Не моя

Первые солнечные лучи скользнули в комнату Эвы, которая так и не смогла сомкнуть глаз всю ночь. Запретные мысли терзали ее. Последний шанс сбежать был упущен этим утром, но имело ли это смысл?
Девушка подошла и уже в последний раз оглядела знакомую округу. Ближе к дороге виднелись колесницы.

— Выдвигаемся, — в дверном проеме появилась высокая фигура эпистата, нарушавшая тишину.

— Уже иду, — взяв свои вещи с кровати, Эва хотела пройти мимо Амена, но он остановил ее окатив проницательным взглядом, что Эвтида невольно сжалась внутри.

— Возьми это, — Амен протянул ладонь Эве, в ней красовался амулет с богиней Изидой, —Он будет оберегать тебя, когда этого не смогу я.

— Что? — глаза девушки округлились, пораженные таким вниманием со стороны эпистата. Только что столь грозный мужчина сделал обычной девушке подарок?

— Фараон поручил тебя мне, я должен доставить тебя целой. Это я имел ввиду, — он оправдывался не столько перед девушкой, сколько перед самим собой.

— Спасибо, господин. Это очень ценный подарок, — лицо Эвы расплылось в довольной улыбке. Наверное ни один бриллиант подаренный другим, не вызвал бы в Эве столько счастья.

— Он почти ничего не стоит, не нужно благодарностей.

— Я говорила не о его цене, господин, — девушка разглядывала талисман богини с расправленными крыльями на тонкой веревочке, — Поможете? — Эвтида плавно развернулась к мужчине спиной, оголяя шею, не давая шанса отказать в этой услуге.

— Да, конечно, — сердце мужчины изменило свой ритм, увидев оголенную тонкую шею, гладкую и бархатистую кожу, — Придержи волосы рукой, — приказывает эпистат и Эва послушно поднимает волосы над головой.

Амен завел руки за шею, и аккуратно надел оберег.И как бы случайно задевая пальцами шею. Он обратил внимание, что кожа Эвы покрылась мурашками и это не могло не заставить его улыбнуться. Ловкими движениями пальцев эпистат завязал узелок на веревочке. И убирая руки, тоже якобы случайно скользнул ими вдоль спины.

— Спасибо, — снова поблагодарила Эва и выпрямила спину, точно ничего и не было. Но эта игра ей понравилась.

Чувство от прикосновений мужчины чуждо для Эвтиды, то что она испытывала сейчас не в ее понимании. Что это за тянущее ощущение, почему она робеет и хочет взвыть от того, как Амен трогает ее шею, почему тело ее не слушается и словно во власти этого мужчины? Она пыталась обуздать эти чувства, но тут Эва бессильна, она не управляет ситуацией.

— Идем, — эпистат рукой зовет за собой девушку, поторапливая ее и Эва последовала за ним.

Всю недолгую дорогу до колесниц пара шла в полной тишине, каждый был погружен в пучину мыслей, что так тревожило рассудок.
Дойдя до конечной точки, Эве сразу бросилась в глаза одна колесница.

— А это что? — Эвтида указывала на отдельную колесницу с ящиками, наполненные кувшинами.

— Пиво. Оно хорошо утоляет жажду в жаркий день и насыщает в холодную ночь, — Амен ухмыльнулся, — Ну и помогает не свихнуться от долгой дороги.

— Я прежде такое не пила, но жажду попробовать, — Эва крайний раз одарила мужчину улыбкой, теребя пальцами свой новый оберег, что не могла не привлечь внимание мужчины.

Талисман гармонично смотрелся на длинной шее Эвы и так акцентировал внимание на декольте девушки, что Амен только и делал, что мысленно ударял себя, когда лишний раз бросал взгляд туда.

— Успеется, — эпистат забрался в колесницу и поманил Эву за собой.

Впереди их ждала долгая дорога.

<center>***</center>

На горизонте ожидалась песчаная буря, поэтому эпистатом было принято решение укрыться в ближайшей пещере и переждать суровые погодные условия. Бури были не сильные, но передвигаться все равно было тяжело.

— Господин, вот подходящая, — выкрикнул один из меджаев, сопровождающий колесницы эпистата.

— Отлично, разобьем небольшой лагерь, — командует Амен.

Пещера оказалась большой и после проверки ее на отсутствие нежелательных гостей, путники устроили ночлег. Для эписта и Эвы были установлены самодельные шатры, а трое мужчин-меджаи, развели костер, у которого поочередно будут караулить . Пока не наступила глубокая ночь, все воссели у огня и принялись трапезничать.

— Попробуй, — Амен протягивает Эве кувшин с пивом.

Эвтида неспешно делает первый глоток и чувствуют насыщенный и яркий вкус, который ей не с чем было сравнить.

— Это напиток Богов! — Эва вырывает кувшин у эпистата, будто это последнее, что осталось на земле.

— Тиши, девочка, я не отниму, — впервые за дни, что Эва знала Амена, он засмеялся, заливисто и звонко. Ему впервой видится такое жадное потребление напитка, казалось, что она ребенок, у которого могут отобрать игрушку.

С каждым глотком сознание девушки помутилось, мир казался другим, проблемы исчезали, прежние тяготы заменялись на умиротворение. Тело расслаблялось. Бескрайнее веселье и желание жить, такой эйфории Эва никогда не ощущала, ей хотелось танцевать, петь, любить и быть любимой. Теперь она понимала местных пьянчуг, это ведь такой простой способ забыться. Словно больше нет этой нищеты.

Эвтида захотела встать, но голова тут же закружилась, Амен успел поймать уже знатно пьяную девушку. Теперь было понятно, что в алкоголе ей стоит иметь меру.

— Ваши руки такие сильные, господин! Как приятно их трогать, — Эва принялась нащупывать и наминать бицепсы эпистата, словно булку свежего хлеба, что сильно смутило мужчины, который тоже был уже не трезв.

— Полегче, Эва. Ты сильно пьяна, — Амен перевел взгляд на своих сопровождающих и махнул головой, жестом указывая им удалиться, дабы им не увидеть лишнего. Кто знал, что у этой девчонки на уме.

— Я никогда не чувствовал себя такой живой, — Эвтида все еще висла на эпистате, словно давняя подруга или суженая. — Надеюсь во дворце фараона пива будет достаточно!

— Думаю пора спать, дорога дальше предстоит дальняя,тебе нужно отоспаться, — подхватив девушку на руки не без сопротивления, Амен понес ее в шатер, укладывая на настил из ткани.

— Вы всегда обрываете все веселье?

— Я предпочитаю порядок и дисциплину во всем.

— Вы предпочитаете доминировать и держать в узде все и всех.

— Это не так.

— Так, — Эва привстала на локтях и уставилась на Амена, — Вы деспотичный и властный.

Эва не контролировала свой язык и мысли, и она, точно пожалеет обо всем сказанном, если вспомнит или если эпистат прям сейчас ее не заткнет. Девушка все еще изучала взглядом Амена, гадая о чем тот думает, после всего сказанного ею. Может он и вовсе даст ей оплеуху или просто проигнорирует такую дерзость.

— Высказалась? — эпистат был спокоен, как удав, что пугало Эву куда больше, чем если бы он сейчас кричал на нее.

— Нет, еще вы ужасный человек, угрюмый и...

Не дослушав остальные претензии в свой адрес, эпистат поцеловал Эву, так, как делал все в жизни: доминирующе и властно. Он тоже был изрядно, не так сильно как Эва, но также дал волю чувствам. Амен позволил себе и так лишнего, но то что происходило - не остановить. Его руки прижали девушку ближе к себе, углубляя их поцелуй, Эва расслабилась, хотя сначала не могла понять происходящего. После с каждой секундой она становилась податливее и с охотой реагировала на ласку. Это был первый поцелуй в ее жизни, такой раскованный, грубый и нежный одновременно.
Девушка дала волю чувствам и медленно провела ладонями по его торсу, мягко разорвала их поцелуй и поцеловала Амена в ключицу, прижимаясь горячими губами, а после оставила поцелуй уже в основании шеи, заставляя мужчину издать тихий стон. Эпистат снова притянул Эву к своим губам, жадно целуя. Будто это их первый и последний поцелуй.

«О мой Ра, что же я сейчас делаю.» — мысли обоих совпадали, никто не желал остановить происходящее, но пришлось.

— Так нельзя, — выдохнула Эва, прерывая поцелуй. — Господин, вы не должны...

— Не заставляй меня сожалеть о содеянном, — голос Амена был поникшим и полным печали, что было не в его стиле. После поднялся на ноги и неуверенным шагом вышел из шатра.

<i>«Не сожалею.»</i>

Мозг моментально отрезвел, заставив Эву полностью осознать, произошедшее. То как они поставили друг друга под удар.

— Что же я наделала, — отчаянно прошептала она для самой себя.

Эвтида думала сейчас не о поцелуе, а о том, что позволила себе чувствовать то, чего она так не хотела. Если она погрязнет в этом, то ее судьба окажется еще тяжелее, чем она себе воображала. Быть свободной от любви, было ее спасением, но сейчас все может изменится. Ее руки нащупали амулет на шее и в голове снова всплыл образ мужчины. Душа горела.

Этот поцелуй был концом старой и началом новой жизни.
Для эпистата Амена.
Для Эвтиды.

<center>***</center>

Амен зашел в свой шатер, но улечься так и не смог. Каким же дураком он оказался. Как он мог пойти на поводу у чувств? Она же наложница фараона и этот союз заранее обречен и узнав их могут казнить. И эпистат страшился далеко не за свою жизнь.

— Господин, девушка сбежала, — в шатер забежал напуганный меджаи.

— Что?! — слова оказались раскатом грома посреди ясного неба. — Как вы могли такое допустить?!

— Господин, песчаная буря в самом разгаре, она выбежала из ниоткуда и скрылась, — голос мужчины дрожал, он понимал, что ему несдобровать. — Мы виноваты, господин.

Амен не стал дальше выслушивать оправдания и немедленно выбежал из шатра, чтобы найти эти сумасшедшую девушку