Исчадие ада

Мими практически не дышала, пока острие ножа рассекало мою кожу. Нерасторопно, аккуратно и осторожно, словно боясь причинить боль. Я молча наблюдала за тем, что происходило, и хмурилась настолько сильно, насколько это было возможно. Теперь, обладая равноценными силами, мы с Мими имели одинаковое положение среди демонов. Она знала это, поэтому просто не могла пойти против меня. Не сейчас точно.

Прохладный ветер пробежался по моему позвоночнику, отчего кожа вмиг покрылась мурашками. Погода была под стать происходящему в беседке: потоки ветра выли где-то под крышей, трава прижималась к земле, а кроны деревьев гулко шелестели. Девушка напротив меня выглядела подавленной и угнетенной, но я видела в ее глазах что-то до боли знакомое. Искры надежды, желания все исправить и веры в лучшее будущее мерцали в зрачках демоницы, пока моя рука была зажата в ее и пачкала кровью каменистый пол.

Но стоило мне ненадолго отвлечься на лицо Мими, как она незаметно провела ножом по своей ладони. Почти черная кровь просочилась сквозь рану и закапала в огонь так же, как и моя, заставляя языки пламени багроветь.

— Я, Мими, дочь демона Мамона, ученица школы ангелов и демонов, приношу свои извинения перед Вики Уокер, первой непризнанной, чья душа очернилась в мгновение ока, — в последующую секунду ветер только усилился, и листья вокруг нас закружились, создавая разноцветный вихрь. — Клянусь быть твоей опорой и поддержкой в трудные моменты, клянусь быть лучшей версией себя... Вики, я клянусь быть твоей подругой, даже когда последний огонек света потухнет, а мир поглотит тьма, которой нет даже в Аду.

Наши взгляды пересеклись и замерли друг на друге, пока огонь сжигал то, что навсегда изменило бы нашу с Люцифером жизнь. Краем глаза я лишь видела, как капли крови продолжали стекать вниз и превращали языки пламени в что-то, похожее на алые сгустки энергии.

— Прости меня, — ее голос стал тихим, словно что-то мешало ей говорить в полную меру, — но даже если ты не сможешь, если у тебя не получится, клятва теперь навечно заключена в этом огне. У меня не получится поступить с тобой так, как я поступила ранее, ведь иначе я потеряю тебя и лишусь крыльев.

У меня не было слов, чтобы ей ответить.

— Я просто... просто умоляю тебя, Вики, простить меня. Тогда будто черная дымка овладела моим разумом, отчего я совершенно потеряла способность мыслить рационально. Но она исчезла, когда ты пробудилась там, на полу, и подошла ко мне. Только увидев тебя перед собой, я поняла, что натворила.

— Мими... — я бросила взгляд на наши окровавленные руки, протянутые над огнем, — твой поступок лишь показал, на что ты способна. И я без понятия, основная это часть айсберга или же его ледяная вершина. Все ведь началось с Люцифера и продолжилось на мне, почему бы тебе не извиниться перед ним тоже?

Демоница замялась, стараясь подобрать слова, а затем опустила голову. Черные волосы, которые в свете искрящегося пламени выглядели медными, сползли по ее плечам и повисли в воздухе.

— Я пыталась огромное количество раз, но... не знаю, мне постоянно кажется, будто видеться со мной ему чертовски невыносимо. Дай ему шанс, и он, наверняка, прикончит меня в ту же секунду, — тело задрожало не то от холода, не то от произнесенных ею слов. — Люцифер всегда был сильнее, и чувствовали это не только окружающие, но и он сам. Когда я решилась воспользоваться его положением, во мне боролась тяга к нему и любовь к отцу. Однако второе чувство пересилило первое... Я не горжусь своим поступком. Никогда им не гордилась. Как и в случае с тобой, Вики.

— Ты предала не только нас обоих. Ты дважды предала и саму себя, — я закачала головой в знак протеста. — Мое словесное прощение ничего не изменит, но если тебе от этого станет проще существовать, то я прощаю тебя. Вопреки всем сказаниям о хладнокровности демонов, я не стану той, какой меня видят остальные. Их страх совершенно не оправдан...

— Ади и Сэми, — Мими, поняв, про кого я говорю, сочувственно посмотрела на меня исподлобья, — они испугались не твоего нового облика. Или ты действительно считаешь, что Ади может напугать демон? Нет, эти два кретина слишком любят тебя. Когда вы с Дино скрылись в конце коридора, они выглядели очень растерянно, но не из-за твоей демонической сущности. Просто их напугала собственная неконтролируемая реакция.

Все в точности так, как говорил мне Дино. Ровно до того момента, пока я не напилась и не вырубилась на целую ночь. Срам даже для демона.

— Это происходит не только с ними. Каждый в школе смотрит на меня с презрением, хотя я не сделала ничего такого, чем заслужила бы подобную реакцию окружающих.

— Похер на них, — огонь потух, оставляя на полу кучку серого пепла. — Я сожгла это, чтобы быть рядом с тобой, чтобы показать им всем, насколько ты потрясающая. Мой поступок - самое дерьмовое, что могло бы случиться, но ты вообще в зеркало смотрела?

Я ухмыльнулась, а к моим глазам в то же мгновение подступили слезы. Неужели я слышу ее чистый голос и смех?

— За такие крылья можно душу продать, Уокер. Ты явно понравилась Сатане.

— О нет, со мной наедине он тот ещё говнюк, — констатировала я, чтобы влажность в глазах на немного приубавилась.

— Полагаю, в качестве бонуса у тебя ещё и смелость умножилась втрое. Некоторые боятся его имя произнести, а ты так просто называешь правителя Ада говнюком.

Мы вдвоем рассмеялись, но затем, вернувшись к реальности, насущным проблемам и крови на руках, притихли. Безмолвно бегали глазами друг по другу, пытались понять, что же делать дальше, но все предложения в голове оказывались бессмысленными. Заговорить снова? Слишком бредово. Продолжить разглядывать наши лица? Чересчур странно и отчасти неловко. Поэтому я лишь закусила губу и посмотрела на темно-серую горку перед нами: ничего не говорило о том, что это когда-то было блокнотом. Только лишь воспоминания, ее и мои.

Спустя несколько минут Мими достала откуда-то небольшую тряпку цвета слоновой кости, притянула мою руку ближе и стала оттирать ладонь от запекшейся крови.

— Я поговорю с ним, как только появится возможность...

— Не сомневаюсь, — проговорила я и продолжила разглядывать ее задумчивое лицо.

А затем прохладный порыв ветра сдул горку пепла в сторону, заставляя его пролетать над пригнувшейся травой и растворяться в воздухе.

***

Мы с Люцифером договорились встретиться на краю обрыва, с которого начиналась моя первая тренировка. Идти от беседки до пункта назначения было сравнительно недолго, и всю дорогу я то и делала, что проверяла драгоценные крылья. Всякий раз поднимая и опуская их над землёй, я чувствовала лишь слабое жжение в лопатках. От той боли, с которой я проходила несколько дней подряд, больше ничего не осталось. Теперь это, скорее всего, было последствие их долгого бездействия, ведь крылья нуждаются в ежедневном использовании и разминании.

Каждый ученик, что попадался мне на пути, либо в упор разглядывал крылья, либо прятал глаза. В какую-то секунду я почувствовала себя Люцифером, который любил подобным образом влиять на демонов внизу. Он не раз демонстрировал эту великолепную способность, свой неповторимый дьявольский талант запугивания без слов, которому демон, бесспорно, научился с годами.

Стоило мне только подумать о Люцифере, как я сразу услышала и почувствовала его присутствие. Лес, в котором ночами блуждали неупокоенные души, в свете солнца не выглядел таким опасным и чудовищным. Обычный перелесок, но безумно тихий и неживой. В этой тишине было нетрудно услышать, как его бордовые крылья шуршат где-то спереди, а нога отбивает ритм по сухой земле. Он ненавидел ждать, но только не меня.

— Уокер, ты чертова заноза в заднице, — он даже не удосужился проверить, я ли это. Когда я приблизилась к месту встречи, то увидела его крепкую, напряжённую спину, прислоненную к дереву, сильные руки, скрещенные на груди, и кропотливо уложенные волосы. Только недавно я заметила, насколько сильно его заботит внешний вид волос: стоит демону встать перед зеркалом, как моя очередь автоматически сдвигается на полчаса, а то и на час.

— У тебя отличная задница, почему бы не побыть в ней занозой? — я хлопнула рукой по его упругим ягодицам, из-за чего потом пришлось несколько секунд выдерживать натиск алых глаз. — Не нужно смотреть на меня так. Будто ты отрицаешь тот факт, что я самая сексуальная и горячая заноза, когда-либо существовавшая в твоей...

— Прошу, остановись.

И он снова сделал это. Призвал свой уникальный ветер виртуозным движением руки, побуждая мои волосы сначала закружиться, а потом опуститься прямиком на лицо.

— Неужели ты думаешь, я буду гордиться тем, что в моей заднице кто-то побывал? — Люцифер и не скрывал улыбки на своем лице. Его этот разговор позабавил не меньше, чем меня.

— Если ты не прекратишь так делать, — я с трудом протиснула лицо сквозь паутину волос и гневно посмотрела на него, — то не сомневайся: потом сразу же узнаешь, каково ощущать в своей заднице что-то продолговатое и неприятное.

Люцифер низко засмеялся, грудь его задергалась вместе с гортанью, а затем он в ответ так же, как я недавно, рассек воздух ладонью и звонко шлепнул ею по моей ягодице. Жгучая боль распространилась по всей ноге, и я уже было собралась врезать ему ещё сильнее, как демон ушел вперёд и встал у самого края. Сквозь дискомфорт потирая бедро, я двинулась к нему. Хоть солнце и грело макушку головы, природа вокруг буквально бушевала, а ветер пробирал до самых костей.

— Разминай крылышки, — он заправил запутанную прядь волос за мое ухо и на удивление добродушно улыбнулся. Эта улыбка разбудила что-то теплое и воодушевляющее внутри меня. — Мы скоро полетим на склон горы, будь готова к обжигающе холодным, встречным ветрам. Услуги люксового такси «Люцифер» с сегодняшнего дня для тебя недоступны.

— Даже если я захочу полететь в твоих объятиях?

— Это другой разговор, — я ухмыльнулась. «Чего и стоило ожидать от такого позёра, как он». — Приступай.

Он приподнял брови, давая знак начинать, а затем принялся наблюдать за моими неуклюжими попытками выглядеть профессионально во время разминки. Три маха левым крылом, три маха правым, затем одновременное раскрытие и одновременное прижимание к спине. И так по несколько раз, без секунды на перерыв. Слабая боль превращалась в жгучую, но она пропадала сразу же, как только я продолжала работать крыльями. Когда звезды засверкали в моих глазах, я остановилась и глубоко вздохнула.

— Ещё в самую первую тренировку я пообещала сказать тебе кое-что, — мне с трудом удавалось говорить из-за напряжения во всем теле, но я все же приблизилась к нему и буквально промурлыкала в губы: — Ты самый ужасный учитель из всех, кого я когда-либо встречала.

Вопреки всем ожиданиям, Люцифер сначала хмыкнул, а после широко улыбнулся и провел языком по зубам. От этого действия внутри меня все завязалось в тугой узел.

Адская сексуальность снова граничила с типичным для него пылким темпераментом.

— Лучше учителя, чем я, тебе не найти, — он игриво коснулся ладонью моей талии, неспешно провел по спине, а затем, уловив проблески страсти в моих глазах, резко сменил направление и пробежался пальцами к крыльям. Его касание отозвалось лёгким мандражом в мышцах, перья слегка затрепетались, но я лишь закатила глаза. Опять эти дьявольские игры.

Позже выяснилось, что последующая — на первый взгляд весьма безобидная — фраза, сказанная спокойным, уверенным голосом, разделила и без того насыщенный день на «до» и «после».

— Что ж, Вики, — странное чувство тревоги опьянило меня, когда он добавил едва слышно: — Самое время рискнуть.

Люцифер сделал два шага назад, не отводя от меня своего взгляда. Всего два шага разделяли его от практически бесконечной пропасти, на дне которой кипела жизнь, теперь чужая для меня. Солнце ненадолго ослепило, побудило сощуриться и склонить голову. Но что бы ни пролетало в ту секунду в моих мыслях, я и подумать не могла, что крылья Люцифера даже не шелохнутся, когда он нырнет спиной в эти бесконечные небеса, оставляя меня одну на парящем острове.

Кошмар наяву.

Будто сон воплотился в реальность, будто мне приходилось вновь и вновь наблюдать за тем, как Люцифер с болью в глазах падает вниз. Плотно прижатые бордовые крылья ненадолго перенесли меня к расщелине, словно призрачное воспоминание мелькнуло в помутневшем сознании. Однако до того, как демон перевернулся в воздухе и продемонстрировал свое нежелание взлетать, я с ужасом смотрела в его глаза. И он смотрел на меня в ответ.

Но не было в этом взгляде привычного озорства или хулиганства, только смятение и оправданное волнение.

Я подбежала к краю: цепи не держали меня за ноги, а значит, что все было взаправду. Это реальность, как бы сильно я ни хотела обратного. Дрожь пробежалась по телу, ладони вспотели, а затем изо рта вырвалось ругательство.

— Какого черта...

Люцифер и впрямь падал сквозь белоснежные облака, пока я стояла и смотрела ему вслед. И стоило его фигуре превратиться в небольшое чёрное пятно, как мое сердце остановилось, пропуская несколько жизненно важных ударов.

Медлить больше не имело смысла. Какая бы глупая идея не озарила голову Люцифера, мне нужно было прыгнуть за ним следом, чтобы не допустить самому страшному финалу реализоваться. Мысль о том, что он подверг себя такой опасности с целью проверить мои крылья, ненадолго вывела меня из себя, и теперь в сознании то и дело блуждали бранные выражения. «Только сущий придурок додумается до такого».

Я единожды встряхнула крылья, пронаблюдала за тем, как плавно они раскрываются и переливаются в свете солнца, а после прижала их к спине и наклонилась вперед, позволяя расслабленному телу упасть в пропасть. В лицо тут же ударил ледяной ветер, который окрасил мои щеки и нос в алый цвет. Но все это казалось таким несущественным, таким второстепенным и никчёмным, когда перед моими глазами всплывала кошмарная картина из сна, а в ушах звенел полный боли и отчаяния крик Люцифера. Облака вокруг смазывались, превращались в неразборчивую картинку, поэтому со временем я стала ощущать головокружение и тошноту. Нигде не было видно даже намека на присутствие демона в небе: только непроглядная пелена из проплывающих облаков и пробивающиеся сквозь них лучи солнца. Но не он.

И это осознание заставило меня до крови закусить губу.

Боги, я даже не знала, смогу ли вовремя остановиться, задвигать крыльями и зависнуть перед возможным столкновением. Мой прыжок в бездну был тем действием, которое я предприняла бы в любом случае: с крыльями или без, будучи непризнанной или демоном. Потому что лучше переломать все свои кости, чем не попытаться спасти его и существовать дальше с этим пониманием. Ногти впились в кожу ладоней, и я тут же пропустила воздух сквозь зубы. Рана, что сделала Мими ножом, до сих пор неприятно ныла под появившейся корочкой. На удивление в этот раз регенерация происходила медленнее, чем обычно, но спустя минуту я отбросила мысли о случае в беседке в сторону и ахнула.

Возникшая спереди фигура Люцифера заставила меня дёрнуть головой и оскалить зубы, ведь демон спокойно порхал в воздухе, разгоняя пушистые облака по сторонам. Он присоединился в полете, сравнялся со мной и одарил привычной только ему адской ухмылкой.

— Твои крылья по правде уникальны, Уокер, — мне с трудом удавалось разобрать его слова, но последующую фразу я расслышала идеально, практически без проблем. — Должно быть, у Сатаны грандиозные планы на тебя.

Люцифер, наблюдая за тем, как я несусь вниз рядом с ним, приблизился и позаботился о том, чтобы каждое слово было произнесено четко и понятно.

— А теперь попробуй взлететь, — свист ветра в ушах сменился его бархатистым, настороженным голосом. — Но учти: ни одно перо на моих крыльях не дрогнет, пока ты сама не решишься остановиться.

Пропуская каждую букву сквозь себя, я вздрогнула. Неужели он вздумал рискнуть нами обоими только для того, чтобы проверить дееспособность моих крыльев? Отсутствие адской ухмылки дало ответ на заданный в голове вопрос. Это поистине было так, и потому теперь мы оба падали вниз на высокой скорости в ожидании расправления драгоценных крыльев. Встречные потоки ветра настолько сильно обдували мое тело, что я с трудом смогла двинуть левым крылом, и тогда жар окутал меня с новой силой.

— Раскрой их, Вики, — хоть он и старался скрывать свою встревоженность, его томный голос говорил об обратном. — Ну же...

И я снова вернулась в тот день, когда чуть не разбилась о каменистую землю Ада, когда смирилась со своим решением и по собственной воле сложила руки на груди. Только теперь Люцифер вряд ли смог бы меня спасти, ведь летел на такой же скорости рядом и подвергал себя ужасной опасности. Как и я.

Крылья натужно приподнялись всего на несколько сантиметров, и этого едва хватило для того, чтобы слегка замедлиться. От осознания собственной беспомощности из моих глаз хлынули слезы, которые тут же улетали куда-то вбок или превращались в ледяную корку на лице.

— Сейчас.

Не совет, а приказ. Потому что если я не сделаю это сейчас, то пострадаем мы оба.

Я сглотнула, когда знакомые очертания горы стали вырисовываться спереди. То самое место, куда Люцифер принес меня в первый раз, и где я узнала хоть что-то о его матери. Мои пальцы непроизвольно нащупали руку демона, верно летящего рядом до самого конца, и сжали так сильно, что костяшки резко заболели.

— «Просто раскрой их, и это закончится», — прозвучало в моих мыслях. Его голос расслабил меня, без преуменьшения. Приятное тепло разлилось по телу, согревая даже кончики волос, а после я собрала все свои силы и напряглась настолько, насколько это было возможно.

Затем крылья — мои драгоценные крылья, черт бы их побрал — наконец-то широко раскрылись за спиной, и я увидела, как на лице Люцифера появились блики, отражаемые моими перьями. Он улыбнулся, сверкнул своими глазами цвета спелой вишни и обхватил меня руками.

Я не понимала, что происходило последующие секунды, но отчётливо чувствовала тепло Люцифера рядом и то, как его руки крепко обвивают мою талию. Даже ранее пронизывающий ветер сменился на лёгкий бриз, доносящийся со стороны океана. Люцифер положил подбородок на мое плечо, и мы понеслись в сторону знакомого выступа на горе.

— Прежде чем ты наговоришь кучу нелестных слов, позволь объясниться, — его крылья задвигались размашисто и быстро, словно ждали этого достаточно долго. — Мне жаль, что тебе пришлось испытать подобное, но это то, как учат летать каждого ангела и демона после новообретёных крыльев. Раз теперь ты одна из нас, то и методы будут подобающие. Иного способа нет.

— Я так испугалась...

— Понимаю. Мысль, что ты можешь остаться гнить на скалах - не самая вдохновляющая, — он приподнял уголки губ и посмотрел на меня.

— Нет, — я пристально оглядела его лицо, которое в свете солнца выглядело еще лучше. — Я испугалась за тебя.

Грудь Люцифера замерла, а затем мы приземлились, и наши ноги мягко коснулись земли. В то время, когда он не дышал, а его сердце приостановило свое биение, мое было готово вырваться наружу. Потому что я все еще боялась потерять его так просто, потому что этот страх буквально залез под мою кожу, пока тело мертвым грузом падало следом за ним. Люцифер не сразу понял основную суть моих слов, поэтому среагировал лишь только спустя пару минут.

Теплая рука прикоснулась к моей скуле, до сих пор влажной от слез, и наши взгляды, которые буквально пятнадцать минут назад были полны страха и пересеклись в самый жуткий момент, замерли друг на друге. Молчание между нами не прерывалось ровно до того момента, пока Люцифер не притянул меня ближе.

— Разве могло быть иначе?

Ужас возможной потери сменился нежностью, которой Люцифер одаривал только меня, и тогда я смогла расслышать, как красиво в этом месте поют птицы.