10
И вот она вновь поднимается на крыльцо дома, который был столь неприветлив к ней полгода назад, а потом оказывается в просторном холле, увешанном портретами предков Эдварда Ким. Здесь все выглядит таким же, каким было весной: дорогая мебель, начищенный паркет, лепнина, запах кожи и мастики для полов, дворецкий Джон - каменное изваяние с лицом, выражающим приветливое равнодушие, затянутый в строгий костюм, каких дед и отец Розэ сроду не носили, за его плечом маячит Эмма - единственное темное пятно среди по-зимнему бледных лиц - и прямо перед Розэ застывший в своей фальшивой улыбке мистер Ким, и, пока они с Эдвардом обнимаются, Розанна ловит себя на том, что ее взгляд скользит куда-то вглубь комнат в поисках Дженни.
Глупости, Дженни и в тот раз не вышла их встречать, хотя Эдвард вернулся после долгой отлучки, а уж сейчас и подавно не придёт, так что не стоило и надеяться. Розэ решительно стряхнула с себя пелену разочарования.
- Мисс Пак?
Розэ поняла, что к ней обращаются, и, отвлекшись от мыслей о Дженни, увидела протянутую вперёд руку мистера Ким.
- Просто Розэ, - она поймала себя на дежавю, ведь тогда, в мае, этот разговор уже состоялся, и также мистер Ким назвал ее по фамилии, и она также ответила ему «просто Розэ», и это лишь подчеркнуло, что либо мистер Ким уже успел забыть ее, либо он настолько не желал переступать черту, отделяющую одну из случайных любовниц сына от чего-то большего, что открыто подчеркнул это, назвав Розэ «мисс Пак». Дескать, не забывай, кто ты в этом доме, дорогуша.
Мистер Ким растянул губы в вежливой улыбке, и Розэ почувствовала холодное пожатие его руки. Джон и Эмма молча наклонили головы, когда ее взгляд упал за плечо мистера Ким и наткнулся на их неприветливые лица.
Ничего не подозревающий Эдвард улыбаясь, обнял Розэ за плечи, и она уловила мгновенный взгляд Эммы, брошенный на светящееся от счастья лицо жениха. Было ощущение, что он готов сообщить о помолвке прямо здесь и сейчас, не дожидаясь ужина, и это пугало, потому что Розэ не была пока готова принимать последствия, однако мистер Ким уже отвернулся, сказав:
- Джон отнесёт ваши вещи.
Опять была прямая спина Джона, ведущего ее в комнату для гостей, опять каменно твёрдое «Прошу, мисс», и Розэ поймала себя на мысли, что ей хочется совсем по-ребячески показать этому дворецкому язык и спросить: «Ну и как, оказалась ли я случайным гостем в этом доме?» Но, конечно, она ничего подобного не сделала, а лишь сухо поблагодарила Джона и, закрыв дверь, оказалась в уже знакомом пространстве гостевой, вспоминая те памятные выходные, когда, входя сюда, с изумлением разглядывала гостиничную обстановку комнаты. За полгода здесь ничего не изменилось - лишь покрывала на постели стали не серыми, а оранжевыми, да свежие пионы в вазе сменились композицией из сухих гелихризумов. Розэ поставила чемодан у кровати, сбросила куртку и подошла к окну, глядя на мирный зимний пейзаж.
Роскошный сад Кимов, который занял третье место на фестивале «Умелый Браун» в 2020 году, волшебно преобразился: теперь величественные живые изгороди трехметровой высоты пожухли и растрепались, отчего лабиринт выглядел не таким геометрически правильным, а вычищенные дорожки пронзали его насквозь причудливым узором перекрещивающихся чёрных линий. Беседку затянули пластиком, на туи надели тёплые укрывные чехлы, и посреди лужайки, располагавшейся как раз под окном Розэ, теперь стояла большая рождественская елка. Наверное, вечером на ней зажгут фонарики, подумала Пак и посмотрела на крышу домика Дженни. Все выглядело таким тихим и спокойным, будто бы нигде не было людей, и легкий снег падал медленно и тут же таял на земле, и хотелось выйти на улицу, долго гулять по сырым полям в резиновых сапогах, а потом укрыться пледом и сидеть перед камином с бокалом глинтвейна в руке. Она дернула раму окна и, впустив немного свежего воздуха, высунулась в окно, с удовольствием вдыхая запах зимы и дыма: наверное, где-то в доме топили камин.
Глядя на темные окна домика Дженни, Розэ рассеянно думала о том, что до Рождества остаётся ещё почти три дня и их как-то нужно убить, ведь в прошлый раз ее не слишком баловали развлечениями, однако в этот раз она подготовилась лучше: привезла ноутбук и учебники по медицине, решив, что займётся на каникулах полезным делом - подучит матчасть. Ее работа в больнице, хоть и продвигалась неплохими темпами, но иногда ставила перед Розэ довольно сложные задачи, а дотошная Лалиса часто требовала от сестры знания вещей, которые были упущены во время учебы из-за вечеринок или лени. Помимо ноутбука Розэ прихватила с собой роман Дэна Симмонса «Террор», решив, что тысяча страниц - это как раз то, что нужно для коротания времени в унылом особняке между завтраком, обедом и ужином. Впрочем, Эдвард который в прошлый приезд наслушался жалоб на скуку, обещал ей катание на лошадях, бильярд и вечерний бридж, который Розэ терпеть не могла, однако решила, что самая скучная на свете игра все же лучше, чем не играть совсем.
Телефон, лежащий на кровати, робко пискнул, и Пак отвлеклась от изучения сельских красот Ким-Хауса.
Эд:
Ну, как ты там? Приходи ко мне, я тебе что-то покажу.
Он прислал фотографию своих ступней, лежащих на кровати, а потом подмигивающий смайлик. Розэ улыбнулась. Ноги Эдварда были голыми.
Рози:
Твои ноги я уже видела.
И высунувший язык смайлик.
Эд:
А я могу показать не только ноги))
Рози:
А как же Эмма? Вдруг она услышит?
Эд:
Да и пусть слышит хоть весь дом, ты теперь моя невеста. Имею право)))
Рози:
Самонадеянно, Ким..
Она положила телефон на тумбочку и, подойдя к зеркалу, поправила пышные волосы. Что ж, до вечера ещё далеко, и нет смысла перебирать в голове болезненные мысли о будущем ужине, на котором ей предстояло увидеть реакцию Кимов по поводу их свадьбы с Эдвардом. Нужно вспомнить о приятных сторонах этой помолвки.
Рози:
Пришли план, как до тебя добраться, а то заблужусь.
Эд:
По коридору направо до упора, там я встречу.
Рози:
Бегу! Встречай))
Как правило, когда ты хочешь чтобы что-то, что должно случиться, никогда не происходило, оно приближается непозволительно быстро, и вот уже сгустились синие сумерки, в саду зажгли огни, озарившие окно волшебными красными и оранжевыми всполохами, и Эдвард с Розэ, весь день провалявшиеся в постели, вынуждены были нехотя подняться и готовиться к ужину. Пак вернулась в комнату, быстро приняла душ и надела платье - маленькое, чёрное, купленное специально для вечера объявления о помолвке: ей казалось, что в этом наряде скромницы будет легче вынести ту непредсказуемую реакцию, которая последует за словами Эдварда «папа, мы с Розэ решили пожениться».
Стоя перед зеркалом, она быстрыми нервными движениями красила ресницы и все время думала об одном - что ей делать, если мистер Ким закатит скандал или - ещё хуже - запретит Эдварду жениться? Он ведь может? И как ей себя вести в этом случае? Молча ждать разрешения ситуации, сделав каменное лицо и сжав волю в кулак, или уйти в тот же момент, как разразится скандал, вызвать такси и уехать в Лондон, чтобы больше никогда не показываться в этом доме? Розэ признавалась сама себе, что, наверное, она была бы счастлива этому стечению обстоятельств - все лучше, чем годами терпеть подобную пытку, выносить презрение, и равнодушие, и вечное «ты нам не ровня - просто глупая девчонка, решившая, что тебе это по плечу, влезшая в мир, где таких, как ты, и за людей не считают». В своих мыслях она уже представила, как отец Эдварда чуть ли не швыряет в неё свой бокал тридцатилетнего виски, кричит «пошла вон из моего дома, шлюха», и все это на глазах у Эдварда... у Дженни...
Розэ понимала, как глупо думать о таком, но ей казалось, что если она сразу представит себе все самое худшее, то потом ей будет легче это вынести. Вынести презрение мистера Ким, насмешку на пухлых губах Дженни, молчаливое неодобрение Эммы и Джона, которые будут думать то же самое, стоя где-нибудь у камина в ожидании приказаний. Ей, прошедшей массу экзаменов и зачетов, казалось, что именно теперь и состоится самый главный экзамен в ее жизни и она просто обязана выдержать его, а потому она ярче обыкновенного накрасилась, нацепила на лицо самую приветливую из своих улыбок и вышла за дверь, где ее уже ждал беззаботный Эдвард.
- Сегодня к ужину приедут гости, - сказал он, подавая ей руку официальным жестом, и она положила кисть на безупречный рукав его серого пиджака.
Услышав про «гостей» Розанна внутренне содрогнулась, но голос ее прозвучал уверенно:
- А кто будет?
- Приедет брат отца и его жена, а ещё, по-моему, будет Чарли.
- Чарли? Кто это?
Эдвард как-то странно замялся, пропуская ее вперёд на лестницу.
- Это, в некотором роде... Ну, вообще он начальник безопасности у отца, но также и его друг. Работает у папы уже много лет, мы с Дженни ещё маленькие были, когда он появился в нашем доме.
Розэ, начавшая спускаться, удивленно взглянула на него через плечо.
- Начальник безопасности? Все так серьёзно?
Эдвард кривовато улыбнулся.
- Ну, отец богат, да и собственность нуждается в охране. Чарли не так плох, просто он бывший военный и ведёт себя соответственно. Он слегка замкнутый.
Они спустились и прошли холл, в котором никого не было, затем ещё одну комнату и оказались в третьей, стены которой были отделаны красным бархатом и золотом. В углу комнаты двое слуг суетились возле сервировочного столика.
Розанна глубоко вздохнула, пытаясь свыкнуться с мыслью, что ее позор увидят не только слуги, но ещё и какие-то малознакомые люди, которые наверняка тоже будут смотреть на неё, как на неодушевленный предмет, ставший на время объектом их внимания, а потом задала вопрос, который мучил ее на протяжении всего времени поездки до Ким-Хауса, да и после, когда она проводила этот бесконечный день в ожидании вечера, пытаясь придумать, как ей себя вести за ужином.
- А твоя сестра? Она будет?
Ей самой показалось, что ее голос дрогнул, хотя она шла спиной к Эдварду и он не мог видеть ее лица, но в последний момент, готовясь спросить о Дженни, она поняла, что не сможет произнести это имя так, чтобы Эдвард не понял, как глубоко ее волнует то, о чем она говорит. Безопаснее было сказать «сестра», заодно напоминая самой себе вещи, о которых не хотелось думать.
- О, точно... - Эдвард отворил перед ней следующую дверь. - Забыл сказать, ещё будет Дастин Смит.
Я спросила тебя о Дженни, захотелось ответить Розэ, меня не волнует какой-то там Дастин Смит! Я хотела знать, стоит ли мне сейчас собрать всю волю и смело посмотреть в глаза, преследовавшие меня на протяжении полугода, когда я время от времени находила в телефоне ту самую фотографию и смотрела на неё, пытаясь понять, что на уме у твоей чертовой сестры!
- А кто это? - упавшим голосом спросила Пак, поняв, что Эдвард то ли проигнорировал ее вопрос, то ли не захотел на него отвечать.
- О, ты могла его видеть на турнире весной. Он сын одного папиного приятеля, тоже закончил Оксфорд, сейчас занимается компьютерами. Неплохой малый, хотя, как по мне...
Эдвард понизил голос. Они уже стояли у дверей, за которыми, видимо, находилась столовая, и Розэ, затаив дыхание, смотрела на руку жениха, лежавшую на бронзовой литой ручке этой двери.
- Скользкий он тип, - прошептал Эдвард и, усмехнувшись, подвигал бровями. - Однако это не мешает отцу сватать за него Дженни.
Последняя фраза, которую он произнёс, громыхнула в ушах Розэ, на мгновение оглушив ее, но она ничего не успела сделать - рука Эдварда пришла в движение, двери отворились, и перед ними предстала огромная комната-гостиная, в которой Розэ ещё никогда не бывала: роскошная, с многочисленными шкафами, наполненными книгами, с камином, пальмами в кадках и четырьмя кожаными диванами, образующими замкнутый прямоугольник, в центре.
На диванах сидели: мистер Ким с бокалом вина, рядом какой-то мужчина в очках и пиджачной паре, напротив расположился темнокожий мужчина спортивного телосложения в строгом чёрном костюме, молодой человек с длинными волосами и... Дженни, которая что-то говорила этому молодому человеку, однако, когда вошли Розэ и Эдвард, тут же подняла на них свои пронзительные глаза, сверкнувшие в полумраке гостиной, освещённой несколькими лампами и огнём камина. Пахло кожей, старыми книгами и сигарами, дымившимися в руках мистера Ким и сидящего рядом мужчины.
Розанна почувствовала на себе цепкий взгляд Дженни, вздрогнув, отвела глаза и посмотрела на мистера Ким, который поднялся с дивана, поставив бокал на круглый столик в центре, и приветственно протянул ладонь сыну. Сигара так и дымилась в его второй, опущенной руке.
- А вот и они, - сказал он почти приветливо, и в его тоне Розэ уловила обнадёживающие ее нотки.
«Они» все-таки. Не «о, Эдвард» это ты и твоя очередная подстилка, как там ее зовут».
- Добрый вечер, - Эдвард пожал руку отцу и второму мужчине, приподнявшемуся с дивана. Лицо его понравилось Розэ: открытое и добродушное, оно резко контрастировало с холодным лицом мистера Ким.
- Добрый вечер, - сказала Розэ, кивая.
- Маркус, позволь представить тебе мисс Пак, - Эдвард отступил, пропуская вперёд Розэ. - Рози, это мой дядя Маркус.
Розанна протянула руку, остро чувствуя на себе взгляды остальных находившихся в комнате людей, пожала протянутую ладонь Маркуса, который дружелюбно улыбнулся в ответ и снова сел.
- А это мистер Чарли, - Эдвард обернулся к сидевшему напротив отца и дяди темнокожему мужчине. Тот, в свою очередь, встал, поправляя полы расстегнутого пиджака и протянул руку сначала Эдварду, а потом Розэ. Его темные цепкие глаза обежали все лицо девушки и остановились где-то в районе ее переносицы, словно изучая.
- Мистер Чарли, очень приятно, - сказала Розэ, чувствуя себя лягушкой, которую препарируют на уроке естествознания. Начальник безопасности смотрел иначе, чем Дженни: глаза той говорили что-то запредельное и манили к этому прикоснуться, а от Чарли хотелось спрятаться и сделать знак, отгоняющий злых духов.
- А это Дастин Смит, вы встречались на турнире весной, помнишь?
Глядя в лицо молодого человека, который тоже поднялся и теперь стоял прямо перед ней, Розэ отчетливо вспомнила его. Конечно, это ведь он был рядом с Дженни, разговаривая с ней после боя, когда Розэ все ещё пыталась отойти от видения Ким в костюме воительницы, сражающейся на доисторической арене. Это его она представляла в объятиях девушки, снедаемая странным острым чувством зависти. Это с ним Дженни ушла после турнира, наверняка разгоряченная недавней борьбой, возбуждённая и потная, и Розэ тогда решила, что они пошли в ее домик трахаться.
Кивая, она подумала, что не ошиблась весной, и Дастин Смит действительно был симпатичным, но безвольный подбородок и длинные волосы портили впечатление, придавая ему слишком юный вид.
- Розэ, - сказала она, и молодой человек приветливо улыбнулся, пожимая ее руку.
- Дастин.
- Ну, Дженни ты помнишь, - подытожил Эдвард, заканчивая официальную часть вечера, и Розэ, наконец, посмотрела на Дженни, которая, казалось, уже прожгла на ней дыру своим насмешливым взглядом.
Ее вьющиеся волосы густой копной падали на спину и казались совсем темными от приглушённого света. На красивом лице выделялись накрашенные нейтральной помадой губы, которая, по мнению Розэ, ей совсем не шла, и абсолютно одинаковым блеском сверкали и большие темные глаза, и бриллианты в ушах, бросавшие блики на гладкую кожу девушки. Дженни выглядела ещё более неотразимо, чем в прошлый раз. Она была одета в довольно нескромное платье, больше напоминавшее ночную сорочку: синее, на тонких бретельках, с разрезом, открывавшим длинную красивую ногу, а в руке держала бокал с вином, слегка поигрывая им в воздухе. Дженни равнодушно кивнула Розэ в ответ на ее лёгкий кивок, и они с Эдвардом уселись на свободный диван рядом с мистером Ким и его братом.
- Хорошо, что вы приехали, - заговорил Маркус, выпуская изо рта красивое ровное кольцо дыма и обращаясь к Эдварду. - Я только что говорил твоему отцу, что хочу устроить охоту, ты как на это смотришь?
Эдвард пожал плечами.
- Да я не любитель, ты же знаешь... Это столько возни. Хотя...
- Маркус, Эдвард прав, охоту не так просто устроить, - начал мистер Ким, беря свой бокал, а Розэ мельком посмотрела на пару напротив: Дженни словно нарочно подвинулась ближе к Дастину, положив руку на подлокотник, и говорила чуть ли не ему на ухо. Выглядели они очень интимно, совсем как влюблённые, и у Пак почему-то больно кольнуло сердце.
Подошла служанка, пожилая женщина в белом чепчике и переднике и, наклонившись, спросила у Эдвардв:
- Чего желаете?
Эдвард отвлёкся от разговора и посмотрел на неё через плечо:
- Мне виски, а тебе... тоже? - обратился он к Розэ.
Розанна кивнула.
- Да, спасибо.
- Два виски, - сказал Эдвард служанке, и та удалилась.
- Охота зимой - это дело трудное, нужны лошади, собаки и вообще...
Дженни что-то тихо говорила Дастину Смиту, и, пользуясь моментом, Розэ украдкой рассмотрела ее лицо, ноги в роскошных туфлях на высоких каблуках, двигавшиеся губы, блестящие буйные кудри, рассыпавшиеся по обнаженным плечам. Так вот почему она так вырядилась сегодня? Ради Дастина Смита? Если слова Эдварда о том, что мистер Ким сводит Дженни и Дастина, были правдой, то тут и сводить никого не надо было - Дженни явно оказывала парню знаки внимания и без помощи отца.
Дастин повернул голову, встречаясь с Дженни глазами, губы их оказались на расстоянии выдоха, и Розэ поспешно отвела взгляд. Представлять себе Дженни в объятиях этого богатого мальчика было до странности легко, и Пак уж точно не собиралась это делать. Она взглянула на Эдварда и, сделав над собой усилие, прислушалась к негромкому разговору, в котором не участвовал только молчаливый Чарли, потягивавший виски из своего стакана. Впрочем, Розанна могла бы поклясться, что он слышал каждое произнесенное слово.
- Мы можем взять собак у Комптонов, да и их позвать, Фил обожает охотиться, - говорил Маркус, а мистер Ким, посасывая кончик сигары, качал головой.
- Ну, не знаю... Вот давай молодежь спросим.
Он взглянул на Эдварда, который взял у подошедшей с подносом служанки свой стакан, а потом стакан Розэ, и перевёл взгляд на парочку напротив.
- Дети, что вы думаете об охоте? - резкий насмешливый голос мистера Ким нарушил уютную атмосферу, и шептавшиеся о чем-то Дженни с Дастином оторвались друг от друга и посмотрели на него.
- Охота? - переспросил Дастин рассеянно, и Розэ стиснула зубы. Наверное, он уже мысленно снимал с Дженни это тонкое неприличное платье, а тут Ким со своими глупостями.
- Я не против, - молодой человек пожал плечами, а Дженни улыбнувшись уголком рта, отпила глоток из бокала. Ее рука так и лежала на подлокотнике в опасной близости от шеи Смита, привалившегося спиной к дивану. Розэ поморщилась.
- А ты, Руби Джейн?
Дженни, усмехаясь, покачала головой.
- Нет, ты знаешь мое мнение по поводу охоты, - сказала она твёрдо. - Я в этом не участвую.
- А вы? - мистер Ким обратил свой взгляд к Эдварду и Розэ. - Мисс Пак, вот, кстати, что вы думаете об охоте?
Розэ почувствовала, что на неё все смотрят, и сделала вид, будто не заметила, как упорно мистер Ким называет ее «мисс Ким», хотя она два раза просила его звать ее Розэ.
- Я никогда не была на охоте, - ответила она и поспешно отпила глоток из своего стакана. - Поэтому не могу ничего сказать.
Мистер Ким слегка разочарованно усмехнулся, а Дженни скользнула по Розэ задумчивым взглядом и снова повернулась к Дастину.
- Эдвард? А ты что решил?
- Я бы поучаствовал, но только если Рози поедет, - Эдвард неожиданно взял левую руку Розанны и поднёс ее к губам, целуя. В свете камина сверкнуло обручальное кольцо, и девушка с ужасом посмотрела на мистера Ким, который, однако, ничего не заметил. Эдвард опустил их сплетенные руки, но оставил лежать на своём колене, и Розэ перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Виски в стакане неумолимо уменьшалось, а храбрости у неё не прибавилось ни на йоту.
- Ну, раз почти все за, тогда завтра позвоню Комптону. А поедем в ближний лес или за озеро?
Маркус что-то ответил, но Розэ его уже не слушала. Чувствуя руку Эдварда, сжимающую ее руку, она смотрела прямо в глаза Дженни, которая, наклонив голову к Дастину, шепчущему ей на ухо, не отрываясь, наблюдала за Розэ, и по ее лицу было понятно, что уж она-то заметила кольцо на безымянном пальце девушки своего брата.