Тьма в объятиях солнца

Эль стояла у стены, дыша рвано, словно воздух в комнате превратился в раскалённый уголь.

Азраил — напротив.

Напряжённый.

Будто ещё немного — и треснет.

Он сделал шаг.

Она инстинктивно отступила.

Но слишком поздно.

Её пальцы едва заметно дрогнули.

Словно хотели сами потянуться к нему.

Что со мной происходит?..

Эль прижала ладонь к груди.

Сердце билось так сильно, будто пыталось вырваться наружу.

Она боялась его.

По-настоящему.

И в ту же секунду её тянуло к нему так отчаянно, что становилось страшно уже от самой себя.

Азраил пытался удержаться за злость,она была единственным, что не давало ему окончательно развалиться.

Но стоило увидеть её взгляд...

Растерянный,испуганный,почти потерянный,как броня дала первую трещину.

«Только не смотри так...

Не тянись ко мне...

Не заставляй вспоминать...»

Он резко шагнул ближе.

Эль прижалась спиной к стене.

Но взгляд не отвела.

— Не подходи... — тихо сказала она.

Голос дрогнул.

Не угрозой.

Просьбой.

Он холодно усмехнулся.

— Теперь боишься меня?

— Я не боюсь.

Ложь.

Он чувствовал её страх.

Так же отчётливо, как чувствовал,что она всё равно тянется к нему.

Азраил медленно поднял руку.

Остановил её всего в нескольких сантиметрах от её лица.

Не касаясь.

Эль вздрогнула.

Перед глазами вспыхнуло что-то чужое.

И одновременно до боли родное.

Коснись...

Она испугалась собственной мысли.

Почему ей так хотелось, чтобы он всё-таки коснулся?

Её пальцы сами едва заметно поднялись ему навстречу.

Азраил это увидел.

Красные глаза вспыхнули.

«Чёрт...

Почему?

Почему ты выглядишь так, словно всё ещё ищешь меня?

Я десять лет представлял эту встречу.

Думал, ты хотя бы...»

Он осёкся.

«...хотя бы извинишься.»

— С чего бы? — вдруг совершенно искренне спросила Эль.

Азраил застыл.

— Что?

Она нахмурилась.

— Ты сейчас подумал, что я должна извиниться.

Он медленно моргнул.

— Ты...

Она испуганно округлила глаза.

— Ой.

Теперь замерли уже оба.

— Ты слышала? — тихо спросил он.

— Не знаю...

Она прижала пальцы к вискам.

— Просто... будто мысль прилетела.

И она была не моя.

Несколько секунд стояла абсолютная тишина.

Потом Азраил совершенно серьёзно сказал:

— Великолепно.

Она вопросительно посмотрела на него.

— Что?

— Жена меня не помнит.Зато читает мысли.

Эль виновато пожала плечами.

— Если честно... я бы предпочла наоборот.

Несмотря ни на что, уголок его губ едва заметно дрогнул.

Всего на мгновение.

И тут же улыбка исчезла.

— Это не смешно.

— Вообще-то...

Она задумалась.

— Совсем чуть-чуть смешно.

— Эль.

— Что?

— Не испытывай моё терпение.

— А оно у тебя есть?

Он тяжело выдохнул.

— Когда-то было.

Она посмотрела на него так внимательно, что ему снова стало трудно дышать.

Будто внутри неё действительно что-то просыпалось.

Азраил медленно протянул руку.

На этот раз коснулся её запястья.

Совсем легко.

И мир снова исчез.

Перед глазами Эль вспыхнуло солнце.

Его смех.

Его руки на её талии.

Её собственный смех.

Она прижимается к нему.

Он что-то шепчет ей на ухо.

Она смеётся ещё сильнее.

Следующая вспышка оказалась страшнее.

Огонь.

Бездна.

Падение.

Крик.

Эль резко втянула воздух.

— Прекрати...

Она ударила его ладонью в грудь.

Совсем слабо.

Он почти не почувствовал удара.

Но почувствовал её.

Её страх.

Её боль.

Её отчаянное желание понять.

— Ты не даёшь мне дышать! — почти выкрикнула она. — Ты требуешь ответов... а я не знаю, кто ты!

— Ложь.

Он сделал ещё шаг.

Она упёрлась ладонями ему в грудь.

Но не оттолкнула.

Хотя могла.

— Ты знаешь меня.Глубже, чем кто-либо.

Твоё сердце помнит раньше головы.

— Тогда почему...

Она смотрела прямо в его красные глаза.

— Почему все мои сны начинаются именно с них?

Азраил замер.

В груди что-то болезненно оборвалось.

Она помнит.

Не разумом.

Душой.

Он медленно наклонился ближе.

Настолько, что их дыхание смешалось.

— Потому что именно так ты смотрела на меня каждый день.

Её сердце ударило так сильно, что он отчётливо это услышал.

— Тогда почему... — почти шёпотом спросила она. — Почему мне кажется, что я одновременно хочу убежать...

Она судорожно вдохнула.

— ...и чтобы ты никуда не уходил?

Ответить он не смог.

Потому что чувствовал абсолютно то же самое.

Две половины искалеченной души.

Они изо всех сил пытались сделать шаг назад.

Но каждый раз почему-то делали шаг навстречу.