Em & Emma

Незажившие шрамы.

Следующее утро началось с того, что Лили не смогла найти свой рюкзак. Оказалось что Грег, перед тем как его выгнали, продал его вместе с учебниками за бутылку дешевого виски.
Маршалл молча наблюдал, как сестренка роется в углу их тесной комнаты, сдерживая слезы, её худенькие плечики вздрагивали от подавленных рыданий.

- Не плачь, лилипут, - хрипло проговорил он, опускаясь на корточки рядом с ней.
- Вот, возьми.

Он протянул ей свои последние двадцать долларов - деньги, которые копил несколько недель на новую кассету для записи.
Лили смотрела на купюры широко раскрытыми глазами.

- Но это же твои деньги на музыку...

-Ничего, - резко оборвал он, засовывая деньги в карман ее поношенной курточки.
- Куплю новую кассету потом. Обещаю.

На кухне мать тихо плакала, разглядывая осколки разбитой тарелки - еще один «подарок» от бывшего сожителя. Маршалл видел, как ее руки дрожат, когда она пыталась собрать черепки, он молча подошел, взял веник и начал подметать, чувствуя, как ярость снова подступает к горлу.

Маршалл пришел в колледж с единственной целью - продержаться до конца дня. Синяки на лице стали багрово-желтыми, но он шел, высоко подняв голову, привыкший скрывать боль за маской безразличия.

У шкафчиков его ждал Пруф с толстой папкой в руках и необычно серьезным выражением лица.

- Бро, - Пруф оглядел его новые повреждения.
- У тебя какие то проблемы?

Маршалл покачал головой, вспоминая свое обещание которое он сам же попросил Эмме хранить.

-Да разборки с одним типом были. Не твоя забота.

Он открыл свой шкафчик, и ледяная волна страха прокатилась по его телу, на самой полке лежала аккуратно сложенная записка: «Знаем, где твоя сестренка учится. Следи за языком». Его пальцы непроизвольно сжали бумажку.

- Что то не то? - тихо спросил Пруф, заметив его реакцию.

- Пустяки, - буркнул Маршалл, сминая записку в кармане.
- Ты чего с папкой?

Пруф тяжело вздохнул, похлопывая по заветной папке.

- Документы забираю, подаю в другой колледж, после того как отца в прошлом месяце уволили... Надо как-то семью помогать тянуть, брату тоже скоро в колледж.

Маршалл кивнул, чувствуя знакомую горечь, он и сам много раз мечтал о возможности учиться где-то еще, но даже мысль о дополнительных расходах вызывала у него панику.

- Понимаю, - тихо сказал он.
- Надо что-то менять.

- Ага, - Пруф мрачно усмехнулся.

- Кстати, слышал новость? Сэм с местного радио позвал меня поработать, музыку помогать ставить буду, может, и свои треки впарить смогу, Хотя... - он понизил голос, оглядываясь по сторонам,
- там такие ребята крутятся, что страшно даже рот открыть, вчера видел, как одного музыканта вынесли в кровь...

В этот момент мимо них, стараясь быть незаметной, прошла Эмма. Пруф заметил ее, цокнул языком и подмигнул ей вслед.

- Ну что, Кролик, как дела с той чикагской пташкой? Говорил же, познакомишь.

- Отвали, - резко оборвал его Маршалл, снова чувствуя, как сжимается желудок от тревоги за Лили.
- Не до того сейчас, вчера вот этого урода Грега, выгнал наконец-то, Надоело, что он над мамкой и Лили вечно измывается, теперь боюсь одних их оставить... - он не договорил, сглотнув ком в горле.

Пруф внимательно посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло понимание.

-Братан, да ты герой, - он хлопнул его по плечу, стараясь приободрить.
- Ладно, мне бежать, документы подавать, держись тут, и... смотри в оба.

Маршалл остался один, сжимая в кармане злополучную записку. Он чувствовал себя как на минном поле - каждое неверное движение могло стоить дорого.
Эмма, дождавшись момента, вышла из укрытия и подошла к своему шкафчику.

Она украдкой взглянула на него, и их взгляды встретились.

-Че? - его голос прозвучал резко и уставше.

Эмма резко отвернулась к своему шкафчику.

-Извини за вопрос такой, - начала она, глядя в металлическую дверцу,
- Но... что у тебя было в семье? Ты разговаривал об этом со своим другом...

Он с такой силой захлопнул свой шкафчик, что Эмма вздрогнула.

- Так! - он шагнул к ней, и его лицо исказила знакомая злоба, смешанная с отчаянием.
- Я хоть и благодарен тебе за то, что ты мне помогла тогда, но не суй свой нос, хотя бы в мою семью, хорошо? Это не твои дела. У тебя там, в своем чистеньком мире, проблем не бывает, да? У тебя есть свой шкафчик, свой дом, своя жизнь... Не лезь в мою.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и ушел, оставив Эмму стоять с горящими щеками и сжимающимся от обиды сердцем.

На следующей перемене Маршалл зашел в мужской туалет на первом этаже, ему нужно было просто прийти в себя, умыться холодной водой. Он стоял у раковины, смотря на свое отражение в потрескавшемся зеркале. Синяки под глазом стали уже почти незаметными.

Внезапно дверь распахнулась, и в туалет вошли двое, те самые двое из той троицы, что избила его у баков.
Высокий Рэй и блондин, тот самый, что бил его ногами.

- Опа, какие люди! - растягивая слова, сказал Рэй.
- Как тебя там? Кро-о-олик? Ахахаха!

- Слышал, твой отчим очень за языком не следил, когда вылетел из квартиры вчера, - ехидно добавил блондин.
- Рассказывал всем, как ты его изувечил. Настоящий "герой" блин.

Маршалл стиснул зубы, чувствуя, как по спине бегут мурашки, он быстро вытер руки и двинулся к выходу.

-Отвалите, а? Придурки, еще бы вы не лезли в мою семью.

Это была ошибка.
Рэй резко схватил его за капюшон и с силой дернул на себя.

-Ах, так? - прошипел он прямо ему в ухо.
- Значит, мы придурки?

Его затолкали в дальнюю кабинку. Дверь захлопнулась с оглушительным стуком.
В тесном пространстве запахло потом, дешевым одеколоном и агрессией, Маршалл прижатый к холодной кафельной стене, из последних сил вырвался и всадил кулак Рэю в живот, тот с тяжело дыша согнулся, хватая ртом воздух.

Но блондин был начеку, он вцепился Маршаллу в волосы и с размаху ударил его головой о стенку кабинки, в глазах потемнело.

- Научим тебя уважать старших, сосунок! - рычал он, нанося точные, отработанные удары в корпус.

Они били его недолго, стараясь не оставлять серьезных следов - несколько сильных ударов в уже ноющие ребра, один точный - в челюсть. Проблемы в колледже им были не нужны. Их задача была унизить, напомнить, кто здесь хозяин.

- Смотри у меня, Мэтерс! - Рэй, отдышавшись, плюнул ему под ноги.
- Еще раз косо посмотришь в нашу сторону - получишь в десять раз больше. И не только ты.

Когда они ушли, хлопнув дверью, Маршалл медленно поднялся, опираясь на стенку, каждый вдох отзывался острой болью в боку, он подошел к раковине, плеснул ледяной воды на лицо, в кармане он нащупал потрепанный блокнот. Дрожащими пальцами он открыл его на чистой странице.
Чернильная ручка скользила по бумаге, выплескивая наружу всю боль, весь гнев, весь страх.

«Вы думали, что сломали меня у мусорных баков...
Но я возвращаюсь снова, как призрак из мрака...
Каждый удар по мне - это новый урок...
Вы просто ничтожества и однажды я нажму на курок...».

Он сунул блокнот обратно в карман, боль никуда не делась, но теперь у нее было применение, когда он вышел из туалета, его взгляд был тверже, а шаг увереннее.