Тройное "я". ННС. III

Вечером перед решающей битвой второго поколения «Токийской свастики» и «Свастонов-Канто» Фудзимото собрала свой отряд у себя в кабинете, что, к её же счастью, не составило труда, ведь все его члены находились на базе.

— Что ты хотела обсудить, Принцесса? — поинтересовался Хартманн, развалившись на диване.

— Ты тут не один, двигай свой зад! — пробурчал Вагнер, пиная своего Босса-друга в бок.

— Oh du Bastard... (Ах ты ублюдок...) — прорычал парень, но подвинулся и принял сидячее положение.

— Захлопнитесь уже, — попросил Акио.

Девушка, докурив сигарету и затушив её, отошла от конца, села в своё кресло, но не расслабилась: она поставила локти на колени, спрятав нижнюю часть лица в ладонях, и устремила взгляд золотых глаз на пустую конфетницу.

— В Майки бушует «Чёрный импульс», — с этого начала Фудзимото. — Проще: проклятие. Ещё проще: монстр, — она сделала глубокий вдох. — Когда «Чёрный импульс» поглощает Майки, он становится похожим на меня в том самом «режиме», — девушка подняла глаза на «Истребителей».

— Тот самый «режим»? — переспросил Бадзи.

— Вы, дорогие немцы, не знаете этого, а ты, Кейске, слава богу, не застал это, — пояснил за подругу Хакер. — В этом состоянии Ками неконтролируема. Она не различает друзей и врагов. Она следует инстинктам и цели, которую поставила себе до того, как войти в этот самый «режим».

— У Майки что-то... подобное?.. — с осторожностью спросил Вампирёнок.

— Да. Можно сказать и так... Но есть разница, — она посмотрела в пивного цвета глаза друга. — То, что у него, можно уничтожить — «Чёрный импульс» был заселён в него.

— А тот монстр, что внутри тебя? — стараясь улавливать смысл каждых слов, Хартманн слушал внимательно, но не задать вопрос он не мог.

— Он был взращён во мне, — медленно, с расстановкой, больше для самой себя, чем друзей, ответила Фудзимото. — Уничтожить его невозможно. Заглушить — да. Усыпить — да. Но не уничтожить.

— К чему ты всё это рассказываешь? — спросил напрямую Кохэку. — Ты не рассказывала об этом даже нам столько лет. И мы не в обиде, прошу заметить! Так почему же сейчас решила обо всём рассказать?

Девушка посмотрела в глаза (Игараси) и, закусив губу, тут же опустила взгляд.

— Куда бы ни зашёл бой, Майки выпустит «Чёрный импульс», причём не по своей воли — он его не может контролировать. Скорее всего, он не будет разбирать, кто перед ним стоит: друг или враг. Полягут все, — она перевела дыхание. — Я не буду вас защищать. Я не буду вставать на пути у Майки, когда он пойдёт на всех, — её руки задрожали, а голос дрогнул. — Не потому, что я не могу его остановить. Нет... просто... я хочу, во-первых, кое в чём удостовериться, а во-вторых... на поле боя должны остаться мы вдвоём, чтобы закончить всё раз и навсегда. Чтобы никто не мешал, чтобы никто не лез. Чтобы Майки ни на кого больше не отвлекался, — девушка подняла глаза, наполненные слезами, на друзей. — Прошу... поймите и простите меня...

Бадзи тепло улыбнулся. Он подошёл к креслу и, сев перед девушкой на одно колено, взял её ладони в свои руки.

— Мы не обижаемся на тебя, Принцесса, и не злимся. Мы всегда примем любое твоё решение. И, уверен, все со мной согласятся.

Фудзимото взглянула на друзей по очереди, и каждый, соглашаясь с парнем, кивнуо.

— Только одна просьба, — подал голос Хакер, — ответь на вопрос: в чём именно ты хочешь удостовериться?

— Используя «Чёрный импульс»... атакует ли он меня до того, как это сделаю я, или обойдёт стороной... — ответила девушка, глядя в глаза друга.

Никто не стал возражать или высказывать своё мнение. Все прекрасно понимали, почему Касуми хотела удостовериться на поле боя именно в этом, и никто не стал её осуждать за это. Наоборот, все пообещали, что будут стоять с ней до конца, пока второе поколение «Токийской свастики» не победит...

ххх

И они все стояли до самого конца. Даже если бы этот конец действительно настал...

Однако поезд остановился меньше, чем в десяти метрах от них. У каждого — абсолютно — сжалось сердце, перехватило дыхание. Ведь никто, несмотря на их жизнь, не хочет умирать. Поэтому, когда поезд остановился, все с облегчением выдохнули, а у Кохэку и Аямэ даже навернулись слёзы на глаза.

— Я успел обосраться... — признался Акио. — Никогда ещё так страшно не было...

— Соглашусь... — кивнул Иошикэзу.

— Если это был не Такемути, то кто? — поинтересовался Бадзи.

— Не знаю...

Но сказать предположение девушке не дали. И нет, это были не её друзья и даже не Майки. Это был Харучиё, который бежал в сторону стоявшего у входа в главный вагон Ханагаки, готовый поразить его своей катаной. Девушка прекрасно понимала, что за этим должно последовать, и потому не стала стоять на месте: она рванула в сторону друга, желая защитить от катаны. Краем уха Фудзимото слышала, как Сано отдавал приказ продолжать бой и разнести второе поколение «Токийской свастики» до конца. И она бы хотела сейчас побежать к нему. Но не могла. Потому что сейчас решалась дальнейшая судьба её друга. Её судьба решилась — она осталась жива. Вот и Ханагаки должен жить дальше.

Девушка перепрыгнула упавшего на пятую точку Плаксивого героя и поймала лезвие катаны двумя ладонями, из которых тут же потекла кровь. Она не обратила на ноющую боль и текущую кровь никакого внимание. Вместо этого Фудзимото недовольно прорычала и, сжав сильнее лезвие, дёрнула катану на себя, немного в бок, чтобы не поранить своё тело, тем самым заставив Харучиё наклониться и удариться лбом об её лоб.

— Ты что творишь, ублюдок?! — крикнула Фудзимото, смотря прямо в зелёные глаза парня.

— Не лезь не в своё дело! От тебя одним проблемы, недокоролева!

— Ах ты шавка!..

Но договорить Фудзимото не успела, так как со стороны послышалось знакомое рычание мотоцикла. И она не ошиблась — это действительно был байк Шибы Тайдзу, который он направил прямо на Санзу, по пути сам спрыгнув. Мотоцикл врезался в парня и прижал его на мгновение к вагону.

«Это его задержит, — пронеслось в голове девушки. — Но ход — нереально крут!»

Касуми, конечно, попросила Хаккая и Такаши позвать Тайджу, но она не ожидала, что тот действительно покажется на поле боя. Однако это не могло не радовать.

— Ка-су-ми-и?! Тайдз-у-у?! — протянул Ханагаки.

— Я, Шиба Тайдзу, командир шестого отряда второго поколения «Токийской свастики»! Для меня тут приготовлено специальное место, с которого я буду смотреть на поражение Майки от рук Фузимото и Ханагаки!

— Моё имя для кого создано, блять?!

— Не начинай тут бузить на пустом месте, малявка!

— Сам такой!

— Э-э! Ребят! Ребят! Что тут происходит?! — вклинился в их разговор Ханагаки. — Тайдзу, что ты тут делаешь?! Касуми, твои руки! Из них течёт кровь!

— Глава, — подал голос Шиба-старший, — я уже сражался как с тобой, так и с Касуми, поэтому с уверенностью могу сказать, что единственные, кто может отмудохать Майки — это вы, — он самодовольно улыбнулся, издав приятное слуху «хи-хи».

— Так, ладно... — парень неуверенно кивнул, переведя взгляд. — Ты ведь...

— Я займусь, не волнуйся, — девушка широко улыбнулась.

— НО СНАЧАЛА СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ СО СВОИМИ ЛАДОНЯМИ!!!

Фудзимото посмотрела на свои ладони, из которых не переставая текла кровь, и цыкнула. Если бы не Ханагаки, она и внимания бы не обратила на этот факт — пошла бы в бой так, чего терять? Но раз друг, так ещё и глава (!), просит о таком, не выполнить его просьбу девушка просто не может.

Касуми сняла куртку формы, кинув её на землю, и проговорила так, чтобы Милая Швея услышал:

— Извиняй, Мицуя, выхода нет!

Под курткой оказалась белая футболка. Девушка как знала, надевая её под форму. Сняв и её, помимо того, что оголяя себя до небольшого топика, Фудзимото разорвала ткань и обмотала ею, используя как можно меньше слоёв, ладони, после чего обратилась к парням.

— Такемити, чтобы ни случилось, если я не смогу остановить Майки или мне, наоборот, удастся его задержать, чтобы появилась возможность поговорить, влезай. Поэтому будь рядом.

— Конечно, — Ханагаки улыбнулся, готовясь к дальнейшим действиям.

— Тайдзу, — она посмотрела на Шибу-старшего, — будь добр, очисти мне путь к Майки.

— Будет выполнено, Ваше Величество! — он усмехнулся.

— Уебу, придурок!

— Пожалуй, в этот раз постою в очереди за Майки!

— Так уж и быть!

Шиба-старший принялся заниматься просьбой Королевы: расчисткой пути до «Непобедимого Майки», — Ханагаки же следовал за ними. Он прекрасно понимал, что в любой момент может понадобиться не только Сано, но и самой Фудзимото. Поэтому просто необходимо должен был быть рядом с ними.

Однако «пробежка, как таковой она выглядела со стороны, долго не продлилась, так как в их сторону выстрелили. Стреляли в Фудзимото, но Шиба-старший загородил её своим телом, не давая ей ещё больше раниться. Благо, пуля попала в руку, не задев кости, и пролетела насквозь.

— Это... — лишь успел прошептать Ханагаки.

— Что за... — девушка начала уже злиться и была готова вылить на всех свой гнев, как вдруг этого человека, что стрелял, по голове ударили со всей дури ногой. И эти оказался её единственный и неповторимый немецкий друг. К слову, который так же был зол — не меньше Королевы.

— Какого хуя, блять?! — проговорил он властным, соответствующим его статусу голосом. — Кто вы такие, блять, ублюдки, чтобы злить МОЮ ПРИНЦЕССУ?!

Хартманн заметил краем глаза недовольный взгляд пронзительно чёрных глаз, что заставило его внутри усмехнуться. Казалось, несмотря на ситуацию, его забавляла реакция Сано, и издеваться над ним хотелось ещё больше — то ли от забавы, то ли от мести за его, Хартманна, Принцессу, даже если каждый и знал, что Принцесса — именно она — принадлежала целиком и полностью Вампирёнку.

— Эй, Касуми, мчи к своему Королю уже, — прорычал Шиба-старший. — Мы тут с твоим немецким дружком разберёмся.

— Хах! Спасибо, — она тепло улыбнулась — лишь одними уголками губ. — Обязательно поговорю с ним о твоей идеи насчёт ресторанов, — и, подмигнув, Фудзимото пулей направилась к Сано.

Добежать до нужного старого контейнера ей не составило труда. Путь оказался расчищен, а те, кто как-то пытался ей помешать, были вынесены, словно мусор, членами «Истребителей».

— Спускайся, Майки... — позвала его девушка, глядя прямиком в пронзительные чёрные глаза.

Сано спрыгнул вниз, сделал пару шагов вперёд, не отводя взгляд от когда-то (ли?) любимого золота, и задал риторический вопрос:

— Так вот как всё закончится?.. — он вздохнул. — Зачем Такемути вернулся? И почему ты здесь?

— Такемити поклялся будущему тебе, что спасёт тебя, — спокойно начала объяснять Фудзимото, всё-таки надеясь начать вытаскивать его именно разговоров. — Будущий ты убил меня, потом вы умерли вместе с Такемити, который пытался спасти тебя от самоубийства. Но в итоге ты всё равно попросил помочь спасти тебя. Твоё рукопожатие с Такемити стало «триггером». Но против тебя вышла я не только поэтому...

— Объяснять мне не нужно.

— Вот и славно, — она сделала глубокий вдох, медленно выдыхая. — Пора с этим покончить!

В этот момент, пока взгляды всех были обращены на Королеву и Короля, Санзу воспользовался возможностью и, подобрав свою катану, резанул по спине Шибе-старшего, прокричав:

— Думаешь, я допущу это?!

Хартманн тут же загородил собой Ханагаки, прекрасно понимая, что Санзу может вытворить дальше, а так хотя бы парень не полезет на Мальчика из будущего. Ну, а если полезет, ему придётся встретиться с немецкими кулаками — лучшими в своей стране.

— Ханагаки Такемити, ты тоже прыгаешь во времени?! Даже если так... вы оба нихрена не понимаете, какая тяжёлая судьба уготована Майки! — парень использовал последние силы на крик. — С самого детства ему было суждено идти по пути боли и страдания!

— Что за бред ты только что высер из своих уста?! — прорычала Фудзимото, переведя взгляд прямо на зелёные глаза Харучиё.

— От вас всё равно ничего почти не осталось... Оглядись, — усмехнулся Санзу. — Даже твои любимые «Истребители» еле стоят на ногах.

— А вы бы поменьше использовали оружие в бою, и давно уже все лежали спали, как детки на тихом часу в саду, — прорычал Хартманн. — Bastarde... (Ублюдки...)

— Ты же ведь сама говорила, Искорка, что мы ступили на путь тёмной организации, — проговорил Ханма, что успел отойти от битвы с главным немцем. — Могла бы догадаться, что мы пронесём оружие. Всё-таки у тебя слишком доброе сердечко, раз ты доверилась на такое...

— Halt deine verdammte Klappe, du Wichser! (Закрой свой проклятый рот, ублюдок!) Не тебе говорить о доверии, сволочь!

— Ты взбешён, Wenn man so vom Deutschen ins Japanische springt (Если так прыгаешь с немецкого на японский), — он уловил вопрос в золотых глазах. — Удивлена? — и издал своё коронное «хи-хи».

— Достаточно! — прокричал Мацуно, поднимаясь на ноги. — Они не одни! И «Истребителей» так просто не уничтожить, вы, сосунки, что не можете вылезти из-под юбки Майки!

— Чифу... — прошептала Фудзимото.

— Пытаетесь задеть нашу Касуми за живое?.. — усмехнулся Мицуя, вставая вслед за заместителем главы второго поколения. — Сначала придётся положить нас, иначе у вас ничего не получится, — на его устах играла усмешка.

— Милая Швея...

За ними начали подниматься и другие, включая Шибу-старшего, что держал в руках флаг второго поколения «Токийской свастики». И все начали дружно и громко кричать «Токийская свастика»!

— Ребята... — разгневанный дух девушки и правда успокоился. Она с облегчением выдохнула.

Только вот, к сожалению, спокойно дышать ей было суждено недолго: в бой вступил Сано Мандзиро, что уложил сначала Мацуно, Санзу и Ханму — своих товарищей, — потом Хартманна с Ханагаки, а после уже и всех остальных из второго поколения «Токийской свастики», включая «Истребителей». Стоять осталась только Фудзимото. Как раз то, что она и хотела проверить: он не тронул её ни тогда, у святилища «Мусаши», ни сейчас, будучи во власти «Чёрного импульса».

— У тебя есть шанс уйти... — сказал он, поворачиваясь к девушке и заглядывая в её золото.