Just friends

Я шла всё дальше от столовой, и с каждым шагом шум голосов оставался позади. В груди ещё стучала тяжесть, а в голове вертелись чужие слова, колючие и злые. Казалось, если останусь там хоть на минуту дольше — просто задохнусь от их взглядов. Поэтому я выбрала лес. Он был единственным местом, где можно было спрятаться, раствориться в тени деревьев и хоть ненадолго забыть о том, что кто-то ждёт от тебя падения.

Лес встретил меня прохладой и запахом сырой земли. Под ногами тихо хрустели ветки, а между стволов пробивались золотые полосы света. Я опустилась на поваленное бревно и прикрыла глаза. Но внутри не становилось легче: обида и злость перемешались с бессилием. Хотелось закричать, разбить тишину, но я лишь сильнее сжала кулаки.

Перед глазами вставали их лица.

Дэн — высокий, жилистый, с насмешкой, которая никогда не сходила с его губ. Он был первым, кто всегда начинал — и получал удовольствие от того, как его слова ранят.
Рядом с ним Дир — ниже ростом, но язык у него был острый, как нож. Он подхватывал любую насмешку, доводя её до абсурда.
Стив — самый молчаливый из их компании, но его взгляд говорил больше слов. Он не смеялся громко, не шутил, но наблюдал так, что становилось не по себе, словно оценивая тебя, как вещь.
И Ник — последний, самый громкий. Его смех всегда заглушал чужие голоса, и именно он подзадоривал остальных, делая их насмешки ещё сильнее.

Четверо. Всегда вместе, как стая. И именно я становилась их мишенью, лёгкой добычей, на которой можно сорвать злость, доказать своё превосходство.

Я стиснула зубы и глубоко вдохнула, вбирая запахи леса. Здесь они меня не достанут. Здесь хотя бы на время можно спрятать свои слабости. Но где-то внутри всё равно жила мысль: сколько ещё я смогу терпеть?

Лес Глейда принимал её так, как никто другой. Здесь не нужно было ни прятать глаза, ни делать вид, что всё в порядке. Эля шла медленно, рассеянно касаясь пальцами веток, будто проверяя, настоящие ли они. Влажный воздух прилипал к коже, откуда-то доносился сладковатый запах травы и сырой земли.

Сквозь листву пробивались тонкие лучи солнца, и каждый шаг будто открывал новый уголок тишины. Где-то вдалеке стрекотали насекомые, и только сердце билось громко, сбивая ритм этой спокойной музыки.

Эля подняла взгляд вверх: зелёная крона качалась, отбрасывая живые тени на землю. На листе блеснула капля, сорвалась вниз и упала прямо у её ног. Она замерла, глядя, как в мягкой земле остаётся крошечный тёмный след. Всё в этом лесу было таким естественным, спокойным… а внутри неё всё бурлило.

Мысли возвращали к столовой, к смеху за спиной, к чужим словам, которые царапали сильнее когтей. Хотелось вытряхнуть их из головы, но они снова и снова всплывали — с чужими лицами и ухмылками.

Она вдохнула глубже, прислушиваясь к лесу. Тишина словно обнимала, напоминала, что мир вокруг всё ещё может быть мягким. И всё же — обида оставалась. Как ни старайся, невозможно раствориться среди деревьев полностью.

Еля бродила между деревьями, опустив голову. Каждый шаг отдавался тяжестью — будто не ноги вели её вперёд, а сама боль толкала в спину. Губы дрожали, но слёзы упрямо не выходили наружу: она не позволит им радоваться тому, что смогли её сломать.

Она присела на низкий камень, обняла колени руками и уставилась в землю. Сухие листья лежали неровными пятнами, а на одном из них застывала прозрачная капля росы. Взгляд зацепился за неё, и в груди защемило — как та капля, она тоже держалась из последних сил, готовая в любой момент сорваться.

— Им всё мало, — прошептала она почти неслышно. — Им всегда мало.

Она вспомнила смех, язвительные слова, взгляды, полные презрения. В груди будто что-то оборвалось.

— Хорошо, — она крепче обняла колени. — Раз они считают, что я ем слишком много… я им докажу. Я смогу.

Мысль была острой, как нож. Её щеки обожгло стыдом и злостью, но в глубине души появилось странное чувство — смесь решимости и отчаянного упрямства. Она дала себе обещание: больше не давать им повода. Пусть смотрят. Пусть ждут. Она выдержит.

Еля подняла голову, вдыхая влажный лесной воздух. Внутри ещё колотилось сердце, но вместе с этим в груди появилось твёрдое, ледяное решение.

Еля сидела на камне, всё ещё сжав колени, когда в лесу послышался тихий хруст. Она напряглась, но через мгновение различила знакомую фигуру. Минхо медленно подходил, не спеша, словно проверяя, не слишком ли она уязвима, чтобы вторгаться в её пространство.

— Ну вот, — сказал он, присаживаясь на соседний камень чуть поодаль. — Кто-то опять решил устроить себе личный драматический спектакль среди деревьев?

Еля тихо вздохнула, чуть улыбнувшись. Он не смеялся над ней, не указывал на ошибки — просто слегка подкалывал, поднимая настроение.

— Им всё мало, — пробормотала она, больше сама себе, но он услышал.

— Конечно, — кивнул Минхо, будто соглашаясь с невидимой аудиторией. — Всегда мало. Может, пора устроить им лекцию о том, как не доводить людей до нервного истощения?

Еля тихо усмехнулась, впервые за долгое время позволив себе маленький смешок. Минхо не торопился, не требовал объяснений, просто сидел рядом, а лёгкий шум леса — шелест листьев, редкий птичий крик, хруст под ногой упавшей ветки — создавал странное ощущение уюта среди всей её боли.

— Знаешь… — начала она тихо, — иногда кажется, что я одна против всего мира.

— Слушай, — Минхо слегка наклонился вперёд, — ты вовсе не одна. Даже если мир кажется идиотским, у тебя есть я. И я могу подтвердить: идиотский мир — он реально идиотский.

Она чуть улыбнулась и посмотрела на него. В его словах не было пафоса, только дружеская правда и лёгкая поддёвка. Её плечи расслабились, дыхание стало ровнее, и впервые за долгое время ей показалось, что можно дышать без постоянного напряжения.

Минхо поднял взгляд на деревья, а потом снова на неё.

Еля вздохнула и слегка облокотилась на камень, чувствуя, как его присутствие действует как тихая опора. Хруст ещё одной ветки под ногой Минхо, лёгкий запах хвои и мха, ветер на лице — всё это вместе с дружеским вниманием делало её мир чуть менее страшным.

Он какое-то время молчал, глядя, как она сидит, обняв колени. Потом он шумно выдохнул и хлопнул себя по колену, поднимаясь.

— Ладно, хватит сидеть и кормить комаров, — сказал он, отряхивая руки. — Пошли обратно. В Глейде хотя бы не так уныло.

Еля подняла глаза.
— Я не хочу пока…

— Слушай, — перебил Минхо мягко, но твёрдо, — я не буду тебя тащить за руку. Но сидеть здесь вечно — точно не вариант. Пойдём. Потихоньку.

Он протянул ей руку — не настаивая, просто как предложение. Эля помедлила, а потом встала сама.

— Вот и отлично, — кивнул он. — Дорога сама себя не пройдёт.

Они двинулись по тропинке между деревьями. Минхо шагал рядом, не торопя, не задавая лишних вопросов. Его «пошли обратно» звучало как приказ, но ощущалось как дружеская поддержка, которая держала её на ногах.

Привет, друзья! 🌿
Хочу извиниться за паузу — немного приболела, поэтому не могла нормально сесть за работу. Но не переживайте, историю я не забросила. Она для меня важна, и мысли о сюжете всё время рядом, просто нужно чуть времени, чтобы восстановиться.

Спасибо, что ждёте и поддерживаете — это очень мотивирует. ❤️