<50>
******Азраил********
Прошло дохренища времени, оба до сих пор лежали неподвижно.
Эль и Михаил.
Я смотрел на неё. Тело неподвижно, дыхание еле слышно. И если бы не слабое дрожание пальцев в моей ладони, я бы подумал, что она умерла.
— Ну же...Михаил, блядь, давай, — прошипел я, сжав зубы. — Оживи свою задницу, пока я не вошёл в тебя во всех возможных смыслах этого слова и не вытащил Эль обратно.Сам.
Время тянулось, как проклятая вечность. Моя ладонь горела от прикосновения к её коже. Я не отводил глаз — будто мог удержать её здесь одним только взглядом.
Прошло минут сорок.
Резкий вдох. Михаил подскочил, как ужаленный, хватаясь за грудь, будто тонул всё это время. Я мгновенно навис над ним.
— Возвращай её. Сейчас же.
Михаил смотрел куда-то мимо меня. И выдал почти шёпотом:
— Кажется, у нас проблемы.
Во мне что-то оборвалось. Я рявкнул, едва сдержавшись от того, чтобы сжать его горло:
— Что блять ??
Михаил сглотнул, не сводя глаз с Эль.
— Она увидела слишком многое. Всё. То, что её мать убили. Что её использовали. Что её любили и предали. Всё. Она... восстановила силу. Полностью. Но в ярости потеряла себя. Я попытался вмешаться, остановить — но она вытолкнула меня обратно. И теперь, кажется, она не различает, где реальность, а где подсознание. Она ищет Рафаила,чтобы отомстить.
Я молчал. Руки сжались в кулаки, кости хрустнули.
А потом я сорвался.
— Ты, мать твою, идиот! Тупорылый небесный кретин! Я же предупреждал, что если она хоть царапину получит, я тебя в порошок сотру! — Я поднял его за воротник, зарычал в лицо. — Ты втянул её в это и даже не предусмотрел, что она сломается?!
Он ничего не ответил. Только тяжело дышал, виновато глядя на Эль.
Я заставил себя отпустить его. Грудь ходила ходуном.
— Ладно. Всё. Хватит. — Я выдохнул, холодно. — Отправляй меня к ней.
Михаил качнул головой.
— Нельзя. Её сознание сейчас в буре. Ты не выдержишь.
Я шагнул ближе, голос стал тихим и ледяным:
— Послушай. Если ты сейчас не откроешь мне путь, я сделаю это сам. Я найду способ. Но ты не захочешь видеть, как я это сделаю.
Мы смотрели друг на друга несколько долгих, натянутых секунд. Потом он нехотя кивнул.
— Хорошо... Но если ты её потеряешь там — вы оба умрёте.
— Мы уже мертвы, — бросил я, опускаясь на колени рядом с Эль и беря её за руку. — Теперь я просто верну нас обратно.
*********
Погружение в её сознание было не похожим ни на что.
Будто шаг за шагом я проваливался в лабиринт, сотканный из боли, гнева и разорванных воспоминаний. Всё здесь жило и дышало её яростью — стены дрожали, воздух вибрировал, и каждый мой шаг отдавался эхом по искажённым коридорам её подсознания.
Сначала я увидел огонь. Пульсирующий, живой — как дыхание солнца.
А потом — лицо Люцифера. Его рука вытянута к женщине, я чувствую, как жар вливается в её тело, и понимаю Это мой отец- он дал силу Эль.
— Сука, — вырвалось у меня. — Ты всё знал… И молчал?
Я сжал кулаки, кровь кипела в жилах.
— Как только увижу тебя, старик, разорву на молекулы. В каждой реальности.
Я шёл дальше, лавируя между вспышками прошлого. Как ленты, они обвивались вокруг меня, показывая всё — убийство её матери. Рафаил, этот ублюдок, сжимает младенца на руках. Мать умирает одна, в тишине, назвав её Элиэей. Моё сердце сжалось. Я чувствовал, как грудь рвёт изнутри.
Дальше — она растёт среди Архангелов,одна. Няня заменяет ей мать.
Затем она встречает меня.
Я с трепетом в душе осознал,что она сбежала с небес на землю,только ради меня.
Чертова Песня в караоке. Влюблённые взгляды. Первые прикосновения, поцелуи, признания… Наша жизнь. Наша любовь. Всё возвращается ко мне, будто нож в сердце с каждым кадром.
Я стоял, стиснув зубы, не в силах остановить слёзы. Она всё это помнила. Всё это чувствовала. И всё это у неё отняли.
Ярость и любовь бушевали внутри меня в унисон. Всё, чего я хотел — найти её. Найти и забрать к чёрту отсюда. Спрятать от мира.
И вот она.
Как буря. В центре хаоса. Воздух пульсировал от её силы, земля дрожала, стены трескались, словно само её сознание разламывалось под весом чувств. Её глаза были полны огня, но за ним — пустота, боль, одиночество.
Сердце моё сжалось.
Моя маленькая девочка… моя Эль. Злая, неуправляемая, но всё такая же милая. Даже в ярости.
Я бросился к ней, не думая. Она заметила меня — но не атаковала. Она дрожала. Сломанная. Потерянная. Её губы дернулись, как будто она собиралась закричать, но я уже был рядом.
Я обнял её.
Крепко. Насмерть. Словно если отпущу — исчезнет.
— Я здесь, слышишь? Я с тобой. Всё, всё хорошо… — шептал я, сжимая её в объятиях. — Прости. Прости, что не был рядом, когда тебе это было нужно. Но теперь я здесь. И никто, слышишь, никто тебя больше не тронет.
Она не ответила.
Я закрыл глаза.
-Давай же Эль,нам надо идти.
Она дрожала в моих руках, и стоило мне прижать её крепче, как я услышал… почти неслышно, слабо, надломлено:
— Спаси меня… Я не хочу этого помнить…
И замерла. Её тело обмякло. Глаза закатились. И… всё.
Словно кто-то вырвал из неё жизнь.
— Эль? — выдохнул я. — Эль! — крик вырвался из горла, словно мою грудную клетку разорвали изнутри.
Нет. Нет, нет, нет, только не это…
Я прижал её к себе крепче, пытаясь почувствовать её дыхание, пульс, хоть что-то… Но её разум — замкнулся. Я чувствовал это. Она исчезла внутри самой себя.Ешё глубже,чем мы находимся сейчас.
Слёзы жгли глаза, но я не дал им упасть. Я не имел права. Не сейчас. Я был слишком занят тем, как ярость, боль, паника и всепоглощающее отчаяние раздирали меня на куски.
— Чёрт тебя побери, Михаил… — прохрипел я, — вернись, гнида, вернись сюда, и вытащи её обратно!
Как будто в ответ, воздух содрогнулся, и где-то сбоку открылся золотой разлом. Михаил — измученный, бледный, еле стоящий на ногах — вышел наружу.
— Не ори… — простонал он. — Что случилось?
Я метнулся к нему, в глазах — ярость, в горле — крик:
— Она просила меня спасти её. А потом… исчезла. Полностью. В ней — пусто, как в бездне. Верни её. Сейчас же. Иначе я клянусь — лично отправлю тебя в каждую из сфер Ада, по очереди. Без перерыва.
Михаил, задыхаясь, кивнул:
— Помоги,у меня мало сил.
Я не дал ему договорить. Опустил Эль осторожно на невесомый пол сознания. Протянул руку к Михаилу.
— Делай. Прямо сейчас.
Он коснулся моей руки — и весь мир взорвался светом и болью.
Мы нырнули глубже в её подсознание, туда, где не было образов, не было формы — лишь ужас, страх, и тысячи голосов, шепчущих её боль. Михаил бледнел на глазах, а я чувствовал, как мне рвёт сердце оттого, что чувствовала она.
Одинокая. Изломанная. Брошенная всем, что любила.
И в этом лабиринте я нашёл её.
Маленький силуэт, свернувшийся в клубок, в пустоте. Её лицо — осунувшееся, безжизненное, как у куклы.
Я шагнул вперёд, не слушая Михаила, не думая. Опустился рядом.
— Эль… моя девочка… вернись ко мне.
Я дотронулся до её щеки. Она была холодной.
— Пожалуйста… не оставляй меня. Мы всё вспомнили. Мы всё пережили. Вместе. Не оставляй меня одного в этом мире.
Михаил позади нас начал плести символы из света, создавая мост между её подсознанием и телом. Но я не отрывался от неё.
— Я сожгу всех, кто когда-либо причинил тебе боль. Но только вернись. Я не могу без тебя, слышишь? Не могу…
И тогда… её пальцы слегка дрогнули.
— Эль?
Я поднёс её ладонь к своей щеке.
И в следующий миг — золотой свет вспыхнул внутри неё. Необъятный, чистый и такой родной. Её сила. Её душа. Она возвращалась.
Я сжал её в объятиях, когда она начала дышать. По-настоящему.
— Всё хорошо… — прошептал я. — Ты дома. Я рядом. Всегда.