Тьма в объятиях солнца

Армию перевели в центральный зал.

Огромное пространство было вырублено прямо внутри чёрной скалы. Багровый свет тек по стенам, огонь горел в глубоких расщелинах, а своды терялись во тьме.

Демоны заполнили нижние уровни.

Тёмные ангелы расположились выше.

На каменном возвышении стояли Азраил, Люцифер, Михаил и Эль.

Перед ними раскрыли карты.

Схемы Небес.

Пути к Чистилищу.

Старые врата.

Точки, где защита Рафаила могла оказаться слабее.

Люцифер положил ладони на край стола.

— Прежде чем мы начнём спорить, обвинять друг друга и угрожать смертью, предлагаю познакомиться с главным преимуществом нашей армии.

Он указал на Эль.

— Элиэя.

В нижних рядах вдруг началось движение.

Несколько демонов поднялись со своих мест.

Эль узнала их сразу.

Те самые садовники, которые недавно появились у дома с лопатами, телегой и мешками. За ними встали демоны, заносившие мебель, убиравшие комнаты и приводившие в порядок дом.

Они переглянулись.

А затем один за другим преклонили колени.

Склонили головы.

— Госпожа Эль.

По залу прошёл тихий гул.

Эль удивлённо посмотрела на них.

— Вы?

— Мы, — отозвался один из садовников.

— Все, — добавил демон, который помогал заносить мебель.

— Она дала нам чай, — серьёзно произнёс третий.

— И пирог, — напомнил кто-то сзади.

— Дважды, — уточнил другой.

Они подняли головы.

В их взглядах не было страха.

Только открытое признание, преданность и странно тёплая для демонов благодарность.

— Мы знаем, кто она, — произнёс старший из садовников. — И знаем, как она обращалась с нами, когда могла приказать, выгнать или даже не заметить.

— Она не смотрела на нас как на слуг, — добавил другой.

— И не называла тварями.

— Мы признаём Элиэю, — твёрдо сказал первый. — И встанем за неё.

Несколько демонов вокруг них согласно ударили кулаками в грудь.

Михаил медленно повернул голову к Эль.

Потом посмотрел на преклонившихся демонов.

Снова на Эль.

— Подождите...

Он явно пытался уложить происходящее в голове.

Не получилось.

— Это те самые демоны, которые копали тебе сад?

— Не только, — ответила Эль. — Некоторые заносили мебель.

— И убирали дом, — услужливо подсказал один из демонов.

Михаил уставился на неё с неподдельным изумлением.

— Ты за один день собрала личную гвардию из садовников, грузчиков и уборщиков?

— Они были вежливыми.

— Они только что преклонили перед тобой колени!

— Очень вежливыми.

Один из демонов в первом ряду нахмурился.

— Главное оружие...какая-то женщина?

Азраил едва успел повернуть голову.

Старший садовник уже поднялся с колена.

— Следи за языком.

Демон нахмурился сильнее.

— Я всего лишь...

— Она накормила нас, впустила в свой дом и обращалась с нами лучше, чем многие из тех, кому мы служили веками, — перебил его другой. — Поэтому выбирай слова осторожнее.

— Кто выступит против неё, — добавил демон, заносивший мебель, — сначала будет иметь дело с нами.

Азраил медленно посмотрел на них.

Потом на демона, который позволил себе недовольство.

— Я собирался сказать примерно то же самое.

— Нет, — тихо произнесла Эль. — Ты собирался его убить.

— Это была бы более короткая версия.

Люцифер повернул к недовольному демону голову.

— Она не какая-то женщина. Это очень редкий вид вооружения, который умеет закатывать глаза.

Эль посмотрела на него.

— Ты закончил?

— Я представляю тебя народу.

— Плохо представляешь.

— Хорошо. Продолжай сама.

Азраил посмотрел на всё ещё преклонившихся демонов.

— Не обольщайся, огонёк. Они любят тебя только потому, что ты их кормишь.

— Я всего лишь дала им чай и пирог.

— Вот именно.

Люцифер задумчиво кивнул.

— Наконец-то появилась внятная стратегия. Вместо штурма поставим у ворот Небес стол, нальём чай и предложим Рафаилу пирог.

Михаил всё ещё смотрел на демонов.

— Вы действительно готовы воевать за неё из-за пирога?

— Хороший был пирог, — мрачно ответил один из садовников.

Люцифер указал на него пальцем.

— Видишь? Небеса обречены.

Азраил шагнул ближе к краю возвышения.

— Она способна уничтожить защиту Рафаила.

Кто-то внизу недоверчиво хмыкнул.

Азраил сразу нашёл взглядом источник звука.

— Есть сомнения?

Демон отвёл глаза.

Эль тихо вздохнула.

Подошла к открытому краю зала и посмотрела на скалу, поднимавшуюся далеко за ущельем.

— Эль, — негромко сказал Михаил, — не обязательно...

Она щёлкнула пальцами.

Скала исчезла.

Не взорвалась.

Не раскололась.

Просто перестала существовать.

На её месте остался пустой провал, а пыль медленно оседала над раскалённой землёй.

В зале стало тихо.

Один демон выругался.

Другой сделал шаг назад.

Люцифер задумчиво посмотрел туда, где ещё мгновение назад возвышалась гора.

— Хорошая скала была.

Эль повернула к нему голову.

— Ты расстроен?

— Нет. Просто теперь придётся менять карты.

Он посмотрел на армию.

— И это она без кофе.

Азраил приблизился к Эль и склонился к её уху.

— Ты понятия не имеешь, что со мной делает этот вид.

— Исчезающая гора?

— Ты, уничтожающая её так, будто убрала крошку со стола.

Она лениво посмотрела на него.

— А мне нравится, когда ты пытаешься держать себя в руках.

— Я не пытаюсь.

— Правда?

— Я отчаянно проигрываю.

Люцифер постучал пальцами по карте.

— Любовники Апокалипсиса, вернитесь к войне.

— Не называй нас так, — произнёс Азраил.

— Хорошо. Катастрофа и её эмоционально нестабильное приложение.

Михаил подавился кофе.

Эль отвернулась, чтобы скрыть смех.

Азраил несколько секунд смотрел на отца.

— После войны я тебя убью.

— Внесу в расписание. После победы и до семейного ужина.

⸻

Совет затянулся.

Часы уходили на расчёты, пути, силы и возможные ловушки.

Азраил почти не отходил от карты.

Он спорил с Люцифером, исправлял расположение отрядов, требовал изменить защиту тыла и несколько раз угрожал выбросить одного из командиров в огненную реку за предложение использовать Эль как приманку.

Эль долго стояла рядом.

Слушала.

Запоминала.

Иногда вмешивалась.

Но постепенно в её взгляде появилась скучающая искра.

Азраил заметил её слишком поздно.

Она медленно поднялась.

Потянулась и направилась к боковому проходу.

Спокойно.

Не торопясь.

Каждый шаг был чуть мягче необходимого.

Каждое движение будто специально напоминало Азраилу о том, что находилось под тканью.

По залу потянулись взгляды.

Слишком многие.

Слишком долгие.

Азраил замолчал посреди фразы.

Один из демонов рядом с картой не сразу понял, почему температура вокруг внезапно упала.

Люцифер проследил за взглядом сына.

— Нет, — пробормотал он. — Только не снова.

Эль скрылась в тёмном проходе.

Азраил резко выпрямился.

— Продолжайте без меня.

— Мы обсуждаем штурм Небес, — напомнил Михаил.

— Справитесь.

Люцифер приподнял бровь.

— Что-то случилось?

— Да.

— Что?

Азраил посмотрел на демонов, всё ещё поглядывавших вслед Эль.

— У некоторых слишком хорошо работают глаза.

Люцифер кивнул с пониманием.

— Тяжёлый диагноз.

— Закрой рот.

— Я ничего не сказал.

— Ты подумал громко.

Азраил исчез в проходе.

Михаил посмотрел на Люцифера.

— Мы продолжим?

— Конечно.

Люцифер взял указку.

— Итак, пока генерал занят устранением внутренней угрозы собственному рассудку...

⸻

Азраил прошёл несколько тоннелей.

Тишина раздражала.

Запах Эль ускользал среди камня, дыма и серы.

Он свернул за угол.

Никого.

Ещё один проход.

Пусто.

— Огонёк?

Ответа не было.

Его раздражение росло.

Вместе с ревностью.

Он прекрасно понимал, что Эль сделала это намеренно.

Каждый её шаг.

Каждый взгляд.

Каждое движение бёдер под тканью.

Она знала, что он смотрит.

Знала, что смотрят остальные.

И наслаждалась тем, как быстро он теряет терпение.

Азраил уже прошёл мимо узкой расщелины,когда чья-то рука внезапно схватила его за одежду.

Он не успел развернуться.

Эль втянула его внутрь и прижала спиной к холодному камню.

В полумраке её глаза блестели огнём.

— Скучал?

Азраил посмотрел на неё.

Медленно.

Сверху вниз.

— Я в бешенстве.

— Знаю.

— Ты специально прошла через весь зал именно так.

— Как?

— Не изображай невинность.

Она прикусила губу.

— А я хорошо изображаю?

Он схватил её за талию и поменял их местами.

Теперь уже Эль оказалась прижата к стене.

— Ужасно.

— Жаль.

— Ты хотела, чтобы они смотрели.

— Я хотела, чтобы смотрел ты.

— Они тоже смотрели.

— Но только ты знал, зачем я ушла.

Азраил замер.

Глаза потемнели.

— Ты заманила меня сюда.

— Понадобилось меньше минуты.

— Повторюсь : Я медленный после Пустоты.

Эль тихо рассмеялась.

Он наклонился и коснулся губами её шеи.

Не поцеловал.

Только провёл дыханием по коже.

— Ты решила проверить, сколько во мне осталось самообладания?

— Да.

— И как результат?

— Пока разочаровывает.

Азраил поднял голову.

— Разочаровывает?

— Ты всё ещё разговариваешь.

На этом его терпение закончилось.

Он поцеловал её.

Жёстко.

Голодно.

Вся ревность, всё напряжение последних часов и страх перед приближающейся войной прорвались одним движением.

Эль ответила сразу.

Пальцы вцепились в его плечи.

Азраил прижал её к каменной стене, окружая собой, не оставляя между ними пространства.

Его ладони скользнули по её талии, бёдрам, спине.

Он касался её так, будто одновременно хотел наказать за провокацию и поблагодарить за неё.

Эль рассмеялась прямо в его губы.

— Ты смеёшься?

— Немного.

— Я серьёзно зол.

— Именно поэтому это так красиво.

Азраил снова поцеловал её.

Медленнее.

Опаснее.

— Они смотрели на тебя.

— Пусть.

— Мне это не нравится.

— Знаю.

— И всё равно сделала.

Она провела пальцами по его груди.

— Мне нравится, как ты смотришь на меня, когда ревнуешь.

— Огонёк, это не игра.

— Для меня игра.

Он сжал пальцы на её талии.

— Ты разбудила зверя.

Улыбка Эль стала хищной.

Она коснулась его лица.

— Я не боюсь тебя.

— Следовало бы.

— Нет.

Белое пламя вспыхнуло на её пальцах.

Не обжигая.

Только освещая тёмный проход.

— Я боюсь только того, что ты снова останешься один.

Азраил замер.

Ярость на мгновение отступила.

Эль притянула его к себе и поцеловала сама.

Без насмешки.

Без игры.

Так, будто хотела доказать, что он действительно здесь.

С ней.

Живой.

Свободный.

Чёрное пламя вспыхнуло за спиной Азраила.

Крылья расправились, ударившись о стены пещеры. Камень задрожал, по полу побежали трещины.

Белое пламя поднялось вокруг Эль.

Скользнуло по коже, обвило тело живыми лентами света.

За её спиной раскрылись крылья.

Не перья.

Не плоть.

Чистый огонь.

Азраил оторвался от её губ и замер.

— Твои крылья...

Эль посмотрела через плечо.

— Нравятся?

— Нет.

Она подняла бровь.

— Они сводят меня с ума.

— Это уже ближе к правде.

Он провёл ладонью вдоль огненного крыла.

Пламя обвило пальцы, узнало его и не причинило боли.

Азраил посмотрел ей в глаза.

— Ты прекрасна.

Слова прозвучали грубо, почти хрипло.

Словно признание причиняло ему физическую боль.

Эль улыбнулась.

— А ты сейчас особенно опасен.

— Я всегда опасен.

— Нет. Иногда ты ворчливый.

— Ты пытаешься испортить момент?

— Немного.

Он снова поцеловал её.

Чёрное и белое пламя столкнулись.

Но не стали бороться.

Сплелись.

Потекли по стенам, по полу, по их коже, превращая тесную пещеру в центр сияющей бури.

Метка Азраила вспыхнула на коже Эль.

Ярко.

Чёрно-золотым светом.

Она вздрогнула и прижалась ближе.

Азраил провёл пальцами по метке.

— Смотри на меня, огонёк.

Эль подняла глаза.

— Только на меня.

В его голосе не было приказа хозяина.

Была просьба мужчины, всё ещё боявшегося исчезнуть из её памяти.

Эль поняла.

Обхватила его лицо ладонями.

— Я смотрю.

Он прикрыл глаза.

— Я хочу убить их всех.

— Это испортит бы армию.

— Мне всё равно.

Она мягко коснулась губами его нижней губы.

— Они могут смотреть.

Азраил напрягся.

Эль продолжила:

— Но прикоснуться можно только тебе.

Чёрное пламя рванулось вверх.

Камень над ними треснул.

Азраил прижал её крепче.

— Ещё раз скажи.

— Только тебе.

Его дыхание сорвалось.

— Чья ты?Скажи это !

Эль посмотрела на него прямо.

— Я твоя, потому что сама выбрала тебя.

Азраил замер.

Каждое слово вошло глубже любой метки.

— Не потому что ты меня забрал, — продолжила она. — Не потому что связал. И не потому что имеешь право.

Её пальцы скользнули по его шее.

— А потому что я хочу быть твоей.

Тьма в его глазах смягчилась.

Он поцеловал её медленно.

Почти благоговейно.

Но ненадолго.

Следующий поцелуй снова стал горячим.

Требовательным.

Пламя вокруг них усилилось.

Их силы переплетались, сталкивались, пробовали друг друга, будто сами обладали волей.

Чёрное поглощало белое.

Белое проникало внутрь тьмы и заставляло её светиться.

Стены дрожали.

По тоннелям прокатилась волна жара.

Эль прижалась к Азраилу, чувствуя, как в нём рушатся последние остатки контроля.

Он остановился на мгновение.

Посмотрел в её лицо.

— Скажи, если хочешь, чтобы я остановился.

Она провела ладонью по его щеке.

— Не смей.

И Азраил больше не сдерживался.

Пещеру накрыло огнём.

⸻

В центральном зале первая дрожь прошла по полу незаметно.

Несколько мелких камней сорвались со свода.

Затем воздух задрожал сильнее.

Карты на столе приподнялись.

Багровое пламя в расщелинах резко побелело, а после почернело.

Один из тёмных ангелов поднял голову.

— Это нападение?

Михаил замер.

Его лицо медленно изменилось.

Сначала настороженность.

Затем понимание.

И почти сразу глубокое желание перестать существовать.

— Нет, — произнёс он.

Люцифер прикрыл глаза, почувствовал знакомую смесь двух сил и медленно улыбнулся.

— Боюсь, это гораздо хуже.

По стенам прошла новая волна.

Часть потолка осыпалась на пустой участок пола.

Один демон выхватил меч.

— Что происходит?

Люцифер поднял ладонь.

— Спокойно. Генерал проводит внеплановые испытания союзного оружия.

Михаил закрыл лицо руками.

— Не называй это так.

— А как мне это назвать?

— Никак.

— Скучно.

Ещё одна волна прокатилась по залу.

Белое пламя вспыхнуло в одной из трещин, переплелось с чёрным и исчезло.

Люцифер посмотрел на свод.

— Впечатляет.

— Замолчи, — глухо произнёс Михаил.

— Ты тоже чувствуешь их силу?

— Все чувствуют их силу!

Демоны неловко переглянулись.

Один тихо кашлянул.

Другой отвернулся к стене с таким сосредоточенным выражением, будто внезапно нашёл в камне нечто невероятно важное.

Люцифер обвёл их взглядом.

— Что вы так напряглись? Любовь, война, разрушение архитектуры. Обычный семейный день.

Михаил медленно опустился на каменную скамью.

— Я уже пережил прошлую ночь.

— Технически не пережил. Ты всё ещё выглядишь мёртвым.

— Я слышал слишком много.

— Радуйся, что только слышал.

Михаил резко поднял голову.

— Люцифер.

— Молчу.

Он помолчал ровно две секунды.

— Хотя, судя по мощности, они сейчас либо создают новый вид магии, либо новый континент.

— Я тебя ненавижу.

— Это реакция от недосыпа.

Один из демонов осторожно спросил:

— Нам продолжать совет?

Люцифер посмотрел на карты, затем на потолок, с которого снова посыпалась пыль.

— Разумеется.

Он взял указку.

— Итак, северный фронт...

Свод содрогнулся.

Где-то в глубине раздался глухой удар.

Люцифер поднял глаза.

— Северный фронт временно отложим. Кажется, у нас меняется рельеф.

Михаил простонал и снова закрыл лицо.

— Я уйду.

— Куда?

— На Небеса.

— Там Рафаил.

— Тогда в Чистилище.

— Там скучно.

— Именно поэтому.

Люцифер усмехнулся и повернулся к демонам.

— Никто не идёт в восточные тоннели.

— Почему? — спросил один из командиров.

— Военная тайна.

Михаил процедил сквозь зубы:

— Это не военная тайна.

— Конечно тайна. Они явно не хотят свидетелей.

— Тогда зачем ты обсуждаешь это со всем залом?

Люцифер задумался.

— Чтобы все знали, куда не смотреть.

— Ты только что заставил всех думать именно об этом.

— Отлично. Значит, внимание армии полностью под моим контролем.

Новая волна силы ударила по залу.

Несколько демонов ухватились за столы.

Люцифер довольно кивнул.

— Вот теперь я спокоен.

Михаил медленно убрал руки от лица.

— Почему?

— Потому что мой сын после десяти лет в Пустоте вернулся достаточно здоровым, чтобы угрожать целостности Ада.

— И это вызывает у тебя гордость?

— Огромную.

Михаил посмотрел на него с искренним ужасом.

— Ты чудовищный отец.

— Зато последовательный.

Люцифер откинулся на спинку каменного кресла и сцепил пальцы на груди.

— Пусть заканчивают своё стратегическое объединение.

Михаил зажмурился.

— Никогда больше не произноси эти слова.

— Хорошо. Назовём это усилением боевого союза.

— Хуже.

— Синхронизацией аур?

— Ещё хуже.

— Семейным совещанием без одежды?

Михаил резко поднялся.

— Я ухожу.

Люцифер рассмеялся.

— Хорошо, хорошо. Молчу.

Михаил сделал несколько шагов.

Затем остановился.

— Они ведь не разрушат весь восточный сектор?

Люцифер прислушался к гулу под землёй.

— Теперь уже любопытно.

Михаил медленно обернулся.

— Люцифер.

— Что?

— Останови их.

Люцифер посмотрел на него так, будто услышал самое нелепое предложение за всю свою долгую жизнь.

— Ты хочешь, чтобы я вошёл туда?

Михаил представил это.

Лицо стало ещё бледнее.

— Нет.

— Умный мальчик.

Люцифер снова взял указку и повернулся к карте.

— Продолжаем. Если к концу совета Ад останется на прежнем месте, будем считать день успешным.