born to die. | Фред Уизли.

Музыкальное сопровождение к главе:
- Melanie Martinez - Pity Party
- Lana Del Rey - Love
- Billie Eilish - Bellyache
- The xx - On Hold
- Troye Sivan - Youth
_______________________________________________

Платформа «Кингс-Кросс» гудела, как растревоженный улей. Запах дыма, пота и сладкой ваты смешивался в удушливую сентябрьскую смесь. Ригель стояла у вагона «Хогвартс-экспресса», чувствуя себя странно оголённой без своего привычного щита, без двух рыжих башен по бокам. Фред и Джордж, окончившие школу, уже вовсю обустраивали свой «Волшебный Визг» на Косом переулке, и их хаотичная, громкая энергия осталась там, в Лондоне.

Рядом с ней, прислонившись к стене вагона с видом полнейшего скучающего превосходства, томно перекатывал в пальцах какой-то мелкий блестящий предмет Тэо. Он был облачён в безупречно сидящие мантии, хотя до старта поезда оставалось ещё минут двадцать.

- Ну что, сестрёнка, - протянул он, не глядя на неё. - Готова к очередному акту великой трагикомедии под названием «Образование Ригель Нотт»? Теперь без твоих личных шутов для развлечения публики. Придётся самой искать способы развеять скуку. -

- Справлюсь, - буркнула она, стараясь не смотреть в сторону, где обычно собирались Уизли. Там сейчас была лишь Молли, заливающаяся слезами и пытающаяся одновременно обнять Рона, Джинни и Гермиону. Артур что-то с энтузиазмом объяснял Гарри, размахивая каким-то магловским прибором. Было пусто без двойной рыжей угрозы.

- Уверен, - Тэо лениво поднял бровь. - Уже составил список потенциальных жертв для твоего неукротимого сарказма. Первым в очереди, разумеется, стоит наш любимый профессор зельеварения. Он по тебе явно скучал. -

В этот момент мимо них, словно корабль под алыми парусами, проплыла Пэнси Паркинсон. Она бросила на Тэо томный, полный намёка взгляд, а на Ригель быстрый, оценивающий и холодный. Тэо ответил ей лёгким, почти незаметным кивком, уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

- Видишь? - тихо прошипел он Ригель, когда Пэнси скрылась в вагоне. - Начинается. Седьмой курс. Год, когда все внезапно решают, что они взрослые и им срочно нужно найти пару, чтобы не отстать от моды. Будет невыносимо тошнотворно. Советую запастись противорвотным. -

Ригель фыркнула. Ей было не до пар. В груди по-прежнему сидела колючая пустота после лета, после атаки дементора, после осознания, что война пришла и на порог Норы. Мысли путались, но одна была кристально ясна: нужно быть настороже.

Последний гудок паровоза прозвучал оглушительно громко. Ригель вздрогнула, прощаясь наспех с Молли и Артуром, и вскарабкалась в уже тронувшийся вагон. Тэо последовал за ней с изящной небрежностью.

Внутри царил привычный хаос. Первокурсники с испуганными глазами жались к стенам, старшекурсники громко перекрикивались, занимая купе. Ригель, привыкшая за прошлый год идти на шум, двинулась туда, откуда доносились знакомые голоса.

В купе, забитом до отказа, сидели Гарри, Рон, Гермиона, Джинни, Невилл и Лина. Возле окна, как и всегда, пристроилась Луна Лавгуд, читающая журнал «Придира» задом наперёд.

- Ригель! - просияла Гермиона, подвинувшись и убирая с сиденья стопку книг. - Садись! Мы как раз обсуждали... - она понизила голос, - ...нового преподавателя Защиты. -

- Опять? - Ригель плюхнулась на свободное место рядом с Джинни. - Кто на этот раз? Неужто Амбридж вылезла из своего розового болота? -

- Хуже, - мрачно проронил Рон, набивая рот шоколадной лягушкой. - Снейп. -

В купе повисла гробовая тишина. Ригель почувствовала, как у неё похолодели руки.

- Снейп? - переспросила она, не веря своим ушам. - Профессор Снейп ведёт Защиту от тёмных искусств? Но он же... он... -

- Жаждет эту должность с первого курса, - закончил за неё Гарри. Его лицо было напряжённым, глаза горели затаённой злобой. - Дамблдор наконец сдался. Или это часть какого-то его плана. Я уже ничего не понимаю. -

- Это кошмар, - простонала Гермиона. - Он будет мучить нас вдвойне! Особенно тебя, Гарри. И всех, кто входит в Отряд Дамблдора. -

- Отряда Дамблдора больше не существует, - тихо напомнила Лина. - После того, как нас всех чуть не поймали... -

- Он возродится, - твёрдо сказал Гарри, сжимая кулаки. - Только теперь мы будем ещё осторожнее. -

Тэо, пристроившийся в дверях купе и с интересом наблюдавший за реакцией публики, сладко ухмыльнулся.

- О, не сомневаюсь. Подпольные кружки это так романтично. Особенно когда за тобой охотится пол-Министерства и собственный учитель зельеварения. Добавьте немного драмы, и получится готовый сценарий для любительского спектакля. -

Все зашикали на него, но Ригель поймала его взгляд. За маской насмешки в его глазах читалась та же настороженность, что и у неё. Снейп в роли преподавателя Защиты это был не просто вызов. Это была прямая угроза.

Поездка прошла в напряжённых разговорах о летних событиях, конечно, опуская самые опасные и мрачные детали. Ригель рассказывала о жизни в Норе, о Сириусе, который потихоньку приходил в себя, о бесконечных экспериментах близнецов, от которых порой содрогалась вся улица. Она чувствовала себя немного чужеземкой среди них. Они провели лето в относительной безопасности, а её лето было окрашено страхом и необходимостью постоянно быть начеку.

Когда поезд наконец остановился в Хогсмиде, и они высыпали на платформу, на Ригель снова накатила волна странного одиночества. Незнакомый голос проорал:

- Перво-о-курсники сю-ю-да! - это был не Хагрид. Где-то в толпе мелькнула высокая худая фигура с огромной чёрной собакой на поводке. Хагрид, но он выглядел мрачным и подавленным.

Они уселись в повозки, и Ригель невольно искала глазами в темноте худые, кожистые силуэты фестралов. Их было видно. Чёртовски отчётливо. Напоминая о потере, о войне, которая уже здесь.

Большой зал сиял, как и всегда. Тысячи свечей парили в воздухе, отражаясь в звёздном небе на потолке. Но атмосфера была иной. Более приглушённой, настороженной. Преподавательский стол... за ним не хватало самого важного акцента - ярко-синих глаз и длинной серебряной бороды Дамблдора. Его кресло пустовало. Рядом, с невозмутимым видом, восседала профессор МакГонагалл. А на самом краю, в тени, сидел тот, чьё присутствие ощущалось, как ядовитый смог, Северус Снейп. Его чёрные глаза медленно скользили по рядам студентов, выискивая, вычисляя, оценивая.

Церемония распределения прошла быстрее, чем обычно. «Слизерин!» раздавалось с завидной регулярностью, и зелёно-серебряный стол каждый раз взрывался особенно громкими аплодисментами. Ригель заметила, как Тэо, сидевший напротив, с каждым новым слизеринцем делался всё более невозмутимым и надменным, включался режим «принца Слизерина».

Наконец, тарелки наполнились едой, но разговоры за столом не стихали, они были напряжёнными, шёпот полз по залу, как змея.

И тогда встала МакГонагалл. Её голос, усиленный заклинанием, прозвучал чётко и сухо, без обычной для таких речей торжественности.

- Прежде чем вы приступите к этому... праздничному ужину, - она сделала небольшую паузу, - я вынуждена сообщить вам о нескольких изменениях в составе преподавателей. -

Она подтвердила то, о чём все уже знали: Снейп теперь преподаёт Защиту от тёмных искусств. А зельеварение будет вести... профессор Слизнорт.

Из-за преподавательского стола с некоторой трудностью поднялся толстый, лысеющий мужчина с закрученными усами и в нелепом, ярком костюме. Он самодовольно улыбнулся залу, помахав короткими пальцами.

- Кто это? - прошептала Ригель Джинни.

- Слизнорт, - скривилась та. - Старый друг Дамблдора. Говорят, он обожает знаменитостей и тех, у кого есть связи. Будет заигрывать с Гарри и тобой, чемпионка. -

Ригель поморщилась. Ей было не до славы.

- Кроме того, - продолжила МакГонагалл, и её голос стал ещё суше, - в связи с текущей... ситуацией в мире, в школе вводятся дополнительные меры безопасности. Патрули преподавателей и старшекурсников-префектов усилены. Покидать территорию замка после отбоя строжайше запрещено. Все подозрительные действия должны немедленно сообщаться префектам или любому преподавателю. -

Она обвела зал строгим взглядом.

- Хогвартс был и остаётся одним из самых безопасных мест в мире. Но безопасность эта зависит от каждого из вас. От вашей бдительности и дисциплины. На этом всё. Приятного аппетита. -

Она села. Гул в зале стал громче, но в нём уже не было радости, лишь тревога и недоумение.

Ригель отодвинула тарелку. Аппетит пропал напрочь. Она посмотрела на преподавательский стол. Снейп ловил её взгляд. Его тонкие губы растянулись в едва заметной, холодной ухмылке. Этот взгляд обещал неприятности.

Шестой курс начался. И было ясно, что это будет самый сложный год в её жизни.

***

Первое же занятие по Защите от тёмных искусств подтвердило все худшие опасения. Кабинет, который при Амбридж напоминал розовый кошмар, а при настоящих преподавателях был местом силы, теперь походил на склеп. Занавеси были задёрнуты, в воздухе висел тяжёлый запах консервированных трав и чего-то химически-горького. Стены украшали не схемы защитных заклятий, а мрачные гравюры, изображающие самые изощрённые пытки тёмных веков.

Снейп вошёл бесшумно, как и всегда, его чёрные мантии взметнулись за ним, словно крылья летучей мыши. Он обвёл класс медленным, пронизывающим взглядом, который заставил замолчать даже самых отъявленных болтунов.

- Открывайте учебники, - его голос прозвучал тихо, но отчётливо, заполняя собой всё пространство класса. - На странице... семьсот тринадцать. «Непростительные проклятья: теория и практика применения». -

В классе повисла шокированная тишина.

- Профессор, - осторожно подняла руку Гермиона. - Мы... мы будем изучать непростительные проклятья? Но это же... -

- Запрещено? - перебил её Снейп, и на его лице появилась ядовитая усмешка. - Мисс Грейнджер, ваша наивность трогательна. В мире за стенами этого замка эти заклятья применяются. Ежедневно. И чтобы защититься от них, вы должны знать врага в лицо. Вы должны понимать, как они работают. - Его взгляд скользнул по Гарри, затем по Ригель. - Теория. Без отработки. Пока что. -

Он начал лекцию. Холодную, отстранённую, наполненную таким количеством сложных терминов и отсылок к тёмным трактатам, что даже Гермиона временами терялась. Он не учил их защищаться. Он учил их бояться. Он подробно, с почти сладострастием, описывал действие каждого проклятья, физиологические и психические последствия.

Ригель сидела, сжав руки под столом. Она чувствовала на себе его взгляд, тяжёлый и оценивающий. Он знал. Он знал, что она чувствовала «Круцио» на себе не один раз. Он знал про её отца. И он наслаждался её напряжением.

- Нотт, - его голос заставил её вздрогнуть. - Проклятье «Империус». Назовите самый распространённый признак того, что жертва находится под его воздействием. -

Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. Глаза-туннели, пустые и бездонные.

- Потеря воли, профессор, - выдавила она. - Жертва совершает действия, не характерные для неё, с остекленевшим, отсутствующим взглядом. -

- Базово, - пренебрежительно бросил он. - Но недостаточно. Жертва, особенно сильная волей, может какое-то время сопротивляться. Внутренне. Внешне это может проявляться в лёгкой заторможенности реакций, в микродрожании конечностей, в попытках избежать зрительного контакта с тем, кто наложил заклятье. - Он сделал паузу, давая словам просочиться в сознание. - Слабые духом ломаются быстро. Сильные... страдают дольше. Но результат всегда один. -

Он отвернулся, как будто она вдруг стала неинтересна.

- Поттер! Приведите пример зелья, которое может быть использовано для подавления воли в сочетании с «Империусом». -

Занятие было пыткой. Когда прозвенел звонок, все вышли в коридор с облегчением, будто вырвались из затхлого склепа.

- Ничего себе, - выдохнул Рон, вытирая лоб. - Я чуть не обосрался от страха, когда он на меня посмотрел. -

- Он не учит нас защите, - мрачно сказал Гарри. - Он... знакомит нас с оружием. И мне не нравится, для чего. -

- Может, он прав? - неуверенно сказала Лина. - Может, нам действительно нужно это знать? -

- Знать - одно, - возразила Гермиона. - А погружаться в эту тьму без всякой цели - другое. Он не даёт нам инструментов противодействия! Только показывает, как это больно и страшно. -

Ригель молчала. Она чувствовала тошнотворный привкус страха во рту. Снейп играл с ними. И она была одной из его любимых мишеней.

Остальные пары прошли менее напряжённо, но общая атмосфера подавленности витала в воздухе. Зельеварение со Слизнортом оказалось таким же нелепым, как и предполагалось. Он то и дело пересаживал студентов, стараясь посадить рядом «одарённых» или «знаменитых», раздавал леденцы и делал жирные комплименты, постоянно упоминая своих «знаменитых друзей». Гарри и Ригель оказались в центре его внимания, что было невыносимо раздражающим.

Вечером, после ужина, Ригель поднялась в гриффиндорскую башню. Общая гостиная показалась какой-то пустой и сиротской без Фреда и Джорджа, без их громкого смеха и взрывов. Даже портрет Полной Дамы выглядел скучающим.

Она устроилась в своём кресле у камина, пытаясь читать учебник по трансфигурации, но буквы расплывались перед глазами.

- Ну что, как первый день наедине с суровой реальностью? - раздался над ней знакомый голос.

Тэо стоял рядом, прислонившись к мантии. Как он проник в гриффиндорскую башню было загадкой.

- Прекрасно, - буркнула она, не отрываясь от книги. - Просто праздник какой-то. Особенно с новым клоуном на зельеварении. -

- О, Слизнорт? - Тэо сладко ухмыльнулся. - Да, он прелесть. Уже пригласил меня в свой клуб. «Слизняки», кажется, называется. Собирается всех многообещающих студентов. Ты, я слышал, тоже в списках. Готовься к лавине леденцов и отвратительных истриях о его былых подвигах. -

- Не могу дождаться, - саркастически протянула Ригель.

- А Снейп? - Тэо стал серьёзнее. - Я слышал, он устроил вам тёплый приём. -

- Он пытается напугать нас до смерти. И у него неплохо получается. -

- Естественно, - Тэо пожал плечами. - Он всегда знал, что страх лучший мотиватор. Просто раньше он пугал за несделанное домашнее задание. Теперь за саму возможность остаться в живых. Прогресс налицо. - Он помолчал, глядя на огонь. - Будь осторожна, Ри. Он будет давить на тебя. Сильнее, чем на других. Из-за отца. -

- Я знаю, - тихо сказала она.

- Если что, - он небрежно кивнул, - я рядом. В смысле, метафорически. Физически мне тут, в логове львов, не особо рады. Но информация ко мне стекается со всех сторон. Так что если услышу что-то интересное... о тебе или о твоих друзьях... я дам знать. -

Это было максимально близко к проявлению заботы, на что был способен Тэо. Ригель кивнула.

- Спасибо, Тэо. -

- Не за что, - он оттолкнулся от камина. - А теперь извини, у меня назначена ночная экскурсия по запретному крылу с одной очаровательной пуффендуйкой, которая уверена, что там водятся призраки-нудисты. Надо поддерживать репутацию. -

Он исчез так же бесшумно, как и появился.

Ригель осталась одна. Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Шестой курс только начался, а она уже чувствовала себя так, будто прошла через мясорубку. Впереди были Снейп, Слизнорт, постоянная угроза извне и необходимость скрывать свои истинные чувства.

Но где-то глубоко внутри, под всеми этими слоями страха и усталости, тлела одна маленькая, но упрямая искорка. Искра того самого гриффиндорского упрямства, которое она в себе ненавидела и которым так восхищался Сириус. Они могут пытаться сломать её. Могут пугать. Могут давить.

***

Воздух в библиотеке был густым и неподвижным, пах старым пергаментом, пылью и тишиной, которую нарушал лишь шелест страниц да отдалённые шаги мадам Пинс. Ригель сидела за своим привычным столом в самом дальнем углу, заваленная стопками книг. Предстояло эссе по Трансфигурации - сложное, на два пергамента, - а мысли упрямо разбегались, цепляясь за воспоминания о лете, о напряжённом взгляде Снейпа на прошедшем уроке Защиты, о том леденящем холоде, что накатил на неё в саду Норы.

Она с силой тёрла виски, пытаясь вникнуть в сложные диаграммы перемещения массы между объектами. Буквы плясали перед глазами, сливаясь в неразборчивые чёрные линии.

«Не могу сосредоточиться, чёрт возьми», - с досадой подумала она, отпивая глоток остывшего чая из термоса.

Её взгляд, блуждая по полкам в поисках отвлечения, случайно зацепился за стопку старых, потрёпанных учебников по зельеварению, сваленных в дальнем углу на «возврат». Видимо, кто-то сдавал старые книги перед новым семестром. Сверху лежал особенно потрёпанный экземпляр «Секретов зельеварения высочайшего уровня» Либатиуса Борэйджа. Корешок был почти оторван, обложка заляпана неизвестными субстанциями.

Что-то щёлкнуло в её памяти. Слизнорт в своём первом же скучном монологе упоминал, что это его любимый учебник, но современные издания, мол, не идут ни в какое сравнение со старыми.

Из любопытства, больше чтобы отложить ненавистную трансфигурацию, она потянулась и подцепила книгу с стопки. Она была тяжёлой, от неё пахло пылью, болотной водой и чем-то ещё металлическим, почти электрическим запахом старой магии.

Она открыла её наугад. Страницы пожелтели от времени, но поля были испещрены ровным, убористым почерком чёрными чернилами. Не просто пометки, а целые абзацы дополнений, исправлений, альтернативных методов.

Стр. 43: «Стандартная методика измельчения корня аконита приводит к потере 30% эффективности из-за окисления. Гораздо эффективнее использовать серебряный нож и резать под углом 45 градусов, немедленно помещая в закипающий бульон. Результат: на 50% более концентрированное зелье».

Ригель приподняла бровь. Совет был гениален в своей простоте. Кто-то явно знал толк в зельеваровании. Она перелистнула ещё несколько страниц.

Стр. 108: «Автор, как всегда, идиот. Добавление сушёных глаз тритона не «стабилизирует» зелье, а делает его непредсказуемо взрывоопасным. Заменить на щепотку порошка из жемчуга речной нимфы. Или просто пропустить этот шаг - без него будет лишь на 10% слабее, но в тысячу раз безопаснее».

На полях кто-то нарисовал маленькую карикатуру - бородатого волшебника (Борэйджа?), падающего с взъерошенными волосами от мини-взрыва колбы.

Уголки губ Ригель дрогнули в улыбке. Этот незнакомец был дерзким. Талантливым и дерзким. Она почувствовала лёгкий трепет, будто подглядывала за чьим-то секретом, за чужим гением.

Она нашла раздел про Зелье Живой Смерти. Пометки здесь были особенно язвительными.

«Борэйдж явно ни разу не пробовал сам варить это дерьмо. Если следовать его инструкции, получится не зелье, а слабительное для тролля. Раздавить боб Сна не в ступке, а плоской стороной кинжала - так выделится больше сока. И для чего он вообще предлагает помешивать семь раз против часовой стрелки? Помешивать один раз. Резко. Или вообще не помешивать. Идиотизм».

Ригель задумалась. Она сама варила это зелье на втором курсе и едва получила «Удовлетворительно». Оно вышло мутным и слабым. Методы этого таинственного автора звучали... безумно, но убедительно.

Она уже собиралась перелистнуть ещё, как вдруг её взгляд упал на надпись на внутренней стороне обложки. Чернила были другими, более выцветшими, но почерк тот же.

«Эта книга является собственностью Принца-полукровки».

Принц-полукровка? Звучало как что-то из романтического романа. Кто это мог быть? Какой-то студент прошлых лет? Одарённый, явно из Слизерина, судя по язвительности и склонности к чёрному юмору.

На секунду её посетила мысль отдать книгу Слизнорту. Возможно, он знал этого «Принца». Но что-то удержало её. В этих пометках была какая-то чистая, ничем не ограниченная магия. Не та, что преподают в классах, а настоящая, живая, опасная и прекрасная. Отдавать такую сокровищницу знаний такому позёру, как Слизнорт, казалось кощунством.

С лёгким вздоом сожаления она захлопнула книгу. Увлекательно, но сейчас не время отвлекаться на чужие конспекты. У неё своя учёба, свои проблемы. Она аккуратно поставила книгу обратно на стопку, чуть в стороне, как будто случайно отложила, и снова уткнулась в свои диаграммы по трансфигурации, стараясь выкинуть «Принца» из головы.

Прошло минут пятнадцать. Ригель уже начала входить в ритм, как вдруг услышала быстрые, нервные шаги. Она подняла глаза и увидела Гарри. Он выглядел взволнованным, его волосы были всклокочены сильнее обычного, а глаза лихорадочно блестели.

- Ригель! - он подошёл к её столу, понизив голос до шёпота. - Ты тут одна? Не видела, чтобы кто-то подходил к стопкам со старыми учебниками? -

- Кроме меня? - она отложила перо. - Нет, не видела. А что? -

- Слизнорт, - скривился Гарри. - Задал на завтра варить Зелье Живой Смерти. А я свой старый учебник... потерял где-то. Говорят, тут должны быть старые издания. Не видела? -

Сердце Ригель ёкнуло. Её взгляд непроизвольно скользнул к той самой стопке, к потрёпанному корешку «Секретов зельеварения».

- Э-э-э... - она сделала вид, что оглядывает полки. - Вроде там что-то было. Не уверена, что именно то, что тебе нужно. -

- Посмотрю, - Гарри уже двинулся к стопке. Его взгляд выхватил книгу почти мгновенно. - О, отлично! «Секреты зельеварения»! Как раз то, что нужно. -

Он взял в руки тот самый учебник. Тот самый, с пометками «Принца-полукровки». Ригель почувствовала странный укол - не то ревности, не то предчувствия.

- Смотри, он старый, - быстро сказала она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. - Там, наверное, много устаревшей информации. Может, поищешь что-то посвежее? -

- Да нет, Слизнорт как раз старые хвалил, - рассеянно ответил Гарри, уже листая книгу. Его глаза загорелись. - О, смотри, тут какие-то пометки на полях! Выглядит... интересно. -

Ригель видела, как его взгляд задерживается на одной из карикатур, как его губы растягиваются в улыбке. Он явно уже заинтересовался.

Внутри у неё всё сжалось. С одной стороны, это же просто учебник. С другой... что-то подсказывало ей, что эта книга не просто сборник рецептов. В ней была личность. Опасная, блестящая личность. И отдавать её Гарри Поттеру, который, как магнит, притягивал неприятности... это казалось плохой идеей.

Но сказать ему «нет»? Предупредить? На каком основании? «Извини, Гарри, я тут почитала, и мне кажется, что автор этих пометок может быть опасным психопатом, так что отдай-ка книжку лучше мне»? Звучало бы как полное сумасшествие.

- Ладно, спасибо, Ригель! - Гарри уже засунул книгу под мышку, его лицо просияло от облегчения. - Ты меня выручила! Увидимся на зельеварении! -

Он развернулся и почти побежал к выходу из библиотеки, уже уткнувшись в страницы.

Ригель смотрела ему вслед, и чувство лёгкой тревоги не отпускало. Она снова попыталась вернуться к трансфигурации, но теперь уже не могла сосредоточиться совсем.

«Принц-полукровка». Кто ты такой? И во что ввязался Гарри, забрав твою книгу?

Ригель сидела за своим столом, уставившись в одну точку на пергаменте, но вместо сложных диаграмм перемещения массы перед глазами стоял образ той самой книги. Аккуратный, язвительный почерк. Гениальные, безумные поправки. И это прозвище «Принц-полукровка». Оно звучало как вызов, как намёк на какую-то тайну, спрятанную между строк учебника по зельеванию.

Она пыталась вернуться к работе, но пальцы не слушались. В ушах стоял лёгкий, насмешливый шепот - не настоящий, конечно, лишь эхо её собственного беспокойства. «Помешивать один раз. Резко. Или вообще не помешивать. Идиотизм». Фраза засела в голове, вытесняя все академические знания.

С треском отодвинув стул, она встала и принялась бродить между книжными стеллажами, бесцельно проводя пальцами по корешкам. Её мозг, отточенный годами учёбы и врождённым любопытством, уже начал анализировать, сортировать, строить догадки.

«Полукровка». Значит, один из родителей магл. Это сужало круг, но не сильно. В Хогвартсе всегда было много блестящих полукровок. Сам Дамблдор, если верить слухам... Но почерк был явно не его, слишком молодой и колкий.

«Принц». Самоуверенное, почти высокомерное прозвище. Вызов. Вызов системе, авторитету учебников, возможно, даже собственному статусу полукровки. Кто-то, кто компенсировал происхождение интеллектуальным превосходством. Слизеринец? Очень вероятно. Только они были так помечены амбициями и этой ядовитой усмешкой, проступавшей в каждом комментарии. Но не Малфой и его компания - их почерки были неряшливее, а ум не столь остёр.

Она остановилась у секции по генеалогии старых волшебных родов. Может, «Принц» это не просто метафора? Может, это намёк на фамилию? Но «Принц»... Ничего не приходило на ум. Разве что... Нет, бред.

Мысли прервал шёпот из-за соседнего стеллажа. Голоса были знакомыми - низкий, вкрадчивый голос Малфоя и тихий, подобострастный Крэбба или Гойла.

- ...он сказал, что ждать больше нельзя, - шипел Малфой. - Кабинет готов. Осталось только раздобыть эту... штуковину. И тогда мы сможем... -

Ригель замерла, затаив дыхание. Голоса стихли, будто поняли, что их могут подслушать. Послышались удаляющиеся шаги.

«Кабинет готов. Раздобыть штуковину». Фразы висели в воздухе, зловещие и бессвязные. Это не было связано с книгой, но общее чувство надвигающейся беды сгущалось, как туман. Всё было связано. Снейп. Дементор у Норы. Теперь какие-то тёмные дела Малфоя. И где-то в центре этого всего Гарри с книгой таинственного полукровки.

Она больше не могла оставаться в библиотеке. Собрав свои вещи с нехарактерной для неё нервозностью, она вышла в коридор. Воздух в замке казался густым и спёртым, несмотря на открытые окна. Портьеры на стенах шевелились в такт её шагам, и ей повсюду чудились взгляды со старых портретов.

По дороге в гриффиндорскую башню она почти столкнулась с профессором Снейпом. Он шёл своей плавной, бесшумной походкой, и его чёрные глаза, казалось, выхватили её из полумрака коридора ещё до того, как она его заметила.

- Мисс Нотт, - произнёс он, и его голос был тише обычного, почти шелестящим. - Поздний час для прогулок по замку. Не ищете ли вы чего-то... или кого-то? -

В его интонации сквозила не просто формальность. Была в ней какая-то странная, выжидающая нота. Будто он проверял её. Будто знал что-то.

- Нет, профессор, - ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Просто возвращаюсь из библиотеки. -

- Библиотеки, - он протянул слово, медленно обводя взглядом её лицо. - Как прилежно. Надеюсь, вы нашли там всё, что искали. Старые книги... таят множество сюрпризов. Не все из них безопасны для неподготовленного ума. -

Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. Ригель почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он не мог знать. Не мог.

- Я... я просто изучала трансфигурацию, профессор. -

- Разумеется, - его тон был гладким, как масло. - Будьте осторожны, мисс Нотт. Некоторые знания лучше оставить в прошлом. Ради вашего же блага. -

Не дав ей ответить, он плавно развернулся и скрылся в тени бокового коридора, оставив её одну с колотящимся сердцем и стойким ощущением, что он говорил не о трансфигурации.

В гриффиндорской гостиной было шумно и, как всегда, немного безалаберно. Рон и Джинни спорили о квиддиче, Гермиона что-то яростно писала, закусив губу. Но Гарри там не было.

- Где Поттер? - спросила Ригель, опускаясь в кресло рядом с Гермионой.

Та вздрогнула и подняла на неё глаза.

- В спальне, кажется. Готовится к зельеварам завтра. Слизнорт задал что-то невозможное, а Гарри свой учебник потерял. Нашёл в библиотеке какой-то старый, так теперь не оторвать. - Она на мгновение сморщила нос. - Говорит, там какие-то очень полезные пометки на полях. Надеюсь, они не противоречат стандартной методике. Не хватало ещё, чтобы он что-нибудь взорвал. -

Ригель промолчала, лишь кивнула. Противоречили. Ещё как противоречили. И она была почти уверена, что с помощью этих пометок Гарри не взорвёт, а сварит лучшее зелье в классе. Мысль об этом вызывала странную смесь восхищения «Принцем» и лёгкой, щемящей зависти.

Она поднялась в спальню. Гарри сидел на своей кровати, склонившись над той самой книгой. На прикроватном столике стояла зажжённая свеча, и при её свете было видно, как он увлечённо что-то конспектирует на клочке пергамента, сверяясь с пометками на полях. На его лице было выражение глубокой концентрации и... лёгкого благоговения.

Увидев её, он немного смутился и прикрыл книгу.

- Э... привет, Ригель. -

- Нашёл что-то полезное? - спросила она как можно небрежнее, садясь на свою кровать напротив.

- Ты не представляешь! - его глаза загорелись. - Тот, кто это писал... он гений! Здесь всё не так, как у нас учат. Проще, эффективнее. Смотри... - он снова открыл книгу и тыкнул пальцем в один из абзацев. - Про Зелье Живой Смерти. Он говорит, что боб Сна нужно не толочь, а давить. И помешивать не семь раз, а один! Представляешь? -

- Представляю, - сухо сказала Ригель. - И ты собираешься это сделать? На глазах у Слизнорта? Он же заметит, что ты делаешь не по инструкции. -

- А что он сделает? - Гарри пожал плечами, но в его глазах мелькнула тень сомнения. - Если зелье получится лучше... может, он даже похвалит. Этот... Принц-полукровка, - он произнёс прозвище с почтительным трепетом, - явно знал, что делал. -

«Принц-полукровка». Снова это имя. Ригель почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

- Ты не думал о том, кто это мог быть? - осторожно спросила она. - «Принц-полукровка»... звучит как-то... знакомо? -

Гарри на мгновение задумался, затем покачал головой.

- Не знаю. Какой-то старый студент, наверное. Но он был чертовски умён. Интересно, кем он стал. -

Ригель ничего не ответила. Она смотрела, как он снова погружается в книгу, и то самое предчувствие беды снова накатило на неё. Этот «Принц» был не просто «старым студентом». В его пометках чувствовалась мощь. Сила. И тьма. Та самая, что манила и пугала одновременно.

Она хотела предупредить Гарри. Сказать ему, чтобы он был осторожен. Что не все знания, даже самые эффективные, идут во благо. Но слова застряли в горле. Он выглядел таким увлечённым, таким... счастливым от своей находки. После всего, что он пережил, он заслуживал немного удачи. Пусть даже сомнительной.

- Ладно, - вздохнула она, поднимаясь. - Не засиживайся допоздна. А то завтра на зельеварах уснёшь прямо в котле. -

- Не усну, - уверенно сказал Гарри, не отрываясь от книги. - С такими инструкциями я управлюсь за час. -

Ригель вышла в общую гостиную, оставив его наедине с «Принцем». Она чувствовала себя предателем. Молчаливым соучастником чего-то, чего она не понимала.

Гермиона всё ещё сидела за столом, но теперь не писала, а с тревогой смотрела на лестницу, ведущую в спальни.

- Он всё ещё там? - спросила она. - С этой своей книгой? -

Ригель кивнула.

- Гермиона... - начала она, но та её перебила.

- Мне не нравятся эти его «пометки», Ригель. Не нравятся. Откуда мы знаем, что они верны? Что этот незнакомец не был... тёмным магом? Гарри слишком доверчив. Он видит короткий путь и бежит по нему, не думая о том, куда он ведёт. -

Они смотрели друг на друга, и в воздухе висело невысказанное понимание. Гермиона чувствовала то же самое. Тревогу. Опасность.

- Может, ты права, - тихо согласилась Ригель. - Но попробуй отнять у него эту книгу сейчас. Он не отдаст. -

- Я знаю, - вздохнула Гермиона. - Поэтому мы должны быть настороже. И если что-то пойдёт не так... мы должны быть готовы. -

Она произнесла это с такой твёрдостью, что Ригель невольно выпрямилась. Гермиона была права. Они не могли остановить Гарри, но они могли наблюдать. И защищать его от последствий его же собственных решений. Как всегда.

Лёжа в постели, Ригель долго не могла уснуть. Перед глазами стояли то язвительные комментарии на полях, то взгляд Снейпа, полный скрытой угрозы, то восторженное лицо Гарри. Обрывки фраз: «Принц-полукровка», «Кабинет готов», «Некоторые знания лучше оставить в прошлом».

Она чувствовала, что стоит на краю чего-то большого и тёмного. И книга таинственного незнакомца была первым камнем, который вот-вот сорвётся с горы, увлекая за собой всё остальное. Оставалось только ждать, когда начнётся лавина.

***

Воздух в подземной классной комнате для зельеварения был густым и тяжёлым, пахнувшим серой, варёными пиявками и едким металлическим душком, который источал котёл Гойла. Профессор Слизнорт, сияя в своём пёстром жилете, важно прохаживался между столами, раздавая направо и налево советы, комплименты и леденцы.

- Прекрасно, прекрасно, мисс Булстроуд! Цвет уже почти идеален! Помните, что оттенок дымчатый топаз - вот ключ к успеху! О, мистер Забини, осторожнее с огнём! Пламя должно ласкать дно котла, а не яростно его лизать! - Он ободряюще хлопал студентов по плечу, задерживаясь подольше около тех, чьи фамилии звучали громко или чьи родословные были безупречны.

Ригель, склонившись над своим котлом, с лёгким раздражением наблюдала, как её собственное зелье Живой Смерти пускало ленивые, мутноватые пузыри. Оно было... неплохим. Точным. Скучным. Таким, какого и ждал бы любой преподаватель. Но глядя на инструкции в стандартном учебнике, она чувствовала тупое, раздражающее несовершенство каждого шага. «Измельчить в ступке» - это же варварство, половина свойств улетучивалась!

Её взгляд скользнул к Гарри. Он стоял чуть поодаль, рядом с Роном, который с отчаянным видом пытался помешивать своё варево, больше напоминающее грязный снег с кусками угля. Но Гарри... Гарри работал с сосредоточенным, почти отрешённым видом. Его движения были экономны и точны. Он не толок бобы Сна в ступке, он аккуратно раздавливал их плоской стороной ножа, и сок немедленно стекал в котёл, не успев окислиться. Он помешивал зелье не семь раз против часовой стрелки, как предписывал учебник, а один раз - резко и уверенно.

И его зелье... Его зелье было идеальным. Оно не пузырилось, а лежало в котле абсолютно неподвижной, зеркально-гладкой плёнкой, источающей лёгкий, почти невесомый серебристый пар. Цвет был не мутно-серым, а глубоким, прозрачным, как жидкий обсидиан, и в его глубине мерцали крошечные звёздочки: признак максимальной концентрации.

- Боже мой! - Слизнорт, проходя мимо, замер как вкопанный, его маленькие глазки расширились от изумления и восторга. - Мистер Поттер! Но это... это шедевр! Абсолютный, безупречный образец! Ни единой погрешности! Цвет, консистенция, аромат! - Он наклонился, глубоко вдохнув, и чуть не опьянел от запаха. - Вы, молодой человек, несомненно, унаследовали талант вашей матери! Лили была одной из моих самых способных учениц! О, надо обязательно вас записать в мой клуб! «Слизняки» ждёт именно таких звёзд! -

Гарри, слегка покраснев от внезапного внимания, пожал плечами.

- Просто следовал инструкциям, профессор. -

- Скромность! - восхищённо воскликнул Слизнорт. - Ещё одно качество истинного гения! О, смотрите все! На это стоит взглянуть! Берите пример с мистера Поттера! -

По классу прокатился недовольный ропот. Малфой, чьё зелье было вполне достойным, скривился в гримасе отвращения. Пэнси Паркинсон бросила на Гарри взгляд, полный ядовитой зависти. Ригель же чувствовала не зависть, а жгучее, до боли знакомое любопытство. Она знала, что он не следовал инструкциям. Он следовал советам «Принца». И результат говорил сам за себя.

После пары, когда все уже расходились, она поймала Гарри у выхода.

- Ну что, Принц не подвёл? - тихо спросила она, пока Слизнорт восхищался чьим-то ещё зельем.

Гарри обернулся, и на его лице расцвела ухмылка. Та самая, что всегда появлялась, когда он был доволен собой.

- Ты видела? - прошептал он. - Это же небо и земля! Он гений, Ригель! Абсолютный гений! Я ни разу не варил ничего настолько... идеального. -

- Да уж, Слизнорт чуть не расплакался от умиления, - фыркнула она, но не могла сдержать ответной улыбки. - Так что там насчёт помешивания? Один раз и резко? -

- И не просто резко, а именно в момент, когда пар над котлом становится сизым, - с воодушевлением зашептал Гарри. - Это принципиально! Учебник просто игнорирует фазу парообразования! -

Они вышли в прохладный коридор, и Ригель почувствовала лёгкий укол того самого исследовательского зуда, который всегда заставлял её копать глубже.

- А что ещё? В книге есть что-то... не совсем стандартное? - спросила она, стараясь звучать не слишком заинтересованно.

Гарри на секунду замялся, и в его глазах мелькнула тень осторожности.

- Э-э-э... Ну, там есть пара интересных замечаний. По улучшению стандартных рецептов. Ничего особенного. -

Он явно что-то не договаривал. Ригель это поняла, но давить не стала. Если у «Принца» и были какие-то действительно тёмные или опасные секреты, Гарри вряд ли стал бы ими делиться. Да она, честно говоря, и не была уверена, что хочет о них знать.

В этот момент из-за угла, словно из-под земли, возник Тэо. Он шёл не один. На его руке, как дорогой аксессуар, висела Пэнси Паркинсон, но увидев их, он с лёгкостью отцепил её, сделав знак подождать, и подошёл, оставив её надуваться у стены.

- Ну что, я слышал, наш местный герой-знаменитость сегодня затмил всех на зельеварах, - протянул он, оглядывая Гарри с ног до головы с видом искушённого критика. - Слизнорт уже, кажется, заказал тебе мраморный памятник в полный рост посреди классной комнаты. «Здесь стоял котёл Великого Зельевара». Мои поздравления. Хотя, - он прищурился, - откуда такие внезапные успехи, Поттер? Неужто наш скромный герой нашёл, наконец, время между спасением мира и игрой в квиддич, чтобы почитать учебник? -

Гарри покраснел и нахмурился.

- Я всегда читал учебники, Тэодор. -

- О, конечно, - сладко согласился Тэо. - Просто раньше это не приводило к таким... ошеломляющим результатам. Не нашёл ли ты, случайно, волшебную палочку для варки зелий? Или, может, тебе тайно помогает сам призрак Борэйджа? - Его взгляд скользнул по потрёпанному корешку книги, которую Гарри прижимал к груди.

Ригель вмешалась, чувствуя, что Гарри вот-вот взорвётся.

- Оставь его, Тэо. Может, он просто взял и выучил наконец разницу между корнем и стеблем. -

Тэо перевёл на неё свой взгляд, полный театрального удивления.

- Сестрёнка! Ты что, защищаешь его? Как трогательно. Неужто гриффиндорское братство уже стёрло всю былую вражду? Или, - его глаза сузились, - ты тоже в курсе насчёт этого внезапного пробуждения гения? Может, это какой-то новый групповой заговор? «Общество анонимных зельеваров»? -

- Заткнись, Тэо, - беззлобно бросила Ригель. - И займи свою Пэнси. А то она там уже ядовитее твоего последнего зелья выглядит. -

Тэо обернулся, помахал рукой Пэнси, которая уже начала злобно постукивать ногой, и снова повернулся к ним.

- Ладно, ладно, не буду мешать вашему... научному сотрудничеству. Только, Поттер, совет - если ты и вправду нашёл какой-то секретный источник мудрости, будь с ним поаккуратнее. Не все старые книги стоит читать. Некоторые из них кусаются. - Он подмигнул и, развернувшись, ушёл назад к Пэнси, обняв её за плечи с таким видом, будто подарил ей всё королевство.

Гарри смотрел ему вслед с явным недоверием.

Ригель посмотрела на книгу в руках Гарри. «Секреты зельеварения высочайшего уровня». Потрёпанная, ничем не примечательная с виду. Но внутри таившая целый мир. Мир гения, дерзости и, возможно, чего-то гораздо более тёмного.

***

Несколько дней спустя они все невольно стали свидетелями того, как «гений Принца» проявился снова. На сей раз речь шла о Любовном зелье. Слизнорт, сияя, объявил, что лучший результат получит флакончик готового зелья в подарок «на случай, если кто-то захочет скрасить свой досуг или покорить чьё-то сердце».

Рон, услышав это, так радостно возбудился, что чуть не пролил на себя бутыль с соком плаксы. Гермиона фыркнула и назвала это «возмутительным поощрением романтического шантажа».

Гарри же снова работал молча и сосредоточенно. На сей раз Ригель следила за ним в оба глаза. Он делал всё не так. Совсем не так. Где нужно было добавить лепестки роз на рассвете, он добавлял щепотку пыльцы луговых фей, собранной при лунном свете. Где требовалось помешивать по часовой стрелке, он помешивал против. И вместо того чтобы шептать заклинание любви, он... свистел. Тихо, почти неслышно, какую-то странную, бодрую мелодию.

Результат, однако, был снова ошеломляющим. Его зелье переливалось всеми цветами радуги, издавало нежный, пьянящий аромат, напоминающий о первом поцелуе, первом танце, лучшем дне в жизни. Зелье Рона, для сравнения, было мутно-розовым и пахло прокисшим компотом.

Слизнорт был в экстазе.

- Мистер Поттер! Снова на высоте! Это не просто зелье, это поэзия! Поэзия в склянке! О, как гордилась бы ваша мать! - Он торжественно вручил Гарри маленький флакончик с искрящейся жидкостью. - Пользуйтесь с умом, мой мальчик! Великая сила - великая ответственность! -

Гарри взял флакон, стараясь сохранять серьёзное выражение лица, но уголки его губ дёргались. Рон смотрел на этот флакон с таким вожделением, что, казалось, вот-вот упадёт на колени.

После пары, пока Рон пытался выпросить у Гарри хоть каплю волшебного эликсира, Ригель отвела Гарри в сторону.

- Ну и что за мелодия? - не выдержала она. - Это тоже из книги «Принца»? Свистеть вместо заклинаний? -

Гарти рассмеялся.

- Там написано: «Заклинание для неуверенных. Настоящее зелье требует ритма, а не слов. Найди свой внутренний пульс и следуй ему». И была нарисована вот такая вот музыкальная строка. - Он пальцем прочертил в воздухе зигзаг. - Я просто попробовал. -

- И оно сработало, - констатировала Ригель, смотря на флакон в его руке. - Он вообще когда-нибудь ошибался, твой «Принц»? -

- Пока что нет, - с почти религиозным благоговением произнёс Гарри. - Ни разу. -

В этот момент к ним подошла Гермиона с нахмуренным лицом.

- Гарри, это уже становится странным. Твои зелья... они не просто хорошие. Они неестественно совершенные. Ты точно уверен, что эти пометки... безопасны? -

- О, снова ты со своей паранойей, Гермиона, - вздохнул Рон, отвлекаясь от мечтаний о любовных подвигах. - Парень просто поумнел, наконец! Смирись с этим! -

- Это не паранойя, Рон, это здравый смысл! - вспыхнула Гермиона. - В магии не бывает таких простых путей к совершенству! Всё имеет свою цену! Особенно знания, которые выглядят слишком хорошими, чтобы быть правдой! -

- Может, он просто был очень умным парнем, этот «Принц»? - предположил Гарри, но в его голосе уже слышалась лёгкая оборонительная нота.

- А может, он был темным магом, который вписывал в учебник проклятые рецепты! - продолжала Гермиона.

Ригель молча слушала этот спор. И снова, как и в библиотеке, её охватило противоречивое чувство. Рациональная часть мозга соглашалась с Гермионой. Но другая часть, та, что обожала взламывать правила, искать обходные пути и восхищалась чистой, необузданной гениальностью, та часть была на стороне Гарри и его таинственного наставника.

***

Прошла неделя. Напряжение в замке понемногу спало, сменившись рутиной учёбы. Однажды вечером Ригель сидела в гостиной Гриффиндора, пытаясь закончить сочинение по истории магии про Гоблинские восстания (невероятно скучное занятие), когда дверь портрета распахнулась и ввалился Фред.

Он был не один. С ним был Джордж, и оба они сияли, как два перекормленных кота. В руках они несли большой, тщательно упакованный свёрток.

- Ищем именинницу! - провозгласил Фред, озираясь по комнате. - Ах, вот она, наша любимая гроза слизеринских нервов! -

Ригель оторвалась от пергамента.

- Мой день рождения был позавчера, идиоты. Вы уже звонили, пели ужасным фальцетом и обещали прислать подарок с первой же совой. -

- Сова с опозданием, зато с сюрпризом! - возразил Джордж, с торжествующим видом водружая свёрток ей на колени. - Поздравляем с запозданием, но зато с размахом! -

Свёрток был лёгким, но объёмным. Ригель, с любопытством разорвав обёртку, обнаружила внутри... нечто. Это было похоже на помесь жилета и паука, сплетённую из тончайшей серебристой нити. К ней прилагалась инструкция, написанная явно рукой Фреда: «Оборонительный паучок-обнимашка. При ощущении приближающейся угрозы (в т.ч. профессоров, злобных однокурсников и особенно надоедливых поклонников) активируется. Обвивается вокруг владельца, создавая кратковременный щит, и громко кричит: «Руки прочь от товара!». Работает на конфликтности. Чем больше вас ненавидят, тем сильнее щит. Наслаждайтесь!»

Ригель расхохоталась, держа в руках ажурное, блестящее нечто.

- Вы совсем спятили? Это же гениально! И ужасно практично. Как раз для прогулок по темным коридорам. -

- Мы тестировали на себе, - важно сказал Фред. - Джордж попытался стащить у меня последнюю пирожковую котлету - получил таким щитом по рукам, что до сих пор пальцы покалывает. -

- Это была священная котлета! - возмутился Джордж. - Он сам виноват! -

В этот момент с лестницы спустился Гарри с той самой книгой в руках. Увидев подарок, он удивлённо поднял брови.

- Это ещё что такое? -

- Средство индивидуальной защиты от всех зол мира, - с гордостью ответила Ригель, натягивая «паучка» на себя поверх свитера. Серебристые нити тут же прилегли к ткани, став почти невидимыми. - Спасибо, ребята. Это лучший подарок после того, как Сириус подарил мне на тринадцать лет настоящую, живую и очень злую гиену. Та, правда, сбежала и съела половину гобеленов в особняке, но воспоминания остались незабываемые. -

Фред и Джордж синхронно сглотнули.

- Гиена? Блэк подарил тебе гиену? На тринадцать лет? -

- Он сказал, что каждый ребёнок должен иметь верного, зубастого друга, - усмехнулась Ригель. - Мама была в восторге. Неделю потом отмывала бальный зал от следов когтей и слюней. -

Все засмеялись. Даже Гермиона, сидевшая в кресле с книгой, фыркнула. Гарри улыбнулся, но его взгляд снова утонул в книге. Он казался отстранённым, погружённым в свои мысли.

- Эй, Поттер, - подозвал его Фред. - Что это ты там всё с этой книжкой копаешься? Нашёл, наконец, рецепт зелья для отращивания волос? А то Рону уже могла бы пригодиться. -

- Фред! - взвизгнул Рон, инстинктивно потрогав свои и без того пышные волосы.

- Нет, - уклончиво ответил Гарри, прижимая книгу к груди. - Так... кое-что повторяю. -

Фред и Джордж переглянулись. Между ними пробежала целая молчаливая беседа.

- Ладно, не хочешь - не говори, - сдался Фред. - Тогда иди-ка сюда, именинница. Рассказывай, как жизнь без нас? Слизеринцы не совсем одолели? Снейп не замучил? -

Они уселись вокруг неё, оттесняя учебники, и следующие полчаса Ригель рассказывала о начале семестра, о Слизнорте, о том, как Тэо продолжает сводить с ума Пэнси, а Гарри внезапно стал гением зельеварения. Фред и Джордж слушали, задавали вопросы, подкалывали и вставляли свои комментарии, от которых все хохотали до слёз.

В какой-то момент Фред обнял её за плечи, и его пальцы невольно коснулись серебристых нитей «паучка».

- Ну что, как сидит твоя личная охрана? Не жмёт? -

- Пока не жмёт, - улыбнулась она, чувствуя, как тепло от его руки разливается по спине. - Но я надеюсь, что и не придётся проверять в деле. -

- Лучше бы тебе его не проверять, - вдруг серьёзно сказал Джордж. - Серьёзно, Ригель. Слухи из Министерства ходят нехорошие. Нападения участились. И то, что возле Норы появился дементор... это не случайность. -

Веселье мгновенно улетучилось. Ригель посмотрела на его обычно весёлое лицо, ставшее вдруг суровым, и кивнула.

- Я знаю. Я буду осторожна. -

- Смотри у нас, - тихо сказал Фред, и его пальцы слегка сжали её плечо. - Мы тут не можем за тобой присмотреть. Так что вся надежда на этого паучка и на твой собственный цепкий ум. И на то, что Тэо хоть изредка будет вспоминать, что он твой брат, а не только светский лев. -

- О, он вспоминает, - закатила глаза Ригель. - Каждый раз, когда ему нужно, чтобы я что-то ему списала или отвлекла Снейпа. Но да, он... присматривает. В своём стиле. -

Они посидели ещё немного, болтая о пустяках, но лёгкость уже не вернулась. Тень войны, даже здесь, в уютной гриффиндорской гостиной, была слишком ощутима. Когда Фред и Джордж наконец собрались уходить (им нужно было возвращаться в свой магазин), Фред на прощание крепко обнял Ригель.

- Береги себя, красавица, - прошептал он ей на ухо так, чтобы не слышали другие. - И если что... если что-то пойдёт не так, ты сразу же дай нам знать. Мы примчимся. Не сомневайся. -

- С целым арсеналом? - улыбнулась она.

- С двумя арсеналами! - он подмигнул ей и, оставив короткий поцелуй на её губах, последовал за Джорджем к выходу.

Ригель смотрела им вслед, сжимая в руках серебристого «паучка». Подарок был дурацким, смешным, абсолютно в стиле Уизли. Но он был также и напоминанием. Напоминанием о том, что где-то там, за стенами Хогвартса, у неё есть тыл. Друзья, которые всегда придут на помощь, даже если эта помощь будет выглядеть как помесь паука и жилета.

Она повернулась и увидела, что Гарри снова уткнулся в свою книгу. Гермиона с тревогой смотрела на него. Рон что-то жадно доедал с тарелки.

Всё было как обычно. И одновременно всё было совершенно иным. Потому что в кармане у Гарри лежала книга таинственного «Принца», а на плечах у Ригель щит, сплетённый из братской заботы и взрывного гения. Шестой курс только начался, но было ясно, что спокойным он не будет.

***

...Она просто хотела тишины.

Не то чтобы библиотека её не устраивала. Библиотека была её вторым домом, святилищем, где царил священный порядок, нарушаемый лишь шелестом страниц и скрипом пера. Но сегодня, после очередного изматывающего дня под пристальным, ядовитым взглядом Снейпа и удушающим вниманием Слизнорта, ей нужно было нечто большее. Абсолютное уединение. Место, где её точно никто не найдёт.

И потому её ноги сами принесли её к туалету на втором этаже. Туалету Плаксы Миртл.

Дверь с кривой, оторванной петлёй скрипнула, впуская её в царство вечного полумрака, затхлого запаха сырости и лёгкой грусти. Вода беззвучно капала из неисправной кабинки, создавая меланхоличный ритм. Ригель глубоко вздохнула. Идеально.

- Опять приперлась? - донесся из одной из кабинок плаксивый голос. - Здесь и так тесно. И сыро. И вообще, это моя территория! -

- Я ненадолго, Миртл, - устало бросила Ригель, прислоняясь к холодной кафельной стене. - Мне нужно подумать. И помолчать. -

- А мне нужно плакать! - говорила призрак. - Но никто меня не слушает! Все только и делают, что думают о своих дурацких проблемах! -

Ригель уже собралась что-то ответить, как вдруг её отвлёк шум снаружи. Тяжёлые, быстрые шаги. Сдавленное, прерывистое дыхание. Кто-то влетел в туалет, грубо распахнув дверь, и замер у раковин.

Ригель затаилась в тени своей ниши, за полуразрушенной каменной колонной. Её гриффиндорская мантия сливалась с темнотой. Она не хотела, чтобы её видели. Не хотела ни с кем говорить.

И тогда она его разглядела. Драко Малфой.

Он стоял, опёршись руками о раковину, его спину сотрясали беззвучные рыдания. Его обычно безупречно уложенные волосы были всклокочены, мантия помята. Он что-то бормотал себе под нос, хрипло и отчаянно.

- …не могу… не справлюсь… он убьёт её… убьёт нас всех… -

Ригель нахмурилась. Это было… странно. Малфой, плачущий от страха? Она прищурилась, стараясь рассмотреть его отражение в потрескавшемся зеркале. Его лицо было искажено гримасой настоящего, животного ужаса.

И тут в дверь ворвался второй человек. Высокий, худой, с растрёпанными чёрными волосами и очками на вздёрнутом носе. Гарри Поттер. Его лицо пылало гневом и подозрением.

- Малфой! - выдохнул он, останавливаясь в нескольких шагах. - Я знаю, что это ты! Знаю, что ты замышляешь! -

Драко резко выпрямился, смахивая слёзы тыльной стороной ладони с таким яростным видом, будто хотел стереть саму свою слабость. Его маска надменности мгновенно вернулась на место, но трещины на ней были видны невооружённым глазом.

- Пошёл к чёрту, Поттер, - прошипел он, но в его голосе не было привычной силы, лишь хриплая усталость. - Убирайся отсюда. -

- Нет! - Гарри сделал шаг вперёд, сжимая палочку. - Я не уйду, пока ты не скажешь мне, что ты делаешь! Что ты задумал против Дамблдора? -

Ригель замерла, затаив дыхание. Что? Против Дамблдора? Её собственное горе и усталость мгновенно отступили, сменившись леденящим интересом.

- Ты ничего не понимаешь! - голос Драко сорвался на визгливую, отчаянную ноту. - Ты просто лезешь не в своё дело, как всегда! Убирайся! -

Словесная перепалка нарастала, как снежный ком. Обвинения, оскорбления, отчаяние Малфоя и слепая ярость Гарри. Воздух затрепетал от сконцентрированной ненависти. Ригель чувствовала каждый нервный вздох, каждое движение. Она была поймана в ловушку, невидимый свидетель надвигающейся бури.

И тогда всё произошло очень быстро.

Драко, словно загнанный зверь, внезапно взметнул палочку.

- Круцио! -

Красный луч рванулся к Гарри. Тот отскочил, парируя заклинание в последний момент, и ответил своим. Зелёная молния «Экспеллиармуса» прожгла воздух, но Драко увернулся, и заклинание разбило зеркало над раковинами в тысячи осколков.

- Ой! Драка! - завизжала Миртл с каким-то болезненным восторгом. - Лучше позовите преподавателя! Или нет! Пусть дерутся! Интересно же! -

Ригель прижалась к стене, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она должна была вмешаться. Остановить это. Но что-то удерживало её. Шокирующее откровение страха на лице Малфоя, дикая решимость Гарри. Это было больше, чем школьная потасовка. Это было что-то настоящее, смертельно опасное.

И тогда Гарри, отброшенный очередным заклинанием, вдруг изменился в лице. В его глазах вспыхнула решимость отчаяния. Он что-то вспомнил. Что-то, что нашёл.

Его губы сложились в странное, незнакомое слово.

- Сектумсемпра! -

Резануло тишину. Не яркая вспышка, не громовой удар. Просто тонкий, почти невидимый свист рассекаемого воздуха.

И затем… затем тихий, влажный хлюпающий звук.

Ригель застыла, не в силах поверить своим глазам. На теле Драко Малфоя, от плеча до бедра, мгновенно проступили глубокие, рваные раны. Будто по нему прошелся невидимый гигантский коготь. Алая кровь хлынула на мокрый кафельный пол, смешиваясь с водой, растекаясь быстрыми, алыми ручейками.

Драко не закричал. Он издал лишь короткий, удивлённый выдох, посмотрел на свои истекающие кровью руки с немым недоумением и медленно, очень медленно осел на пол. Его глаза были широко раскрыты от шока, в них не было боли - пока ещё не было - лишь абсолютное непонимание происходящего.

- Ой! - это был уже не игривый визг, а полный ужаса вопль Миртл. - Ой-ой-ой! Закололи! Зарезали! Помогите! Убийство! -

Гарри стоял, как вкопанный. Его собственная палочка дрожала в руке. Он смотрел на Малфоя, на лужицу крови, растущую с каждой секундой, и на его лице был написан такой же ужас и непонимание, как и у жертвы. Он не ожидал этого. Не это он хотел.

Ригель почувствовала, как её собственные ноги подкашиваются. Рука инстинктивно потянулась к палочке, к карману, где лежал «паучок-обнимашка» от Фреда. Но что она могла сделать? Она не знала заклинаний, чтобы остановить такое. Никто не знал.

И в этот миг дверь туалета с грохотом распахнулась, впустив новую бурю. В проёме, залитый светом из коридора, стоял Северус Снейп. Его чёрные глаза мгновенно оценили ситуацию: окровавленный Малфой на полу, бледный, застывший Поттер с дымящейся палочкой, осколки стекла, лужа крови.

Его лицо, обычно непроницаемое, исказилось гримасой чистейшей, леденящей ярости. Он не закричал. Не спросил. Он просто ринулся вперёд, отшвырнув Гарри в сторону с такой силой, что тот ударился о стену, и рухнул на колени рядом с Драко.

- Не двигайся, - его голос был тихим, острым, как лезвие бритвы, и обращался он к Малфою.

Снейп выхватил свою палочку и начал бормотать заклинания: быстрые, сложные, незнакомые Ригель. Свет от его палочки был тёмным, багровым, он не заживлял раны, а будто прижигал их, заставляя ткань сжиматься, срастаться. Кровотечение замедлилось, но не остановилось. Драко застонал, наконец почувствовав боль - дикую, всепоглощающую.

Затем Снейп повернулся к Гарри. Он поднялся во весь рост, и тень от него накрыла Поттера, казавшегося вдруг совсем юным и потерянным.

- Что ты наделал? - прошипел Снейп. Его голос был тише шепота, но от него стыла кровь в жилах.

Гарри попытался что-то сказать, выдать оправдание, но смог лишь беззвучно пошевелить губами.

Снейп сделал шаг вперёд. Его глаза сузились до щелочек.

- Ты использовал моё заклинание. - это не был вопрос. Это был приговор. - Ты использовал «Сектумсемпра». Не так ли, Поттер? -

Ригель застыла за своей колонной, чувствуя, как лёд пронзает её самое нутро. Его заклинание? «Сектумсемпра» – творение Снейпа? Значит, он и есть… Принц-полукровка? Гениальный, язвительный студент, чью книгу она нашла, а Гарри присвоил. И этот самый Снейп только что спас жизнь сыну своего старого друга, жизнь, которую едва не отнял Гарри с помощью его же собственного, забытого творения.

Ирония была чудовищной. Порочной. И совершенно снейповской.

Гарри, казалось, тоже осознал это. Его лицо стало абсолютно белым. Он смотрел на Снейпа не как на врага, а как на призрака из другого времени, явившегося, чтобы предъявить счёт.

Снейп не стал ждать ответа. Он резко развернулся, снова склонился над Драко и, бормоча заклинания, приподнял его на ноги. Малфой, бледный как смерть, весь в запёкшейся крови, слабо застонал, но повиновался, опираясь на профессора.

- Ты… ты придёшь ко мне, Поттер, - бросил Снейп через плечо, уже направляясь к выходу и почти неся Драко. - После того, как я отведу Драко в лазарет. И мы очень подробно поговорим о твоей… любви к старым книгам. -

Они вышли, оставив за собой тишину, разбитые зеркала и пол, залитый кровью и водой.

Гарри остался стоять один посреди этого хаоса. Он тяжело дышал, его плечи тряслись. Он смотрел на свои руки, на палочку, будто впервые видя их.

Ригель не шевелилась. Она боялась пошевелить даже веком. Её разум лихорадочно работал, складывая кусочки пазла: книга, пометки, внезапный успех Гарри, ярость Снейпа, его шокирующее признание…

И тогда её взгляд упал на небольшой, потрёпанный учебник, валявшийся в луже у ног Гарри. Тот самый учебник. «Секреты зельеварения высочайшего уровня». Он выпал у него из рук во время схватки.

Гарри, казалось, тоже заметил его. Он сделал неуверенное движение, чтобы поднять его, но его пальцы дрожали.

Не думая, движимая внезапным порывом, Ригель выскользнула из своего укрытия. Она пересекла туалет за несколько бесшумных шагов и наклонилась, опередив Гарри. Её пальцы сомкнулись на мокром, заляпанном кровью переплёте.

Гарри вздрогнул и резко поднял на неё глаза. В них читался шок, стыд и немой вопрос.

- Ригель? Ты… что ты здесь делаешь? -

- Я была тут всё время, - тихо сказала она, пряча книгу за спину. Её сердце бешено колотилось. - Я всё видела. -

Он сглотнул, не в силах выдержать её взгляд.

- Отдай, - пробормотал он. - Это моё. -

- Нет, - твёрдо ответила Ригель. Её голос прозвучал удивительно спокойно, учитывая обстоятельства. - Это не твоё, Гарри. Это его. И ты чуть не убил человека с его помощью. Думаю, с него достаточно. -

Она видела, как в его глазах борются страх, гнев и осознание собственной чудовищной ошибки.

- Ты не понимаешь… - начал он.

- Я понимаю, что ты использовал заклинание, не зная, что оно делает! - её голос наконец дрогнул. - Ты мог его убить, Гарри! Ты видел? Ты видел, что оно сделало? -

Он опустил голову, сжав кулаки. Да, он видел.

- Мне нужно было остановить его! Он… он что-то замышляет! -

- И это даёт тебе право калечить? - резко спросила она. - Ты стал таким же, как они? Пользуешься той же грязной магией? -

Эти слова, казалось, больно ударили его. Он отшатнулся.

- Нет! Я просто… я не знал… -

- Вот именно! - выдохнула Ригель. - Ты не знал. И поэтому ты не должен был этого использовать. Эта книга… она не для тебя, Гарри. Она опасна. -

Она посмотрела на книгу в своей руке. На залитый кровью переплёт. На тайну, которая чуть не привела к убийству.

- Я не отдам её тебе, - сказала она окончательно. - И ты не скажешь никому, что я её взяла. Понятно? -

Гарри молчал, его лицо было маской страдания и стыда.

- Снейп… он спросит… -

- Снейп получит своё с тебя и без книги, - говорила Ригель. - А это… это я возьму на себя. -

Она не знала, зачем делает это. Из чувства вили, что не остановила его раньше? Из странной, извращённой благодарности Снейпу за то, что он спас Малфоя? Или просто потому, что не могла позволить этой тёмной, опасной силе снова оказаться в руках Гарри, такого импульсивного и слепого в своей ярости.

Она развернулась и быстро вышла из туалета, не оглядываясь, сжимая в руке окровавленный учебник, этот символ гениальности, гордыни и почти смертельной ошибки. За её спиной остался Гарри. Один, разбитый и напуганный посреди руин своего собственного решения.

А у неё в руках теперь была тайна Принца-полукровки. И она должна была решить, что с ней делать.
_______________________________________________

У меня конфликт Драко и Гарри случился немного раньше.
Буду рада вашим отзывам. 🩵