Я останусь с тобой до самого конца
Когда Винсент крепко сжимает в своих руках руку Скота, тот присаживается на корточки и осторожно замечает, мягко улыбаясь:
— Всё хорошо. Я здесь, я с тобой, я рядом. Я останусь с тобой до самого конца, что бы ни случилось. И ты это прекрасно знаешь. Не бойся. Ничего плохого больше не случится, я обещаю.
И доктор чувствует в тот момент, как его отпускает. Становится легче, мысли прекращают панически бегать в голове, а потому Эос цепляется за брюнета, кладя голову ему на плечо и выдыхая несколько недоверчиво:
— Ты правда здесь? Не мираж, не плод моего воображения?
— Я правда всё ещё здесь, — подтверждает тот, осторожно обнимая его. — Как и все эти несколько лет. Я никуда не исчезну, и ты это знаешь. Всё будет хорошо.
Винсент кладёт голову на плечо юноши осторожно, боясь нарушить момент спокойствия, счастливого совместного времяпровождения. Момент, когда он может быть точно уверен, что брат не убьёт человека, что чертовски дорог ему в этот раз.
***
Брюнет осторожно перебирает пряди Эоса, пока тот лежит у него на коленях в их общем доме, а он сам просматривает документы, задумчиво качая головой. Наконец, нарушив тишину, Скот замечает:
— Нам следует сократить дозировку принимаемого мисс Уолш дуотина — кажется, он совсем не идёт ей на пользу, шизофрения этой пациентки от него только крепчает. Кроме того, в последнее время она жалуется на галлюцинации в виде изуродованных трупов окружающих, личинок на мертвой плоти и какой-то мистической жути вместо столь привысных вещей. Она даже есть спокойно не может, так как видит нечто невообразимо жуткое. Я бы мог рассказать и об этом, но, боюсь, ты столь неприятных вещей не выдержишь, даже представлять такое тебе не стоит: вывернет наизнанку.
Тот торопливо кивает в ответ, прежде чем всё же осторожно уточнить:
— Почему тебя не беспокоят подобные вещи? Ты выглядишь весьма хладнокровно, когда говоришь о чём-то таком.
— Я прожил слишком долго и навидался всякой гадости, — признаётся тот, покачав головой. — За тысячу с копейками лет я так и не полюбил насилие, но хотя бы смог привыкнуть к нему. Ну и к подобной гадости. Так что, сменим дозу дуотина нашей пациентке или лучше вовсе уберём его из списка обязательных лекарств?
— Давай уберём, — выдыхает Эос. — Моему брату хватило бы стойкости наблюдать дальше, как препарат ещё может повлиять на пациентку, но мне нет. Я просто не могу иначе.
***
Редко можно застать Беверли напевающим что-то под нос во время уборки, прежде чем тот направляется на кухню, дабы нарезать овощи к ужину.
— Тебе помочь? — интересуется Винсент, не слишком уверенно заглядывая на кухню. — Я вижу, ты сегодня в хорошем настроении, просто решил, что тебе пригодится кто-то, кто поспособствует готовке.
— Не стоит, но спасибо, — отзывается, обернувшись с улыбкой, Скот. — Сегодня и правда хороший день для меня, ведь, в конце концов, я сумел отыскать тот сосуд, где содержится моя душа. Я всё же сумел найти возможность сбежать от своего бессмертия.
Вот только радости в тот момент на лице возлюбленного совсем не остаётся, только непонятный брюнету ужас. Тот вдруг срывается с места и торопливо подбегает к юноше, обняв того за талию и взволнованно, чуть истерично, выдохнув:
— Не уходи! Пожалуйста, не оставляй меня одного! Я так не смогу... Я без тебя не справлюсь! Я сделаю, что...
— Не вздумай заканчивать это предложение, — цедит Беверли, прижимая его к себе, прежде чем голос его возвращается к прежнему, успокаивающему, умиротворённому тону:
— Я вовсе и не собирался умирать сейчас, когда встретил такого красивого и замечательного молодого человека. Нахождение этого сосуда — гарантия, что я смогу уйти вслед за тобой, когда придёт время. Ты же не хочешь, чтобы я страдал, когда твой срок жизни истечёт, а после нашёл кого-то другого? Этого не хочу и я.
Эос в тот момент чувствует себя лучше, а потому слегка расслабляется, пусть хватка его и не ослабевает. Впрочем, против этого Скот ничего не имеет: он уже привык к тому, как сильно привязан к нему его бывший начальник. Брюнету это даже немного нравится, если говорить честно.
Он вообще любит всё, что связано с Винсентом.
***
Время позднее, и, укладываясь рядом со Скотом в постель, Винсент не ожидает, что тот, привычно обнимая его и прижимая к себе, накроет губы своими: оба условились, что подобные моменты лучше отложить на время поближе к выходным или отпуску. Впрочем, он всё равно отвечает, чувствуя, как настойчиво целует его маг и как губы того переходят на шею, заставляя от каждого прикосновения мурашки бежать по коже.
— Ты ведь сам просил отодвигать такое поближе к выходным, — напоминает Эос, закусывая губу, на что тот, хитро сверкнув глазами, замечает:
— Да, я помню. И если не хочешь, я прямо сейчас остановлюсь и мы вернёмся к мирному сну. Мне просто трудно оказалось удержаться, когда я вспомнил тот поцелуй в момент первого аврала.
Юноша и сам тут же вспоминает, как тогда всё происходило. Они ведь тогда даже не были в отношениях, их разделяла черта "начальник — подчинённый". Это был побег от старого товарища Винсента по психиатрической больнице, в котором Скот прятал его в процедурном кабинете, попросив вести себя тихо и пообещав разобраться. Тогда врач попросил его быть осторожнее, а Беверли насмешливо заметил, что ничего ему не будет, и даже поддразнил, что тот может его поцеловать на прощание, если так переживает. Эос и сам не ожидал от себя, что так и поступит, несмотря на ругань Томаса и недолгое удивление со стороны брюнета. Кажется, этот их поцелуй оба запомнят надолго.
— Не останавливайся, — качает головой он, запрокидывая голову и позволяя осыпать своё тело новыми поцелуями. — Я даже немного соскучился по этому, если честно.
***
Бережно закутывая Винсента в одеяло, Беверли замечает с улыбкой на губах:
— Какая прелесть. Кажется, мне никогда это не надоест.
— Может, прекратим соблюдать то правило с выходными? — предлагает тогда Эос, глядя внимательно на Скота.
И тот тут же сдаётся, с улыбкой замечая:
— Согласен. Раз ты сам такое предлагаешь. Да и как отказаться, когда это мне говорит настолько изящный, немного хрупкий молодой человек? А твой голос...
— Пожалуйста, прекращай, — выдыхает тот, до носа спрятавшись под одеялом и уткнувшись щекой в подушку. — Мне даже немного неловко. И, знаешь, это совсем отличается от того раза, когда я в больнице...
Он так и не договаривает, ощутив подкатившую к горлу тошноту. Впрочем, Беверли, видимо, прекрасно понимает, что происходит, и осторожно обнимает его, прижав к себе. Хотя бы поэтому Винсент понимает, что сделал правильный выбор.