Глава 3: Лицо Демона
Для мира Хван Хёнджин появился вновь так же внезапно и незаметно, как исчез. Он обзавелся идеальной, безупречной легендой: богатый наследник, вернувшийся из-за границы, чтобы «инвестировать» в недвижимость и искусство. Деньги, власть, влияние — всё это Демон мог создать щелчком пальцев. Его человеческое обличье было безукоризненно: темный, притягательный, элегантный, но с вечной, едва заметной тенью скорби в глазах.
Он не стал искать Сохен сразу. Не имел права. Он сначала организовал свою охрану. Теперь его могущественные слуги, скрытые под личинами телохранителей, водителей и секретарей, следили за каждым метром, окружавшим её маленький студийный район.
Хёнджин сидел в своем новом офисе — башне из стекла и стали, которая была ближе к земле, чем его пентхаус, но достаточно высока, чтобы он мог видеть всю панораму её жизни. Он не отрывал глаз от монитора, на котором, благодаря магии, маскирующейся под спутниковую съемку и городские камеры, транслировалась её жизнь.
Она казалась еще бледнее, чем раньше.
Он видел, как она пьет лекарства. Он видел, как она пытается улыбаться на работе, когда ей явно не хватает воздуха. Его сердце, или то, что служило ему эквивалентом, сжималось от ярости. Это была её человеческая судьба — судьба, которую Он, как Дранитель, не мог изменить без контракта.
Я должен создать ситуацию, чтобы она сама попросила помощи, — думал он. Нет. Я не буду её обманывать. Я просто буду рядом.
И вот, наступил день, когда его страхи и его решимость столкнулись.
Было поздно. Студенческая подработка Сохен закончилась, и она шла домой. Узкая улочка, ведущая к её дому, была плохо освещена и окутана ароматом дешевой жареной пищи и сырости. Она прижимала к себе сумку с учебниками и старалась идти быстрее, чувствуя обычное человеческое напряжение от темноты и одиночества.
Вдруг из тени вышли двое. Они не были демонами или посланниками Небес. Они были хуже — грязные, пьяные, жестокие, человеческие хищники.
— «Эй, красавица! Куда так спешишь? Нам скучно», — прохрипел один, преграждая ей путь. Второй, сжимавший в руке обломок бутылки, рассмеялся.
Сохен тут же почувствовала приступ паники. Её тело, ослабленное хронической болезнью, не могло бежать.
— «Пожалуйста, пропустите меня», — голос её дрожал.
— «Да ладно тебе. Мы же не съедим тебя. Просто поболтаем», — сказал первый, делая угрожающий шаг.
Ужас парализовал её. Она закрыла глаза, готовясь к самому худшему.
В этот момент, всего в ста метрах, в машине, которую он использовал как наблюдательный пункт, Хван Хёнджин наблюдал за происходящим. Он видел всё в мельчайших деталях, ощущая всплеск её страха, который для него, как для Демона, был осязаем, как физическая боль.
«Нет. Я не буду ждать. Я не позволю им даже дышать в её сторону».
Стекло его машины треснуло под воздействием его мгновенно высвобожденной силы, но он не обратил внимания. Он исчез.
Для хулиганов всё произошло слишком быстро, чтобы они успели испугаться. В один момент перед ними стояла хрупкая девушка, а в следующий — между ними и жертвой стояла фигура. Высокий, темный силуэт, который казался сотканным из ночной тьмы и золотого света.
Хёнджин не выглядел, как человек. Его глаза уже горели тем самым жидким золотым пламенем, а его аура была настолько плотной, настолько неправильной, что даже пьяный разум хулиганов начал бить тревогу.
— «Эй, ты кто такой?! Свали, пока цел», — прорычал тот, что с бутылкой.
Хёнджин не ответил. Он даже не смотрел на них. Его взгляд был прикован к Сохен, которая стояла позади него, тяжело дыша, и смотрела на его спину так, словно узнавала в ней свою единственную крепость.
— «Отойдите от неё», — голос Хёнджина был не угрозой, а приговором. Это был тот самый древний, низкий, раскатистый голос из его демонического обиталища.
Хулиганы, ослепленные яростью и алкоголем, не поняли. Первый попытался ударить.
Это была его последняя ошибка.
Хёнджин не шелохнулся. Он не стал использовать человеческие приемы, он использовал свою сущность.
Как только кулак приблизился к нему, в воздухе раздался низкий, вибрирующий звук, похожий на разорванную ткань пространства. Из тела Хёнджина вырвалась волна чистого, концентрированного холода. Холода не физического, а метафизического, который проникал в самые кости и души.
Хулиган замер, его лицо исказилось от внезапной боли и абсолютного, парализующего ужаса. Он почувствовал, как его жизнь, его душа, его существование... останавливается.
Хёнджин медленно поднял руку, и из его ладони вырвалось золотое пламя, не обжигающее, а поглощающее тьму. Это пламя обволокло замершего хулигана, и он начал кричать. Но крик не был слышен в физическом мире. Он был слышен только в той, иной реальности, куда его уже тащило.
Второй хулиган, увидев, как его приятель превращается в тень и исчезает с легким запахом серы, попытался бежать.
— «Ты думал, тебе повезло, человек?» — Хёнджин повернул голову. Его глаза были чистым золотом, а его тень под ногами извивалась, словно живое существо. — «Ваши грехи, ваша низость — они принадлежат мне. Это мой Доминион».
Он не стал играть с ним. Быстрый, резкий жест — и вторая фигура растворилась в земле, словно её никогда и не было. Полностью, без следа. Отправлены прямо в его мир, на суд его лейтенантов.
На это ушло не больше пяти секунд. Улица вновь стала тихой, но воздух вибрировал от остаточной энергии.
Хёнджин опустил руки. Золотое пламя в его глазах медленно угасало, возвращая им вид глубокой тьмы. Он тяжело дышал, не от усилий, а от эмоционального шока.
Он нарушил клятву. Он использовал свою силу вблизи Сохен, и теперь Небеса и Ад знали о его точном местоположении и его приоритете. Он стал уязвим.
Но это не имело значения. Потому что Сохен стояла в нескольких шагах позади него.
Она видела всё.
Её глаза были широко раскрыты, в них не было ни следа узнавания из сна. Был только чистый, неразбавленный, человеческий ужас. Она видела его, его истинное лицо, то, что он скрывал тысячи лет. Его облик в этот момент, без маскировки, был слишком мощным, слишком иным.
— «Хёнджин...» — прошептала она, и это слово было словно вырвано из её легких.
Она попыталась сделать шаг, но её хрупкое тело не выдержало напряжения: страха, шока, и, возможно, внезапного, подавляющего отклика её Ангельской души на его Демоническую сущность. Она пошатнулась.
Хёнджин рванулся к ней, его лицо исказилось от беспокойства, которое было более человеческим, чем любой его поступок за последние века.
— «Сохен!»
Он успел поймать её.
Её тело было легким, невесомым, как перышко. Бледность, которую он видел в Зеркале, теперь была на его руках. Она закрыла глаза, и её дыхание стало прерывистым и слабым.
Она потеряла сознание, прижавшись к груди существа, которое было её древней любовью и её внезапным, ужасающим спасением.
Хёнджин стоял посреди тёмной улицы, его руки обнимали самое драгоценное существо в его бесконечной жизни. Вокруг не было никого, кроме него и её.
— «Прости меня, мой Ангелок», — прошептал он, и его голос был полон отчаяния. Он прижал её к себе, чувствуя, как его темная, холодная кожа согревается от её тепла. — «Но теперь ты в безопасности. Настолько, насколько я могу тебе её обеспечить».
Он поднял её на руки, осторожно, словно она могла рассыпаться.
Он больше не мог просто наблюдать. Теперь он был частью её жизни. И он был уверен, что очень скоро за этим вмешательством придут Они.
--------
на эту часть ушло 5 дней... идей почти нет... но я никак не хотел оставлять эту историю печальным концом.