2.
Мне полный, абсолютный, беспросветный пиздец.
Мысль билась в голове, как пойманная птица, пока я стояла, зажатая между холодными перилами крыши и безразличными взглядами восьми мужчин. Ветер на высоте был сильнее и холоднее.
— Ну, здравствуй, — произнёс тот, что стоял в центре — Бан Чан. Его голос был спокойным, почти вежливым, и от этого становилось ещё страшнее.
Молчание повисло в воздухе, густое и тяжёлое. Я не могла вымолвить ни слова.
— Рина, верно? Ким Рина, — сказал он, не ожидая ответа. Это был не вопрос, а констатация факта. Они уже всё знали.
— Не бойся так, — он сделал лёгкий, почти дружеский жест рукой, но его глаза оставались ледяными. — Мы не причиним тебе вреда. — И тут же, чуть склонив голову, так тихо, что слова едва долетели до меня на ветру, добавил: — Пока что.
Я кивнула, сжав челюсти, чтобы они не стучали.
— Умница. Теперь телефон, — он протянул руку, не оставляя выбора. — Проверим, с кем ты успела поболтать вчера. Вдруг у тебя плохая память, и ты уже что-то забыла?
Твою мать. Ён Ми. Разговор вчера вечером. Они мафия, для них вломиться в операторские журналы или прослушать запись — раз плюнуть. Паника, острая и тошнотворная, подкатила к горлу. Спокойно. Вдох. Выдох. Не показывай страх.
Чан, не дожидаясь, взял телефон из моих ослабевших пальцев и, не глядя, передал через плечо.
— Минхо. Разберись.
К нему подошёл парень с острым, хищным взглядом — Ли Минхо. Он взял телефон с таким видом, будто это была не личная вещь, а вещественное доказательство.
— Ах да, манеры, — Чан сделал театральную паузу и отступил на шаг, снимая с меня часть давления. — Мы же не познакомились толком. Я Бан Чан. — Он обвёл рукой остальных. — Парни, представьтесь для нашей гостьи.
Они отзывались по очереди, спокойно и деловито, как на бизнес-презентации:
— Ли Ноу, — кивнул парень с мягкими, но внимательными глазами.
— Со Чанбин, — сказал следующий, его голос был низким и размеренным.
— Ким Сынмин, — представился тот, что выглядел моложе всех, но во взгляде у него читалась недетская уверенность.
— Минхо? — Чан повернулся к тому, кто возился с моим телефоном, подключив к нему через адаптер свой гаджет.
Минхо
Взломать защиту её телефона было делом пяти минут. Журнал вызовов показал один длинный разговор вчера вечером. Записей у оператора нет, но достаточно было получить доступ к облаку, где автоматически сохраняются резервные копии. Глупость, которую многие допускают.
Я нашел нужный файл и вставил наушник. Голос её подруги, испуганный и громкий, прозвучал прямо в ухе: «Ты живёшь здесь уже 3 года и не знаешь мафию Stray Kids?!»
Я усмехнулся про себя. Ох, девчонка. Ты и правда влипла.
Вынув наушник, я подошёл к Чану и наклонился к его уху, чтобы доложить. Его лицо осталось непроницаемым, лишь брови слегка поползли вверх.
Рина
Минхо что-то прошептал Чану на ухо. Тот медленно перевёл взгляд на меня, и в его глазах что-то изменилось — появилась холодная заинтересованность, как у учёного, нашедшего любопытный образец.
В этот момент снизу донёсся глухой гул университетского колокола, возвещающего о начале следующей пары. У меня через десять минут — семинар по корпоративному праву у строгейшего профессора Ли. Пропуск означал мгновенную проблему.
— Я... мне надо на пару, — слабо произнесла я, пытаясь использовать этот шанс. — Профессор Ли, он...
Не дожидаясь разрешения, я рванулась к двери, к этому спасительному выходу из кошмара под открытым небом. Моя ладонь уже легла на холодную металлическую ручку...
Сильная рука резко прихлопнула дверь прямо перед моим носом, а вторая грубо развернула меня к себе. Хван Хёнджин. Вблизи он казался ещё массивнее.
— Ты куда так спешишь? — спросил он, и в его голосе звучало раздражение. — Мы же ещё не договорились. Зачем болтала подружке? Хотела, чтобы у неё тоже проблемы начались?
— Я просто... Она волновалась, я сказала, что всё в порядке! — солгала я, чувствуя, как горит лицо.
— Мало. Сказала слишком много, — он склонился ближе. — Тебе повезло, что наша беседа Чану показалась... интересной. Иначе уже бы не стояла здесь.
— Что? — я не поняла.
— Ты слышала, — отрезал он и отпустил мою руку.
К нам подошли остальные, окружив плотным полукольцом. Ли Феликс покачал головой, смотря на меня с какой-то странной, почти сожалительной укоризной.
— Ри... это было не самое умное решение. Теперь она в курсе. А в нашем деле лишние осведомлённые — это уязвимость.
Бан Чан закурил новую сигарету, сделав медленную затяжку.
— Ситуация изменилась, — произнёс он на выдохе, выпуская струйку дыма в сторону города. — Тот человек в переулке... Он тебя видел. Он знает, кто ты. Знает, чья ты дочь. Если он решит надавить на твоего отца через тебя или просто сольёт информацию конкурентам... — Он резко повернулся ко мне, и его взгляд стал острым, как лезвие. — Если бы не твой внезапный визит, он сейчас удобрял бы дно реки. Ты создала проблему. И теперь будешь её частью. Переезжаешь к нам. На время. Для твоей же «безопасности». — Он произнёс последнее слово с такой язвительной интонацией, что сомнений не оставалось: я становлюсь заложницей.
Ты помешала чёткой операции, — добавил Минхо, холодно глядя на меня. — И если из-за этого будут негативные последствия, ответственность ляжет на тебя. Полностью.
Я слушала, и комок в горле рос с каждой секундой. Язык действительно будто онемел. Они говорили спокойно, без крика, но каждое слово было тяжелее камня.
— Ладно, — Чан махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — Младшие — на учёбу. Не нужно привлекать лишнего внимания прогулами. Мы уже и так на радаре у деканата из-за этого ускоренного перевода.
Хёнджин, Джисон и Феликс неохотно, но кивнули. Их послушание было мгновенным и безоговорочным.
— Встречаемся после последней пары у центрального входа, — бросил Чан им вдогонку и взглянул на меня. — Тебя это тоже касается.
Когда они хором ответили «Хорошо!», я невольно вздрогнула от неожиданной громкости. Весь этот «спектакль» был слишком реальным.
---
Мы шли по длинному университетскому коридору на третьем этаже. С момента той пары прошло минут двадцать. Джисон, Хёнджин и Феликс шли чуть позади, создавая ощущение, что меня не просто сопровождают, а контролируют.
Мы зашли в аудиторию. Преподавателя ещё не было, и в помещении стоял гул голосов. Разговоры стихли на секунду, когда мы появились на пороге, а затем возобновились с новой силой. И тут, как по заказу, раздался тот самый, сладкий и ядовитый голос.
— О, группа поддержки вернулась! — Ли На, не скрывая насмешки, окинула нас с подругами оценивающим взглядом. — Что, Ри, одного Сухо тебе мало? Теперь целый гарем из новеньких завела? Очень интересно, надо признать.
Кровь ударила в голову. Усталость, страх и унижение последних суток прорвались наружу.
— Ли На, — мой голос прозвучал непривычно низко и тихо, заставив её на мгновение смолкнуть. — Заткнись. Ещё одно слово, и я не просто влеплю тебе по лицу. Я позабочусь, чтобы твой папочка узнал, на что ты тратишь его деньги в ночных клубах на Итэвоне. Со всеми подробностями и фотоотчетом. Думаешь, я ничего не вижу?
Она побледнела. Её уверенность дала трещину. Я сделала шаг вперёд, но сильная рука обхватила моё запястье и мягко, но неотвратимо оттянула назад. Это был Джисон.
— Не стоит, — сказал он тихо, только для меня. — Она того не стоит.
Тем временем к Ли На подошёл Феликс. Он посмотрел на неё с такой ледяной, безразличной вежливостью, что ей стало не по себе. Она, пытаясь сохранить лицо, резко встала, и её учебник со стуком упал на пол. Наклоняясь, она нарочито манерно выгнулась.
— У тебя вообще есть хоть что-то, кроме наглости? — спросил Феликс, его взгляд скользнул по ней с убийственным равнодушием. — Сомневаюсь.
В аудитории кто-то фыркнул. Ли На закипела.
— У меня есть то, чего нет у этой закомплексованной заучки! — выпалила она, указывая на меня. — Хочешь проверить?
В этот момент к ней подошёл Мингю, парень с нашего курса, известный своим прямолинейным характером.
— Ли На, перестань гнать. Все знают, кто за чей счёт тут «шикует» и с кем. Рину оставь в покое. Она, в отличие от тебя, здесь учится, а не ищет спонсора.
Я выдернула руку из хватки Джисона и, не оглядываясь, пошла к своему месту рядом с Ён Ми. Мои колени слегка дрожали.
— Ри, что произошло? Где ты была? — Ён Ми схватила меня за руку, её глаза были полны тревоги.
— С ними, — кивнула я в сторону троицы, которая устроилась сзади. — Их было восемь. Остальные... не студенты, видимо. Или учатся в другом месте.
— Stray Kids? — она прошептала, бледнея.
Я лишь кивнула.
К нам подошел Сухо, бойфренд Ён Ми, с надутым видом.
— О чём секретничаете?
— Не твоё дело, — одновременно ответили мы с Ён и, поймав себя на этом, еле сдержали улыбки. Он, покраснев, ретировался.
Кстати, а где профессор Ким? — спросила я, пытаясь перевести разговор.
Прислал сообщение, что задерживается. Семинар сдвинули на завтра, — ответила Ён.
Оставшееся до звонка время мы провели, тихо обсуждая ситуацию. Ён Ми была в ужасе, но пыталась держаться и поддержать меня.
Когда прозвенел звонок на большую перемену, все ринулись в сторону столовой. Мы с Ён Ми шли медленнее, отгородившись от шума и гама стеной собственных мыслей. Взяв подносы с едой, мы направились к нашему привычному столику у окна.
Но сегодня он уже не был нашим. За ним, как будто так и было всегда, сидели Джисон, Хёнджин и Феликс. Сухо, недолго думая, устроился рядом с Ён. Мне оставалось только сесть в единственное свободное место — между Джисоном и Хёнджином.
Мы ели почти молча. Напряжение висело в воздухе. И вот, сквозь оцепенение, я почувствовала лёгкое, едва уловимое прикосновение к колену под столом. Я замерла, потом посмотрела вниз — ничего. Затем взглянула на Хёнджина — он спокойно доедал суп. На Джисона — тот обсуждал с Феликсом что-то по учебе.
Через мгновение что-то тёплое и липкое разлилось по моим волосам, потекло по шее за воротник. Я резко обернулась. Позади, с пустой тарелкой от супа в руках и притворно-невинным выражением лица, стояла Ли На. «Ой, извини, поскользнулась», — буркнула она, не пытаясь даже звучать убедительно.
Тишина за нашим столом стала абсолютной. Я медленно, с трудом сдерживая ярость, поставила ложку.
— Ты... законченная стерва, — прозвучало тихо, но чётко.
Я встала. В следующий момент я уже вцепилась ей в искусно уложенные волосы, оттягивая её голову назад. Она завизжала.
Нас моментально растащили. Хёнджин обхватил меня сзади, оттаскивая от неё, его голос звучал у меня над ухом: «Успокойся. Всё. Хватит». Ли На вся в слезах и супе рыдала в объятиях подошедшего Мингю.
К нам подбежала Ён Ми.
—Ри! Твоя блуза... Пойдем в туалет, приведём тебя в порядок.
Я вырвалась из хватки Хёнджина, даже не взглянув на него.
—Мы пошли, — бросила я в пространство, адресуя это всем присутствующим мужчинам, и, взяв Ён за руку, почти побежала к выходу из столовой.
Остальные пары прошли в тумане. Я отсиживалась на задних рядах, а троица «стражей», к счастью, не приближалась. После последней лекции я собрала вещи со скоростью света и выскользнула вместе с толпой, прежде чем они успели бы меня перехватить.
С Ён Ми мы шли к моему дому молча, плечо к плечу, черпая утешение в этом молчаливом контакте. Подойдя к подъезду, мы крепко обнялись.
—Будь осторожна, — прошептала она. — Обещай.
—Обещаю, — сказала я, и это была самая большая ложь в моей жизни.
Мы отпустили друг друга. Я сделала шаг к двери, как вдруг за спиной резко, властно и слишком знакомо прозвучало моё имя.
— РИНА!
Ледяная волна прокатилась по спине. Я медленно обернулась.
На тротуаре, рядом с чёрным внедорожником с тонированными стёклами, стояла Пак ЛиРа. А на заднем сиденье, глядя на меня через открытое окно своим непроницаемым, тяжёлым взглядом, сидел Бан Чан.
Время истекло.