Глава 3
Саундтрек
[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]
Тарика погрузилась в тревожный сон. Шелковистая трава струилась меж пальцев, калина услужливо пригнулась, укрыв ее от ветра. Земля была по-летнему тёплой. Она будто растворилась в ночном, но ещё полном жизни лесу. Где-то далеко слышался отзвук трели ночной птицы. Кузнечики и сверчки наперебой щебетали со всех сторон. Трава трепетала под холодными порывами ветра. Люди спали, но лес жил. Она будто бы стала одним целым с лесом, будто это не пальцы, а корни впивались в тёплый мягкий грунт. Будто это не волосы, а колосья трав лесных. Будто это не сердце, а иссушенный солнцем камень придорожный.
Она услышала зов. Его голос был тёплым, добрым, отцовским. Тарике показалось, что она не двинулась с места, но стоило ей моргнуть, как внезапно перед ней открылся вид на лесное озеро. Она даже не удивилась, сон ещё дурманил ее.
Несколько старых раскидистых ив склонили свои головы к воде. В плоском зеркале озера ярко светил рогатый пастушок – полумесяц. Она услышала тихое женское пение.
Ещё один миг, и она оказалась у самой воды. В нос ударил запах полыни и мяты. За спиной послышалась какая-то возня. Пение прекратилось.
Вдруг пелена с ее глаз спала. Страх захлестнул ее, она судорожно обернулась. И обомлела.
Первое, что она увидела, это были глаза. Восемь пар светящихся жёлтых огоньков были устремлены прямо на неё. Но через миг, открылись ещё два глаза. Размером с окно.
Гигантская змея, свернувшись кольцами, неподвижно смотрела на девушку. Чёрные чешуйки ярко блестели в свете звёзд. Не веря своим глазам, Тарика сделала шаг назад. В горле стало так сухо, что она не смогла произнести ни звука. Широкая морда слегка опустилась, задев макушку ближайшей ивы. Язык тонкой лентой прошелестел в воздухе.
– Мы ждали тебя, – донёсся до неё женский бархатный голос. Он был властным и строгим. Холод, сквозящий в каждом слове, пробирал Тарика от пят до самой макушки.
Только спустя мгновение до Тарики дошло. Это сказала змея.
– Лесная невеста, теперь ты принадлежишь нам.
– Но... с меня же сняли венец... – хриплым, чужим голосом выдавила Тарика. Ей казалось, что она задыхается.
Змеица промолчала. Тарике показалось, что ее рот слегка изогнулся в неком подобии улыбки. Она слегка шевельнула кончиком хвоста. Одна пара желтых глаз потухла, но спустя всего мгновение явилась вновь. Только сейчас девушка осознала, что эти глаза принадлежали тоже змеям невероятных размеров, хоть и знатно уступавшие той, с которой она разговаривает. Одна из змей подползла к Тарике, неся в пасти...
– Это... это же... моя корона из трав...
– Через несколько дней ее унесло бы так далеко, что мы не смогли бы ее вернуть.
Тарика в отчаянии опустила на колени. Слёзы снова градом потекли по ее лицу. Она даже не заметила, когда змеи окружили ее, взяв в узкое кольцо.
– Как твоё имя?
Девушка не ответила, рыдания все ещё разрывали ее изнутри.
– Имя? – настойчиво попросила змеица. В ее голосе послышалась сталь.
Будто бы не по своей воле, девушка обронила:
– Тар... ика...
– Теперь ты наша, Тарика. Теперь лес твой дом. Твоей крышей станет небо, твоей постелью станет земля. А твоим мужем станет мой сын.
Она услышала шелест чешуек о сырую землю. Подняла взгляд. Прямо напротив ее лица, гордо подняв голову, сидел чёрный змей, лишь несколько светлых чешуек у глаз. Она слышала его дыхание, едва различимое, спокойное.
– Меня зовут Шийар, – он склонил голову в приветствии. Поддавшись внезапному порыву, она склонила голову в ответ. – Теперь ты моя собственность.
Прежде чем девушка успела что-то сказать, он резким броском впился клыками в ее шею. Девушка не успела даже вскрикнуть, когда тьма заволокла все ее естество. Последнее, что она запомнила, прежде чем провалиться в глубокую бездну беспамятства, был причудливый узор чешуи в тускнеющем свете месяца.
Проснулась Тарика от звука шагов. Она сладко потянулась, открыла глаза, и тут же замерла. Ее взгляд упёрся в незнакомый потолок. Пахло свежевскопанной землей и травой. Тарика резко села и осмотрелась.
Как оказалось, спала девушка не на кровати, а на подстилке из пахучих сухих трав. В качестве подушки у изголовья кровати почивал большой пучок свежих листьев, скреплённых двумя полосками длинных травин. Увидев, чем она укрывалась, девушка удивленно ойкнула.
«Да это же моя овчина! Как она тут оказалась? Я ж ее...»
Она вдруг осознала, что находится в комнате не одна. Подняв голову, она встретилась взглядом с невысокой юной девушкой. Она держала в руках деревянное корытце, в которой плавал небольшой ковшик.
– Доброе утро, госпожа, – она слегка склонила голову. – Мне было велено дать вам умыться.
Плавно ступая босыми ногами, она опустила корытце в шаге от постели, и слегка улыбнулась. На первый взгляд казалось, что девушка выглядела совсем обычной, разве что слегка бледной. Но чем дольше Тарика всматривалась в лицо пришедшей, тем больше она понимала, что что-то тут не так, но как не силилась понять, определить так и не смогла.
– Мой господин попросил передать вам, дабы вы не мешкая отправились прямехонько к нему в светлицу, – она стала медленно пятиться, не сводя глаз с девушки.
Будто не слыша ее, Тарика продолжала изучать ее черты лица. И вдруг ее осенило.
"Глаза... мертвые, пустые глаза... цвет меняют, стоит лишь веки опустить».
Дурная догадка пришла ей на ум. В животе заныло. Неужели это мавка? Глаза Тарики мимо воли заскользили по ее волосам, в коих кое-где запутались крохотные листочки. Страх сжал грудь. Перед ней мавка, а у неё нет гребешка...
«Нужно удостовериться. Я должна узнать, правда ли это мавка.»
– Повернись.
Она замерла. Тарике показалась, что ее лицо помрачнело.
– Повернись, – повторила Тарика, ее голос слегка дрогнул.
Существует лишь один действующий способ узнать, правда ли мавка перед тобой. Об этом знает каждый. У мавки нет кожи на спине и даже издалека видны ее внутренности.
Осознание скользнуло по лицу пришедшей, но она не шелохнулась. Только что-то маленькое выскользнуло из длинных рукавов мавки и упало прямо у ног Тарики. Машинально, Тарика нагнулась, чтоб поднять пропажу, но когда она подняла голову, мавки в комнате уже не было. И выпавшего предмета тоже.
По спине пробежал холодок. Точно мавка...
Силой воли она заставила себя прийти в себя. Обрывки воспоминаний о вчерашнем дне складывались в цельную мозаику. Ночной побег, лесное озеро, огромная змея... Это все был не сон. Иначе бы она не находилась в этой странной комнате, деревянные стены которой будто бы сплетены из древесных корней. Или так и есть? Помещение освещалось несколькими отверстиями, прорубленными в верхней части стены, имитирующие окна. Помимо постели, в комнате ещё находился хорошо отесанный камень, на котором стояла хрустальная вазочка грубой работы с букетом диких цветов. Пахло шалфеем и тимьяном. В углу стояла маленькая мисочка с молоком.
«Для кота или домового?»
Тарика встала. Хотя страх все ещё притаился в глубине ее сердца, она решила принять свою судьбу с высоко поднятой головой. Даже если ее сейчас съедят, она не станет больше рыдать, и проведёт свои последние часы жизни с достоинством.
Сев на колени перед корытом, девушка сложила руки лодочкой и стала неторопливо умываться. К ковшу она даже не притронулась. Вода обожгла ей кожу своим ледяным холодом, в глазах слегка защипало. Оказалось, что это была не вода, а крепкая травяная настойка. Дурманящий запах трав резко ударил ей в нос, что она слегка покачнулась, но Тарика лишь покрепче стиснула зубы.
Встав, она уже собиралась отодвинуть длинные гибкие ивовые ветви, служащие для этой странной комнаты дверью, когда ее взгляд привлёк небольшой предмет, лежащий рядом с вазочкой на столе. Это был небольшой искусно выточенный деревянный гребень. Такой превосходной работы она никогда в жизни не видела. Ни один умелец с ближайших поселений не смог бы так точно вырезать каждый зубчик, так ровно и так густо.
Только сейчас Тарика искоса посмотрела на своё отражение. Усталые, опухшие от слез глаза выглядели совсем крохотными на фоне чёрных кругов под глазами. Губы были сплошь искусанными. На щеках краснело несколько царапин, наверное не заметила острых когтей ежевики, пока мчалась прочь от Карпия.
При мысли о Карпие сердце заныло от гнева и боли. Противоречивые чувства захлестнули ее. Боль от утраты возлюбленного, казалось, была всепоглощающей. Но так же ее грыз червячок злобы – это из-за него я оказалась здесь, он меня в лес позвал, он меня коснулся... Конечно, злиться на него было глупо. Он не силком тащил ее в лес, она сама пришла. Это все ее вина.
Она заставила себя не думать о Карпии. Прошлого не воротить. На ошибки прошлого нужно смотреть как на подсказки для будущего.
Взяв гребень, Тарика быстрыми движениями распустила косу и стала тщательно расчёсывать каждую прядь. Мелкие кусочки сухой коры не могли пройти сквозь густые зубья, и хотя работа была долгой и нелёгкой, вскоре Тарика уже стояла у выхода, с наново сплетенной косой до середины спины.
Только тут девушка осознала:
«Я же не знаю, куда идти! Она что-то говорила про господина... Интересно, о ком это она?»
Она откинула ветви, и яркое солнце на миг ослепило ее. Перед ней находился коридор. Потолка у него не было, и солнце ярко светило, проглядывая меж густой зелёной листвой. Тарика взглянула вверх и ахнула. Тот самый коридор, в котором она находилась, был вырублен в земле меж корней просто колоссальных размеров древа. Его ветви, казалось, подпирали сам небосвод. Самые нижние ветви терялись меж облаков.
«Но как тогда солнце может светить так ярко?»
Но чем дольше девушка силилась это понять, тем больше у неё болела голова. Казалось, что сами ветки выгибались и расступались, давая солнцу одаривать землю своими лучами.
Девушка на ватных ногах продолжила идти вперёд. По левую руку в земле она заметила ещё несколько таких же проёмов, сокрытых плащом буйной зелени. Должен быть так тоже кто-то живет. Но когда Тарика приблизилась к ближайшей двери и услышала тихие, но жуткие свистящие и шарящие звуки, она решила не играть с судьбой в напёрстки.
Казалось, коридор был бесконечным, но вот справа она обнаружила высокую арку. Вошла. В полумраке она различила вереницу каменных ступенек, ведущие куда-то глубоко под землю. Не видя иного пути, она сделала несколько шагом вниз. В нос ей ударил запах гнили и сырости. Взяв всю храбрость в кулак, она собралась было пойти дальше, спустившись ещё на одну ступеньку вниз, но ее нога вместо холода камня ощутила скользкую влажную поверхность. Мох! Не удержав равновесия, Тарика поскользнулась и на какой-то миг ощутила чувство полной невесомости. Не успев вскрикнуть, она камнем полетела во тьму.