Глава 22
Найди меня если сможешь!
Пруф вошел в комнату, и воздух стал густым, как сироп. Он остановился посреди гостиной, его взгляд, тяжелый и неумолимый, был прикован к Маршаллу. Алекс молча отошел к кухне, давая им пространство.
– Ну? - Пруф скрестил руки на груди.
– Готов извиняться? Или я снова пришел еще большего дерьма о себе услышать?
Маршалл поднялся с дивана. Два дня относительного затишья не стерли из памяти ту сцену у гаражей.
– Я был не прав, - выдохнул он, заставляя себя встретиться с его взглядом.
– Насчет тебя. Ты... ты лучший друг, который у меня был. А я сказал то, чего не должно было прозвучать никогда.
Пруф молчал, изучая его. Гнев в его глазах понемногу сменялся усталой горечью.
– А насчет всего остального? - спросил он наконец.
– Ты был не прав насчет этого?
Маршалл опустил глаза.
-Я... пытаюсь. Алекс помогает.
– Помогает, - Пруф усмехнулся беззвучно.
– Это хорошо. Но одного Алекса мало. - Он сделал паузу.
– Твоя Эмма в курсе?
Сердце Маршалла упало.
-Нет. И она не должна знать.
– Охренеть, - Пруф покачал головой.
– Ты серьезно? Ты думаешь, это секрет, который можно хранить вечно?
– Она уйдет, - тихо, но с отчаянной убежденностью сказал Маршалл.
– Услышит про это, и... и я останусь один. Снова.
Пруф смотрел на него с нескрываемым разочарованием.
– Ты ее вообще не знаешь, если так думаешь. Она не из тех, кто сбегает при первой же проблеме. Она чёрт возьми, за тебя в драке, Джейн морду разбила! А ты ей доверять не хочешь.
– Я не могу рисковать, - прошептал Маршалл.
Пруф тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу.
– Ладно. Хрен с тобой. Твое дело, твои отношения. Я не буду ей ничего говорить.
– Он посмотрел на Маршалла строго.
– Но запомни: если ты будешь долго молчать, она все равно узнает. Правда всегда всплывает. И тогда будет еще больнее. И для нее, и для тебя.
Три дня. Семьдесят два часа. Эмма перезванивала на его номер снова и снова, пока телефон не разрядился. Она обошла все их места – заброшку, колледж, район вокруг его дома. Ничего. Паника, холодная и липкая, сжимала ей горло.
Оставался последний вариант. Тот, к кому она не хотела обращаться, так как их знакомство не задалось с самого начала. Это был Пруф.
Она нашла его у его дома, где он с парнями чинил подвеску старого мустанга. Увидев ее, он нахмурился, но не удивился.
– Чего надо, чикагская? - его тон был намеренно грубым.
– Где Маршалл? - спросила Эмма, не тратя времени на предисловия. Ее голос дрожал от напряжения.
Пруф отвернулся, делая вид, что ковыряет что-то отверткой.
– Хрен его знает. Я не его нянька.
– Не ври мне, - ее голос стал тише, но опаснее.
– Ты точно что-то знаешь. Я вижу по твоим глазам.
– Говорю же, не видел я его, - буркнул он, но не смог удержать ее взгляд.
Эмма подошла ближе. Ее карие глаза, обычно такие мягкие, сейчас были острыми, как лезвие.
– Слушай меня внимательно, Пруф, - она говорила почти шепотом, но каждое слово было отчеканено из стали.
– Если с ним что-то случится, и окажется, что ты знал об этом и молчал... - она сделала паузу, давая словам просочиться,
– ...я лично возьму отцовский 17-й Glock и вышибу тебе мозги. А стрелять я умею. Особенно с дальнего расстояния. Спасибо моему бывшему папаше-полицейскому. Он считал, что дочь должна уметь защищаться.
Пруф замер. Он посмотрел на нее - на ее сжатые кулаки, на прямой, бесстрашный взгляд, на ту самую решимость, что когда-то заставила ее избить Джейн в туалете. И он понял, что она не блефует. В ее словах не было истерики. Была холодная, смертельная уверенность.
Он тяжело сглотнул. Его собственная смелость вдруг показалась ему детской и наигранной перед этой тихой яростью.
– Ладно, - выдохнул он, отводя взгляд.
– Ладно, черт возьми. Он... он в порядке. Просто... ему нужно время.
– Где он? - повторила Эмма, не отступая ни на шаг.
Пруф колебался, разрываясь между данным словом и очевидной правдой того, что эта девчонка возможно единственный человек, который сможет вытащить Маршалла из той ямы, в которую он сам себя загнал.
– У Алекса, - наконец сдался он.
– Живет у Алекса. Но, Эмма... там не все так просто. Он... он не хочет, чтобы ты...
Но она уже не слушала. Развернувшись, она почти побежала прочь, оставив Пруфа стоять с его мустангом и тяжелым предчувствием. Он смотрел ей вслед и понимал, что обещание, данное Маршаллу, только что было нарушено. Но, возможно, это было к лучшему. Потому что иногда друг должен не молчать, а позволить правде прийти к тебе из самых неожиданных рук. Даже если эти руки сжимают пока что воображаемый Glock.