Чудоземье: Зов Древа

"— Добро пожаловать в сердце Пыльцавеля."

Лиана невольно замерла. Аэнар тоже слегка нахмурил брови – в его взгляде читалось удивление. Они оба ожидали телепатического приветствия, образов, ощущений.. но не слов. И уж точно не такого ясного, звучного голоса, в котором дрожала доброта старого леса.

Старейшина, уловив их реакцию, мягко улыбнулась.
— Да, дитя, — сказала она, не спеша. — Я умею говорить и чувствами, и словами. Когда проживаешь достаточно веков, учишься и петь с феями, и поддерживать беседы с эльфами. Каждый язык по-своему полезен.

Лиана слегка кивнула, растерянная, но с теплом. Аэнар тоже немного расслабился, хотя взгляд его оставался сосредоточенным.
Тем времен Каэль шагнул вперёд, коротко поклонился и заговорил первым – было видно, что старейшина узнала его. Он обращался с уважением, но без лишней церемонии, как с тем, кого видел не впервые.
— Старейшина. Это принцесса Лиана из столицы, её сопровождает страж Аэнар и гонец Дарий. Мы прибыли с важной вестью и ищем королеву.

— Я помню тебя, лорд Каэль, — с лёгкой улыбкой отозвалась она. — Ты был ещё почти мальчиком, когда впервые пришёл с отцом. Всё смотрел вверх и молчал. А теперь – смотришь вперёд и говоришь за других.

Каэль не стал спорить, только опустил взгляд, будто в знак согласия.

— Королева фей, сейчас не здесь, принцесса, — сказала она, обращаясь уже к Лиане. — Несколько дней назад она направилась в Лепестрин. По делам, что требуют тихого присутствия. Вернётся нескоро.

Путники переглянулись. Лепестрин.
Значит, путь ещё не окончен.

— Сколько займёт дорога туда? — мягко спросила Лиана.
— Три дня, если идти главной тропой, — ответила старейшина.

На мгновение она замолчала, вглядываясь в каждого из них по очереди. Её взгляд был неторопливым, но внимательным.

— Вы наверняка устали за весь пройденный путь. Отдохните, дети, — сказала она с доброй, почти материнской интонацией. — Хотя бы до утра. Пыльцавель принимает всех, кто не ломает цветы. А вы их, похоже, созерцаете.

— Мы с благодарностью примем ваше предложение, — сказала Лиана.

Старейшина, не теряя мягкости в голосе, сказала:
— Тогда пойдёмте. У нас есть уголки, где могут отдохнуть гости.. более высокого роста.

Она медленно взмыла в воздух, порхая чуть выше уровня их плеч, словно плавно катилась по невидимой струе ветра. Путники последовали за ней – сперва по широкой тропе, усыпанной лепестками, потом меж деревьев, где лианы служили арками, а мох под ногами пружинил, будто дорожка в саду.

Они шли не спеша – минут пять или восемь, но время здесь текло иначе. Феи сопровождали их, кто-то кружил в воздухе, кто-то не отставал, сидя на гриве Бэтти или на рогах оленя. Повсюду витал аромат цветов, звучал тихий, почти музыкальный звон, а в самой гуще леса наконец показалось нужное место.

Там, среди плотных стволов, стояли дома – вытянутые вверх, построенные из дерева, покрытого мхом и цветами. Стены были словно живыми, кое-где сквозь них прорастали побеги, а крыши увивала глициния. Они выглядели не новыми – скорее древними, но ухоженными, как что-то, за чем заботливо присматривали не один десяток лет.

— Вот, — произнесла старейшина, плавно опускаясь перед первым домом. — Его мы строили для эльфийской знати, что время от времени навещала Пыльцавель. По два этажа, спальни внизу и наверху. Принцесса, эти покои будут вашими. Лорд Каэль, ты тоже можешь остаться здесь.

Она повернулась к Аэнару и указала чуть в сторону:
— А для вас, страж, рядом дом попроще, но не менее уютный. Там часто останавливались воины, когда сопровождали посланников или гостей.

Затем она обернулась к ручью, где уже выплывал Дарий:
— Для тебя, певец в воде, всё тот же вырытый пруд у основания. Под ним водные покои. Не слишком просторные, но с достойными стенами.
— Мне главное, чтобы акустика была хорошая, — широко улыбнулся Дарий.

Старейшина кивнула с лёгкой усмешкой, а затем повернулась к стойке, увитой лозами, неподалёку от дома:
— Здесь могут расположиться ваши животные. Мы часто принимаем гостей и знаем, что и о них нужно позаботиться. Там есть вода, мягкий мох – лошадь и ваши олени будут под надёжной защитой.

Лиана благодарно кивнула, чувствуя, как её напряжение немного отпускает. Всё вокруг казалось таким мирным, тёплым, как будто их действительно ждали.

Старейшина уже готовилась улететь, но, заметив в глазах путников лёгкую тень усталости и чего-то большего, чуть наклонила голову, глядя на них внимательнее.
— Я вижу, что вы принесли с собой не только дорогу, но и груз, — тихо сказала она. — Так что.. если силы позволят – приходите вечером в центр Пыльцавеля. У нас будет концерт. Музыка, которую играет лес, способна удержать мир от трещин.

С этими словами она взмыла чуть выше, махнула крыльями, как платком, и исчезла за цветами.

Лиана, стоя у деревянного порога, обернулась к Дарию:
— Ты знаком со старейшиной?

Он лениво вытянулся в воде у кромки пруда, приподнял бровь:
— Конечно знаком. Я же гонец, принцесса. Пыльцавель один из моих любимых маршрутов. Иногда приносил вести от эльфов, иногда от фей, иногда просто.. нёс хорошее настроение в обмен на ватрушку.

Он усмехнулся, качнувшись на волнах:
— Старейшина мудрая. И, к счастью, терпеливая. Потому что не все послания, которые я приносил, были важными. Один раз, например, передавал любовное письмо от феи к мухомору.

Лиана рассмеялась, качнув головой:
— И он что, ответил?
— Думаю, он застеснялся. А может, он просто не привык к такой открытости. У них ведь всё под шляпкой.

Каэль, поправляя пряжку на сбруе своего оленя, повернулся к Лиане и Дарию, услышав их диалог. В его голосе звучало уважение:
— Она не просто старейшина. Здесь её уважают, как правую руку королевы. Можно сказать, она стояла у истоков Пыльцавеля. Видела, как королева росла, училась, принимала первые решения.

Он на секунду замолчал, глядя в сторону переливающегося светом леса, будто вспоминая:
— Её слушают не из долга, а из почтения. Потому что знают: если она что-то говорит, в этом есть смысл. Даже если на первый взгляд кажется, что это просто старческая притча.

— Да, — тихо сказала Лиана, проводив взглядом старейшину. — Она кажется такой мудрой и доброй. От неё буквально идёт свет.

— Принцесса, — раздался рядом голос Аэнара. Он стоял чуть в стороне, уже без сумки, одной рукой сдержанно касаясь ремня на поясе. — С вашего позволения, я удалюсь к себе.

Он не сказал, что устал, но по его лицу это было видно: в чертах утомление, в осанке напряжение, которое ни яркий свет, ни волшебные ароматы не смогли полностью развеять.

— Конечно, — мягко ответила Лиана. — Спасибо, Аэнар. Увидимся позже.
— Я отведу животных. Пусть тоже отдохнут, — кивнул он в сторону второго оленя и Бэтти.
Эльфийка ответила с лёгкой улыбкой:
— Спасибо.
Рядом стоящий Каэль тоже кивнул с благодарностью.

Аэнар, не говоря больше ни слова, подошёл к лошади, отвязал повод и, привычно уверенными движениями направил её следом за собой. Олень послушно последовал рядом со своим братом.

Лиана задержалась у дверного проёма, поправляя сумку. Рядом всплыл Дарий, всё такой же неторопливый, будто для него время текло отдельно.
— Не забудь про концерт, принцесса, — произнёс он заговорщицки, двигаясь рядом с ней. — Это не просто музыка. Это.. симфония света, танца, пыльцы и – если повезёт – пирожков с начинкой, с которой не сравнится даже наше морское царство.

— Если будут силы, — усмехнулась она. — Путь был длинным.

— Ничего, я приплыву и разбужу. Такое нельзя пропускать. Даже если ты устала. Даже если ты принцесса, — заявил он с той своей особенной торжественностью, в которой всегда пряталась шутка.

— Я прослежу, чтобы он тебя не тревожил, — вдруг вмешался Каэль, появившись позади. В голосе его звучала лёгкая усмешка, но взгляд был вполне серьёзным.

— О-о, — протянул Дарий, приподняв бровь. — Тогда придётся разбудить и тебя, Каэль. Вас обоих. Чтобы вы уж точно не проспали великолепие фейской ночи.

Лиана вздохнула, но уголки губ всё равно дрогнули в лёгкой улыбке.
— Хорошего отдыха, Дарий, — сказала она, прищурившись. — И постарайся не распугать всех цветочных фей своим вокалом.

Русал театрально приложил руку к груди, как будто принял величайшее оскорбление.
— О, принцесса, ты ранишь тонкую струну моей души. Но ничего, к вечеру она восстановится, и ты ещё попросишь мою роспись.

Он подмигнул, грациозно сделал вид, будто кланяется, и с лёгким всплеском нырнул в воду.

Каэль слегка усмехнулся, не комментируя.
Лёгкий аромат мяты и чего-то цитрусового витал у входа. Эльф придержал створку двери, пропуская её вперёд.