, короткий и тёмный, упал на пол.
«Ой! Прости!» — фея тут же вернулась, чтобы поднять его. Но застыла. Её глаза широко раскрылись, лицо – как замороженное.
Из-под свободного платья, чуть приоткрывшегося, за спиной Кассандры выглянуло крыло. Одно. Тонкое, покрытое туманной пыльцой. Оно не было как у фей – ни изящным, ни трепещущим. Оно было сильнее, плотнее, будто обожжённое, но живое.

— Ты.. — вырвалось у Элари вслух. — Ты..

Кассандра обернулась – в её лице исчезла мягкость. Взгляд стал резким, предупреждающим. Она не произнесла ни слова, только посмотрела, но этого было достаточно.
Элари прижала руки к груди, медленно опустилась на край полки, глаза её не знали, куда деться. Она не понимала, что сказать. Не понимала, кого видит перед собой.
Кассандра отвернулась, подняла плащ, аккуратно повесила на плечи обратно. Вновь занялась супом, будто ничего не произошло. Но тишина теперь была иной, словно весь воздух в кухне стал гуще. Фея поняла: она увидела то, что не должна была.