Мелодия любви

В этом небольшом городке, в одну из харчевен которого они сегодня заглянули, несколько дней к ряду была открыта ярмарка, приуроченная ко дню летнего солнцестояния. Когда заклинатели только прошли через городские ворота, то уже смогли почувствовать ту праздничную атмосферу, которая стояла там в этот яркий, солнечный день. Они оказались в этих краях не то чтобы случайно: Вэй Усянь и Лань Ванцзи по своему обыкновению заглянули в тихую обитель заклинателей бывшего ордена Вэнь и, погостив там несколько дней, решили отправиться на ночную охоту в окрестности этого города, где устраивались масштабная ярмарка и праздные гулянья. Точнее, почувствовать атмосферу праздника хотел только Старейшина Илин - его верный и неизменный спутник попросту следовал за ним куда бы то ни было. Но когда Вэй Ин поведал заклинателям о своих намерениях за вечерней трапезой, Вэнь Цин настояла на том, чтобы они отправились туда все вместе, взяв с собой ее и А-Юаня. И это было более чем естественно - все-таки суровость суровостью, но, в первую очередь, она оставалась женщиной.
Вот она и останавливалась около каждого прилавка то с продуктами, то со специями, то с тканями и бижутерией. Торговцы лекарственными травами были подробно расспрашиваемы ею, после чего она, недоверчиво глядя на них, что-нибудь обязательно покупала, с видом, будто оказывала им услугу. Ее негодование было понятно идущему за ней по пятам Вэнь Нину. Но что простые продавцы могли знать о многочисленных свойствах тех или иных трав? Чжулю, которому было поручено следить за Вэнь Юанем, тоже ни на шаг не отставал от целительницы, внимательно следя за ее взглядом. Едва девушка окидывала взором ту или иную ткань, парадное платье или верхнюю накидку, как бывший слуга ордена Цишань Вэнь тут же прикидывал в уме, куда после нужно было вернуться и что именно прикупить. Маленький А-Юань, шедший рядом с ним, старался не отцепляться от руки взрослого - удивительно, но ребенок почему-то очень любил держать мужчину за руку. Вэнь Цин объясняла это тем, что дети хорошо чувствуют духовную энергию, а то, что Чжулю сумел перенаправить ее разрушительный поток в созидательный, лишь усиливало эффект влечения. Проще говоря, ребенок чувствовал защитную силу, исходящую от рук бывшего слуги.

Вэй Усянь в такие прогулки словно впадал в годы беспечной юньмэнцзянской юности, когда он бегал по торговым рядам Пристани Лотоса, выискивая что-нибудь занимательное. Юноша ходил от прилавка к прилавку - преимущественно за ними продавали еду и специи - и набирал все, что привлекало его своими внешними качествами. Вот только платил по-прежнему молча следовавший за ним Ванцзи, смотревший влюбленными глазами на своего спутника, готовый скупить все товары на этой ярмарке, если Вэй Ин захочет того. Сейчас между ними уже не существовало никаких препятствий в виде закостенелых правил орденов или рамок дозволенного - они, преодолев бесконечное число преград, наконец-то были вместе, наслаждаясь каждой минутой, проведенной в обществе друг друга. Было не важно, в поле на мягкой траве или на жесткой постели постоялого двора - они делили пополам все тяготы и невзгоды, не жалуясь на прежние обиды и недопонимания. Теперь это было их маленькое счастье.

Дождавшись, пока Вэй Усянь разделается с последним блюдом, по степени остроты не уступающим предыдущим, вся эта странная компания поспешила покинуть харчевню, ставшей ареной для споров о небезызвестном Старейшине. На выходе из помещения Вэй Ин посмеивался, не забывая напоминать Вэнь Цин о ее «сильной безответной любви», заставляя при этом Сжигающего Ядра непонимающе хмуриться и подозрительно коситься в их сторону. Вэнь Нин и Лань Чжань по обыкновению молчали, видя, что юноша как обычно полон сил и энергии для того, чтобы подшучивать на всем и вся - остановить его в такие моменты было сложно.
Выйдя на свежий воздух, они неспешно, прогулочным шагом направились вверх по улице. Вэнь Юань весело бежал впереди них, из-за чего Цюнлинь постоянно старался поспеть за ним, нелепо путаясь в своих, скрывающих его истинную сущность, одеяниях. В одной из лавок целительница приобрела небольшую плетеную корзинку, чтобы складывать туда покупки, и путники двинулись по торговым рядам, рассматривая все то, обыкновенное и невиданное, что предлагали лавочники.
Чжулю, как и всегда, шел возле Вэнь Цин, стараясь успеть за торопливыми шагами девушки: она стремительно отскакивала от одной лавки к другой, быстро решая, что из предложенного ей может пригодиться, а что попросту за ненадобностью. Мужчина даже не успевал хорошенько рассмотреть товар, когда девушка уже, взмахнув полами своего платья и круто развернувшись на красных каблучках сапог, поспешно направлялась на противоположную сторону улицы. Вэй Усянь, смотревший на них со стороны, не сдерживаясь, хохотал, глядя на то, как мечется за целительницей Сжигающий Ядра, боясь упустить ее из виду.
- Ха-ха! Да уж, он, похоже, совершенно не знает женской натуры! А ведь когда девушка на рынке - попробуй угнаться за ней, - весело подметил Старейшина Илин, указывая Лань Чжаню на эту картину. Тот лишь проследил взглядом за бывшими адептами клана Вэнь, но практически сразу же возвращая все свое внимание своему спутнику.
- А ты хорошо знаешь женскую натуру? - спокойно спросил он, и, казалось бы, что лицо его ничего не выражает в этот момент.
- Само собой знаю. А? Лань Чжань, ты что, ревнуешь? Перестань, гэгэ! - улыбаясь во весь рот, Вэй Ин под недоуменные взгляды прохожих поспешил взять юношу под руку, практически повиснув на нем. Срабатывало всегда - бывший старший ученик ордена Юньмэн Цзян начинал очаровательно строить глазки или же говорить что-то настолько нелепое и умилительное, что продолжать обижаться на него было невозможно. А потому Ванцзи лишь накрыл своей ладонью его руку, склоняя голову к нему и незаметно приподнимая краешки губ в едва заметной благосклонной улыбке.
Уже начинало вечереть, а путники даже не успели обойти все ряды с товарами. У домов и лавок зажигались цветные фонарики, делая атмосферу еще более сказочной и фантастической. Вэнь Нин по просьбе своей сестры взял с собой ребенка и отправился на постоялый двор, примеченный ими ранее, чтобы занять несколько комнат для прибывших заклинателей. Вэнь Юань за день набегался и устал, а потому на руках у мертвеца он уткнулся ему в грудь и практически сразу же стал проваливаться в сон, заставляя того лишь умиляться этой картине. Остальные же отправились дальше по маленьким улочкам, на которых собиралось все больше и больше народа в праздничных, ярких одеждах. Шли так же: Ванцзи неспешно следовал за Усянем, а бывший телохранитель Вэнь Чжао по-прежнему пытался не потерять из виду целительницу.
- Хуа Дань... да что же ты будешь делать, привычка! Вэнь Чжулю! - устав от этого представления, крикнул Старейшина Илин.
При упоминании этого имени на него обернулся не только тот, кого он непосредственно позвал, но и еще несколько человек прохожих, недоверчиво покосившись в сторону заклинателей. Бывший слуга ордена Цишань Вэнь замер на своем месте, ожидая, пока юноша соизволит подойти к нему, непроницаемым взглядом смотря ему прямо в глаза.
- Чжулю, - снова позвал Вэй Усянь, подходя ближе, почти вплотную, отмечая далеко ли от них находится целительница. Тот молча глядел на него, ожидая продолжения фразы. - Ты только впустую пробегаешь за ней все это время. Если хочешь сделать девушке приятно, не надо таскаться следом. Лучше пойди и купи ей что-нибудь - порадуй. Девушки любят всякие побрякушки. Даже такие суровые девушки, как Вэнь Цин. Вот увидишь, она сразу же посмотрит на тебя по-другому.
- Я не думаю, что... - начал было тот, но оказался перебит все тем же Усянем.
- Вот именно: ты не думаешь. Она же девушка! По-твоему, она не заслуживает какой-нибудь маленькой радости? - похоже, этими словами он смог каким-то образом пристыдить Сжигающего Ядра, и теперь тот, выглядя совсем запутавшимся и озадаченным, упорно рыскал взглядом по земле, словно пытался там найти ответ на мучившие его вопросы. Вэй Усянь улыбнулся своим достижениям и поспешил развить успех. - Платье, которое ты подарил ей, очень мило, а красный цвет является символом свадебного торжества. Ты намекнул девушке о замужестве этим подарком, а теперь бездействуешь? Деве Вэнь в ее возрасте стыдно быть все еще незамужней. Но как ей встретить достойного мужа, когда ворота ее дома стережет такой верный пес, как ты? Если не собираешься сделать первый шаг в этих отношениях - хотя смею напомнить, что именно ты являешься мужчиной - то уйди в сторону и дай ей возможность обрести свое счастье с другим.
Этим заявлением он попросту разбил Сжигающего Ядра, в голове которого никогда не возникало даже мысли о том, что госпожа Вэнь может рано или поздно выйти замуж за кого-то. Это казалось чем-то невозможным, ведь они так хорошо и спокойно жили вчетвером - казалось, что еще нужно? Если бы она вдруг в один день заявила, что забирает А-Юаня и переезжает жить к своему избраннику, Чжулю бы врос в землю ногами и не сошел бы более с того места, пораженный этой новостью. Слишком хорошо все было, чтобы в одночасье эта мирная идиллия рассыпалась перед ним в прах.

Чжулю молчал, шумно дыша и смотря себе под ноги, соображая, что еще не поздно сделать, чтобы поправить это, ставшее печальным, положение. Видимо, переживания и думы, занимавшие его голову, четко обозначились на его непроницаемом, казалось бы, лице, а потому Вэй Усянь снова широко улыбнулся произведенному эффекту.
- Не надо так волноваться, ведь она еще никого не нашла. Но тебе лучше поторопиться - в конце концов, Вэнь Цин очень видная барышня. А сейчас здесь столько прекрасных молодых мужей... - он протянул это мечтательно, прикрыв глаза и хитро глянув из-под опущенных ресниц на бывшего телохранителя. Лань Ванцзи встал за спиной у своего возлюбленного, хватая того за запястье и напряженно вглядываясь в него - сам факт того, что среди гуляющих Вэй Ин видел "столько прекрасных молодых мужей" не мог не напрягать Второго Нефрита ордена Гусу Лань.
Сжигающий Ядра тут же обернулся по сторонам, словно бы он был не на площади в день праздника, а на поле боя среди превосходящей по численности армии врага. Когда он, весь напряженный и недоверчивый, наконец удалился в неизвестном направлении, что-то внимательно высматривая на прилавках, Вэй Ин, тихо посмеиваясь, обернулся к своему спутнику, перехватывая его руку и переплетая их пальцы.
- Лань Чжань, нет смысла в этой ревности, ты ведь прекрасно знаешь, что я принадлежу только тебе и душой, и телом, - с этими словами он прильнул к нему и даже потянулся к тонким губам, чуть приоткрывшимся от удивления. Они застыли друг перед другом посреди людной площади, залитой светом разноцветных бумажных фонариков; отовсюду слышалось музыка и пение, народ веселился вовсю, не обращая на двух юношей никакого внимания.
---