Em & Emma

Что/Было/Дальше?

Дверь в квартиру захлопнулась за спиной Эммы с таким грохотом, что задрожали стены. Она стояла в коридоре, тяжело дыша, сжимая в кармане смятый листок с адресом «Убежища». Из гостиной доносился истеричный крик матери:

– Доиграешься ты у меня! Если я узнаю, что ты опять с этим отбросом... Я не позволю тебе погубить свою жизнь!

Что-то внутри Эммы оборвалось. Она резко развернулась, распахнула дверь и, глядя в заплаканное, искаженное злобой лицо матери, четко и холодно показала ей средний палец.

– Я сама решаю, с кем мне быть.

Не дожидаясь ответа, она выскочила на улицу и побежала. Она знала – мама не полезет за ней. Единственное, что та сможет сделать – это снова уткнуться в старый халат отца и рыдать. А у Эммы теперь были другие планы.

В «Убежище» стояла знакомая густая атмосфера – дым, громкая музыка, возбужденные крики. Маршалл выходил на сцену и его взгляд на секунду скользнул по толпе, ища знакомое лицо с карими глазами. Ничего. Горечь подкатила к горлу. Пустота.

Он начал читать. Строчки, рожденные прошлой ночью в заброшке, строчки, в которые Эмма вложила часть себя, вырывались из него с новой, незнакомой силой. Это была не просто ярость. Это была боль, превращенная в оружие. Зал взревел, когда он закончил. Победа. Но триумф был безвкусным, пресным. Он стоял со стеклянным взглядом, пока Пруф не вручил ему пачку его выигранных денег от всех спонсоров батла в зале.

И в этот момент дверь распахнулась. Впустив порцию холодного ночного воздуха, в зал ворвалась Эмма. Запыхавшаяся, с разгоряченными щеками. Их взгляды встретились через толпу. Что-то дрогнуло в каменной маске Маршалла. Он грубо сунул деньги Пруфу в руки и направился к ней.

Но путь ему преградила Джейн. Она резко оттащила его за угол, в темный коридор, прижав к стене.

– Так эта тихоня – твоя новая игрушка? – ее голос был сладким ядом.

– Чего? Отвали! Что тебе надо? – он попытался вырваться.

– Ц-ц-ц, – она цокнула языком.
– А что, если я ей расскажу, чем мы вчера на крыше занимались?

– Она не поверит тебе!

– Да? – Джейн с торжествующим видом достала из кармана старый цифровой плеер и нажала кнопку. Из динамика послышались их сдавленные дыхания, звук поцелуя...
– А если я ей это покажу?

Ледяная волна прокатилась по телу Маршалла.
–Что тебе надо?

– Чтобы ты пошел со мной в ту кабинку, – она указала на дверь туалета.
– И доказал, что она тебе не так уж дорога. Прямо сейчас.

– Так! Отвали! – рыкнул он, с силой выкручивая ей руку и выхватывая плеер. Он швырнул его на пол и с размаху вдавил в осколки подошвой своего кросовка.
– Кончились твои доказательства.

Джейн побледнела, ее глаза наполнились чистой ненавистью.

–Я не остановлюсь! Слышишь?

Он развернулся и пошел прочь, не удостоив ее ответом. Он видел, как Эмма стоит у выхода, беспокойно оглядываясь. Он сделал к ней несколько шагов, как вдруг сзади на него набросилась Джейн. Что-то тяжелое и твердое со всей силы обрушилось ему на затылок, это был ужар стеклянной бутылкой из под какого то дешёвого пива. Мир на мгновение погас. Он рухнул на колени, схватившись за голову.

Джейн, не останавливаясь, с диким воплем бросилась на Эмму. Но та не отпрянула. В ее глазах что-то щелкнуло. Она резко схватила стоявший рядом старый тяжелый светильник на стойке и, не целясь, с разворота ударила Джейн по лицу. Та с глухим стоном отлетела в сторону. Но Эмму было уже не остановить. В порыве слепого гнева она подошла к лежащей девушке, схватила ее за волосы и потащила в туалет. Дверь захлопнулась. Оттуда донеслись приглушенные звуки ударов, крик и ледяной, спокойный голос Эммы: «Получай, сука!»

Через минуту дверь открылась. Эмма вышла, поправляя куртку. Ее дыхание было ровным, а взгляд – чистым и холодным.
–Парни, вызовите этой шалаве скорую. И пусть скажет спасибо, что я ей еще башку не разбила об унитаз.

Пруф и Джейб, подхватившие Маршалла, переглянулись с немым восхищением. Они усадили его на стул у выхода.

– Все в порядке? – тихо спросила Эмма, опускаясь перед ним на колени.

– Да, – он протер затылок, на пальцах выступила кровь. – Заживет.

– Вот значит, твоя принцесса беспокоится о тебе, – фыркнул Пруф. – Ладно, пошли, Джейб, не будем мешать птенчикам.

Они ушли, оставив их одних.

Они вышли из паба. Ночной воздух остудил пылающие щеки.
–Я не знал, что ты так хорошо дерешься, – хрипло проговорил Маршалл.

Эмма покачала головой, сама не веря случившемуся.
–Да я и сама обалдела... Во мне просто что-то щелкнуло. И я стала как терминатор. Клянусь, если бы ты отключился после ее удара, я бы ее в том туалете и убила. Без шуток.

– Вау... Ну... хорошо. Спасибо.

Они пришли в парк и сели на ту самую скамейку, где он гулял с Лили.
–Знаешь, я поначалу думал, ты сталкерша, которая хочет меня прикончить, – усмехнулся Маршалл.
– Побаивался тебя даже.

– А ты мне сперва показался мерзким и отвратительным, – призналась Эмма.
– Но потом... я сама не заметила, как привязалась. И поняла, что внутри ты... хороший человек. Я увидела это, когда смотрела, как ты вдёшь себя с Лили и защищаешь её.

–Да. Лили это единственный лучик в моей жизни ради которого я готов пойти на всё ради её защиты.

Они сидели в тишине, их плечи соприкасались.

– Эмма? – он повернулся к ней.

– Да? Что?

Он взял ее лицо в свои руки, большим пальцем проведя по ее щеке.

–Пусть это все-таки будет наше первое свидание.

И он поцеловал ее. Медленно, нежно, давая ей время отстраниться. Но она не стала. Ее губы ответили ему с такой же страстью. Их руки скользили по спинам, впитываясь в волосы, притягивая ближе. Это был поцелуй, в котором смешалась вся боль, злость, нежность и надежда, копившиеся все эти недели.

Когда они наконец разомкнули губы, Эмма, запыхавшаяся, с сияющими глазами, усмехнулась.
–А ты смотрелся круто.

– Ты тоже, – он рассмеялся, и это был настоящий, свободный смех.

В этот момент, глядя на ее улыбку, он почувствовал, как что-то тяжелое и каменное внутри него наконец-то рассыпалось в прах. Казалось, после всего, через что они прошли, судьба наконец-то устала испытывать их на прочность. Но он ошибался. Их самый страшный бой был еще впереди....