Вселенная сломаного паука

Женщина внимательно смотрела на него — невысокая, светловолосая, с пронзительными голубыми глазами. Её доброжелательная улыбка оставалась мягкой, а лёгкие морщинки у глаз лишь подчёркивали её теплоту. Возможно, она была единственным человеком, с которым он готов был говорить.

— Питер, мне сказали, что вы сами предложили меня в качестве вашего психолога, но со мной вы почти не разговариваете. Я уверена, у вас есть вопросы, которые вы хотели бы обсудить?

Он чуть склонил голову.

— Расскажите мне о мире...

Она улыбнулась ещё теплее, чем прежде, словно поняв, какой груз он несёт на себе. Голос её был тихим, размеренным, спокойным. Питер слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка задавая вопросы. Иногда слёзы текли по его лицу, но под непроницаемой маской они оставались скрытыми от посторонних глаз. Женщина, словно чувствуя его безмолвную боль, протягивала салфетки. Он лишь кивал, прося её продолжать. Её голос обволакивал, создавая иллюзию покоя. В какой-то момент она осторожно коснулась его головы, мягко проводя пальцами по волосам.

Постепенно она начала задавать вопросы сама. Он знал её технику, знал, что рано или поздно расскажет больше.

— Питер, ты потерял многое. Я вижу это. И то, что ты ощущаешь к людям, — совершенно естественно. Знаешь, иногда мне самой хочется закрыться от всех, но это не всегда плохо. Чем ты увлекаешься? Возможно, тебе стоит вернуться к хобби?

— Дело не в том, что я не хочу никого видеть...

— Это хорошо. Я могу устроить встречу, если ты захочешь. Это вполне выполнимо. — Она снова мягко улыбнулась. — Хочешь?

Он стиснул пальцы, глядя в окно.

— Не знаю... Здесь я будто не существую... Почему так?

— Думаю, они будут рады тебя видеть. Конечно же, ты существуешь. Ты можешь коснуться меня, чувствовать, видеть... Разве это не значит, что ты жив?

Питер промолчал.

С тех пор прошло ещё несколько сеансов. Мисс Деклар затрагивала самые разные темы, составляла документы. Питер отвечал на вопросы, проходил тесты, но всё ещё не говорил о причине своего состояния. Однако боль понемногу отступала. Возможно, именно поэтому он когда-то в прошлом решил продолжить сеансы.

Он узнавал истории этих людей — героев, их прошлое. Всё это было знакомым: Мстители, Гидра, Танос, пять лет жизни, возвращение. Питеру было сложно. Как только он оказался в этом мире, он встретил карие глаза — те самые, что почти загадали желание. Он не понимал, почему всё ещё жив. Ведь он, как и Тони, использовал камни... И остался. Провалялся в коме, но жыл!

А Тони тогда исчез. Умер. Безвозвратно, черт подери! Оставил после себя лишь зияющую пустоту и боль в подростковом сердце.

Тони не приходил, и Питер мог бы подумать, что он спятил. Или умер. Или видит сон. Но новости не прекращали рассказывать о героях. Спасение очередного здания от взрыва, человека от пули, интервью, даты прямых эфиров. Тёплая улыбка в карих глазах. Его любимый черный костюм.

Питер помнил этот костюм. Он сам подарил его Тони. В той другой вселенной. Тогда он защитил научную работу и выиграл приз. Купил два одинаковых костюма и разделил их с наставником. Радости не было предела, особенно когда тот искренне одобрил подарок.

Но это было там. В другой реальности. В той, где Питер хоть что-то значил для Старка...

Месяц пролетел незаметно, и Питер наконец смог по-настоящему отдохнуть. Однако Мэри с укором наблюдала за ним, ведь для него отдых означал не просто лежать и восстанавливаться, как она полагала. Он прислушался к её совету и решил заняться хобби: в первый же день он попросил у неё ноутбук и вернул его только под утро.

Были мгновения, напоминающие лучшие времена с тётей Мэй: ноутбук постепенно перекочевал в его палату, оставаясь у него с вечера и до рассвета. А затем Питер, не колеблясь, начал пользоваться её карточкой. Когда Мэри, удивлённая внезапной крупной суммой на счёте, поинтересовалась её происхождением, он, сделав глаза щеночка, попросил помочь ему с оформлением документов. Как выяснилось, бумаги уже были подготовлены лёгкой рукой Старка.

Получив документы, Питер связался с банком, оформил несколько карточек, завёл электронный кошелёк и принялся зарабатывать. К концу своего вынужденного заточения и бесплатного проживания у него было достаточно средств, чтобы арендовать жильё и обеспечить себя.

Время летело стремительно: утром он беседовал с психологом, принимал назначенные лекарства, а затем окунался в работу — писал научные и журналистские статьи, репетиторствовал по физике и механике, запускал онлайн-курсы по менеджменту и основам бизнеса. Он обладал редким даром — умел искать, слушать и выражать мысли точно и ясно. Сначала было трудно найти клиентов, но стоило лишь написать несколько толковых работ и попросить об отзывах — люди сами начали обращаться к нему. И так ноутбук оставался его неизменным спутником до самого последнего дня выписки.

Наконец оказавшись на улице, Питер вдохнул полной грудью. Он захотел остановиться хоть на секунду — все куда-то спешили, бежали, опаздывали, а он стоял и смотрел. У него было несколько часов перед первым просмотром квартиры. Конечно, он думал о том, чтобы найти тётю, но надежда снова встретить дорогого человека оборвалась так же быстро, как и появилась. Мэй была мертва, так же как и в его реальности.

Вообще, Питер узнал много о новом мире и о том, что он очень похож на тот, в котором он жил, только в этом мире не существовало Питера Паркера, не было Человека-Паука, его истории. Но было почти всё остальное — все люди, которых он знал. Он нашёл страницы своих друзей и знакомых и понял, что ничего не поменялось. И так странно смотреть на кучу родных тебе людей, которые даже не знают о твоём существовании.

Питер долго бродил по городу, зашёл в магазин техники и купил более-менее нормальный телефон, купил сумку и несколько комплектов вещей — того, что нужно в первую очередь.

Место квартиры было возле набережной, недалеко от центра — буквально полчаса пешком, и Питер надеялся, что она и правда будет такой же, как на фото, и он сможет снять её уже сегодня.

Вечер. Солнце медленно уходило за горизонт, волны колыхали море, птицы пели свою мелодию, а берег у моря выглядел просто фантастически.

Вокруг послышался шелест песка, и кто-то приземлился рядом.

Питеру не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это — стоило просто услышать стук знакомого сердца, увидеть идеально ухоженные туфли, немного присыпанные песком, и наполнить лёгкие одуряющим запахом, смешанным с морским бризом.

— Привет, — послышался немного осторожный, тихий голос.
— Добрый вечер, — таким же тихим голосом ответил парень.

Питер продолжал смотреть на сильные волны, а Тони буравил его взглядом.

Тони смотрел и пытался понять человека, сидящего рядом, но так и не смог начать разговор. Это было странно, будто так и должно быть. У него было куча вопросов к парню, но он так и не осмелился их задать, наслаждаясь той умиротворённостью, что была между ними.

— Спасибо, что помогли с документами и оплатили лечение, мистер Старк.

— Питер... — наверное, стоило начать с самого главного вопроса, и Тони его задал: 

—Как ты оказался там?

— Я, кажется, умер в своей реальности. Может, поэтому я выжил после камней? Ведь человек не может умереть дважды? Но я здесь...

— Стрэндж сказал, что только появившийся человек из другой вселенной не может умереть в нашей. Ведь ты даже появиться-то толком не успел, ты не существовал в нашей. Стрэндж — это доктор...

— Я знаю. А возможно, я жив потому, что у меня был ещё один камень... Мы можем рассуждать об этом долго, мистер Старк, но вселенная неизмерима. Уж я-то, пытался её понять.

— Для чего?

— Ты разговариваешь со мной как с душевнобольным, ты в курсе, Старк?

Внезапное замечание вывело мужчину из задумчивости, а когда Питер повернулся и посмотрел в глаза — вообще выбило из колеи.

—Согласись, твоё состояние было довольно, невменяемым.

— А как вы хотели? Чтобы я от радости скакал, увидев живого человека, который умер в моей вселенной много лет назад?!

Старк почувствовал, как напряжение вдруг поднялось к отметке ну все мне конец. Питер смотрел на него с такой яростью, что Тони даже слегка опешил—он не привык к тому, чтобы люди встречали его с таким взглядом.

Он вскочил будто готовый либо броситься вперёд, либо развернуться и исчезнуть, и Тони никак не мог предугадать, что именно произойдёт. Губы Питера были плотно сжаты, челюсть напряжена, словно он изо всех сил старался не сказать чего-то, чего говорить не должен. Его глаза потемнели, зрачки расширились, в них стояла — настоящая боль, спрятанная где-то глубоко внутри, но сейчас почти вырывающаяся наружу.

Старк чуть наклонил голову, пытаясь понять, почему именно он вызвал такую реакцию, но прежде чем он успел хоть как-то сгладить ситуацию, Питер уже сделал шаг назад.

— Эй, полегче, — произнёс он осторожно, наблюдая, как пальцы Паркера сжимаются до побелевшых костей, — Что-то мне подсказывает, что в твоей вселенной я был для тебя не просто каким-то парнем в броне.

Он ожидал раздражённого ответа. Может быть, колкости. Но не то, что увидел в следующую секунду.

Гнев в глазах Питера вдруг сменился страхом, таким, который приходит, когда ты вдруг теряешь почву под ногами. Будто слова Старка напомнили ему о чём-то слишком важном, слишком болезненном.

— Ты... — Питер выдохнул, его губы дрогнули. — Ты говоришь так же, как он...

Старк моргнул.

— Так же, как?

Парень резко отступил на шаг. А затем развернулся и направился к дороге быстрыми, неуверенными шагами, будто он и сам не до конца контролировал их.

— Окей, я снова что-то сказал не так, — пробормотал Тони, наблюдая за его уходом.

Но тревожное чувство внутри не отпускало. Потому что впервые за долгое время он не понимал, кого именно он только что зацепил — Питера, или того, кем он был для него когда-то.