Em & Emma

Судный день и три звонка.

Утро перед судом было серым и давящим. Воздух в квартире висел тяжелым свинцом. Лили, чувствуя напряжение, тихо клевала кашу, крепко прижимая к себе белого кролика. Маршалл надевал единственный приличный костюм – тот самый, из суда Эммы. Ткань казалась ему колючей, как будто сотканной из его собственной тревоги.

– Всё будет хорошо, – сказала Эмма, поправляя ему галстук. В ее глазах была уверенность, которой он так отчаянно не хватало.
–Я знаю, – соврал он, целуя ее в лоб.

Они вышли на улицу. У подъезда их уже ждал мистер Дэвис, адвокат, с деловой папкой в руках и невозмутимым лицом.
–Мисс Эллисон, мистер Мэтерс. Все документы готовы. Доказательства алкоголизма, выписки из полиции о вызовах к соседям, свидетельские показания ваших друзей... и, что особенно важно, – он сделал паузу,
– запись вашего разговора с матерью о шантаже, которую мы, по вашему согласию, инициировали через скрытый вызов. У нее нет шансов.

Маршалл кивнул, сжимая челюсти. Мысль о том, что он тайком записал разговор с собственной матерью, вызывала у него тошноту, но это был единственный способ.

Их путь в здание суда прервал вибрирующий телефон в кармане Маршалла. Незнакомый номер. Он было отклонил, но звонок повторился.

–Возможно, это важно, – сказал Дэвис.

Маршалл ответил на звонок и в трубке прозвучал голос:

–Мэтерс? – голос был низким, знакомым и ледяным. Это был отец Рэя. Адвокат.
– Полагаю, вы сегодня заняты семейными делами. Я предлагаю сделку. Вы отзываете все свои грязные строчки из того «трека», который готовите, а я убеждаю свою клиентку, миссис Мэтерс, отказаться от претензий и исчезнуть из вашей жизни. Навсегда. Иначе... суд по опеке – это цветочки. Мы подадим на вас за клевету, диффамацию и причинение морального вреда. Ваш контракт с Dre станет историей, еще не начавшись. Думайте. У вас есть час.

Связь прервалась. Маршалл замер посреди тротуара. Это был ход, которого он не ожидал. Мать объединилась с его врагами. Их адвокаты работали в тандеме.

– Что случилось? – спросила Эмма, видя его побелевшее лицо.

–Отец Рэя. Они с матерью... в сговоре. Предлагают сделку. Замолчать песню или они уничтожат меня. – ответил Маршалл.

Мистер Дэвис нахмурился.
–Это давление на свидетеля и сторона в процессе. Незаконно. Но опасно. Что вы хотите делать?

Внезапно зазвонил телефон Эммы. Она посмотрела на экран и побледнела.
–Это... детский сад Лили.

Сердце Маршалла остановилось. Он выхватил у нее телефон.
–Алло?!
–Мистер Мэтерс? – голос воспитательницы дрожал. – Лили... Ее забрали. Час назад. Женщина, сказала, что она ваша мать, представилась Стефани Мэтерс. У нее были какие-то бумаги... Мы не успели даже перезвонить вам, она была очень настойчива...

Мир рухнул. Мать не стала ждать суда. Она похитила Лили.

– ВСЕ! НАХЕР СУД! – закричал Маршалл, срываясь с места. – ОНА ЗАБРАЛА ЛИЛИ! – Он бросился к своей машине, забыв обо всем на свете.

– Маршалл, стойте! – крикнул Дэвис. – Это игра! Они хотят, чтобы вы сорвались! Позвоните в полицию! Сейчас!

Но Маршалл уже не слышал. Адреналин залил ему уши гулом. Он рванул с места, едва не врезавшись в столб. Он мчался в свой старый район, не думая ни о чем, кроме испуганного лица Лили. Эмма и адвокат бросились за ним на своей машине.

Он влетел в знакомый подъезд и выбил дверь в квартиру матери плечом. Внутри было пусто. Бардак, пустые бутылки, но ни матери, ни Лили. На кухонном столе лежала записка, нацарапанная ее неуверенным почерком: «Хочешь увидеть сестренку? Скажи своему адвокату убираться, и приходи на старый причал у реки. Один. Если будешь с полицией или друзьями то не найдешь нас».

Это была ловушка. Самая очевидная в мире. И он в нее лез.

В этот момент его телефон завибрировал в третий раз. Dre. Маршалл с отчаянием поднес трубку к уху.
–Мэтерс, что за цирк? – голос Dre звучал жестко.
– Ко мне только что пришли журналисты, спрашивают про твою мать, про похищение ребенка. Это уже не семейные разборки. Это – национальный скандал. Наши инвесторы в панике. Ты должен это остановить. СЕЙЧАС. Или я вынужден буду заморозить проект. Наши треки уже не выпустить. Тебя съедят.

Маршалл опустился на пол посреди грязной кухни. На него давило со всех сторон: враги, мать, закон, карьера. И где-то там, в неизвестности, плакала его маленькая сестра. Он закрыл глаза, чувствуя, как его старые демоны – гнев, ярость, желание все крушить – поднимаются из глубин, предлагая простое и разрушительное решение.

Но потом он услышал скрип тормозов на улице и шаги. В дверном проеме появилась Эмма, запыхавшаяся, с телефоном в руке. Рядом с ней был мистер Дэвис, говорящий что-то в свой аппарат.

– Маршалл, – голос Эммы был тихим, но стальным, как в тот день, когда она избила Джейн.
– Полиция уже в пути на причал. Дэвис связался с судьей, это теперь дело о похищении ребенка. Ты не один. И ты не пойдешь туда, чтобы играть по их правилам.

Она подошла, взяла его за руки и заставила подняться. В ее глазах он увидел не панику, а ту самую решимость, которая всегда тянула его обратно.

– Мы идем туда, – сказала она.
– Но не как жертва. Мы идем, чтобы закончить это. Раз и навсегда.

Маршалл посмотрел на нее, затем на серьезное лицо адвоката, и кивнул. Ярость внутри него не утихла, но она обрела фокус, направление. Он больше не был тем одиноким парнем из заброшки. У него была команда. И ради Лили, ради Эммы, ради того будущего, которое они едва успели потрогать, он был готов стать тем, кем должен был стать. Не жертвой. Не диким зверем. Победителем.