Глава 19 Shape of you
Клуб - не лучшее место для поиска пары,
Поэтому я направляюсь в бар.
Мы с друзьями выпиваем за столом,
Пьем все быстрее, говорим все медленнее.
Подойди и заведи разговор лишь со мной,
Обещаю, на этот раз я дам тебе шанс.
Возьми мою руку, стой,
Включи «Van The Man» на проигрывателе!
Затем мы начинаем танцевать,
И я пою:
«Милая, знаешь, я хочу твоей любви.
Твоя любовь - ручная работа для кого-то, как я.
Давай же, следуй за мной.
Я могу казаться немного безбашенным, надеюсь, ты не против».
Скажи: «Милый, хватит разговоров,
Возьми меня за талию и притяни к себе,
Давай же, следуй за мной,
Давай же, следуй за мной».
Я влюблен в твой образ,
Мы отталкиваемся и притягиваемся, как магниты.
И хоть мое сердце уже не выдерживает,
Я влюблен в твое тело.
Прошлой ночью ты была в моей комнате,
И теперь мои простыни пахнут тобой.
Каждый день открываю для себя что-то новое.
Я влюблен в твое тело.
Я влюблен в твое тело.
Я влюблен в твое тело.
Shape of you. - Ed Sheeran
***
Прямые лучи утреннего солнца нагло пробивались сквозь плотно задернутые теневые шторы, игриво путались в длинных женских волосах, ярко-желтыми веснушками рассыпались по темному дубовому паркету.
Наташа мирно спала на огромной кровати спиной к входной двери и даже не пошевелилась, когда открытая Майклом дверь предательски скрипнула.
Мужчина замер на пороге, несколько мгновений решая, стоит ли ему входить, и наконец сделал первый осторожный шаг внутрь комнаты. Он передвигался призрачно и невесомо словно тень, оберегая чуткий сон любимой и стараясь не шуметь.
Аккуратно положив плетку на самый краешек винтажного трюмо, среди резных деревянных шкатулок и разноцветных баночек с кремами и прочей косметикой, Майкл на цыпочках продолжил свой путь в сторону кровати.
Шаг... Еще один...
Откуда-то подуло легким освежающим ветерком, видимо, одно из окон спальни было открыто, наполняя комнату едва уловимыми влажными запахами увядающего осеннего сада.
Майкл остановился возле кровати, медленно скользя ласкающим влюбленным взглядом по точеной женской фигуре. Если бы Наташа была натурщицей, то именно с нее средневековые художники писали бы свои шедевры.
Его женщина была невероятно красива, даже когда спала.
Сегодня Наташа изменила своей привычке спать нагишом, и выглядела совсем по-домашнему в огромной хозяйской постели. На девушке были надеты белая мужская футболка и хлопковые шортики Victoria's Secret кремового цвета. Длинные волосы цвета молочного шоколада волнистым водопадом рассыпались по мягкой белой подушке, стройные ноги запутались в шелковой простыне цвета мокрого асфальта. Тяжелое покрывало, имитирующее волчью шкуру, было безжалостно сброшено на пол: видимо, Наташе стало жарко под утро, и она столкнула его ногой во сне. Сам Майкл был жутким мерзляком (сказывались африканские корни), она же любила освежающую прохладу, но за много лет они сумели найти компромисс в виде теплого одеяла или покрывала для него. К тому же Майкл и сам стал замечать, что в хорошо проветриваемом помещении спится гораздо лучше, чем в духоте.
В ответ на довольно бодрую температуру в спальне, Майкл зябко поежился и подумал, а не стоит ли закрыть окно? Но уже в следующее мгновение спящая девушка завладела всем его вниманием. Сегодня ночью она исполнила еще одну его безумную мечту: он побывал там, где раньше не ступала нога рядового американца. Надо будет придумать что-нибудь не менее оригинальное в ответ на ее сюрприз...
Майкл аккуратно присел рядом с ней на кровать и ласково пропустил между пальцами длинную прядь женских волос. Она была теплая от солнца и мягкая на ощупь. Затем его ласкающий взгляд задержался на обнаженной женской ноге, на маленьких пальчиках с нежно-розовым педикюром, потом скользнул чуть выше, к щиколотке, на которой был четко виден неглубокий след от свежего пореза. На его вчерашний вопрос Наташа ответила, что поранилась во время недавних полевых учений: военные снова отрабатывали какие-то схемы спецопераций по захвату террористов. Вообще, разного рода повреждения на ее теле были далеко не редкостью, но Майкла подобные вещи не отталкивали, а напротив, привлекали еще больше.
Нет ничего более скучного, чем нечто абсолютно идеальное.
Майкл мог бы еще долго рассуждать на тему, что есть красота и где та самая грань между красивым и уродливым, но Наташа в это самое время заерзала рядом с ним и, вытянув руку вперед, пошарила ею по кровати. Не обнаружив Майкла в постели и разочарованно выдохнув, она сгребла руками соседнюю подушку и крепко прижала к груди, уткнувшись лицом в пахнущее мужским парфюмом уютное тепло. Маленький медвежонок Тедди, видимо оставленный кем-то из детей в качестве подарка и которого Майкл заботливо уложил на подушку вместо себя, беззвучно упал на длинноворсовый персидский ковер.
- Майк... обними... - послышалась тихая сонная просьба.
Он нежно улыбнулся одними уголками губ и незамедлительно выполнил просьбу. Аккуратно примостившись рядом, он нежно обнял девушку и, уткнувшись носом в ароматное облако волос, в блаженстве закрыл глаза.
- Красивая...спит, так нежно
Волосы по подушке разлились...
Укрою тебя бережно,
Чтобы сны цветные снились...
Спи, мой ангел. Беспокойно
Вдруг рукою повела,
Тайно ты узнала, словно,
Что я не рядом, поняла...
Обниму легонько, незаметно,
С тобою рядом примостюсь...
Спать с тобою бы так вечно...
И разбудить боюсь...
- Чьи стихи? - сквозь сон пролепетала Наташа.
- Не знаю... Так бы и лежал вечно, охраняя твой сладкий сон. Спи, малышка.
«Да какой уж тут сон...» Наташа шумно выдохнула и повернулась на другой бок, лицом к нему. Майкл приподнялся на локте, с нежностью вглядываясь в тонкие черты любимой.
Он обожал этот момент - момент ее пробуждения. Вот трогательно дрогнули длинные, чуть изогнутые ресницы; тихий стон сорвался с полуоткрытых губ; смешно наморщился прелестный носик; пара веснушек... У Наташи веснушки? Он раньше этого не замечал. Это маленькое открытие невероятно его умилило и заставило по-детски улыбнуться: его озорная девчонка, только его...
- Майк... - теплое дыхание приятно взбудоражило кожу.
Наташа привычно уткнулась носом в то место, где под кожей на его шее отчетливо пульсировала жилка. Биение сердца; биение жизни.
- Доброе утро, Радуга, - приветственная улыбка и нежный поцелуй в макушку - любимый утренний ритуал.
Наташа довольно промычала в ответ, касаясь губами его бархатистой кожи - терпкий запах кедра и сандала защекотал ноздри, пробуждая ото сна все рецепторы.
- Как спалось?
- Потрясающе, Бэмби.
В подтверждении своих слов Наташа блаженно зажмурилась и сладко потянулась.
- Ну раз я Бэмби, тооо... - мужчина сделал вид, что серьезно задумался. - То тогда ты будешь моей оленихой.
- Твоей кем?!
Пристальный взгляд женских глаз, в которых то ли шутливый укор, то ли игривый соблазн.
- Прекрасной оленихой с красивыми изумрудными глазами, - еще шире улыбнулся он и, легонько щёлкнув её по носу, откинулся спиной на простыни.
Наташа приподнялась в кровати и положила голову ему на грудь, слушая гулкое биение родного сердца. Его пальцы тут же оказалась под ее футболкой и принялись нежно гладить поясницу, забираясь чуть выше. Девушка в ответ на его касания закрыла глаза и замурлыкала как кошка.
- Ммм...люблю твои руки...
- Только руки?
- Ну и еще кое-что...
- Фууу, какая же ты пошлячка.
- Пошляк не тот, кто сказал, а тот, кто подумал, Джексон, - она одним махом оказалась на нем верхом. - Ну что, утренняя зарядка?
Майкл согласно кивнул и довольно хихикнул, когда ее губы легко коснулись его губ.
- Раз!
Наташа выпрямила руки до упора и вновь согнула их в локтях, удерживая на них весь свой вес.
- Два! - продолжила она счет после очередного поцелуя и, совершив следующее отжимание, произнесла:
- Три!
Сделав двадцать пять отжиманий и столько же раз поцеловав Майкла, который все это время смирно лежал под ней, Наташа довольно улыбнулась и одним махом соскочила с кровати.
- Я в душ! - крикнула она почти на бегу.
- Я с тобой! - мужчина вскочил вслед за ней.
- Неа! - подытожила Наташа, громко хлопнув дверью.
- Тогда я пока схожу за завтраком! Черт... - Майкл подергал дверь, но безрезультатно: та была закрыта. - Ты так и не сказала, что будешь есть?!
Вместо ответа из-за двери послышался звук льющейся воды.
- Ну вот так всегда. Все приходится делать самому, - наигранно вздохнул он и бесшумно выскользнул за дверь.
***
- Я безусловно уважаю мастерство твоего шеф-повара индуса, все никак не могу запомнить имя, но по-домашнему вкусная стряпня Доры мне как-то ближе.
Наташа растянула губы в извиняющейся улыбке, отодвигая от себя салат из нескольких видов свежей зелени, зародышей бобовых и ростков пшеницы, щедро сдобренный какой-то суперполезной заправкой на основе оливкового масла.
- И я это предвидел, - хитро подмигнул ей Майкл и словно фокусник из ниоткуда извлек второй поднос с завтраком.
- Ммм... - Наташа с наслаждением втянула ноздрями теплый запах сдобной выпечки. - Совсем другое дело!
- Везет, - вздохнул Майкл, с легкой завистью наблюдая, как Наташа с аппетитом уплетает второй по счету Cinnabon с корицей и сырным кремом. - Мне кажется, я от одного только взгляда на эти булки поправляюсь.
- Тебе бы не помешало... - промычала Наташа, запивая выпечку стаканом апельсинового сока.
- Опять намекаешь на мою худобу? - нахмурился Майкл.
- Нууу... Меня вообще-то все устраивает, и твоя худоба тоже.
Наташа примирительно улыбнулась, продолжая хрустеть аппетитной сдобой.
Майкл мысленно плюнул на свой почти спортивный режим и строгую диету и тоже взял одну из булочек, на что девушка довольно улыбнулась.
Майкл тонкими пальцами изящно оторвал золотистый краешек и отправил в рот - выпечка оказалась восхитительно вкусной. Он неосознанно облизал пальцы, прежде чем оторвать следующий кусочек - блин, действительно чертовски вкусно - и посмотрел на Наташу, которая уже принялась за фрукты.
Она вернулась из душа, переодетая в другую одежду. Теперь на ней был нежно-голубой топ из тончайшего японского шелка на тонких бретелях и с изящным кружевным краем вдоль зоны декольте и свободные шортики-боксерки из того же комплекта. На шее поблескивала тонкая золотая цепочка с тем самым кулоном в виде половинки плода граната, который Майкл купил для нее на Рождество в Праге. Мокрые после душа волосы свободно рассыпались по спине, груди и плечам, на лице ни грамма косметики, что делало ее еще моложе, почти юной.
Завораживающая женская красота в первозданном виде.
В такие моменты, когда он видел Наташу такой трогательной, нежной и домашней, он неизменно испытывал жгучее чувство стыда за свои плотские мысли и желания относительно нее. Ему казалось, что такой небесной красотой можно только восхищаться, посвящать ей песни и стихи, а уж никак не осквернять греховными помыслами и жадными прикосновениями.
- У тебя... веснушки... - он сказал первое, что пришло в голову, не зная, как продолжить разговор.
- Где? - тут же встрепенулась Наташа.
- Вот здесь... - Майкл бережно коснулся ее носа.
- Черт.
Наташа соскочила с кровати и в мгновение ока оказалась перед зеркалом, внимательно изучая свое отражение.
- Ну чего ты ржешь, Джексон? - нахмурилась она еще больше, наблюдая за его весельем сквозь зеркало.
- Просто смешно, как быстро ты сорвалась с кровати, - произнес Майкл, продолжая смеяться. - Ну веснушки и веснушки, по-моему это очень мило.
- Угу... Старческие пятна по-твоему тоже мило?
- Ну какие старческие пятна, Наташа? Тебе всего тридцать.
- Уже тридцать, - вздохнула она, отходя от зеркала и возвращаясь обратно. - Запишусь к косметологу на шлифовку и как можно скорее.
Майкл вдруг перестал смеяться и уставился на нее своим коронным проницательным взглядом.
- Что? - она смешно округлила глаза, пародируя его.
- Ты даже не представляешь, насколько ты красива, - без тени иронии произнес он тихим мелодичным голосом. - Я буду любить и восхищаться тобой, даже когда ты станешь восьмидесятилетней старушкой.
- Да ну тебя, подлиза.
Наташа метко запустила в него яблоком, которое он поймал на лету и смачно откусил с довольным видом.
- Хочешь повторить «подвиг» Евы, которая соблазнила Адама с помощью яблока?
- По мне, так бананы в разы сексуальнее. А еще говорят, что абрикосы оказывают раскрепощающее воздействие и помогают вести бурный половой акт.
С этими словами Наташа запустила в Майкла целую пригоршню маленьких солнечных фруктов. Майкл уворачивался, как мог, но парочка «снарядов» все-таки угодили точно в цель.
- Ну держись, чертовка, сейчас как съем все абрикосы, да как задам тебе жару!
- Ой-ой.
Не успела она опомниться, как уже лежала под ним, крепко прижатая поджарим мужским телом к кровати.
- Ой... - произнесла она еще раз, наблюдая за яркой игрой бесовских огней в самой глубине карих глаз.
Майкл склонился ближе к ней и оставил на теплых женских губах невесомый поцелуй. Затем еще один... И еще...
Мужские губы быстро пробежались по женской шее вниз, зубы осторожно сомкнулись на кулоне, и Майкл аккуратно потянул его на себя, тихо при этом рыча. Выпустив кулон из зубов, он потерся лбом о ее плечо и вновь вернулся к губам.
- Ну и где обещанная страсть? - тихо сгорая от нежности, произнесла Наташа, освобождая черные мужские кудри от резинки для волос.
- Просто абрикосы еще не подействовали.
С ее губ сорвался сдавленный смешок, который был тут же подхвачен его губами. Пальцы рук нежно переплелись между собой, взгляды встретились, выражая без слов все тайные чувства и желания. Тихий вздох, почти стон, и новое касание губ - чувственное, неспешное, почти робкое.
Женские пальцы нежно смяли мягкую ткань футболки на мужской спине, поглаживающими движениями спустились ниже, к пояснице, игриво зацепились за резинку мужских пижамных штанов и медленно потянули вниз, недвусмысленно намекая на его дальнейшие действия. В считанные секунды Майкл избавился от ненужного предмета одежды и вновь навис над ней, упоительно касаясь губами теплой женской кожи.
- Ты точно решил свести меня с ума... - прошептала Наташа, подставляя шею под его легкие словно крылья бабочки поцелуи, и вдруг оба вздрогнули от громкого звука, который так некстати нарушил их идилию.
- Телефон, - выдохнули оба одновременно, стараясь игнорировать надрывную трель.
- Будь он неладен, - первым не выдержал Майкл и чуть слышно чертыхнулся.
- Может, стоит взять? Звонят по спецлинии «только для своих», вдруг что-то важное?
- Ну хорошо. Где мои штаны?
- Иди так, по телефону все равно не видно.
Противный звонок все не умолкал, и Майкл сдался окончательно. Недовольно вздохнув для порядка, он еще раз поцеловал любимую и направился к телефону.
- Алло, Джексон слушает, - Майкл нахмурил брови, пытаясь придать своему голосу и отражению в зеркале грозное звучание.
- Алло, Майкл, привет! - радостно пропел женский голосок. - Это Лиза. Лиза Пресли, помнишь?
