<23>
Эль стояла, окружённая пульсирующим светом, словно сама стихия стала плотью. Но внутри неё уже не бушевала буря - только тихий, уверенный огонь.Её голос- сталь:
- Я не хочу войны, Рафаил. Не сейчас. Я слишком долго была пустотой. Слишком долго жила, как осколок, без цели, без смысла.
Но если ты попробуешь забрать у меня это снова... - она подняла руку, и воздух дрогнул. - Я пойду до самого конца. И мне не будет жаль тебя.
Рафаил молчал секунду, будто прислушиваясь - к ней или к себе. Потом губы его дрогнули в едкой усмешке:
- Всё ещё веришь ему, Элиэя?
Азраил напрягся. Он уже знал, что сейчас будет. Сердце в груди застучало глухо, тревожно.
Рафаил повернулся, делая шаг в тень рушащейся скалы.
- Он снова предаст тебя, - бросил он, не оборачиваясь. - Променяет, как и в прошлый раз.
А рядом с тобой останется кто?... никто.
- Заткнись! - взорвался Азраил. Он метнулся вперёд, но Рафаил уже исчез - оставив после себя воздух, насыщенный горечью, как пеплом.
Молчание упало, как занавес.
Эль не шевелилась,смотря в пустоту.
Он подошёл к ней осторожно, словно боясь спугнуть.
- Эль... - хрипло, почти шёпотом. - Он лжёт. Он делает это всегда, чтобы...
Не дав ему договорить,она посмотрела на него - не злобно... спокойно. Слишком тихо.
- В прошлый раз... - выдохнула она, - он ведь не лгал, да?
Азраил замер.Обдумывая,что сказать.
Его губы приоткрылись, но слова не выходили. Он чувствовал, как паника стучит в грудной клетке.
- Элиэя... я... - Он хотел сказать правду. Хотел вывернуть всё наизнанку.
Но каждый вариант, каждая правда, которую он хранил в себе столько лет, была лезвием.
И он видел, как в её взгляде - где недавно была буря, любовь, свет - теперь расползается тьма. Холодная. Отчуждённая.
Он сделал шаг ближе, протянул руку -но она отступила. Не резко. Медленно. Почти из вежливости.
Но этот шаг бил больнее, чем клинок.
********Азраил*******
Она отпрянула от меня так, будто обожглась. В глазах - не гнев. Хуже.
Предательство.
- Я вспомнила, - прошептала она, словно губы еле повиновались. - Я была беременна... и... я...
Ты был с другой. В постели.
Я хотел сказать «нет», хотел соврать. Или хотя бы смягчить. Но не смог.
Я только выдохнул:
- Эль...
- Я смотрела на тебя, - её голос ломался. - И ты... ты посмотрел на меня, будто я ничто. Будто между нами ничего никогда не было.
- Почему? Почему ты...?
Я подошёл ближе. Захотел коснуться её, но не посмел.
Говорил тихо, почти молитвенно:
- Потому что ты была беременна.Я знал,что подвергаю тебя опасности.
- А ещё знал, что Архангелы следят за тобой... Рафаил... другие. Они знали, кто ты. Но не знали о ребёнке.
Если бы они поняли, что ты носишь моё дитя - тебя бы убили. Они бы тебя уничтожили, Эль. Без колебаний.
-И тут значит ты решил,что лучший выход спасти меня,это переспать с другой у меня на глазах???-её саркастичный,холодный тон остановил кровь в моих венах.
Она стояла, не двигаясь. Только смотрела на меня, как будто заново училась дышать.
- Ты думаешь, я хотел сделать тебе больно? - спросил я. - Ты думаешь, я не разрывался изнутри?
Я показал тебе то, что ты увидела. Нарочно.
Я хотел, чтобы ты ушла. Чтобы спаслась.
Я думал - ты отвернёшься и будешь жить.
Без меня. Но живая.
Она качнула головой, как будто что-то щёлкнуло внутри:
- Последнее что я увидела перед тем как потеряла память,это то как ты изменил мне,а потом тебя сбросили в пропасть...Я потеряла память,и умирала день за днём почти десять лет...И ты,мать твою,заявляешься ко мне,весь такой обиженный,и обвиняешь меня в измене??? Я ничего не упустила?
Всё её тело вспыхнуло огнём.Настоящим.
Я замер.
- Эль... - выдохнул я.
— Нет, не смей! — крик её прорезал воздух, как вспышка молнии.
Она продолжала, медленно, как будто слова сами всплывали из глубин:
-Допустим,это было сделано намеренно...Каким конченным идиотом нудно быть,чтобы поступить так со своей БЕРЕМЕННОЙ девушкой?!
Пламя вокруг неё вспыхнуло сильнее, волосы взметнулись, словно в них вплелись ветра всех миров.
Я сделал шаг к ней, но земля дрогнула.
Между нами разошлась трещина — глубокая, как сама вечность.
Пропасть.
Пламя рвалось из неё, как из ада.
— Больше никаких слов Азраил. Никаких оправданий
Вдруг… пламя погасло.
Её губы дрогнули, дыхание сорвалось, и мир замер.
Она пошатнулась.
Я понял это раньше, чем успел осознать — она падает.
— Эль! — я кинулся вперёд,
крылья взметнулись сами собой, прорезая воздух.Поймал её прежде, чем она коснулась земли.
Её тело было горячим, как солнце, но безжизненным.
Я прижал её к себе, чувствуя, как в груди ломается что-то, что уже давно казалось мёртвым.
— Нет, нет, нет... — шептал я, вжимая лицо в её волосы. — Не смей.
*******Элиэя*******
Я блуждаю непонятно где.
Темнота вокруг будто живая — она тянет ко мне холодные пальцы, но впереди — свет.
Я не боюсь.
Я знаю, что должна пройти.
И вдруг вижу… себя.
Сижу за столом, на лице — улыбка, глаза сияют. Напротив — Рафаил.
Такой спокойный, почти братский взгляд, тот самый, что всегда казался мне надёжным.
— Рафаил, — голос мой звучит звонко, чуть дрожит от радости. — Я должна тебе сказать... Я беременна.
Я вижу, как его лицо на мгновение замирает.
Улыбка сползает.
Мгновение — и в глазах появляется что-то мерзкое.
Отвращение.
Но та, прежняя я, не замечает.
Она смеётся, счастливая, — как дура.
— Это чудесно, Эль, — произносит он натянуто, и уголки губ дрожат. — Скажи… отец ведь Азраил, да?
— Конечно, — отвечаю я, сияя. — Кто же ещё? Я хочу, чтобы ты познакомился с ним. Он будет рад.
Рафаил качает головой, прикрывая злость фальшивой мягкостью.
— Конечно… рад. —
Он поднимается, оправляет плащ. — Мне нужно идти, дела. Поздравляю ещё раз.
Я смотрю ему вслед, ничего не подозревая.
А сейчас — стою рядом, наблюдая со стороны, и внутри всё холодеет.
Я чувствую, как что-то древнее, ужасное, просыпается в нём.
Мгновение сменяется другим.
Я — дома.
Азраил кричит. Громче, чем я когда-либо слышала.
— Ты снова встречалась с ним?! С этим сукиным сыном?! — голос срывается, воздух дрожит от силы. — Если я ещё раз увижу тебя рядом с Рафаилом — клянусь, Эль, я убью вас обоих!
Я стою напротив, злость давит на горло, но боль — сильнее.
— Ты придурок, Азраил! — кричу я, — я просто поговорила с ним! Ты не доверяешь мне ни на грамм!
Я вижу, как в его глазах вспыхивает что-то страшное — смесь ревности, ярости и боли.
— Причем здесь доверие Эль?! — рычит он, и всё рушится. — Он причинит тебе вред.И дело даже не в том,что он тебя любит ! Он хочет тебе навредить !!!
Азраил толкает меня к стене,и ударяет кулаком,рядом с моим лицом .
— Следущий раз попадёшь в цель?,—испуганно шепчу я. — Я больше так не могу,прости.
Я резко поворачиваюсь и выхожу, хлопнув дверью.
Сзади — грохот.
Он разносит комнату.
Какая же я тупая...ну почему я его не послушала.
Картина дрогнула.
Свет погас, и перед глазами вспыхнула новая сцена.
Я стою у двери дома.
В руках снимок УЗИ — крошечное, едва различимое сердечко. Мой ребёнок. Наш ребёнок.
Я глажу фотографию, и слёзы текут по щекам — от счастья, от любви.
Мне не терпится показать это Азраилу.
Я вхожу.
Дом тих. Слишком тих.
И вдруг слышу — дыхание. Приглушённый смех.
Шаг за шагом, сердце колотится, и я открываю дверь спальни.
Он там.
Он и она.
Мир рушится.
Я стою, сжимая фото, не веря.
Он смотрит прямо на меня, холодно, как чужой.
— Ты же сама ушла, — говорит спокойно, словно нож в сердце. — Зачем вернулась?
Фотография падает на пол.
На неё капает кровь — моя, я даже не заметила, как вонзила ногти в ладонь.
Тьма рвёт картинку.
Перед глазами мелькают вспышки света, боль, шум.
Следующее воспоминание — как удар в грудь.
Я стою в тени. Руки не мои — их держат.
Трое архангелов — холодные, безликие. Их ауры обжигают.
Передо мной — Азраил.
Он прикован, в крови, крылья разорваны, но даже сейчас — он смотрит на них с вызовом.
Рафаил стоит напротив, и я впервые вижу его настоящим.
Без маски. Без фальши.
Только мерзкая, чужая, сломанная улыбка.
— Ты всё ещё её защищаешь, — произносит он, — даже теперь.
Он медленно заносит клинок.
Я кричу.
Зову.
Но никто не слышит.
На шее — ожерелье, пульсирующее жёлтым светом, блокирующее силу.
Клинок вонзается в грудь Азраила.
Он падает.
Мир рушится.
Я рвусь вперёд, вырываюсь из хватки, прыгаю за ним — в бездну.
Но они успевают.
Схватывают.
Держат.
Рафаил подходит ближе, наклоняется ко мне.
— Так хочешь к нему? — холодный шёпот, капающий ядом. — Что ж... не возражаю.
Он кивает.
Меня толкают.
Скалы летят навстречу.
Я падаю.
Кровь, боль, крик — и тьма.
…
Я вздрагиваю, вырываясь из воспоминания.
Свет бьёт в глаза.
Я лежу.
Дышу часто, неровно.
Поворачиваю голову — Азраил рядом.
Молчит.
Но его рука в моей.
Я с ужасом понимаю — он видел всё.
Каждую деталь.
Он смотрит на меня, и я вижу в его глазах — ужас, вину и любовь.
Такую чистую, что от неё хочется закричать.
******Азраил*******
Я закрыл глаза,с надеждой развидеть всё,что только что увидел.Я впервые в жизни мечтал о том,чтобы Эль снова потеряла память.Грудь сжалась, как будто в меня вбили сотню ножей одновременно.
Я хотел разорвать Рафаила на части за то,что он сделал,а после разорвать на части себя.За то,что натворил я.
Молчание.
В нём было всё: её дрожь, моя вина, наши мёртвые надежды.
- Всё это время... - её голос стал хриплым, почти неузнаваемым. - Я ненавидела себя за то, что ничего не помню.
А оказывается... я бы просто не выжила , если бы помнила.
Я шагнул к ней, осторожно.
- То что он сделал,это ужасно,-начал я,-Но то что сделал с тобой я-омерзительно.Я просто урод.
Мне захотелось влепить себе пощёчину,и я это сделал.Со всей дури.
Я не просил прощения. Я не заслужил его.
Она посмотрела на меня совершенно пустыми глазами.
-Хорошо,что ты это понимаешь,-равнодушно сказала она,и тоже врезала мне так,что я отшатнулся и упал на пол.
Она замолчала.Но не отвернулась.
Через пару долгих,мучительных мгновений Эль встала. Медленно, без слов. Ни слёз, ни истерики — только это ледяное спокойствие, от которого внутри у меня всё сжималось.
Она прошла мимо меня, не удостоив взглядом. Я не посмел остановить её. Не сейчас.
Открыла ту самую дверь.
Комнату, в которую я с тех пор ни разу не заходил.
Даже стены будто помнили, что здесь произошло. Воздух застыл, как пепел после пожара.
Смятая кровать. Простыни, которые я так и не сжёг, хотя должен был. И запах — тонкий, чужой, омерзительный.
Она стояла посреди комнаты, словно тень прошлого, и я понял, что время не стирает ничего. Оно просто ждёт, когда ты сам вернёшься в свой личный ад.
Эль наклонилась.
На полу, рядом с ножкой кровати, лежало то самое фото. Снимок УЗИ. Маленькое пятнышко на сером фоне — наш ребёнок.
На нём была кровь. Её кровь.
Я умер на секунды и ожил снова.
Она подняла снимок, медленно, как будто боялась порвать, и посмотрела на него так, будто весь мир рушился у неё в руках.
Слёзы катились по щекам — тихо, беззвучно, как дождь на холодном стекле.
Я хотел что-то сказать. Хоть слово. Но язык не слушался.
Моё дыхание сбилось, сердце грохотало в груди, а я просто стоял, беспомощный, как тогда, когда потерял её впервые.
Пару минут она молчала.
Потом выпрямилась, не оборачиваясь, и я понял — сейчас произойдёт нечто, что я запомню навсегда.
Она медленно повернулась.
В её глазах не было огня, только холод.
Она подошла ближе — настолько, что я почувствовал запах её слёз, этот горький, металлический привкус боли.
И вдруг — резкий удар.
Голову отбросило в сторону, кожа загорелась, а к щеке прилипло что-то влажное.
Я моргнул — и понял, что это снимок УЗИ.
— Надеюсь, это того стоило, — сказала она тихо, почти шепотом, но в этом голосе было больше силы, чем во всех моих криках за последние столетия.
Она развернулась и ушла.
А я остался стоять, с этим снимком на лице, будто клеймом.
Моё наказание. Мой позор. Моя истина.