Тьма в объятиях солнца

Они вышли из примерочной растрёпанные и слишком довольные собой.

Волосы Эль были взлохмачены, губы покраснели от поцелуев, а ворот рубашки Азраила выглядел так, будто пережил нападение дикого животного.

Эль попыталась его поправить.

— Стой спокойно.

— Не хочу.

Азраил поймал её за талию и снова притянул к себе.

— Азраил, — рассмеялась она, упираясь ладонями ему в грудь. — Ты хотя бы сделай вид, что умеешь сдерживаться.

— Я делал.

— Когда?

— До примерочной.

— Это не считается.

— Тогда никогда.

Он снова наклонился к её губам.

Эль успела лишь тихо фыркнуть:

— Вот бы теперь без свидетелей...

И тут врезалась во что-то твёрдое.

Вернее, в кого-то.

Она резко остановилась и подняла глаза.

Перед ними стоял Михаил.

В обеих руках он держал пакеты, на плече висела ещё одна сумка, а выражение лица было таким, будто он только что получил очередное доказательство того, что мироздание ненавидит лично его.

Несколько секунд Михаил молча смотрел на них.

На волосы Эль.

На расстёгнутый рубашку Азраила.

На их руки, всё ещё лежавшие друг на друге.

Потом медленно закрыл глаза.

— Разумеется.

Азраил приподнял бровь.

— Что?

— Если вы не воюете, значит, занимаетесь этим.

— Чем именно? — невинно спросила Эль.

Михаил открыл глаза.

— Не заставляй меня произносить.

— Мы разговаривали, — сказала она.

Он посмотрел на её припухшие губы.

Потом на сломанную пуговицу Азраила.

— Очень выразительный язык.

Азраил спокойно поправил рубашку.

— Мы налаживали отношения.

— В примерочной?

— Нейтральная территория.

Эль серьёзно кивнула.

— Дипломатические переговоры.

Михаил посмотрел на них с болью.

— Вы пропали на сорок минут.

— Переговоры были тяжёлыми, — пояснил Азраил.

— С несколькими раундами, — добавила Эль.

Михаил резко отвернулся.

— Я пришёл купить молоко.

— Купил? — спросила она.

— Да.

— Тогда день прошёл не зря.

Он пошёл вперёд.

— Мне нужен новый дом.

Азраил усмехнулся.

— Ты живёшь в нашем.

— Именно поэтому и нужен новый.

Эль догнала его.

— Не ворчи, Миша.

Михаил остановился.

Очень медленно повернул к ней голову.

— Не называй меня так.

— Почему?

— Потому что после всего увиденного между нами не осталось такого уровня близости.

Азраил рассмеялся.

— Поверь, близость бывает хуже.

Михаил побледнел.

— Даже не продолжай.

— Могу предложить беруши, — сказал Азраил. — Или повязку на глаза.

— Мне нужна амнезия.

Эль задумалась.

— Рафаил умеет.

Михаил посмотрел на неё.

— Это была ужасная шутка.

— Но эффективное решение.

— Я просто хотел купить йогурт, — пробормотал он, снова уходя вперёд. — Обычный человеческий йогурт. Без семейной травмы в комплекте.

Эль переплела пальцы с пальцами Азраила.

— Кажется, он расстроен.

— Переживёт.

— Ты уверен?

— Он пережил небесные войны.

Азраил посмотрел Михаилу вслед.

— Правда, нас он может не выдержать.

⸻

Когда они вернулись домой, Люцифер уже устроился в кресле с бокалом вина.

Бог сидел напротив с книгой, которую, судя по тому, как долго он не переворачивал страницу, давно перестал читать.

Оба одновременно подняли головы.

Сначала посмотрели на Михаила, который вошёл с пакетами и лицом человека, потерявшего волю к жизни.

Потом на Эль.

Затем на Азраила.

Люцифер медленно улыбнулся.

— А вот и экспедиция.

Он окинул Эль внимательным взглядом.

— Судя по причёске, магазин оказал сопротивление.

Эль сняла пальто.

— Но проиграл.

Бог посмотрел на Азраила.

— Рубашка тоже?

Азраил опустил глаза на отсутствующую пуговицу.

— Сопутствующие потери.

Михаил с грохотом поставил пакеты на стол.

— Я больше не пойду с ними никуда.

— Что случилось? — спросил Бог.

Михаил повернулся к нему.

— Они исчезли.

— В магазине?

— В примерочной.

Люцифер поднял бокал.

— Молодцы. Поддержали малый бизнес.

— Я потом нашёл их! — Михаил говорил уже почти с отчаянием. — Снова растрёпанных. Снова довольных. Снова с этим выражением лица!

Азраил нахмурился.

— С каким?

Михаил ткнул в него пальцем.

— С этим!

— Очень информативно.

— Я не хочу больше открывать двери, заходить в комнаты и искать вас в общественных местах.

Люцифер задумчиво кивнул.

— Разумно. Можно потерять веру.

— Я её уже потерял!

Бог наконец закрыл книгу.

— Ты архангел.

— Тем трагичнее!

Эль не выдержала и рассмеялась.

Михаил рухнул на диван лицом вниз.

— Я всего-лишь хотел купить продукты.

— Ты купил? — спросил Бог.

— Да.

— Значит, миссия выполнена.

— Ценой психики.

Люцифер наклонился к нему.

— Психика восстанавливается.

— Нет.

— Тогда привыкает.

Михаил накрыл голову подушкой.

Азраил прошёл мимо и хлопнул его по плечу.

— В следующий раз повесим табличку.

Из-под подушки раздался глухой голос:

— «Не входить»?

— «Дипломатическая встреча».

Эль прыснула со смеху.

Люцифер поднял бокал.

— Я бы добавил: «Возможны громкие переговоры».

— И повреждение мебели, — спокойно дополнил Бог.

Михаил медленно поднял голову.

— Почему вы оба это поддерживаете?

Бог пожал плечами.

— Я создал любовь.

Люцифер усмехнулся.

— А я улучшил рекламу.

Азраил встал за спиной Эль и обнял её за талию.

Она откинулась на него, всё ещё улыбаясь.

— Думаешь, в ванной тоже можно продолжить переговоры?

Он наклонился к её уху.

— Только с пеной.

— И договором?

— Подпишем на телах.

Михаил снова накрылся подушкой.

— Они опять начинают.

Люцифер сделал глоток вина.

— Нет, брат. Сейчас только трейлер.

— Я не хочу фильм.

— А зря. Критики хвалят химию актёров.

Бог задумчиво посмотрел в сторону лестницы.

— Возможно, всё-таки стоит улучшить звукоизоляцию.

Михаил резко сел.

— Да!

Азраил прищурился.

— Нет.

— Почему? — почти вскрикнул Михаил.

— Мне нравится знать, что вы страдаете.

Люцифер рассмеялся.

— Мой сын. Тьма, ярость и семейный террор через акустику.

Эль повернулась в руках Азраила.

— Пойдём?

Он посмотрел ей в глаза.

— Куда?

— Продолжать переговоры.

Михаил издал звук, похожий на стон умирающей души.

Бог открыл книгу обратно.

— Идите.

Михаил уставился на него.

— Отец!

— Что?

— Ты их отпускаешь?

— Я не собираюсь снова останавливать апокалипсис из-за неудовлетворённой семейной пары.

Люцифер поднял бокал им вслед.

— Только не ломайте ванну. Она ещё новая.

Азраил уже вёл Эль к лестнице.

— Ничего не обещаю.

Михаил медленно лёг обратно на диван.

— Я хочу вернуться в Небо.

Люцифер посмотрел на него с сочувствием.

— Рафаил в клетке, Совет в панике, а ты живёшь под лестницей у двух бессмертных, которые не умеют держать руки при себе.

Он сделал паузу.

— Брат, боюсь, это и есть твоё наказание.

Сверху хлопнула дверь спальни.

Михаил закрыл лицо руками.

Бог перевернул страницу.

— Началось.

Люцифер прислушался.

— Пока нет.

Из-под рук Михаила донеслось:

— Ненавижу вас всех.

— Семья, — довольно произнёс Люцифер. — Сразу видно, что снова вместе.