Увядание

По истечению дня, Ханна более менее уложила свои мысли в голове. Она не собирается рассказывать о «пропаже» документа. На то есть причины. Достаточно и того что она чувствует себя виновато перед Хайтамом. В первую очередь за то, что она разбила какие-то лекарства. «Мы — квиты, по этому я ничего и не скажу.» И разумеется Ханна была до глубины души зла на этого человека. Но предпочла не показывать этого, чтобы было меньше проблем. Однако уже второй день на работе она срывает свою злость почти на всех. На «тупых», по её мнению, учащихся, и других мало значимых людей. Сама же она имела отличный авторитет в академии. Некоторые могли считать её на равне с мудрецами.

Ханна спокойно сидела со своей подругой по работе. Она говорила на какую-то тему. В прочем, девушка её не особо слушала, лишь изредка кивая или поддакивая. Пока её собеседница не начала говорить об Аль-Хайтаме.

— Ты кстати не видела нашего секретаря? — Ханна отвлеклась от своих мыслей из-за поднятой темы.

— Не видела, а тебе зачем?

— Просто пошёл слух, что он пропал. Уже как два дня его никто не видел и ничего не слышал. Кстати, ты же вроде последней с ним общалась? Смотри чтоб тебя мудрецы на допрос не отвели, — с лёгкой усмешкой сказала девушка.

— Пф, было бы из-за чего допрашивать. То, что его нету два дня, ни о чём не говорит. Нечего раздувать из мухи слова.

Девушка лениво зевнула и подперла щеку рукой. «Как дети, честное слово. Кстати его и правда уже не видно два дня, — Ханна нахмурила брови, — ай, да какая разница. Мне же спокойнее.»

— Хаха, ну как знаешь, — подруга Ханны увидела как по коридору идёт один из мудрецов, — смотри, — она кивает в сторону мудреца, — уже идут по твою душу.

Казалось бы, шутка. Однако Ханну и правда окликнул тот человек. Девушка не знала чему удивляться больше. Такой проницательности от подруги или тому что её правда хотят опросить про секретаря. Она быстро попрощалась с подругой, которая тоже прибывала в некотором шоке, и отправилась с мудрецом в его кабинет. Ханна даже не подумала, что причина по которой её позвали, была вовсе не связана с Хайтамом. Уже придя в просторный кабинет, девушка присела за стол. Ровно напротив мудреца. И он начал:

— Знаешь почему я тебя сюда привёл?

Ханна не особо уважала этого старца. Он всегда казался ей агрессивным и недружелюбным.

— Очевидно для разговора, — без особого энтузиазма ответила Ханна.

Девушку стало раздражать, что её позвали чтобы поговорить о Хайтаме. Злость и обида ещё не прошла. Так тут ещё и такой собеседник.

— Какая проницательность, — с нервной улыбкой посетовал мудрец, — у меня есть к тебе важный вопрос. Не советую лгать и пытаться утаить что-либо.

— Слушаю.

— Рад, что ты быстро переходишь к делу. Ханна, где находится та серая папка?

Девушка никак не ожидала такого вопроса. Такой вопрос заставил её замолчать на пару секунд. Сидящий перед ней старец, проницательно вглядывался в её глаза, а заметя её растерянность, довольно хмыкнул.

— Значит, знаешь где она находится?

— И что с того?

Ханна стала злиться ещё больше, закипать. От этой проклятой папки с бумагами её уже тошнило.

— Советую вернуть её на место. Или мы лично найдём и изымем её у тебя. А ты, пожалуй, вылетишь с порога академии.

Ханна взорвалась от бушующей ярости. Сколько же всего она хотела высказать. Начиная с того, что так дела, в лучшей академии всего Тейвата, не решаются. Но девушка лишь выдохнула напряжённый воздух. «Из-за него у меня ещё и проблемы...»

— С чего вы вообще взяли что она у меня? — Спокойным голосом произнесла Ханна, особенно акцентировав последнее слово.

— Вы были замечены. Есть люди которые подтвердят, что видели тебя в доме Даэны. Говорят, вы что-то денно и нощно искали. А после пропали такие важные бумаги.

— Не я одна посещала дом Даэны. Может вы там все слепые, но ваш секретарь точно так же ошивался рядом, — бесцеремонно и на повышенных тонах отвечала девушка, — и да, как же совпало. Как раз этот «уважаемый» всеми секретарь не появляется в академии уже два дня.

— Хочешь сказать, что не имеешь ничего общего с пропажей бумаг? — Медленно, акцентируя внимание на каждом слове, произнёс мудрец.

— Не имею! Но догадываюсь где они могут быть. И теперь, судя по вашему лицу, вы тоже, — Ханна встала со своего места, — если это всё, то я пошла. А, — остановившись на пол пути, она обернулась, — выберете уже форму обращения. «Ты» или «вы», иначе, портите свой мудрейший статус.

Девушка с гордо поднятой головой вылетела из кабинета. Оставляя обескураженного мудреца одного. Старец встал и направился к своим коллегам. «Пора бы приструнить эту молодёжь. Совсем никакого уважения к старшим!»

***

Хайтам, с самого утра, этого дня, чувствовал себя тревожно. Хотя, может это из-за Кавеха. Последний выглядел очень бледно и вяло, то и дело с кислым лицом терпел внезапные боли. То конечность не может адекватно функционировать, то роняет всё из рук. Секретарь беспокоился о блондине. Он целый день просидел рядом с ним. Самое приятное в этом всём, что архитектор не противился его присутствию и ухаживаниям. Будь то заварить чай или ещё что. Был вроде обед. Ещё не темнело, но облака застилающие небо, не давали солнцу пробиться, из-за чего казалось, что уже настал вечер. Соседи сидели на диванчике, попутно обсуждая какую-то нелепицу. Этот разговор уже стал походить на очередной спор, который обязательно закончился бы динамичными колкостями и высказываниями. Но Кавех резко замолчал по среди разговора. Аль-Хайтам лишь увидел яркий всполох страха в персиковых глазах. Дальше блондин согнулся по полам, от жуткой боли. Она стала растекаться по всему телу, заполняя каждую клеточку. Архитектор болезненно делал маленькие глотки воздуха, параллельно мыча от боли. Секретарь резко и также аккуратно постарался уложить его на диван, мысленно паникуя от ситуации. Кавех готов был матерится на весь дом от боли. В мыслях он перебрал всю свою ненормативную лексику и пошёл по сотому кругу. Когда его уложили он коротко вскрикнул и обессилено уткнулся носом в подушку. Кавех закрыл глаза, подрагивающие ресницы уже почти намокли от подступивших слёз. Иногда, его тело содрогалось.

— Кавех, — Хайтам присел около дивана на полу и взял его руку в свою, — чем мне тебе помочь?

Ответа не последовало. Может архитектор не слышал что ему говорят, а может на самом деле задумался, чем же ему смогут помочь. Вариантов же очень мало. Боль во всяком случае не снять. Секретарь и сам это понимал, поэтому продолжал сидеть рядом, заботливо держа руку блондина, проходясь по костяшкам пальцами. Кавех сделал последний, резкий, тяжёлый вдох. А потом затих. Просто лежал без каких либо сил. Не подавая признаков жизни. Аль-Хайтам перестал дышать. Всё остановилось. Он смог спокойно выдохнуть когда услышал тихое размеренное дыхание. От сильной боли, Кавех лишь потерял сознание. Хайтам подтянул кисть архитектора ближе и еле ощутимо коснулся губами костяшек. На лице играла тревога. Было страшно потерять его. Очень страшно. Ведь если так будет, то к чему это всё? Им дано слишком мало времени... «Умоляю, не уходи от меня так рано. Прошу вылечись. Всё будет, как раньше. Нет, даже лучше...» Внезапный стук в дверь вырвал Хайтама из мыслей. Стучали громко и настойчиво. Секретарь подумал, что это мог быть Тигнари и направился к двери, нехотя выпуская руку Кавеха. Аль-Хайтам открыл дверь без задней мысли. На пороге стояла пара стражников и матры: Наял и Шохрэ. Закрывать двери было уже поздно. В дом ворвалась толпа людей. Они осматривались везде. Кося взгляд на хозяина и ещё одного «спящего» человека.

— Мы пришли с целью конфисковать важные документы в серой папке, — уверенным голосом произнёс Наял.

«Всё же рассказала, — раздражённо подумал секретарь.»

— Не понимаю о чём вы.

— Если не пойдёте на встречу, тогда мы грубой силой изымем документ и дело с концом.

Люди, с копьями и мечами в руках, закивали. Хайтам стал подходить ближе к Кавеху. Как же не вовремя тот решил свалиться в обморок. Им срочно нужно убираться от туда. Ведь понятное дело, что просто так, Аль-Хайтам ничего не отдаст. Мужчина вплотную подошёл к бесчувственному архитектору.

—...

— Я так понимаю, своим молчанием, вы хотите решить этот вопрос силой?

Стражники приняли боевую готовность. Такое огромное количество людей... Нет, ему с бесчувственным Кавехом точно не справится с ними всеми. Однако, другие уже обнажили свои мечи. Воздух становился тяжелее. Огонь в глазах смешался с неким презрением. Аль-Хайтам достал свой меч. Готовясь в любой момент защищаться и бежать. До схватки тянулись считанные секунды. Матры переглянулись между собой, будто мысленно составляя план. Секретарь сильнее сжал рукоять меча.