/17
Pov: Ира
Я проспала только час. Все тело болит, голова раскалывается пополам. Я опираюсь на локти и смотрю на человека рядом с собой. Лиза спит, лежа на животе и засунув руки под подушку. Она выглядит настолько спокойной и умиротворенной, что у меня внутри все на миг сжимается. Почему она не может быть такой всегда?
Поднявшись, я провожу руками по лицу. Картинки произошедшего за вчерашний вечер и сегодняшнюю ночь поочередно всплывают в голове. Сначала просто хочется плакать, потом накатывает злость, а затем все это сменяется стыдом. Я вспоминаю то, что мы вытворяли с Лизой, лежа на этой самой постели.
Я быстро надеваю свои вещи, сворачиваю футболку Лизы и кладу на стол. Посчитав, что из-за потери одних шорт она не обеднеет, ухожу вместе с ними.
Утро чертовски холодное, и мне не терпится оказаться в нашей с Никой комнате, хоть я и понимаю, что там меня ждет полный ужас.
Завернув за угол, я сталкиваюсь с Ильей, что вообще не входило в мои планы. Мрак, все еще окутывающий город, не сразу позволяет рассмотреть друга, но, когда мне это удается, я замечаю, насколько Илья уставший и недовольный. Он даже не замечает меня, когда проходит мимо, и, возможно, стоит все так и оставить, но я не могу. Надо узнать причину его грусти или злости. Я еще не до конца понимаю, в каком он состоянии.
- Эй, Илья! - кричу я.
- Ира? Что ты здесь делаешь так рано? - спрашивает он, но затем смотрит на мужской корпус, а после - на меня. - Была у него?
- По делу.
- По делу? - недоверчиво повторяет он, явно не собираясь мне верить и наверняка думая не о том, о чем следовало бы.
- Да, Илья, по делу. У меня с Лизой ничего нет, хотите - верьте, хотите - нет, - немного резко отвечаю я. Мне стоит перевести все стрелки на минувший вечер. - А ты что здесь делаешь? Точнее, откуда идешь?
Илья молчит, стараясь не смотреть на меня. Я хочу воспользоваться прекрасной возможностью рассказать о проблемах с Никой, но слова застряли где-то в горле.
- От девушки.
- У тебя есть подружка? - не скрывая удивления, громко произношу я.
- Нет, просто мы... Боже, Ир, не тупи, мы просто переспали. Если бы у меня появилась девушка, ты бы узнала о ней первая.
Кажется, Илья совсем не в настроении, кажется, еще чуть-чуть - и он взорвется. Даже в темноте я вижу, как его руки дрожат, будто он хочет кого-то ударить или что-то разбить, разрушить, переломать к чертовой матери.
Я растеряна. Илья, которого я знаю, очень собранный парень и, встретив меня в такое время, он не ушел бы, не задав миллиард вопросов. В какой-то мере мне хочется, чтобы именно так он и поступил, потому что просто честно отвечать на вопросы гораздо легче, чем все рассказывать самой.
- А почему ты не в духе? - все же интересуюсь я.
- Она хотела большего, а я нет, поэтому поссорились, - отвечает Илья и запускает руку в волосы.
- В общем, классика.
Он устало выдыхает и опускается на ближайшую лавочку, похлопав рядом с собой. Замявшись на долю секунды, я все же делаю несколько шагов вперед и присаживаюсь.
Мы смотрим на кирпичную стену, придумывая тему для разговора. Я четко ощущаю, как Илья повернул голову и пристально смотрит на меня, чуть ли не прожигая взглядом мое лицо.
- Уверена, что у тебя все под контролем? - спрашивает он, и я сразу понимаю, в чем дело. Я молча киваю. - Я не знаю, что у вас там конкретно происходит, но ты ей ничем не обязана, помнишь?
Ты прав, Илья, я ей ничего не должна, мне просто приходится платить за тот вечер. Мой язык был и остается моим врагом, с этим ничего не поделать. Если человек привык ляпать, не подумав, он будет это делать постоянно. От таких вещей не каждый способен отучиться.
«Ты только посмотри на себя! - кричу я, показывая на Лизу пальцем руки, в которой держу стакан. - Думаешь, такая крутая? Думаешь, если переспала с большей частью университета, то тебе позволено общаться с девушками как с животными?»
Лиза стояла в центре зала в кругу своих друзей и прожигала меня злобным взглядом. Я не могла остановиться и все продолжала сыпать оскорблениями. Она знала, за что получает мои словесные пощечины.
Она знала.
- Помню. Дело в том, что она в принципе не заставляет меня делать что-либо ужасное и не издевается надо мной, не пытается унизить. Я понимаю, мои следующие слова могут прозвучать очень неправильно, но мне бывает с ней хорошо. Временами, конечно. Но все же бывает.
- Нет ничего плохого в том, что компания Лизы тебе нравится. Только если ты не заметила, когда она встретилась с Коди лицом к лицу, не постеснялас назвать тебя вещью, которая будет принадлежать ей до тех пор, пока не сломается.
Заметила. Такое невозможно пропустить.
Вот только с каждой секундой, которую я провожу рядом с Лизой, мне начинает казаться, что она не такая уж и дура.
- Я думаю, что она не это имела в виду, когда отвечала Коди, - лгу я и тут же решаю сменить тему. - Кстати, о Коди. Как он там?
- Скучает по тебе, - без промедления отвечает Илья. - Уже не терпится увидеть ваше воссоединение. Может, завтра в редакции он решится поговорить?
Я совсем забыла, что завтра нам надо начать готовить университетскую газету. Эта мелочь просто выскочила из головы под натиском последних событий. На фоне того, что случилось, написание и правка статей действительно казались мелочью.
Нужно же еще найти материал. Я с усталостью понимаю, что предстоящий день будет очень насыщенным. Мне надо не только разобраться с Никой, которая, надеюсь, уже выгнала из нашей комнаты Джордана. Но больше всего я надеюсь, что она в порядке и этот парень ничего с ней не сделал.
- Будем надеяться, - только лишь отвечаю я. В этот момент Коди отходит на дальний план, над решением этой проблемы меня сейчас не заставишь думать даже под дулом пистолета.
Пистолет!
У Джордана есть оружие, и осознание этого, точнее, воспоминание, заставляет меня подскочить с лавочки и наспех попрощаться с Ильей, пообещав, что мы еще поговорим в университете.
Я бегу как могу быстро, словно от огня. Приступ паники и головная боль атаковали одновременно. Вчера меня заставили забыть обо всем пальцы Лизы, нежно скользящие по моей коже. Сейчас же я снова вернулась в реальность, которая оказалась беспощадна, страшна и отвратительна.
Завернув за угол, я на ходу вытащила карточку и провела ею по замку. Зайдя внутрь, я ловлю взгляд дамы за стойкой.
- Ирина Лазутчикова! Где вы были? - спрашивает она.
Эта гадюка мне не нравится. У нас две администраторши, и обе гадюки, но одна не кусается, и мы изредка находим общий язык. Эта же особа мне не нравится вообще.
- Ходила по делам, - отвечаю я, заранее зная, что не прокатит.
- Студентам нельзя покидать общежитие после десяти, как и возвращаться в него до шести утра.
- Хотите, чтобы я вышла и простояла на улице пять минут? - Ведь до нужного времени действительно остается всего пять минут.
- Будьте так добры.
Серьезно? Какой стервой надо быть, чтобы додуматься до такого!
Переборов желание плюнуть от злости ей в лицо, выхожу из здания и сажусь на железный забор. Устало облокотившись на колено, тру переносицу, пытаясь этим хоть немного утихомирить головную боль. Надо привыкнуть брать с собой таблетки. Это не дело. Из-за бесконечной нервотрепки таблетки скоро станут неотъемлемой частью моей жизни.
Посмотрев на небо, я вдруг задумываюсь о родителях. Скоро праздник, но от них нет ни словечка. Это в какой-то степени прекрасно, но глубоко в душе мне хочется получить от мамы с папой хоть немного понимания и любви. Хочется почувствовать их поддержку, было бы приятно знать, что они гордятся мною, а не осуждают.
От горестных мыслей меня отвлекает стук двери. Подняв голову, я сразу узнаю массивную фигуру. Страх щекочет нервы, но я не позволяю ему расти и поглощать меня.
- Эй! - кричу я и спрыгиваю с ограждения.
Не забывай, что у него есть пушка. Спрашивай обо всем осторожно.
В кои-то веки подсознание предлагает мне нормальный совет, а не что-то из ряда вон выходящее.
- Она в порядке? - тут же выпаливаю я, приблизившись к Джордану на безопасное расстояние.
- Зайди и посмотри, - бесстрастно отвечает он.
Хочется врезать ему, ударить головой о ближайшую стену. Я провожу языком по зубам и пытаюсь вернуть самообладание.
- Она переезжает ко мне сегодня вечером, - неожиданно произносит Джордан. Я с недоумением смотрю на него. - Ой, прости, не удержался, она сама хотела тебе об этом сказать.
- Что?
- Ника сегодня перебирается ко мне. Ты доигралась, Ира, копнула там, где не стоило.
- Я всего лишь пыталась защитить дорогого мне человека от твоей нарколюбительной задницы!
- Нет такого слова.
- Мне плевать! - кричу я и, забив на то, что у него есть пистолет, и на то, что он может выстрелить мне в спину, вхожу в общежитие, сразу направляясь к нашей комнате. Миссис Драгис ничего не говорит на этот раз. Видимо, обязательные пять минут прошли.
Внутри закипает такая злость, что тяжело дышать. Я пытаюсь понять, что Ника творит, чего добивается, но, наверное, в эту секунду мне бы даже два и два не удалось сложить.
Стук моей обуви эхом разносится по коридору. Я останавливаюсь у двери нашей с Никой комнаты и распахиваю ее одним резким движением.
Ника сидит на кровати, прижимая колени к груди. На ней только нижнее белье, а мокрые пряди волос свисают на плечи. Бедняга не смотрит на меня, такое ощущение, будто она даже не дышит.
Я неуверенно прохожу вперед и встаю перед подругой. Когда Ника поднимает глаза, я будто сталкиваюсь с двумя круглыми стеклышками. Она под чем-то. Я вижу ее обкуренной не впервые, но именно сейчас мне неприятно видеть кого-то в таком состоянии. Это не моя Ника, а какая-то неизвестная мне девушка.
Возможно, я бы что-то сказала, если бы не телефон, резко переключающий все мое внимание на себя. Достав два мобильника, я кладу рядом с Никой тот, который принадлежит ей.
- Алло, - говорю я, приняв вызов.
- Какого ты ушла от меня? Почему я проснулась одна? - свирепствует Лиза.
- Мне надо было лежать рядом и ждать, пока ты проснешься? - не менее злобно отвечаю я.
- Именно.
- Зачем?
- Где ты? - спрашивает она, проигнорировав мой вопрос.
- А ты как думаешь?
- Джордан там?
- Нет. Но... - тут я замялась. Я не уверена в том, что моя просьба будет к месту. - Ты не могла бы прийти?
- Скоро буду.
Вот так, быстро и по-деловому.
Отключившись, я снова уставилась на подругу. Она хранит молчание, потому что обижена?
- Ника... - начинаю я, но та перебивает меня:
- Ничего не говори.
Возможно, мне и правда стоит придержать язык за зубами. Но как сдержаться, когда я вижу ее в таком состоянии? Разве адекватная подруга может проигнорировать и не спросить, что случилось и как все прошло?
Мне очень любопытно узнать о том, что у них здесь произошло с Джорданом. Хочется выяснить, что он делал, что рассказывал. Поведал ли он ту самую историю, которая произошла около его гаража?
Он по-любому ей что-то наплел, потому что Ника из тех людей, которые всегда и на все требуют объяснений.
Если бы моя и его версии были разные, в чью бы она поверила?
Она ничего не говорит, даже услышав, что сейчас к нам придет Лиза. Не пытается защитить меня от неё, поясняя, что надо держаться от неё как можно дальше, если есть такая возможность.
Ника кажется опустошенной и уставшей. Как же все перевернулось за один вечер, за одну ночь! Кого надо винить? Нас с Лизой или Джордана с Никой? Этот неразрешимый вопрос, пожалуй, всплывает чаще других.
Мне хочется все перемотать назад и попробовать найти ко всему другой, более верный, подход.
Ника встает с кровати и босыми ногами подходит к шкафу. Достав оттуда вещи, она без каких-либо слов проходит в ванную.
Не так я представляла нашу встречу после такой дьявольской ночи, последствия которой приносят не очень хорошие плоды.
Хотели как лучше, а получилось только хуже.
Я запускаю пальцы в растрепанные волосы и сглатываю комок, застрявший в горле.
Не хочу, чтобы все было так. Должен быть способ все изменить. Все ошибки исправимы.
Стук в дверь выводит меня из мимолетного транса. Поднявшись, я отпираю замок и пропускаю Лизу в комнату.
- Где она? - тут же спрашивает она, и я показываю рукой на ванную комнату.
- Я встретила Джордана у входа в общежитие... - начинаю я рассказывать, что случилось за этот короткий промежуток времени, но она перебивает:
- Он обидел тебя? Угрожал? Ударил? - схватив меня за подбородок и оглядывая все участки моего тела, тараторит Лиза, желая узнать все и сразу.
- Он ничего такого не сделал, а всего лишь сообщил, что сегодня вечером Ника переедет к нему.
- Ты пыталась с ней поговорить?
- Да, но она не желает меня слушать, - устало отвечаю я и плюхаюсь на кровать, закрывая лицо ладонями.
- Отпусти ее, - вдруг говорит Лиза, присаживаясь рядом. Я смотрю на неё как на идиотку.
Кто в здравом уме отпустит близкого человека жить с наркоманом?
Мне такого счастья не надо. Я не желаю, чтобы в один прекрасный вечер мне позвонили из больницы и сказали, что Вероника Данцова умерла от передозировки.
- Ты не сможешь оберегать ее вечно, если на это надеешься, - снова начинает успокаивать меня Лиза. - Она взрослая девчонка, пусть думает своей головой. Если у Ники есть желание жить с наркоманом, то пусть живет.
- Я не хочу потерять подругу. Все это... так безумно, что сложно поверить.
- Ты ее не теряешь, ты просто перестаешь быть персональной нянькой.
Может, Лиза права и мне действительно стоит отпустить Нику, ни о чем не заботясь. Мне никогда раньше не приходилось оберегать Нику, лишь иногда я могла ей посоветовать, что плохо, а что хорошо, но в основном она всегда думала своей головой и пыталась быть рассудительной. Так что же изменилось? Почему именно сейчас она позволяет себе такое? Почему она не убежала от Джордана сразу, как только узнала, что он заядлый наркоман?
Мне хочется спросить об этом у Лизы, как будто она знает ответ, но я не успеваю. Ника выходит одетая из душа. Она уходила в ванную, чтобы собраться с мыслями? Ведь когда я пришла, она уже успела искупаться и отодрать от себя злосчастный, тошнотворный запах дури.
- Привет, Ника, - говорит ей Лиза, но она молчит.
- Ты не сможешь игнорировать нас вечно! - взрываюсь я.
Она оборачивается, и я замечаю, как ее лицо перекосило от злости или, быть может, от отвращения... ко мне.
- Да что ты? Вы оба влезли не в свое дело. Какого черта вы поперлись к нашему с Джорданом гаражу? Какое вам дело, чем мы занимаемся? Почему я не лезу в то, что между вами происходит? - кричит Ника, смотря то на Лизу, то на меня. - А ты, Ир, рылась в моем телефоне и читала мои личные переписки! Даже я себе такого не позволяю.
- Я всего лишь хотела тебя защитить.
- Прежде чем защищать человека, нужно спросить, нуждается ли он в опеке, чтобы потом не ударить в грязь лицом и не остаться виноватым.
Ника снова отворачивается. Я хочу встать и подойти к ней, Лиза меня останавливает, схватив за плечи и посадив на место.
- Зачем ты переезжаешь к нему? - спрашиваю я.
- Мне нужно побыть подальше от тебя и всего этого. Я хочу наладить с Джорданом отношения.
- Ты в курсе, что его друзья чуть не изнасиловали твою подругу? Ты знаешь, что твой ненаглядный ублюдок угрожал нам пушкой? - Лиза зла не на шутку.
Ника на миг замирает. Понятное дело, об этом он ей не говорил.
- Не надо было совать свой нос в чужие дела, - всего лишь отвечает она.
Ее слова больно ударяют меня. За одну ночь Ника сильно изменилась, и я понимаю, что теперь не обойдусь одними извинениями. Она все равно уйдет от меня, что бы я ни сказала. В человеке, стоящем рядом со столом, я не узнаю свою лучшую подругу. Те времена, когда мы не могли отлипнуть друг от друга, кажутся такими далекими.