Глава 13.
— Я сейчас занята, перезвоню в течении часа, — мой рассказ был прерван завибрировавшим телефоном на стеклянном столе. — Прошу прощения, — я бросила Айфон в сумку и быстро подняла взгляд на своего «врача». — Представляю сколько осуждающих фраз Вы хотите сейчас на меня вывалить, благо Вас останавливает профессиональная этика. Но знайте, что я поддерживаю каждое слово в Вашей голове.
Он усмехнулся и медленно произнес:
— На этом диване было совершено столько признаний, что Ваше я отнесу в свой список «Преступления легкой тяжести».
— Даже не средней?
— Вам лучше не знать тех историй, что я успел наслушаться за свою практику, — Аркадий Константинович поднял взгляд к потолку и добавил. — Порой женщине не нужно веских причин, чтобы совершать какие-либо безумства.
Я сразу представила в своей голове женщин, которые сидели, в порядке очереди, на этом диване и спокойным голосом рассказывали о том, как отбирали, ненавидели, жгли и стояли во главе похоронной процессии.
Наверное у них были дорогие платья, туфли на высоких каблуках и обязательно шляпы, за которыми они прятали равнодушие ко всему происходящему вокруг.
— Что же произошло после того дня, или точнее сказать ночи, в Санкт-Петербурге? — вернул меня из размышлений вопрос Аркадия Константиновича.
— Все последующие события смешались у меня в голове. И до сих пор, я иногда вспоминаю какие-то дни и моменты обрывками, складывая общую картину последующих двух месяцев.
Я хорошо помню, как в 7 утра уезжала из Астории под пристальные взгляды портье и нескольких гостей, заполняющих бумаги на ресепшене.
Мы разговаривали три часа, сидя на полу в гостиной его двухкомнатного номера, перебивая друг друга и задавая какое-то неприличное количество вопросов. Как будто, за такое короткое время, нам нужно было узнать друг о друге абсолютно все и изобразить, что мы жили вместе всю жизнь.
Я узнала, что один из наших любимых ресторанов с Софьей в Москве и Милане принадлежал ему, и по какому-то таинственному стечению обстоятельств мы ни разу не пересеклись раньше.
Точно так же как и он, почему-то, не увидел меня еще три года назад на открытии выставки "Fendi Casa", которую устраивала его бывшая девушка, являясь дизайнером интерьеров, где мы с Марком как раз выбирали мебель в наш новый дом.
Мы как будто ходили друг за другом по кругу, но каждый раз кто-то из нас прибавлял шаг или наоборот останавливался, чтобы не догнать другого.
Я рассказывала о своей семье, работе, надоедливом агенте, который требовал от меня работы каждые пять месяцев и безумной подружке Соне, с которой мы вместе, если и прошли огонь с водой и медными трубами, то эти самые трубы уже давно сломались от напора совершенно нестандартной дружбы.
Он смеялся, когда узнал, что у меня нет отчества, потому что мой папа был серб, и умолял меня сказать что-нибудь на сербском. Не хотел слушать отговорки, что я не знаю языка и в этой стране, от силы, была 4 раза, и то в далеком детстве.
Нам было хорошо, когда мы просто молчали, перебравшись на подоконник и смотрели на Исаакиевский собор, который был обрамлен легкой подсветкой.
Я перегибалась через окно, чтобы выкурить сигарету и не включить пожарную тревогу во всем отеле, в то время как он держал край моих легинсов, чтобы я не вывалилась на улицу.
Когда я поняла, что время уходить, мне кажется, каждый из нас подумал, что за эти несколько часов мы успели поговорить обо всем, не задевая только одной главной темы — мой шестилетний брак, который в эту самую секунду начинал трещать по швам, из-за человека находившегося в комнате.
Перед тем как закрыть дверь номера, он сказал лишь: «Увидимся дома».
И что бы я не хотела думать в тот момент, я пыталась убедить себя, что он просто имеет ввиду Москву.
— Наверное это один из немногих, действительно счастливых, моментов вместе. Где никто никому еще ничего не обещал, не было вранья и каких-то глупых надежд. Мы были без масок, без предрассудков, честны друг с другом, как никогда после.
— Следующие два месяца, я думаю, были не легкими, а с учетом вашей медийности, мне правда будет интересно послушать, как вы оба выкручивались из этой ситуации.
— У меня в запасе чемодан интересных историй для следующей нашей встречи.
— Да, я думаю, что на сегодня достаточно. Надеюсь Вы больше не пропадете, и мы увидимся через неделю.
— Обязательно, — я слегка улыбнулась, чувствуя, что с каждым разом мне действительно становится немного легче.
*
Только выйдя на парковку я вспомнила, что оставила машину на автомойке и положилась на Софью, которая обещала забрать меня и отвезти домой, проследив, чтобы после воспоминаний о моем бывшем муже, я не легла на ближайшую проезжую часть.
— Я думала за твои рассказы, тебя закрыли в какой-нибудь комнате для провинившихся жен на ближайшую неделю, — послышался крик и гудок машины откуда-то слева.
Опустив на глаза солнцезащитные очки я сразу же нашла желтое Porsche 911, на котором последние 2 года ездила Вайнберг.
— 911 вызывали? — рассмеялась подруга, припоминая шутку, которую я придумала с момента покупки этой машины. — Карета подана, чего ты там стоишь? Залазь быстрее, не видишь, что я перекрыла въезд.
Видно это было прекрасно, ее желтое нечто стояло ровно параллельно въездному шлагбауму, несмотря на то, что на парковке было много свободных мест.
— Почему я не удивлена.
— Потому что Экстренная помощь имеет право не следовать правилам.
Я закатила глаза и аккуратно залезла в машину.
— Как ты вообще на ней ездишь? Мне нужно согнуться пополам, чтобы сесть поудобнее.
— Остановка маршрутки за поворотом, возможно там тебе будет удобнее.
— Не перепутай газ с тормозом и поехали уже, — я пристегнула ремень безопасности и хотела закинуть сумку на заднее сидение. — Боже мой, Вайнберг, меня всегда Марк ругал за бардак в машине, но он просто не был в твоей, — я оглядела кучу вещей сзади и прижала сумку к себе.
— Это не мое. Сестра Аарона переезжает в новый дом и просила помочь перевезти часть вещей со старой квартиры.
— Только Марсела могла додуматься использовать твоего желтого жука в качестве грузовика.
— Я сказала точно так же, поэтому не могу доехать до нее уже неделю.
— Надеюсь меня ты довезешь быстрее, пожалуйста, давай уже поедем, — я постучала ладошкой по бардачку и открыла окно в тот момент, когда машина тронулась с места.
— Едем ко мне.
— Нет, у меня еще много работы и я сегодня перевешиваю шторы.
— Тебе в издательство только завтра к четырем, я все узнала у твоего агента. А шторы могут повеситься в любой другой день.
— Если я не сделаю это первая.
— Не смешно, — нахмурившись, она постучала по рулю, пропуская две заворачивающие машины. — Надо обсудить твою новую книгу.
— Ты все таки прочитала то, что я тебе отправила?
— Именно. И без бокала тут не разберешься.
— Не преувеличивай.
— У меня много вопросов, — Соня медленно повернула голову и пристально вгляделась в мое лицо. — Особенно к последней главе.
Я проигнорировала ее взгляд и подумала, что у меня, наверное, нет ответа ни на один вопрос, который для меня подготовила подруга.