Тройное "я". ННС. III

Касуми, на удивление, чувствовала себя совершенно спокойно. Страх исчез, боль — тоже. Она смотрела в любимые пронзительно чёрные глаза, видела в них ту искру — слабую, но всё же ту самую, в которую влюбилась несколько лет назад. В её груди горела надежда на спасение дорогого ей человека. И это слабое пламя надежды разгоралось в её груди всё больше с каждой секундой.

— Я повторять не буду, — подал снова голос Сано. — Ты не любишь это.

— И ты сейчас беспокоишься о том, что я люблю, а что — нет? — девушка иронично усмехнулась. — Довольно, Майки, — она нахмурилась. — Такемити пообещал будущему тебе спасти тебя, и я помогу ему исполнить своё обещание.

Больше Фудзимото не стала говорить ни слово. Она в мгновение ока оказалась перед парнем и тут же, не дожидаясь его реакции, нанесла удар ногой в области головы. Но «Непобедимый Майки» не был бы таким, если бы не смог заблокировать удар девушки. Только вот ту это ни капли не смутило и тем более не остановило. Раз она начала атаковать, значит не остановится, пока хотя бы один из ударов не попадёт по цели. Конечно, нужно было следить и за действиями оппонента: Сано мог в любой момент атаковать в ответ, вот только со скоростью ударов, которую девушка развила, будучи главой «Истребителей», сравниться было крайне тяжело.

— Вот это скорость... — воодушевлённо выдохнув, прошептал Мицуя, пришедший в себя после удара Сано.

— Тц-тц-тц... Нет, чтобы изначально так сделать... — прокряхтел Вагнер. — Кажется, он мне ребро сломал...

— Приглядитесь, — спокойно сказал Хакер, что с самого начала битвы двоих сильнейших сидел в позе лотоса, — Майки тоже даёт в ответ. Это незаметно только потому, что Ками отключила чувства. Как бы сильно Майки ни бил, она не отреагирует на это.

— Хреново дело... — откашляв кровь, сказал Бадзи. — Не нравится мне такой поворот событий...

— Ещё и эти тряпки на руках мешают, — заметил Акио.

— Разве?.. — поинтересовалась Кавараги. — Кажется, ей ничего не мешает.

— Лишние слои ткани не дают сжать кулак до конца, — пояснил Хакер, — что и не позволяет полностью напрячь руки. К тому же, они пропитались кровью и отяжелели.

Фудзимото резко, сделала кувырок в сторону и, встав, отпрыгнула на несколько шагов назад, после чего, словно слыша слова товарищей, сняла намокшие обрубки своей футболки и отбросила их в сторону. Кровь, не успевшая остановиться до конца, продолжала течь по её ладоням, предплечьям и с локтей вниз, на землю.

— Не понимаю одного... — прорычал Сано, вновь атакую девушку. — На кой хуй он вернулся?! Он ведь должен был видеть то видео! Я же обещал, что буду вех вас защищать! — парень неотрывно атаковал Фудзимото, при этом совсем не беспокоясь о своих горловых связках. — Просил оставить меня! А он всё равно вернулся! Ещё и тебя приплёл ко всему этому! Всё, к чему я стремился, пошло в пизде!

В этот момент Мандзиро открылся, подавшись эмоциям, что и позволило девушке контратаковать. Она, сжав посильнее правую ладонь в кулак, ударила парня в правую скулу, после чего с разворота нанесла удар с ноги. Это заставило Сано немного отшатнуться назад, однако на ногах он устоял.

— А разве это так неочевидно? — задала вопрос Фудзимото, причём достаточно тихо, но так, что его слышали все. — Ты настолько пропитался тьмой, что смог попросить о помощи только на пороге смерти. Ты взвалил на свои плечи слишком много. Понятно Такемити: он не может не спасти друга. А я... а что ты прикажешь делать мне?! Стоять в сторонке и смотреть, как ты страдаешь?! Достаточно! Насиделась, настоялась... насмотрелась, мать вашу! — по её щеке пробежала одинокая слеза. — Достаточно бездействовать... Если потребуется снести горы, я взорву их к чертям. Если потребуется уничтожить страну, я уничтожу её. Если потребуется отрезать себе руки, я отрежу их! Я сделаю всё, чтобы помочь тебе! — она посмотрела прямо в его глаза и прошептала: — Вот на кой хрен тебе нужно столько страдать, Домовёнок?..

— Даже если вы всё это понимаете, — он снова атаковал, — это нихуя не решает!

— Да что с тобой, блять, произошло?! — девушка остановила его атаку, схватив руки, тем самым заблокировав его дальнейшие действия ими. — Как нам помочь, если ты молчишь?! Что случилось такого, что ты не можешь мне рассказать?!

— Я всю жизнь не знал о существовании «Чёрного импульса» до встречи с тобой два года назад. И даже так я не знал, что это такое, пока после битвы «Трёх Небожителей» мне обо всём не поведал Вака! — Сано ударился с ней лбами, не переставая пытаться вырвать руки. — Скажи честно, ты же ведь знаешь, что такое «Чёрный импульс», не так ли?! Ты же ведь знала, что со мной что-то не так...

Фудзимото вздрогнула и резко ослабила хватку. Парень не стал её бить или толкать, он лишь отошёл немного назад, всё также глядя в любимые золотые очи.

— Проклятье, — ответила девушка, — родившееся из любви.

Все из второго поколения «Токийской свастики», да и многие из «Свастонов-Канто», затаили дыхание, не совсем понимая, что происходить, и от того боясь дальнейших не то, что действий, боясь дальнейших слов. И только Бадзи, знающий всю правду, о которой поведала ему Фудзимото.

— Чтобы спасти тебя, Синитиро переместился во времени. Я знаю всю историю, Майки. Но верить мне или нет — решай сам. Я узнала её совсем недавно...

— Знаю, — перебил парень. — Я видел, как ты кричала на мосту и как звонила Мамору.

— Что?.. Ты... был там в тот день?..

— Это уже неважно.

«Он был тогда там... он слышал всё, что я говорила папе и Мо-мо? Он слышал всё? Был тогда там?! — Фудзимото не верила своим ушам. — Был и... и не подошёл... Нет, — она отогнала эту мысль от себя. — Майки нужна помощь. Нечего жалеть себя сейчас. И в принципе. И так понятно, почему он не подошёл... «Чёрный импульс».

— Но ты ведь и раньше замечала его во мне, не так ли?

— Да, — она кивнула. — Но не знала, что это такое.

— Тот американец сказала про «монстра» внутри тебя.

— Ты решил поговорить по душам?

Но вместо ответа девушка увидела лишь серьёзный, нахмуренный взгляд, в глазах которого читалась боль: Сано с трудом сдерживал порывы «Чёрного импульса».

— Этот «монстр» отличается от «Чёрного импульса», — предугадывая его вопрос, Фудзимото решила ответить на него. — «Чёрный импульс» можно выбить из тебя, укротить. Моего же «монстра» нет. Он зародился во мне и вырос. В тебе же он появился.

— Откуда такая уверенность?

— Я просто знаю это — и всё, — она сделала глубокий вдох, посмотрев на свои окровавленные ладони, а потом вновь на парня. — Майки, я прекрасно понимаю, о чём ты думаешь: «это проклятье поразило всех окружающих, в том числе и Кадзутору», — из-за чего ты и считаешь это только своей ношей. Но это не так.

— «Чёрный импульс» пожирает меня изнутри, постепенно становясь всё сильнее и сильнее. Я уже не могу его сдерживать... Поэтому я отдалился от своих друзей, — в его глазах стало ещё больше боли, — это был единственный выход. И прямо сейчас... — парень схватился за футболку в области груди. — Оно рвётся наружу...

Девушка сделала глубокий вдох, выдохнула и с тёплой улыбкой на лице сказала:

— Можешь не сдерживаться.

— Э? — он поднял взгляд, устремив его на золото Фудзимото.

— Второе поколение «Токийской свастики» было создано, чтобы спасти тебя. И, как я говорила, «Чёрный импульс» можно выбить из тебя. Поэтому, будь так добр, дай ему полную свободу.

— Ками... — прошептал Хакер. — Ками, не надо!

— Я всё-таки Камикадзе, которая всегда из боя выходит живой, — она сжала правую ладонь в кулак и ударила себя в грудь, — так что как-нибудь справлюсь! — тёплая улыбка, наполненная любовью, не сходила с её лица. — Я выбью «Чёрный импульс» из тебя, Майки, а потом дам тебе хорошей пощёчины. Так что давай... высвободи его.

— Я не знаю, что произойдёт, — предостерёг её Сано.

— Я привыкла к неизвестности.

Парень лишь на секунду прикрыл глаза. А открыв их, все увидели, что того взгляда, которым он буквально пару секунд назад смотрел на девушку, уже не было, на устах же красовалась улыбка самого настоящего убийцы. В его глазах была пустота, неистовое желание убивать. В то же мгновение Фудзимото увидела отражение себя в его глазах, и ей стало не по себе.

«Ты не заслуживаешь такой боли, Майки...», — пронеслось у неё в голове.

Девушка сбросила кровь с ладоней и встала в стойку.

— Покончим с этим!

Сано побежал в сторону Фудзимото, подобрав катану Санзу. Он, не раздумывая тут же ею замахнулся. Касуми была не готова к такой скорости и, чтобы лезвие не прошло по её лицу, выставила вперёд руку, тем самым давая лезвию пройти по предплечью.

— КАСУМИ! — выкрикнул, всем на удивление, Санзу, со страхом в глазах смотря за битвой сильнейших. — Ты так и не поняла?! От проклятья невозможно избавиться! Майки уже слился с «Чёрным импульсом»! Они единое целое!

А пока он кричал, девушка продолжала защищаться и уворачиваться от ударов катаной, при этом внимая каждому слову Акаши-среднего.

— Именно такого Майки я боготворил, я следовал за ним! Из-за проклятия умер Синитиро, многие были на грани между жизнью и смертью! Как ты не понимаешь?! Все те, кто пытаются избавиться от «Чёрного импульса», подвергаются опасности умереть! В этом и есть суть проклятия!

— Значит, вот вам, блять, и ответ! — прорычала девушка, причём так громко, что многие сжались от страха. — Я не смогла спасти Синитиро, зато Кейске, Эмму и Кен-чика спасла! Они живут только потому, что я встала на пути у проклятья! Я помешала ему!

— Нет... — Хакер медленно, с дрожью в ногах, начал подниматься. Он, как никто другой, прекрасно понял, чего хочет сделать девушка. — КАМИ, НЕ СМЕЙ!!! НЕТ!!!

— Значит... пришло пора вернуть проклятью должок... — Фудзимото усмехнулась и не стала уворачиваться от следующего удара катаны.

Лезвие прошло прямо рядом с сердцем, всё-так задев его. И если бы девушка стояла на месте, ещё можно было бы многое исправить. Но она сделала шаг, затем — второй. И обняла парня крепко, насколько ей позволяли оставшиеся силы. На её лице играла тёплая, наполненная до краёв любовью улыбка.

— Я не проиграю, Домовёнок, — слетело с её уст. — Я возьму весь «Чёрный импульс» на себя, заберу его у тебя полностью, — она чуть отстранилась и осторожно взяла лицо парня в свои окровавленные ладони, пачкая его кровью. — Я всегда буду рядом. Я больше не оставлю тебя одного, Домовёнок... Майки, слышишь меня? Я безумно люблю тебя, Домовёнок...

— Домо-вёнок?.. — прошептал Сано, возвращая самообладание. — Ма-лыш?..

— Такемити... — позвала Фудзимото. — Прошу... спаси Майки... вместо меня... ещё раз...

— Касуми! — Ханагаки, несмотря на боль, подскочил и направился прямиком к ним.

«Майки мой «триггер». Если я пожму ему руку, всё может измениться. Я снова вернусь в прошлое. Я не дам Касуми умереть! — по его щекам стекали слёзы. — Почему... почему ты не сказала об этом?! Ты с самого начала собиралась сделать что-то подобное! СУМАСШЕДШАЯ!»

— КА-АСУ-У-МИ-И-И! — надрываясь, проревел Ханагаки, остановившись рядом и тут же схватив ладонь Сано. — Почему... почему не работает?!

Мандзиро не ощущал на себе ладонь Мальчика из будущего. Он смотрел в золотые, померкшие глаза девушки, что продолжала улыбаться, несмотря на кровь, что лилась из её рта.

— Майки... мой... хороший...

Её ноги подкосились. Ханагаки среагировал быстрее: он поймал её со спины, не давай упасть.

— Касуми! Стой и ничего не говори! Док скоро будет! — кричал Бадзи, держа в дрожащих руках телефон. По его щекам градом скатывались слёзы. Он верил, надеялся, но глубоко внутри понимал, что это — конец. Как и остальные члены «Истребителей», включая двух немцев.

— Малыш... прошу тебя... держись... Зачем?.. Зачем ты это сделала?!

Но вместо ответа Фудзимото, собрав в ладони последние силы, подтащила к себе лицо Сано и поцеловала его. Губы Мандзиро тут же обожгло из-за горячей крови, однако неприятный холодок, исходящий от губ девушка он прочувствовать всё же сумел.

Их поцелуй не продлился так долго, как это происходило обычно. Девушка просто повисла в руках Ханагаки, глядя на Сано своими безжизненными глазами и, на удивление, не выпуская его лица из своих ладоней.

— Малыш... Малыш... ну же, очнись! — он сжал её ладони в своих, чтобы те не спадали вниз. — Прошу тебя... Открой глаза, Малыш!

— Майки... она... — но Ханагаки не смог вымолвить и слова. Он опустил голову ей на плечо, всё ещё не желая отпускать уже бездыханное тело подруги.

Издалека была слышна знакомая сирена. Что же ощутит Док, увидев тело дочери, которое в этот раз придётся положить не на операционный стол, а в гроб? Что он скажет Мамору? Госпоже Бадзи Рёко? Что, прикажете, делать ему? Для чего жить дальше?..

На поле битвы наступила гробовая тишина, сопровождаемая слезами и вырывающимися наружу криками боли. Даже Сано и Ханагаки больше не говорили ни слова. Боль, врезающаяся в их сердца, и слёзы, скатывающиеся крупными каплями по их щекам, просто не позволяли этого сделать.

Этот мир покинул лучик солнца, что освещал всем путь. Этот мир покинула надежда, что все так любили. Этот мир покинул любимый Малыш, Сэмпай, лучшая подруга, сестра, Босс, товарищ...

Этот мир покинула Миядзаки Касуми, любимая и единственная дочь.