<4>
Она отшвырнула его ладони, резко, почти в панике — но он всё равно тянулся к ней, так, будто его собственное тело не слушалось.
Элиэя попятилась назад, дыхание сбивается, сердце грохочет. Она боялась его — и одновременно до дрожи тянулась, не понимая, почему.
***Азраил ***
Почему она дрожит? Что я делаю? Почему не могу... отпустить?
Его злость вспыхнула мгновенно, как защитная реакция на страх.
Он шагнул ближе, стиснув зубы:
— Ты... снова отталкиваешь меня?
В её глазах поднялась встречная волна — раздражение, растерянность, непонимание.
— Потому что ты бросаешься на меня как сумасшедший! — огрызнулась она, сама пугаясь того, насколько сильно её тянет к нему.
Он резко притянул её.
Она ударила его по плечу, по груди, ещё раз — но он не отстранился.
Не удержался. Наклонился и вдавил в её губы грубый, требовательный, почти отчаянный поцелуй.
Она выдохнула сквозь сдавленное «пусти!», толкнула его, ударила. Её ногти царапнули его шею.
И только тогда он замер.
Медленно, тяжело оторвался от неё.
Грудь вздымается, дыхание рваное.
— Эль... — его голос сорвался. — Прошу... не дерись со мной.
Он наклонился ближе, почти касаясь её лба.
— Просто... позволь мне... хоть на секунду.
Она не знала, что делает.
Не знала, чего хочет — и почему сжимает его рубашку, вместо того чтобы оттолкнуть.
Её тянуло к нему так же сильно, как и его к ней.
И, дрожа, она всё-таки позволила ему приблизиться.
Он снова коснулся её губ — осторожнее, медленнее.
И... мир вокруг сломался.
***Воспоминание ***
Она стояла босая в каком-то доме — солнечный свет через окна, запах шоколада, его смех.
Он поднимает её на руки; она кричит «поставь!», смеясь так звонко, что у него перехватывает дыхание.
Она целует его щёку.
Он шепчет: «Я люблю тебя сильнее всего, что у меня есть».
Боль. Нежность. Дом.
**************
Азраил вспыхнул новым,странным чувством — не своим—её.
Это было не видение, а её память.
Она разделяла с ним это, пока он целовал её.
По её щёкам текли слёзы.
Он резко отстранился, испуганный, ошеломлённый.
— Элиэя?.. — его голос дрогнул. — Как ты это делаешь?
Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, воздух вырывается из груди.
И впервые,с нежностью,она прошептала:
— Азраил...
Его имя сорвалось с её губ — тихо, но так, будто она вспомнила весь свой мир.
На мгновение — всего лишь на одну минуту — в груди у него вспыхнуло то забытое, острое, чистое счастье.
Он даже не успел понять это чувство — оно тут же сменилось смятением, а затем привычной, выматывающей злостью.
Азраил сжал кулаки, заставляя себя удержаться.
— Значит, всё-таки помнишь? — произнёс он холодно, глухо. — Твоя игра окончена?
Эль вспыхнула, как порох,снова влепив пощечину.
Он поймал её запястье — но не сжал, просто удержал. Медленно, опасно, с раздирающим внутренним рёвом он произнёс:
— Перестань это делать.
— А ты перестань требовать от меня ответы, которых у меня нет! — огрызнулась она. — Ты... ты лезешь целоваться, а потом сам же меня отталкиваешь! Это нечестно!
Он злобно рассмеялся — низко, почти мучительно.
— Хочешь знать, что нечестно, Эль?
Он шагнул ближе, наклонился, глядя ей в глаза.
— Врать, что любишь меня.
Её дыхание сбилось.
— Затем... беременеть от того, кого я особенно ненавижу.И снова врать мне,что ребенок мой.
Она побледнела.
Но он не остановился.
— И ещё нечестно — подставлять меня. Заставлять жертвовать собой... только ради того, чтобы в итоге быть с другим.
Его голос сорвался.
Он уже был на грани.
И в следующий миг тьма взметнулась вокруг него, чёрное пламя обвило его силуэт. В комнате запахло горелым воздухом, стены задрожали.
Эль отшатнулась, поражённая и напуганная — но вместе с этим почувствовала странное, болезненно-тёплое... узнавание.
Что-то родное. Что-то, что её сердце приняло раньше разума.
— Кто... ты? — прошептала она.
Он нервно, надломленно выдохнул.
И, будто потеряв контроль, одним движением руки разбил ближайший стол. Затем смахнул полку — стекло разлетелось.
Он крушил всё вокруг, погружаясь в собственную ярость, в собственную боль.
Но она — не убежала.
Эль сорвалась с места и кинулась к нему, обняв его со спины, словно защищая его от его же гнева.
Он застыл.
Онемел.
Как будто её прикосновение выключило в нём весь шум.
Она прижалась щекой к его спине, едва слышно прошептав:
— Дай мне шанс... вспомнить всё.
Пауза.
— Я тоже хочу получить ответы.
Медленно, словно через боль, он обернулся к ней.
— Я не отпущу тебя отсюда, Эль... — сказал он тем голосом, в котором смешались угроза и отчаяние. — Даже если мне придётся... связать тебя.
Она подняла голову, смотря на него мягко, впервые спокойно.
— Я и не хочу уходить, — ответила она почти шёпотом,—не сейчас,когда нам обоим нужны ответы.
И в этот момент между ними снова возникло то самое — притяжение, от которого невозможно оторваться.